My overseer~

В тюрьме, утро четверга начинается не с кофе, а подъема в шесть утра под пристальным взглядом соседа, которому в последнее время нравится сидеть на полу у стены. Иногда Енджуну кажется, что тот совсем не спит, вместо этого вычитывая что-то в газете. Немного странно лишь то, что такие новостные газеты в их тюремное подразделение завозят только раз в неделю. Дон Су наверняка не один раз уже перечитал свою. И все еще перечитывает. Енджун же предпочитает не обращать внимания на это, потому что думает, что Дон Су слегка крышей поехавший. Он часто настукивает пальцами какую-то мелодию, что иногда раздражает. Постоянно молчит и пялится на Енджуна. Причем так, будто бы тот — единственное, что он может видеть. А еще он, очевидно, роется в чужих вещах, хотя при этом ничего не забирает.. Игнорируя своего соседа, Енджун поспешно умывается, обливая себя водой, что небольшой струей стекает на загрязненную поверхность умывальника. Проводит мокрой рукой по волосам, небрежно зачесывая их назад, а затем закрывает воду и вытирает лицо небольшим полотенцем. Буквально на мгновение останавливается, чтобы заглянуть в окно — еще раннее утро. После завтрака, обычно, начинается время для встреч и телефонных разговоров. Енджун их все пропускает. У него нет никого, кто хотел бы увидеть его или узнать как дела. Он давно уже один и, в принципе, ни в ком и не нуждается. Наверное..? У всех тех, кто никого не ждет, просто свободное время. И Енджун предпочитает проводить его на свежем воздухе. Это куда лучше, нежели сидеть внутри четырех бетонных стен с решетками на окне и подозрительным соседом под боком. Кстати о соседях. Оказывается, тот дерзкий парнишка Бомгю, коротает свой срок в камере напротив. К несчастью Енджуна, они достаточно часто пересекаются в коридоре с обшарпанными стенами. И не только в коридоре. Сейчас тоже. Бомгю, заложив руки за голову, медленно шагает вперед и немного щурит глаза из-за солнца. Его волосы хаотично разлетаются на выдохе ветра, а широкая, слегка мятая футболка, висит мешком на худощавом теле. Позади него идет мужчина в форме, внимательно наблюдает за ним. Он останавливается, чтобы пропустить Бомгю вперед, а затем закрывает за ним дверь и удаляется. Енджун успевает подметить, что Бомгю пришел со стороны того самого здания, где проходят телефонные беседы. Если честно, в какой-то мере ему действительно становится любопытно. Он сильнее сжимает перекладину напряженными руками и сосредеточенно подтягивает свое тело вверх, глядя на Бомгю и раздумывая над тем, с кем и о чем бы тот мог говорить. Видимо, есть кто-то, кому не все равно. Енджун на пару секунд задерживает свое дыхание, а затем снова опускается вниз, выпрямляя руки. Он вспоминает о том, что если у него нет родителей или собственной семьи, то это не значит, что их нет и у Бомгю. Эта мысль успокаивает любопытство Енджуна и он, шумно вдыхая, снова напрягает свои руки, чтобы поднять тело выше. Бомгю тоже его замечает. Он делает это раньше, чем кто-либо еще — Енджуна трудно не заметить. В нем есть что-то кричащее и требующее к себе внимания. Что-то такое, от чего на него все хочется смотреть. Хочется восхищаться. И Бомгю, никому об этом не рассказывая, правда восхищается. Он продолжает идти вперед, наблюдая за мышцами на руках Енджуна, которые то появляются, то исчезают. Оглядывает белую майку, которая немного просвечивает из-за пота, и разбросанные в разные стороны волосы, прилипающие к лицу. А еще раскрасневшиеся щеки. Искрящиеся уверенностью глаза. В свете весенних солнечных лучей Енджун, вместе с турником и подтягиваниями, выглядит куда более интересно, чем на лавочке с книгой. Бомгю, если честно, хотел бы быть таким же, как старший. Но терять свой собственный, особенный шарм он тоже не собирается. Считает, что всегда оставаться собой — лучшее решение. По этому Бомгю остается собой и, как обычно происходит, когда не смотришь куда идешь, цепляет плечом какого-то мужчину, который из-за этого спотыкается и тут же валится на землю. Бомгю хотел было крикнуть что-то по типу «смотри куда идешь», но оборачиваясь, он смотрит на пожилого мужчину, который по его вине сейчас не на ногах, и засовывает свой язык с ядовитой речью подальше. Он не знает, что делать в таких ситуациях, потому что никогда в них не попадал, по этому просто протягивает ему руку, чтобы помочь встать. — Оставь его, - Бомгю переводит свой взгляд на Енджуна, который отпускает перекладину и спрыгивает вниз. Сам Бомгю ничего не понимает, но все же руку, нерешительно убирает и больше не смотрит в сторону мужчины. Он, с недопонимающим выражением лица, двигается в сторону, к турникам. Енджун же молча закидывает к себе на плечо свою рубашку и забирает бутылку с водой со столика рядом. — Здесь не любят насильников, - поясняет Енджун, шагая к знакомой лавочке. Бомгю за ним следом идет. — С такими лучше не спутываться, а уж тем более, - оборачивается к Бомгю, — руку помощи протягивать. У нас это не принято. — К тому же, он еще и фуфлыжник, который при свободной жизни проиграл все деньги и не вернул их. Даже для тюрьмы это позор. Не то чтобы в планы Енджуна входили поучения и советы для младших, но в этой ситуации выбора у него не было. Если бы кто увидел Бомгю с тем стариком, то слухи поползлись бы быстро. Бомгю так само записали бы в список тех, к кому можно относиться, как к мусору. Без уважения, без права на голос и любое слово в общем, и много других подобных привилегий. Что ж, ладно, похоже Бомгю еще не успел выучить здешние правила. Енджун подходит к лавочке, стягивая с плеча и бросая на деревянную поверхность свою рубашку. Откручивает крышку и снимает ее с бутылки, чтобы сделать несколько глотков воды. А Бомгю в это время падает на лавочку рядом. Устраивается удобнее, разваливаясь, а затем вдруг замечает знакомую фигуру полковника Чхве в тени неподалеку. — Этот, старший из надзирателей, - кивает Бомгю, - странный. И Енджун тоже находит своего полковника среди преступников и других тюремных работников. Молча смотрит, делая очередной глоток воды. — Постоянно это угрюмое выражение лица. Всякий раз как не гляну на него — жить не хочется, - чуть смешливо выдыхает парень. — Так не смотри, - отзывается Енджун. — Я выколю тебе глаза, если это проблема, - спокойно продолжает он, сжигая Бомгю взглядом. Бомгю на это слегка удивленно вскидывает вверх бровь и фыркает. Енджун же оставляет бутылку, усаживается рядом и не отводит глаз от полковника. — Скоро я вытащу его отсюда, - кивает он в сторону. — Кто бы мог подумать.. Собираешься совратить полковника? – в голосе Бомгю чувствуется тонкая насмешка. — Совратить.. - протягивает Енджун и тут же подмигивает Субину, когда встречается с ним глазами. — Мне это незачем. — Он и так мой.

~

Четверг. Все еще четверг.. Почему-то он кажется Енджуну чертовски долгим. Быть может потому, что у всех заключенных сейчас вечерний душ, а потом ужин и целая туча свободного времени, а у Енджуна свидание с ведром и шваброй, из-за чего он все пропустит. Ладно. Енджуну не привыкать. По собственной глупости ведь в драки лезет.. Хотя это, между прочим, равняется плохому поведению, о чем его любимый полковник обязан будет доложить начальству. Но для Енджуна это особой погоды не делает. В любом случае, он сможет чаще видется не только со щетками и унитазами, но и с Субином. А это уже что-то. Енджун даже думает, что это больше похоже на какую-то привилегию для него, нежели на наказание. Только что он закончил мыть полы в столовой, предназначенной для тюремного персонала, по этому останавливается, чтобы полюбоваться результатом, и пытается сдуть со лба непослушную прядь волос, что лезет в глаза. В итоге он все равно убирает ее с лица локтем. Молча бросает тряпку в ведро с мутной водой и берет его с собой, в то время как другой рукой тащит швабру. Напоследок он оставил уборку в кабинете полковника, по этому, пока сам Субин занят вечерним обходом заключенных, Енджун копается в бумагах на его столе. Он всегда так делает. Буквально при любом удобном случае. Он то вычитывает что-то о новых заключенных, то просто рассматривает бумажки, в которых ничего не понимает. Ему в принципе интересно знать то, чем занимается Субин, пока он сам сидит в камере. И Енджун даже не дергается, когда в кабинет вдруг входит Субин. Он даже не пытается отойти от стола и снова взяться за швабру, вместо этого продолжая листать и разглядывать что-то в одной из папок. Привыкший же к подобным вещам полковник не удосуживается показать хоть какую-то из эмоций. Ни злости, ни раздраженности, абослютно ничего. Он лишь молча подходит к Енджуну и, со второй попытки, выхватывает у него из рук папку, которую кладет обратно на стол. Субин так же, как и всегда, бросает на Чхве свой долгий, темно-карий взгляд, а затем кивает на ведро позади, напоминая ему о том, зачем он здесь. Енджун на этот жест глаза только закатывает, но послушно возвращается к своему занятию. Спустя десять минут Енджуну надоедает швабра. А еще ему надоедает оборачиваться и наблюдать за слишком сосредоточенным, но заметно уставшим Субином. Тот что-то печатает, а затем сверяет написанное на экране компьютера с тем, что в документах, сидя под желтым светом настольной лампы. — Ты стащил книгу с моего стола, - прерывает комфортную для них обоих тишину полковник, когда чувствует на себе слишком долгий взгляд. Хотя при этом, даже не отрывается от своей работы. — Я еще не дочитал, - отставляет швабру в сторону Енджун и усаживается на стуле, напротив Субина. Субин ничего не отвечает. Иногда делает пару глотков из, стоящего на поверхности стола, стакана с кофе. Полностью погруженный в работу, он будто не замечает перед собой Енджуна, которого давно бы уже пора отправить в камеру. В последнее время ему слишком много позволено, и это стоило бы исправить. — Что за гадость ты пьешь? - кривится Енджун, когда подходит ближе к Субину и пробует стоящий рядом с ним кофе. — Сядь на место, - вздыхающе тянет Субин, отбирая свой кофе у парня. Он устало потирает глаза, а затем снова утыкается лицом в экран компьютера. А Енджун лишь голову набок склоняет и за спину полковника заходит, упираясь руками о чужие плечи. Касается холодными пальцами черной куртки, накинутой на тело Субина. Сминает кожу сквозь ткань, массирующими движениями, которые пробирают до мурашек обоих. Енджун никогда ранее не позволял себе чего-то подобного. Чего-то такого реального. Субин же на миг замирает, его пальцы перестают бегать по клавиатуре. Но он как обычно сохраняет свою серьезность. Держит свое ледяное, безэмоциональное выражение лица. В конце концов, он все еще на работе, а рядом с ним преступник. Но, в конце концов, Субин все еще человек. И далеко не железный. Субин резко наклоняется вперед, пытаясь скинуть с себя чужие руки. Субин хочет обернуться, сказать что-то против и встать, но Енджун шепчет успокаивающее «тшш» ему на ухо и усаживает обратно. И полковник забывает обо всех «против». — Тебе стоит больше отдыхать, - говорит Енджун, опуская голову на плечо полковника и, будто бы обнимая его со спины. В какой-то момент его руки соскальзывают вниз, от чужой груди и к талии. А потом Субин их перехватывает своими большими ладонями, чтобы остановить. Каким бы холодным Субин не казался снаружи, его руки всегда теплые. — Сядь на место, - шепотом повторяет Субин, уже менее угрожающе. Но для Енджуна этот шепот звучит настолько по-особенному, что он без лишних слов возвращается на стул. Честно говоря, будь это кто-то другой, Субин бы не пытался устраивать себе проверки на прочность. По первому же «неправильному» взгляду или движению он, как минимум, вклинил бы наручники и отвел в камеру. Вся проблема в том, что Енджун не кто-то другой. Он удобно усаживается и подпирает щеки руками, чтобы наблюдать за своим занятым полковником. Очерчивает взглядом линию подбородка, ведет его к широким плечам в форме, к длинным пальцам на руках, а затем к шее и уставшим, темным глазам. Енджун замечает, как Субин временами поглядывает за ним. Дарит буквально секунду внимания и снова отворачивается. А Енджун всегда нуждается в этом внимании, по этому если он его не получает, то делает все, чтобы в итоге его получить. — Смотритель Чхве, - стучит и входит в кабинет мужчина. На вид ему лет двадцать пять, никак не больше. — Сегодня прибыло на шесть человек больше, чем предполагалось, по этому не всем хватило мест и одежды. С камерами и распределением, думаю, в скором времени разберемся, а вот пара тюремных комбинезонов не помешала бы. Старые уже не годятся к использованию. — Хорошо, я постараюсь решить этот вопрос завтра, - не громко говорит Субин. — Отвести его? - кивает мужчина на спящего за столом Енджуна. Сначала Субин хочет согласится, но его вдруг начинают атаковать сомнения и, в итоге, он отрицательно качает головой. Когда мужчина покидает кабинет, полковник откладывает ручку с бумагами в сторону. Откидывается назад, на спинку стула, несколько раз тяжело выдыхает и быстро моргает, чтобы хоть немного снять напряжение с глаз. Перекрещивая руки на груди и глядя на Енджуна, Субин думает о чем-то своем. А Енджун мирно спит, раскинув локти в стороны и уронив на них голову. Его темные волосы свисают на поверхность стола, а дыхание такое размеренное и совсем не заметное. Будто он и не дышит вовсе. В последний раз Субин проверяет время - почти час ночи. Он решает, что работа подождет до завтра, а Енджуна все же стоит разбудить. Хотя бы потому что спать в такой позе не удобно, да и никто не собирается караулить его всю оставшуюся ночь. И Субин гасит желтый свет настольной лампы прежде, чем они вдвоем выйдут и захлопнут за собой дверь.