Грань

Первые лучи рассвета пробивались сквозь тяжелые шторы, окутав спальню в полумрак. Гарри медленно приподнялся. Пижама соскользнула с плеч, обнажив кожу, украшенную узором из синяков. Отпечатки пальцев Реддла... «Хорошо, что додумался задернуть полог…» — подумал он. Иначе у Рона, ворочавшегося на соседней кровати, могли бы возникнуть ненужные вопросы. В памяти всплыл вчерашний вечер: голос, плывущий из ниоткуда, и холодный взгляд Реддла. Интересно, какие его планы он разрушил на этот раз? Он вновь натянул пижаму и отдернул полог. Нужно было собираться на завтрак.

***

Набросив на плечи мантии и наспех завязав шнурки, Гарри и Рон ринулись вниз по винтовой лестнице. Внизу, у камина с дремлющими углями, переминаясь с ноги на ногу, их уже ждала Гермиона. Ее нетерпеливый взгляд тут же впился в лица друзей. Гостиная шумела и суетилась: кто-то поправлял галстук, кто-то торопливо запихивал учебники в сумку, а Фред и Джордж, как всегда, парили над этим хаосом, словно два шута-демона. — Слипперс просто обязан вернуться в защиту, если мы не хотим увидеть, как «Сенненские соколы» терпят разгром в этом сезоне! — вскинула руки Кэти. — Да он на метле поворачивается, как улитка в сиропе! — фыркнул Джордж. Троица друзей пристроилась за спинами близнецов, чтобы покинуть гостиную. Гриффиндорцы вытягивались из дверного проема, как река, вырывающаяся из узкого ущелья. Гарри шагал на автопилоте, все еще размышляя о таинственном голосе, и едва не влетел в спину Кэти, когда та вдруг резко остановилась. — Эй, что там происходит? — крикнул Рон, обращаясь к морю растерянных лиц. Ответом стал лишь недоуменный шепот. Сзади напирали новые волны студентов — голодные, сонные, раздраженные. Гермиона, прижавшись к перилам, нервно перебирала прядь волос. — Эй, там что, Пивз снова устроил адский салют? — крикнул Симус, пробираясь сквозь толпу. Где-то впереди, за стеной спин, зазвенел голос Ли Джордана: — На третьем этаже перегородили проход! Там Дамблдор! Имя директора пронеслось по лестнице — низко, тревожно, будто сам замок застонал от тяжести предчувствий. Гарри сглотнул ком в горле. Третий этаж. Именно там он столкнулся вчера вечером с Реддлом. Холодок побежал вдоль позвоночника. — Гарри? Все хорошо? — обеспокоенно спросил Рон. — Ты белый, как тапочки покойника. — Не смейся, — проворчал Гарри, пытаясь отогнать тревожные мысли. — Братец, твое чувство юмора как отдельный вид искусства — не смешно, и плакать хочется, — весело встрял Фред. — Заткнись! — Рон бросил на него взгляд, от которого мог бы загореться пергамент. — Ой, Ронни-пуська обиделся! — Джордж вскинул руки, будто защищаясь от невидимой атаки, и игриво потрепал брата по волосам. — Не переживай, мы тебя посвятим в рыцари дерьмового юмора! Рон отпрянул от него, как ошпаренный. В любой другой ситуации Гарри, без сомнения, рассмеялся бы, но сейчас слова друзей утонули в море беспокойных мыслей. Он навис над перилами, впиваясь взглядом в арку третьего этажа. За ней маячили лишь макушки студентов. — Ты что-то скрываешь, — шепот Гермионы прокрался сквозь шум. Ее дыхание коснулось уха, и Гарри вздрогнул, в очередной раз поразившись почти мистической проницательности подруги. — Вчера я снова услышал тот голос, — слова вырывались сквозь зубы. Гарри ловил взгляды Джорджа и Кэти, боясь, что они смогут что-то услышать. — Пошел за ним, а там… Реддл. Опять. Гермиона испуганно ойкнула. — Надеюсь, он не… — Да все с ним в порядке, — заверил ее Гарри. — Не сомневайся. — Откуда ты знаешь? — голос Гермионы дрогнул, она колебалась. Гарри на это лишь пожал плечами. Он не мог это доказать, но был на сто процентов уверен — что бы ни произошло, жертвой стал явно не Реддл. Гермиона открыла было рот, но ответить она не успела — толпа впереди дрогнула, зашевелилась. Наконец студенты расступались, пропуская группу преподавателей. Первым из сумрака коридора возник Дамблдор — высокая фигура, облаченная в серебристую мантию. Директор кивнул ученикам, но в этом жесте не было привычной теплоты — лишь отражение тяжелых мыслей. За ним, словно тень, возникла Макгонагалл. Ее остроконечная шляпа съехала набок, открывая прядь седых волос. Взгляд профессора метнулся по толпе, будто пытаясь отыскать ответы в испуганных лицах. Она резким движением поправила шляпу, словно встряхнувшись от дурного сна, и ринулась следом за директором. Три фигуры, шедшие следом, казались особенно мрачными: угрюмый Снейп, встревоженный Люпин и профессор Стебль, чье лицо напоминало засохший бутон из-за глубоких морщин. Но все это блекло перед тем, что открылось дальше. Реддл и мадам Помфри вели под руки Филча, чьи глаза казались непривычно красными, а по щекам текли слезы. — Это… Филч? — прошептал Рон. Его голос дрогнул между смехом и ужасом. — Да, я тоже его вижу, — выдавил Невилл, внезапно возникнув за спинами троицы. — Или мы оба сошли с ума. Но Гарри их не слышал. Его взгляд был прикован к Реддлу. Тот шел плавно, будто скользил над землей, лицо — маска безупречного спокойствия. Ни тени волнения, ни искры торжества. Холодный мрамор, отполированный до блеска. «Что ты скрываешь за этой маской?» — подумал вдруг Гарри. Толпа начала рассеиваться, студенты, как испуганные рыбы, уплывали в сторону Большого зала. Гарри почувствовал, как желудок сжался от голода, но даже мысль о еде не могла заглушить тревогу. Он бросил последний взгляд на арку, ведущую на третий этаж, и поплелся вслед за другими. Большой зал встретил их беспокойным гомоном. Гарри ел механически, вкус еды потерялся между мыслями о Реддле и заплаканным лицом Филча. Где-то за спиной смеялись Фред и Джордж, звенела посуда, но внутри бушевала тихая буря.

***

Слухи, словно стая нетерпеливых дементоров, облетели замок быстрее, чем успела остыть утренняя каша в тарелках. Еще до последней ложки овсянки Гарри уже знал все: о мертвой кошке, застывшей в жуткой позе на факельном кронштейне, о кровавых записях на стене, о первокурснице, чей вопль разорвал утро, как лопнувший воздушный шар. Большой зал бесновался. Шепотки, перекрикивания, звон ножей. Друзья, едва проглотив последние куски, рванули на третий этаж. Знакомый коридор уже кишел студентами, но троица все-таки пробилась к эпицентру. Слизеринцы, столпившиеся у арки, проводили их острыми взглядами, но Гарри уже не замечал ничего, кроме... Буквы. Они пылали на камне, будто выведенные кровью: «ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА. ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, БЕРЕГИТЕСЬ!» Воздух пах медью. — Враги наследника, берегитесь! — голос Драко Малфоя наполнил коридор. Он стоял чуть в стороне, опершись о стену, будто король, наблюдающий за мятежом. — Сначала кошка, — протянул он, — а завтра те, в чьих жилах течет нечистая кровь! Взгляд Малфоя скользнул к Гермионе, задержался на ней дольше, чем нужно, а губы растянулись в улыбку. — Малфой… — прошипел Рон, сжимая кулаки, но Гарри схватил его за рукав. Звон колокола разлился по коридорам. Толпа на мгновение замерла, будто загипнотизированная, а затем начала быстро редеть. Гарри, Рон и Гермиона тоже отправились на занятие. Надпись оставила в душе неприятный холодок, от которого хотелось побыстрее избавиться.