I want to…

Лайя всеми силами старалась скрыть своё разочарование. Всё было просто отлично, и болезнь испортила этот момент. На самом деле, смотреть на небо больше не хотелось. Ей было бы неплохо лечь в кровать и поспать часик или два. Но этого она тоже не хотела. Когда дни идут на убывание (а они так идут у всех, просто никто не замечает), совсем не хочется лежать в кровати. Поэтому, несмотря на легкую слабость и боли в грудной клетке, они продолжали гулять. В конце концов, это первая полноценная прогулка с Лео. Чего больше можно хотеть? — Я понял твой секрет, —вдруг сказал он, когда они уже почти подходили к дому. Было около шести вечера. К этому времени родители Бернелл должны вернуться домой, и Лайя сможет провести время с семьей. Брюнетка вопросительно посмотрела на Нолана. — У меня есть секрет? — Ты не хочешь отпускать каждый день. Ночью будешь сидеть, оформляя свой блокнот, и в деталях вспоминать все события сегодняшнего дня. Потому что не хочешь, чтобы он заканчивался. И так каждый день, — Лайя слабо улыбнулась, опустив глаза. — Ты считаешь секундами. Девушка снова посмотрела на Лео. Он полностью был прав. У неё было так мало времени, и она понимала это. Кто хочет умирать? Точно не Лайя. Она слишком любила жизнь. Она не хотела, чтобы всё так быстро заканчивалось. Она столько не успела сделать и столько уже не успеет… Она тяжело отпускает каждый день, не желая спать до поздней ночи, чтобы продлить его. Ей надо больше времени. Она только почувствовала, что такое жизнь. — Я тебе нравлюсь? — чтобы избежать ответа на слова Лео, спросила Лайя. Конечно, она была впечатлена. Он смог её прочесть. Это говорило для неё о многом. Но она не сможет прокомментировать эту ситуацию. Ему много о чём неизвестно. Лео усмехнулся, посмотрев в сторону своего дома, а потом опять на брюнетку. — Ты думаешь мой ответ может поменяться за один день? Лайя, ты мне не нравишься. — Нет, так нет, — пожала плечами брюнетка, совсем не расстроившись. Она и не хотела нравится Лео. Потом может быть сложно. Когда её не станет. — Спасибо за сегодня. Увидимся завтра. И легко помахав ему вслед рукой, быстро поднялась по ступеньками направилась в сторону двери. Оказавшись дома, она прижалась к стене, приложив руку на грудную клетку и справляясь с отдышкой. — Лайя, это ты? — спустилась по лестнице Милли. Брюнетка сразу же беззаботно улыбнулась и опустила руки. — Привет, Милли. — Всё хорошо? — взволнованно спросила сестра. — Да, можешь не переживать, — с максимальной легкостью сказала Лайя, чтобы не вызвать подозрений, и направилась в свою комнату. Завтра у неё приём у врача. Снова. Снова рентген, снова узнавать, что опухоль растёт. Каждый вечер перед приёмом ей становилось хуже. Возможно, это психологическое и всё на самом деле не так плохо. Но свою беспомощность и безнадежность всей ситуации она ощущала больше именно вечером перед злополучным визитом в больницу. Какой смысл, если она итак умирает? Завтра ей предстоит только ещё раз убедиться в этом.

***

В светлом кабинете так и пахло всякими химическими штуками. Запах больницы. Запах, который Лайя ненавидит. Как и само учреждение. Брюнетка сидела на кушетке и смотрела прямо перед собой. Родители стояли рядом и слушали всё, что говорит доктор. До Лайи долетали лишь обрывки фраз. «… болезнь прогрессирует…», «… мы не можем сказать точное время…», «… месяца два, как мы и говорили раньше…», «… в лучшем случае три…», «в любой момент может стать ещё хуже…», «… всё же можно попробовать курс химиотерапии…» Два месяца… И это учитывая, что в последние недели она превратятся в овощ. Она сгорит. За каких-то два-три месяца. — Неужели, ничего не может… остановить процесс? — затая надежду, спросила Энни, а рука ещё крепче ухватилась за руку Грегори. — Может, таблетки? Уколы? Капельницы? Хоть что-нибудь? — Ничего не сможет остановить, — отвечал доктор Филлипс, рослый мужчина с широкими плечами. — Я всё ещё предлагаю курс химиотерапии. Есть вероятность, что это может помочь замедлить рост. Хоть на какую-то долю процента. Бернеллы посмотрели на Лайю, зная, как она на это отреагирует. Дочь и ничего слышать не хотела про химиотерапию. — Нет, я не согласна, — спокойно сказала Лайя, а мистер Филлипс разочарованно закрыл глаза. — И всё же, — вежливо продолжил он. — Вам только семнадцать, вы ещё несовершеннолетняя. Поэтому решение за вас могут принять ваши родители. Они, конечно, должны прислушаться и к вашим желаниям… — Только семнадцать, — повторила Лайя, прервав речь доктора. Тот вопросительно посмотрел на неё, явно не до конца понимая её точку зрения. — Мне не только семнадцать. Мне УЖЕ семнадцать. И это мой максимальный возраст. Мне не исполнится больше, — она подняла взгляд на Филлипса. — Сколько вам лет? — Сорок два. — И вы ещё продумаете столько же. У меня осталось два месяца. В лучшем случае три. Я ближе к смерти. — Лайя, — попытался прервать её Грегори. Этого хотела и Энни, но у неё, если бы она сейчас что-то сказала, из глаз сразу бы полились слёзы. А показывать их дочери не хотелось. Если она может без них, почему не могут другие? Это же её жизнь. — Поэтому я положила уже большую часть своей жизни, — всё равно продолжала брюнетка. — А вы от силы половину. И мои семнадцать лет приравниваются к девяноста годам. Доктор не знал, что может ответить на это, поэтому просто вежливо кивнул и снова переключился на её родителей. — Но решение всё равно принимать Вам — обратился он к ним. — Если я пройду курс химиотерапии, я выиграю больше времени? — Всё равно вклинилась Лайя. — Если всё получится… — Если всё получится, — усмехнулась она. — Извините. Сколько дополнительного времени у меня будет, если всё получится? — Несколько дней. Возможно, неделю-две. Если пройти месячный курс. — Променять месяц на неделю, — подытожила Лайя. — Если всё получится, конечно же. — Брюнетка встала с кушетки. — Я не даю своё согласие. — Лайя, — взмолилась Энни. Она знала, что не может пойти против воли дочери, но перспектива продлить её жизнь хотя бы на неделю так манила… — Мам, чтобы пойти курс, надо оставаться в больнице. Постоянно. Я в пустую потрачу месяц свей жизни. Треть своей оставшейся жизни. Или даже половину. В то время, как я могу жить. Совершить всё, что хотела, а не лежать в палате. Я согласна на что угодно, лишь бы не тратить своё время, находясь в больнице. Мистер Филлипс поджал губы, отказываясь комментировать слова Лайи. Энни всё-таки не сдержала слез, а Грегори - по нему тоже было видно, что он держался из последних сил, - что-то сказал доктору, подписал какую-то бумажку, и вся семья вышла из кабинета. — Спасибо, — тихо сказала Лайя.

***

Бернелл быстро зашла в свою комнату и закрыла дверь. Сразу подошла к зеркалу и стянула с себя майку, игнорируя выступающие слёзы. Ужасно. В области груди были покраснения, выступали рёбра. Она смотрела и понимала, что собственное тело, собственный организм её убивает. Два месяца… За август она хотела сделать всё. Всё за один месяц. Почему? Потому что знала, что потом будет уже не в состоянии. Уже сейчас на неё легко находит усталость. Потом она просто не сможет встать с постели. Лайя заметила, что её щеки стали мокрыми от слёз. Она не могла позволить себе плакать при ком-то. Она не могла позволить себе плакать вообще. Она не может сетовать на судьбу. Нет времени на это. Поэтому она и не любила походы в больницу. Ей только начинали казаться, что она смирилась с положением вещей, как после приёма врача снова чувствует несправедливость. Почему она? За что? Что она сделала не так, что теперь её так наказывают? Она быстро вытерла щёки и натянула на себя другую майку. Взяла свой портфель и побежала вниз. В голове - туман. И только эхом отдаётся: «Два месяца… два месяца… два месяца…» Пальцы уже выжимают звонок, и через пару секунд перед ней появляется Лео. — Лайя? — удивился тот. Хотя, чему удивляться? Она часто появлялась ни с того, ни с сего на его пороге. — Ты сказала, что позвонишь. — Забудь, — улыбнулась брюнетка. Натянутая, неискренняя улыбка. — Зачем тратить время на звонки? Пойдём, пора выполнять список. — Могла бы предупредить, — недовольно пробубнил Нолан, но начал обуваться. Боже, зачем он вообще подписался на это? Теперь до отъезда в колледж ему каждый день придётся проводить с этой надоедливой брюнеткой. Лайя ничего не ответила. Она постаралась отпустить все мысли. Насколько это было возможно. Хотя в голове до сих пор крутилось, что она хочет хоть что-то доказать своей болезни. То, что она не сломлена? — И что мы делаем сегодня? — поинтересовался Лео. Лайя скинула портфель на одно плечо и полезла внутрь. Достав оттуда блокнот, она открыла нужную страницу и передала его парню. "Я хочу сделать татуировку" — Ты собираешься делать татуировку? — уточнил он. Странный выбор для списка дел на август. — Ага, — легко ответила брюнетка, и положила назад блокнот. — Ты несовершеннолетняя. Уже второй раз за день она слышит эту фразу. Ей каждый собирается об этом напоминать? — У меня есть разрешение родителей, — объяснила она. И это было правдой. Это разрешение у неё уже около недели. Лайя просто не знала, когда именно решится сделать татуировку и решится ли вообще. Теперь же она была уверена в том, что хочет это сделать. Лео хмыкнул. Конечно Бернеллы разрешили ей сделать татуировку. Они разрешают ей всё. Всё, что она захочет, они спешат исполнить. Слишком избалованная. До салона они дошли молча. А потом Лео просто ждал. Он снова не понимал, зачем нужен ей. Всё равно ведь просто сидит в ожидании, а она там одна. Сейчас он мог проводить время с Владом. Или писать свой роман, но ноутбук он просто не успел взять из-за того, что Лайя появилась так неожиданно. Когда ожидание подошло к концу, а татуировка Лайи была готова, она расплатилась и они вместе вышли из салона. — Я предлагаю выполнить несколько пунктов за один день, — сказала Лайя. — Так мы быстрее справимся со списком. — Я только за, — согласился Лео. Он не против поскорее покончить со всем этим. — И всё же, какую татуировку ты сделала? Лайя улыбнулась и немного оттянула майку. Справа, где-то в трёх сантиметрах от ключицы красовался знак бесконечности. А снизу, перед тем, как линия знака должна была соединиться, было ещё несколько дополнительных линий. Это удар сердца, как на кардиограмме. — Ты знаешь, что у татуировки должен быть какой-то смысл? — поинтересовался Нолан. — Он есть, — согласилась Лайя. — Неужели? Лео думал, что Бернелл набьёт что-нибудь оригинальное. В конце концов, эта брюнетка мыслила немного нестандартно, поэтому ему было интересно, что она может придумать в качестве татуировки. Но это оказалась банальная бесконечность. Такая же, как и у многих других девушек. Только сердцебиение снизу. При чем здесь оно? И как она выбирала место? — Смысл есть, просто он будет понятен только мне. По-моему так и должно быть, разве нет? — Лайя наклонила голову. Саркома лёгкого. Опухоль в лёгком (и метастазы), которая её убивает. Забирает жизнь. Теперь на правой груди знак бесконечности. Бесконечной жизни и бесконечного биения сердца. Она не сдалась. Болезнь не сможет её победить, хоть и убьёт. Такой мысли придерживалась Бернелл, когда била татуировку. — Ладно, что ты ещё хотела сделать за сегодня? — перевёл тему Нолан. — Из твоего списка. — Я хотела сходить на вечеринку. — Сходить на вечеринку? — усмехнулся он. — И ты это тоже вписала в план? — Да. Что в этом странного? — усмехнулась на этот раз Лайя. — То, что ты обычно не ходишь на вечеринки. — Пора когда-то начинать, — развела она руками и продолжила идти. — В конце концов, мне только семнадцать. Только и уже. — Ладно, — Лео пошёл следом за ней. — И на какую вечеринку ты собралась? — К Сандре. — К Сандре? — парень вскинул бровь — Почему бы и нет? Ты с ней хорошо знаком, и Влад наверное тоже там будет, поэтому тебе уж там точно скучно не будет. Ты же как раз с ними хотел увидеться? — Лео промолчал, просто смотрел на брюнетку и пытался хоть немного понять её мысли. Эта такая неизвестная ему девушка. Они знакомы с детства. Их заставляли общаться с детсадовского возраста. Но он не понимает и совершенно не знает её. Почему-то только сейчас эта мысль заскребла кошками у него на душе. — Значит, сегодня ты нарушаешь все правила? — усмехнулся он. — Татуировка, вечеринка? Ты выбираешь не ту дорожку, Бернелл. Лайя не сдержала улыбки. — Просто хочу на один вечер побыть обычным подростком, у которого через месяц закончится свобода и начнётся школа. — И твои родители тебя не потеряют? — Я скажу им про вечеринку. Им не стоит обо мне волноваться. Да и то, что я буду там с тобой о многом говорит. Хотя Лайя знала, что родители всё равно будут переживать. Они это делают каждую секунду, пока она не с ними. Иногда даже и тогда, когда она сидит в метре от них. — Оу, ты испортила весь бунтарский дух, — недовольно хмыкнул Лео.

***

В доме Сандры часто проводились вечеринки. Как только родители покидали дом, Сандра сразу звала народ, чтобы хорошенько оторваться. Не смотря на те факты, что вечеринки проводились здесь довольно часто и Лайю сюда каждый раз приглашали, Бернелл была на таком мероприятии впервые. Да, они с Сандрой иногда общались и общались неплохо, но брюнетка никогда не посещала её вечеринки. Несмотря на многочисленные приглашения. А всё потому, что какими бы хорошими подругами они не были, Сандра не сможет постоянно быть рядом с Лайей. А больше друзей у Бернелл не было. Как-то так получилось. Ей просто, видимо, не повезло по этой части. У неё были приятели, просто знакомые, с которыми её объединяло несколько совместных предметов в школе, но ничего больше. И человека, с которым она сможет пойти на вечеринку, чтобы не быть одной, у неё не было. Сейчас она об этом жалеет. В конце концов, на этой самой вечеринке она могла бы с кем-нибудь познакомиться. Ну, или по крайней мере, попробовать. А так, получается, что за семнадцать лет она толком не узнала, что такое вечеринки. Но ведь теперь у неё есть Лео. И, как Лайя ему и сказала, там будет сама Сандра и Влад, которые являются лучшими друзьями Нолана, значит, ему тоже можно будет хоть немного расслабиться этим вечером. Лайя стояла в дверном проёме, являясь частью вечеринки только издалека. Она смотрела, как веселятся остальные, с полуулыбкой на лице, а стаканчик в руках держала только для приличия. И то, там был не алкоголь, а какая-то газировка. Просто пить не хотелось, но, кажется, кто-то очень добрый всучил ей его. Лео был сейчас со своими друзьями, но Бернелл на это и рассчитывала. Поэтому она не чувствовала себя брошенной. И лишней тоже не чувствовала. Просто не могла танцевать вместе со всеми. Гребанная болезнь. При малейшей активности возникает жуткая отдышка. Да и усталость приходит достаточно быстро. Поэтому ей не судьба потрястись под музыку. — Лайя, — послышался радостный голос Сандры. — Ты наконец-таки пришла на вечеринку, — она огляделась по сторонам. — Но почему ты одна? Сандра подошла к брюнетке с сияющей улыбкой на лице. Она Олько отошла от импровизированного "танцпола" и направлялась на кухню, чтобы утолить жажду. А тут в дверном проёме Лайя. — Я… Наблюдаю, — улыбнулась Бернелл. — Кажется, ты совершенно не знаешь, как веселиться, — усмехнулась Сандра. — Пошли потанцуем. Девушка забрала из рук Лайи стаканчик, поставила его на тумбочку, взяла Лайю за руки и потянула на себя, таким образом вытаскивая брюнетку на тот самый "танцпол". Только Бернелл хотела сказать, что не особо хочет танцевать, как от ненужных объяснений её спас телефонный звонок. — Это мама, — подала плечами Лайя, и Сандра разочарованно закатила глаза, но всё-таки отпустила её поговорить, кинув: — Возвращайся. Лайя, обходя потные тела, направлялась к двери на задний двор. И преодолела она все препятствия лучше, чем она себе представляла. Она вышла к бассейну, и только тогда ответила на звонок. — Да, мам? — Лайя, привет. Как ты? — Все хорошо, — она улыбалась, будто её улыбку можно было услышать. — Лайя, я прошу тебя, если вдруг тебе станет плохо… — Сразу звонить тебе, — закончила предложение Лайя. — Я знаю, мам. И не волнуйся так. Со мной всё будет хорошо. — Хорошо, — выдохнула Энни. — Увидимся дома. — Ага. Вызов закончился только через несколько секунд. Энни как могла оттягивала этот момент. Почему? Она сама не знала. Спрятав телефон назад в портфель, который она так и не сняла, Бернелл огляделась вокруг. Здесь почему-то не было ни души. Все в доме. Почему, если сейчас здесь так красиво? Небо уже темное, появляются первые звёзды, справа от дома Сандры небольшой лес, что придаёт загадочности, на лужайке рядом горят низкие фонарики, создавая своеобразную дорожку. Да и тут, возле бассейна, достаточно светло из-за фонарей. Лайя посмотрела через стеклянную дверь в дом на танцующих людей. Настроение вечеринки всё такое же. Брюнетка улыбнулась, но не пошла внутрь, а осталась тут, усевшись возле бассейна. Теперь она наблюдала отсюда. Через стеклянную дверь всё было так же хорошо видно, поэтому она оставалась частью вечеринки издалека. Но Лайю устраивало её положение. Она человек, который не привык к таким развлечениям, но который хочет узнать, какого это. Вот она и выполняет поставленные цели. Здесь энергии столько, что и ей хватит. Брюнетка стянула с плеч портфель, положила на колени и достала свой блокнот, а также несколько карандашей и ручек. Она отвернула нужную страницу и принялась её оформлять так, как ей будет угодно. Как чувствовала. Как хотела. Показать свой день, передать свои эмоции в картинке? Да, это её цель. Отвлёк только звук открывающиеся двери. Лайя подняла голову и увидела, как Лео уже закрывает ту самую стеклянную дверь, тем самым покидая дом. Он проходил мимо, когда увидел, что Лайя сидит возле бассейна, вместо того, чтобы веселиться со всеми внутри. И это учитывая, что она сама вытянула его на эту вечеринку. — Почему ты здесь? — поинтересовался он, когда подошёл ближе. Лайя закрыла блокнот и посмотрела на парня снизу вверх. На лице сразу же появилась легкая улыбка. — Просто, — ответила она, пожав плечами. Лео вскинул брови, потом перевёл взгляд в сторону, зачесал волосы одной рукой назад и снова посмотрел на Лайю. Он обреченно вздохнул и опустился рядом, будто кто-то заставил его это сделать. Теперь он посмотрел не на брюнетку, а на воду в бассейне. — Ты сама хотела пойти на эту вечеринку, — начал Лео, нахмурившись. Но его голос, интонация не были раздражёнными или напряженными. Скорее мысли вслух. — Но сейчас ты сидишь здесь, у бассейна, заполняешь свой блокнот вместо того, чтобы веселиться. Почему? Лайя поджала губы и немного запрокинула голову, чтобы можно было смотреть на небо. — Я… Просто не было до этого на вечеринках. Это немного не моё. Мне по душе другие развлечения. "Глупые", как бы ты сказал, — она усмехнулась. — Тогда почему ты захотела сюда пойти, если не любишь вечеринки? — Лео повернул голову и посмотрел на Лайю. Она, в свою очередь, тоже, но не спешила ответить. Да и ей нечего было отвечать. Она не сможет объяснить, что просто не может веселиться так, как это делают все. Поэтому просто наблюдает, в надежде, что это хоть как-то заменит личный опыт. — Ты такая… — Лео задумался, пытаясь подобрать слово. — Странная, — не нашёл ничего лучше он. — Неизвестность. Загадка. Тайна. Я совершенно не могу тебя понять. Не могу собрать пазлы воедино, чтобы определить, кто ты такая. Не могу сложить в голове окончательный образ. Это было не совсем правдой. У Лео был сложен определенный образ Лайи. Избалованная. Эгоистичная. Безответственная. Не осознающая реального мира. Девочка по соседству, которая живет в выдуманной вселенной, где существуют единороги. Но в последнее время - в последние дни - этот образ начинал рушиться. Нолан всё больше начинал сомневаться, что правильно воспринимал брюнетку до этого. Пока что только немного, но с каждым днём это ощущение нарастало. Всё дело в том, что они никогда не проводили несколько дней подряд вместе. И так, чтобы целыми днями. Обычно это было максимум пару часов. И в эту пару часов они толком не разговаривали. Лео не хотел. Иногда он просто уходил. Иногда игнорировал. Ну а сейчас, когда ему приходится помогать выполнять этот список желаний, у него нет другого выхода, кроме как общаться с Лайей. И поэтому образ, сложенный годами, теперь казался и не таким уж правильным. — Дай угадаю, — загорелась Лайя, и улыбка осветила её лицо покруче всех фонарей и звёзд. — Ты не можешь меня прочитать, а тебе, как писателю кажется это неправильным. Ведь ты привык, что каждый герой твоего романа продуман тобой. Ты знаешь его любое действие и что за ним скрывается, знаешь прошлое и будущее. И своих друзей ты знаешь. Но моё поведение не укладывается у тебя в голове. И ты не можешь так просто это отпустить, потому что ты к такому не привык. И это, от части, было правдой. Лео про себя заметил, что у неё читать его получается гораздо лучше, чем наоборот. — Возможно, — и уголки губ совсем чуть-чуть поднялись вверх. — Но зачем тебе меня понимать? — Лайя продолжала улыбаться. — И тебе сейчас совсем необязательно находиться здесь. На это вечеринке есть Влад и Сандра. Сандра. Твоя симпатия. Так почему ты до сих пор тут? — Кто сказал, что Сандра- моя симпатия? — А разве это не так? — Лайя повела бровью. — Только если чуть-чуть. — Ну вот. И она твой друг. Ты можешь хорошо провести время. — И опять, — Лео поджал губы. — Ты каждый раз спрашиваешь у меня, нравишься ли ты мне, что означает, что я нравлюсь тебе. Но сейчас ты отправляешь меня веселиться к моим друзьям и моей "симпатии". Что вообще происходит в твоей голове? Лайя усмехнулась и подняла голову вверх, чтобы любоваться миллионами бриллиантов в небе. В то время, как Нолан продолжал смотреть на воду. Лайя не хотела нравится Лео. Уже нет. Да, немного раньше она думала, что это было бы очень здорово, но сейчас… Это было бы совершенно некстати. Ведь когда её не станет, это причинит ещё большую боль. Точнее, это в принципе принесёт боль. Потому что Дайя не уверена, что настоящему Лео будет больно от её потери. — Я просто не заморачиваюсь. Я не претендую на тебя, Лео. И я знаю, что пусть твоя симпатия не взаимна - а знаю я это потому, что видела вас со стороны, - из вас получится хорошая пара. Но не сейчас. Возможно, через время. Например, когда вы вернётесь из колледжей. Встретите друг друга и поймёте, что столько времени теряли зря. Так всегда происходит. А я… Я на тебя не претендую. Кто знает, может, я вообще больше не буду задавать таких вопросов, — она улыбнулась и посмотрела на Лео. Тяжело представить любое окончание дня и из прощание без искрящейся улыбки, огонька в глазах и вопроса: «Я тебе нравлюсь?». Любой другой вариант кажется неправильным. Да, черт, такое вообще возможно? Телефон Лайи завибрировал, и она снова полезла в портфель, по пути запихнуть туда блокнот. Это была Милли. Видимо ей очень интересно узнать, где задерживается Лайя. — Да? Хорошо, выхожу, — она сбросила, закинула мобильный телефон в портфель и начала вставать не торопясь. — Милли с родителями подъехали. Так что я пошла. А ты… Сделай Сандре пару приятных комплиментов. Например, про её волосы. Представляю сколько она потратила времени на укладку. И да, на сегодня ты свободен. Но уже завтра мы продолжим. Лайя улыбнулась напоследок и снова зашла в дом, оставив Лео одного у воды.