Скорпиус

      Илли вздрогнула, кто-то отчаянно ломился сквозь защитный барьер замка, отчаянно, но успешно. Она схватила палочку и была готова отражать нападение неизвестных смертников, посмевших нарушить ее покой. Когда дверь открылась, ее палочка смотрела между глаз вошедшего, узнав его, Илли едва не заорала от негодования. Перед ней стоял Северус, он держал за талию человека, которому явно было плохо. Линд, узнала Малфоя-старшего. Тот, согнувшись тихо стонал, прижав руку к животу, приглядевшись Илли удивилась размерам этого живота! Он был огромен! Как при… беременности? Странно, Снейп не раз связывался с ней по камину из Франции, куда они с супругом уехали отдохнуть после победы и ни разу Северус не упоминал, что Люциус беременный! Хотя, когда с этими двоими было легко!       — Илли, убери палочку, ему нужна помощь — хриплым голосом выговорил Снейп и осторожно довел мужа до кровати, переместились супруги сразу в ее спальню. — Он рожает!       — Вот так прямо и рожает — недовольно выговорила хозяйка и помогла уложить Малфоя в постель.       Хотелось еще многое сказать, точнее отчитать этих горе родителей, но сейчас, кажется, не до этого. Люциус сжал в кулаках простынь и громко застонал.       — Сколько недель? — в Иллии заговорил целитель и она начала работать, поговорить можно и потом.       — Тридцать семь — тихо прошептал Снейп.       — Сколько?! — Линд распахнула глаза и уставилась на зельевара как на сумасшедшего: — Сколько?! Тридцать семь?! Почему его не прооперировали две недели назад! — она почти кричала.       Мужская беременность, в отличии от женской, длится всего 37 недель, на 35 делают кесарево сечение и никак иначе! Линд внимательно посмотрела на Малфоя, он был бледен, губы искусаны, в глазах слезы, он едва сдерживал крик, оно и понятно! Для женского организма роды, хотя и естественный, но болезненный процесс, а уж для мужского… давным-давно всеми целителями было принято решение о мужском кесаревом сечении, никто и никогда, в трезвом уме, не допустил бы естественных мужских родов, это связано с разрывом маточной стенки, медленным ходом плода в маточном пузыре по кишечнику, раскрытием, а то и разрывом внутреннего сфинктера, прямой кишки или ануса, и, как следствие, кровотечением! Никто уже и не говорит про боль, которую испытывает роженик, мужские роды длятся долго и проходят мучительно! Все это промелькнуло в голове у Иллии и она не сдержалась:       — Твою мать, Северус! Где вы раньше были! Почему не в клинике?!       — Илли, давай все вопросы потом, помоги ему, — попросил Снейп.       — Твою мать! Как помочь! Надеюсь, вы хоть не аппарировали в его-то состоянии?       Ответом на ее вопрос был раскаянно-испуганный взгляд Северуса, Илли громко застонала, хотелось еще раз выругаться! А еще больше хотелось вмазать Снейпу со всей дури, но целитель сдержалась, после драки кулаками не машут. Она глубоко вздохнула, успокаиваясь, и повернулась к Люциусу. Малфой уже тихо плакал, комкая в руках простынь.       — Люци, слушай меня внимательно, очень внимательно — голос целителя стал спокойным и уверенным, Малфою и так плохо, не стоит усугублять ситуацию.       — Как давно начались схватки? Как долго они длятся? Ребенка ты чувствуешь? Он шевелится? Люциус всхлипнул, но ответил за него супруг.       — Схватки два часа где-то длятся, пока по несколько минут, потом его отпускает, а ребенок… я чувствую его магию.       — Когда воды отошли, тоже два часа назад?       — Нет… раньше…       — Насколько раньше?! — Линд почти прорычала свой вопрос. Идиоты! Она снова вздохнула, взяла себя в руки и уже спокойнее заговорила: — Сев, отвечай четко. Когда отошли воды?       — Четыре часа назад — Северус уже понял, что все идет не так как надо, и виноваты они сами. Он видел, как после его последнего ответа, Илли с трудом сдержала новое ругательство, как недовольно сжались ее губы и побелело лицо.       — Ясно. Аппарировать его в клинику в таком состоянии нельзя. Зелья применять тоже, придется идти камином, хотя это сейчас небезопасно и нежелательно, но делать нечего. Если начнется кровотечение, он погибнет, я ничего не смогу сделать дома. Бери его на руки и пошли — она обратилась с Малфою.       — Люци, хороший мой, послушай меня. Я знаю, что тебе больно, знаю, что страшно, но нам надо в больницу. При переходе по каминной сети тебе станет еще хуже, но выхода нет. Можешь кричать — легче не будет, но лучше себя не сдерживать. Ты меня слышишь?       Малфой закивал, ему больно, но рядом с ней хотя бы не так страшно, как последние несколько часов, он с трудом отпустив простынь, протянул руки к мужу. Снейп осторожно поднял, уже скулящего, супруга на руки и направился к камину, следом шла Иллия.       Как и ожидалось роды были долгими, трудными и мучительными. Илли и доктор Брукс сделали все возможное для сохранения жизни ребенка и облегчения страданий роженика. С малышом было все в порядке, а вот Люциус с трудом пережил этот процесс, хотя с медицинской точки зрения все прошло нормально. Кишечник цел, сфинктер и анус врачи растянули как смогли, небольшие разрывы зашили, кровотечения избежали, можно сказать, что роды прошли без физических осложнений. Чего нельзя сказать о самом Люциусе… Он рыдал, извивался на кровати, кричал так, что сорвал голос, вначале звал Снейпа, а потом уже и проклинал его, просил обезболивающих, а потом уже и яда. В перерыве между схватками скулил и боялся умереть. На последнем этапе несчастный роженик уже визжал, Илли с трудом уговаривала его тужиться, он почти не слышал ее, находясь во власти боли. Когда все закончилось, и ребенок закричал, Люциус даже радоваться не мог, он всхлипывал, тихо плакал, потом шепотом спросил: — Кто? И услышав в ответ — мальчик — наконец-то потерял сознание. Дальше врачи начали спокойно работать, Малфоя накачали зельями, и он уже спал под наркозом, когда целители занялись им самим.       Северусу тоже пришлось несладко. Десять часов он находился в неведении, к нему никто не выходил и ничего не рассказывал. Илли была занята, а больше Снейп никого не интересовал. Медперсонал коротко отвечал ему — все идет как надо — и Снейп снова оставался один. Заглушающее в родильном отделении не накладывалось, потому что родственников просто не пускали к палатам, они ждали далеко внизу, на первом этаже, в холле. Снейп оказался рядом с палатой просто потому, что пришел вместе с целителем, а потом его уже никто не смог выгнать и Северус прекрасно слышал крики, мольбы, стоны и проклятия супруга. Даже когда из палаты вышла медведьма с маленьким кричащим свёртком на руках, ему даже не разрешили посмотреть на малыша. Медицинская сестра строго посмотрела на измученного отца и грозный «Ужас подземелий» покорно сел на стул, ожидать целителя. Еще через пару часов, наконец-то вышла Линд, она была уставшей, немного бледной, но довольной.       — Все хорошо, Сев. У тебя здоровый малыш. Люциус спит после операций, осложнений удалось избежать. — она улыбнулась, глядя на растерянного, бледного Снейпа, пожалуй, таким она видела его первый раз и закончила: — Всё хорошо!       — Так… долго…       — Могло быть и дольше. — «успокоила» его доктор и позвала за собой:       — Пошли ко мне, тебе надо успокоиться и отдохнуть. Не спорь! Люци спит, малыш пока с няньками и педиатром, так что время есть.       Северус и не думал спорить, теперь — когда все позади — спорить не хотелось, хотелось разреветься! Не в силах сдержаться, Снейп шмыгнул носом, рвано вздохнул, борясь со слезами, и закивал. Илли молча обняла его за талию и повела к себе в кабинет.       — На, выпей — Линд протягивала другу стакан с огневиски, она видела его состояние, не стоит доводить этого сильного мага до слез.       Снейп схватил стакан и судорожно сделал несколько глотков, он глубоко дышал, давая алкоголю сделать свое дело, через несколько минут истерика отступила так и не начавшись.       — Все закончилось, Северус, расслабься. — доктор пить не стала, все-таки она на работе, хоть и внепланово: — Можешь поспать у меня в кабинете, там за ширмой кровать, уже глубокая ночь. Потом поговорим.       — Илли, а кто у меня… у нас?       — Разве я не сказала? — удивилась целитель, и продолжила: — За вашу безалаберность надо бы наказать тебя малость, помучить и не говорить, хотя бы до утра, — Линд взглянула в измученные карие глаза друга: — Но я не стану. У тебя мальчик, Севи. Хороший, здоровенький мальчик.       — Мальчик… — выдохнул Северус, его нижняя губа задрожала и по щеке покатилась слеза.       «Ясно, истерики не будет — будут пьяные слезы!» — подумала Илли, налила стакан воды, добавила туда умиротворяющий бальзам и протянула другу, тот покорно взял и залпом выпил. Через четверть часа Снейп спал спокойным сном, возблагодарив Мерлина за то, что есть Илли.       Утром Линд и Северус сидели в палате рядом с Люциусом, малыша еще не принесли, а целителю хотелось поговорить. Хотелось выяснить — как получилось, что такой приятный момент как рождение ребенка, стал для двоих родителей одним из самых страшных.       — Ну рассказывайте, шпионы недоделанные, как получилось, что вместо кесарева, вы довели все вот да такого, — Илли замолчала, она все сказала, теперь очередь за ними.       — Не знаю, что и сказать, — начал Снейп и замолчал, он внимательно посмотрел на супруга и ждал ответа от него, но Люциус молчал, ему не хотелось говорить, хотелось потерять сознание (или сделать вид, что потерял) и не отвечать сердитому супругу и взбешенной Илли. Поняв, что Малфой будет молчать, как на допросе, Северус начал говорить сам.       — Илли, я знаю, что на 35 неделе нужно делать кесарево, знаю, но я думал, что у него 34 неделя и время еще есть, думал до тех пор, пока вдруг не отошли воды и не начались схватки. Потом думать было уже поздно, нужно было действовать.       — А во Франции перевелись целители? Все! Вымерли, как мамонты? — перебила его доктор.       — Нет, конечно, но, когда все началось, наш доктор куда-то исчез, — Северус замолчал, потом очень тихо закончил: — а другие отказались спасать ребенка.       Линд понимающе кивнула, да, при таком раскладе спасают мать, в данном случае отца, никто не пойдет на такой риск как естественные мужские роды, потому что они не естественные! Только в мире магии возможна мужская беременность, но тогда ее и надо заканчивать так, как надо, а не пускать все на самотек.       — В таком случае риск гибели роженика очень велик, поэтому спасают его. Как говориться — из двух зол… *       Снейп вздохнул, Люциус лежал на кровати ни жив, ни мертв. Он понимал, что сейчас придется отвечать на вопросы, на очень неприятные вопросы… хоть бы малыша принесли поскорее, тогда все внимание было бы переключено на него, а ему, Люциусу, не так сильно достанется от супруга и доктора (то, что ему хорошенько прилетит, Малфой уже понял, теперь хотелось бы поменьше!) Но чуда не случилось, и Люциусу пришлось начать говорить.       — Меня вел целитель Фоулер, хороший малый, делал назначения, осматривал, давал рекомендации, он же и поставил срок. Он поставил правильный срок, вот только я попросил, чтобы супругу он назвал немного не те цифры. — Люциусу все больше не нравились черные глаза мужа, они явно не предвещали ничего хорошего, но говорить надо, а то хуже будет, и он продолжил:       — Доктор сразу предупредил и про кесарево, и про 35 недель, и больницу посоветовал хорошую, но я… — Малфой вздохнул, — не хотел операцию, шрам на животе большой останется, вот поэтому и уменьшил срок.       Люциус поежился, теперь на него смотрели два яростных взгляда, Илли присоединилась к Снейпу, а Малфой был рад, что его нельзя сейчас наказывать, он же после родов, да и операции все же были.       — А твой целитель куда делся в конце концов? — Илли особенно выделила слово «целитель», Люц понял, что Фоули не долго быть доктором, Линд сделает все, что бы его больше близко не допустили до пациентов.       — Он сразу сказал, что участвовать в этой афере не будет, я должен сам найти нового врача для родов. — Люциус еще раз вздохнул, похоже от наказания его не спасет даже его плачевное физическое состояние, Северус может и подождать, но не забыть! Однако деваться некуда и он продолжил говорить:       — Я согласился, ну откуда мне было знать, что ни один врач не возьмется вести естественные мужские роды?       — А посоветоваться мозгов не хватило? — голос Снейпа испугал даже Илли, она взглянула на него, но ничего не сказала.       Ей и самой хотелось выдрать Малфоя до кровавых соплей! Так рисковать собой и ребенком, и ради чего? Ради красивого тела без шрама! Совсем Люциус умом тронулся со своей внешностью…       И тут боги сжалились над несчастным Люциусом, в палату вошла медведьма с малышом на руках, она передала ему ребенка и Малфой вцепился в него мертвой хваткой. Вот он — его маленький спаситель! Хвала Мерлину! От наказания малыш его, конечно, не спасет, но вот отсрочит точно, глаза супруга явно потеплели.       — Вам надо покормить ребенка.       Люциус мелко закивал, медсестра начала объяснять, что и как делать, и многозначительно взглянула на мужчину в палате, давая понять, что тому пора уходить. Северус подошел к супругу и посмотрел на маленького сына в его руках, чуть улыбнулся малышу и вышел. За ним последовала Илли.       По кабинету целителя Линд метался Ужас подземелий, Северус Снейп. Его ярость не знала границ, Илли уже закрыла комнату заглушающим, так что его ора никто не слышал. Где-то через четверть часа Северус остановился, он стоял посреди комнаты и дышал как загнанный зверь, тяжело и шумно.       — Всё? — спросила Илли — выдохся?       — Да! — прошипел Снейп и сел в кресло.       — Хорошо. Сев, я тоже зла на Люциуса, и тоже хотела бы его наказать, но… — Линд многозначительно замолчала, давая другу прийти в себя и обратить внимание на ее слова, затем продолжила: — Он сам наказал себя. Сам. За эти несколько часов он испытал такую боль, что пожалел о своем обмане не раз и не два. Очень хорошо, что ты его не видел, смотреть как мучается любимый человек трудно. Поверь мне, очень трудно.       — Я верю… я не видел, но слышал. — Северус вздохнул, эти часы тоже дались ему непросто.       — Хорошо, можешь немного подуться на мужа, пусть помучается, — Илли усмехнулась — а сейчас пойдем в палату, покажу тебе сына.       Перемену в настроении супруга Малфой определил сразу, не даром они столько лет знакомы, и успокоился, хотя его Северус все же был немного обижен, гроза прошла стороной.       Снейп держал на руках ребенка, он сразу отметил свои карие глазки и белые, платиновые волосы Люциуса, мальчик был крошечный и такой хорошенький, аж дух захватывало. Северус никогда не считал себя красавцем, не то, что Малфой, а вот малыш получился загляденье. Интересно какой у него будет характер? __________________________________________________________________ *Имеется ввиду поговорка — «Из двух зол — выбирают меньшее»