Гон

***

Дима: Все отменяется У меня гон — Съемки отменяются: у Димы гон, — неожиданно заявляет на всю комнату Никита, подняв уставший взгляд на остальных ребят, которые приехали гораздо раньше него. Сегодня по расписанию намечалась новая съемка проверки лайфхаков. Еще на прошлой неделе ребята прошерстили знаменитую сеть Тик Тока и были абсолютно готовы к проверке весьма популярных видео, закупив в ближайшем гипермаркете весь инвентарь. Вчера Дима убедился в том, что все ребята настроены на продуктивную неделю, состоящую из большого количества съемок. А сегодня сдал назад, отправив Сударю короткое сообщение, не забыв извиниться перед остальными ребятами, ведь те, отказавшись от своих планов, согласились провести это время совершенно иначе. — Как гон? — с удивлением интересуется Стас, неверяще вскинув брови. — Недавно же был. Бета был абсолютно прав: это не первый раз за последнее время, когда Масленников сворачивал собственноручно все съемки и планы. Но отчего-то всем казалось, что в этот раз у них все пройдет гладко, без каких-либо нежелательных изъянов. Но вот они здесь, сидят в студии и разочарованно вздыхают, обреченно посылая лучшему другу слова поддержки, дабы он не чувствовал сильный укол вины. Эмиль некоторое время медлил, не зная, что в таком случае написать, так как омега не был уверен, что сможет передать через короткое смс все эмоции, что теплились в его груди. — Ты же знаешь, его цикл не стабилен, как раньше, — беззаботно произнес Сударь, продолжая залипать в экран телефона, желая оказаться дома и заказать что-нибудь вкусненькое на обед. — Ему просто нужна омега, понимаешь? Обычно в таких ситуациях альфам помогает горячий секс! Стас, определенно недовольный ответом, закатывает глаза и махает на лучшего друга рукой, обреченно вздохнув. На подобные темы ему не нравилось говорить. Быть может, Никита и прав, все-таки он тоже альфа и, собственно, как Дима, испытывает подобные чувства раз в два месяца. — Тебе виднее, — в итоге соглашается бета. Ему совершенно не хотелось в этом копаться, особенно сейчас, когда можно было со спокойной душой покинуть студию и отправиться домой, где его ждала любимая девушка. Он хотел было подняться с места, забрать зарядник со стола и направиться в прихожую, но стоило ему начать вставать, как Эмиль, до этого молчавший, решает возобновить разговор. — А как проходит гон? — тихо заговорил Иманов, засмущавшись, когда близкие друзья с легким удивлением устремили на него свои взгляды. — То есть я знаю… Но как с этим живет Дима? Подобные темы дико смущали омегу, но волнение за альфу, который не раз проявлял к нему особенную заботу, было куда важнее, чем неприкрытое ничем смущение и пунцовые щеки. Сударь молча отложил свой телефон, полностью позабыл о своих планах на день и приподнялся, устраиваясь подле Иманова, учтиво улыбнувшись и всем видом показывая, чтобы тот даже и не смел переживать из-за подобных вопросов. Неужели Эмиль наконец-то созрел для подобных разговоров? — Почему ты никогда не спрашивал об этом Димку? — стараясь не спугнуть Эмиля, Сударь решил не напирать, вкладывая в каждое слово толику щемящей нежности. — Да как я могу… И правда, как? Он омега, подобные вопросы в корне не могли быть озвучены, особенно перед объектом воздыхания. Дима, признаться, действительно нравился Эмилю гораздо больше, чем друг. Бывали моменты, когда он искренне считал, что их чувства взаимны, так как Масленников проявлял к нему чуткое внимание, одаривал заботой и защитой. Но это делали и остальные ребята в команде: темноволосый был единственным омегой, за которым требовался особый уход. — Да брось, это же Диман, — вклинивается в разговор Стас, потирая от холода руки: отчего-то температура в комнате была гораздо ниже, чем несколько минут назад. — О таких вещах не стоит переживать. — Стас дело говорит! Да и к тому же… Зачем тебе это знать? — Никита не дурак, прекрасно понимает неприкрытый интерес со стороны омеги, но желает выпытать откровенное признание, нежели говорить за него. Эмиль под заинтересованными взглядами друзей тушуется, не зная, куда себя деть. Взять и уйти, сказав, что ему нужно как можно скорее вернуться домой, он не мог. Плюс ко всему за плечи его держит альфа и слегка поглаживает, стараясь помочь избавиться от резкого наплыва стресса. Тем более он действительно нуждался в ответах, особенно от Никиты, который лучше всех знал, что испытывает Дима на протяжении некоторых дней, когда под дверью стоит непредвиденный гон, желая как можно скорее заполучить тело Масленникова. — На самом деле… Я просто хочу… Слова не вяжутся в предложения, но благо никто не напирает, друзья внимательно слушают всю несуразицу до тех пор, пока омега не находит в себе сил высказать все то, что накопилось за последнее время. — Хочу провести с ним гон! — резко и четко. Запоздало накатывает чувство стыда и смущения. Эмиль прячет взгляд и кончик языка прикусывает, ругая внутреннюю омегу за свою бестактность. — Но тебе необязательно этого делать, — Стас старается говорить спокойно, но голос все равно дрожит, предвкушая что-то особенное. — Гон, насколько мне известно, отличается от течки омег. — Абсолютно верно, друг мой! В гон альфы куда напористее: мы видим в омегах свою добычу, нежели пару по сексу, — с небольшой заминкой говорит Никита, вспоминая свой прошлый гон, который яркими красками вновь воспроизводился в его извращенных мыслях. — Но это не значит, что мы ведем себя как последние животные. После гона многие альфы становятся слишком нежными для своих пар, и Дима не исключение. Внимательно слушая своего лучшего друга, Эмиль все больше и больше чувствует острое желание помочь. Дима был для него особенным. Омега пусть и ощущал легкое волнение где-то глубоко внутри, но все равно испытывал неприкрытое желание оказаться рядом и позволить старшему сделать все, чтобы ему стало легче. — Никогда не замечал в Диме такого, — Стас, пусть и был не так долго знаком с парнем, все равно успел изучить его вдоль и поперек. Но подобный разговор внушал лишь то, что Эмилю предстояло узнать парня с другой стороны, если он решит поехать к нему. — Потому что он редко проводит гон с омегами, — отвечает Никита, пожимая плечами. — Этот альфач боится навредить любому омеге, а если это будешь ты, Эмилька, то он побоится даже притронуться к тебе. Он давно уже заметил, что старший альфа испытывает абсолютно недружеские чувства к Иманову. Он часто окутывал его заботой, следил за его питанием и режимом сна, делился своей верхней одеждой, даже не задумываясь о том, что на омеге остается его природный запах, не подпускающий чужих альф. Дима всеми силами и возможностями проделывал все, чтобы омега был исключительно счастлив и здоров. — То есть если я приду к нему, он меня не пустит? — с неприкрытой грустью уточняет Иманов, сжав край своей кофты большими пальцами. Никита обреченно прикусывает язык. Ему следовало умолчать о некоторых аспектах жизни Масленникова, тот его за такие разговоры по головке не погладит. А Стасу нужно было позаботиться о том, чтобы подобная беседа не закончилась расстройством омеги. Он тоже знал, что Дима неровно дышит к Эмилю, собственно, как и омега к нему. — Нет! Если ты будешь напористым, то у него не будет сил отказать, — воодушевленно отзывается Никита, запустив правую руку в мягкие локоны омеги и нежно взъерошивая их, желая таким образом одарить парня поддержкой. — Тогда что мне делать? — Ты можешь сначала спросить у Димы, как он, а потом, если тот будет тебя игнорить, заявиться к нему домой, — предлагает Стас после недолгого молчания. Ему искренне хотелось, чтобы у ребят все получилось. — Я же прав, Сударь? — Абсолютно! Да и Димка не сможет выставить тебя за дверь. — Почему вы так уверены в этом? — запоздало интересуется Эмиль. — Просто доверься нам, — Сударь отмахивается и отпускает парня из своей хватки, дабы тот смог подняться с насиженного места. — Надеюсь, мы смогли тебе помочь, Эмилька. — В какой-то степени да, — односложно отвечает омега и неловко улыбается друзьям, желая разрядить обстановку как можно скорее. — Спасибо вам, ребята. — Если возникнут еще вопросы, ты не стесняйся, пиши, — кивает альфа, удобно устроившись на небольшом диване, закинув ноги на одну из подушек под недовольный вздох Стаса. Домой тому уже не хотелось. Если он закажет сейчас себе поесть, то этот день будет спасен, правда, нужно будет помочь операторам разобрать весь инвентарь и развести его по домам. Да и к тому же Стас здесь, а это уже огромный плюс, ведь у них были незавершенные дела, например, очередная катка на приставке, а потом бета может идти домой. Эмиль прощается с ребятами, желает им отличного дня и покидает студию первым. На улице его встречают лютый мороз и мокрый снег, что окутал парня с ног до головы, даря лишь щемящее желание оказаться в надежных объятиях альфы.

***

Никита Сударь: Забыл сказать, на всякий случай захвати еды и побольше воды, если все получится, у вас не будет времени на доставку, тем более, на магазин :)))) Эмиль отвечает чуть позже, так как до этого был в душе и проводил все самое необходимое, желая предстать перед альфой абсолютно чистым. Он коротко отвечает Сударю, благодарит его и собирается уже выключить телефон, но вспоминает еще одно наставление и открывает переписку с Димой. В сети тот был пару часов назад, но для омеги это уже целая вечность. Он чертовски соскучился по старшему, внутренняя омега неприкрыто бунтовала, требуя должного внимания к своей персоне. Эмиль: Привет, ты как? Сударь наплел мне всяких баек про этот ваш гон, теперь переживаю, вернешься ты к нам живым или нет Он прекрасно понимает, что Масленников так быстро не ответит, поэтому убирает телефон в карман спортивных штанов и со вздохом направляется на кухню, желая разогреть приготовленный недавно обед. Он с легким напряжением откидывает рукой волосы назад, не зная, куда себя деть. Ему хотелось как можно скорее оказаться с Димой, а не в пустой комнатушке, где единственный звук исходил от закипающего чайника. В голове рисуются весьма неприличные картинки: омежка неприкрыто представляет перед собой возбужденного Масленникова и его крепкие руки со вздутыми от напряжения венами, к которым так хочется прикоснуться и почувствовать их на своих бедрах. Не в силах больше терпеть, особенно когда в штанах становится чуть теснее, Эмиль доверяется своим инстинктам омеги, которая заликовала оттого, что ее наконец-то выпустили. Он покидает кухню, позабыв обо всех делах, спешно одевается, высушивает волосы и направляется нервной походкой к двери, предвкушая насыщенный вечер. Напоследок он останавливается, достает телефон и строчит очередную смс-ку, мгновенно отправив ее. Эмиль: Я еду О смущении он подумает потом, а сейчас дело осталось за малым.