До дома - рукой подать...

      Джеймс приложил руку козырьком ко лбу – яркое желтое солнце этой планеты нещадно жгло глаза, даже защищенные специальными очками. Чертова пустыня все не кончалась. Барнс ненавидел холод всеми фибрами своей искалеченной души, но и при такой жаре чувствовал себя не лучше. С него уже сошло даже не семь потов, а все десять. Как же хотелось в душ! Конечно, усовершенствованный организм запросто справлялся и с непереносимым для обычного человека холодом, и с адским пеклом. Да он уже и не помнил толком, каково это – быть простым смертным…       Поудобнее перехватив рюкзак, он двинулся дальше. Как бы не было обманчиво впечатление, но скоро пустыня должна была закончиться… по крайней мере на его карте было именно так.       Мужчина убрал с лица влажные длинные прядки, мешающие обзору, и вздохнул. Благодаря специальному фильтру маска не пропускала пыль, но как же в ней было жарко! Ботинки вязли в песке, а порталом на данном этапе он воспользоваться опасался – еще влепится с размаху в какой-нибудь булыжник, бывало и такое – не самый приятный опыт в его жизни. От ран и ссадин он не застрахован, получать их довольно дискомфортно даже с учетом того, что через пару часов все заживает.       В любом случае, он надеялся, что это его последняя вылазка на данный момент. Он уже больше пяти лет не появлялся на корабле пред светлыми очами Дэйра и Ко. Пора было возвращаться.       Баки задумался. А сколько он уже не был на Земле? 230 лет? 240? И ведь не тянуло…       С момента Войны за Камни Бесконечности прошла уйма времени. После того, как Стив «вернулся» в будущее и почти сразу его не стало, Джеймс какое-то время оставался в компании вроде как товарищей. Даже подружился с Сэмом Уилсоном, Соколом, который потом стал следующим Капитаном Америка. И Барнс даже помогал ему в этом нелегком деле – борьбе с преступностью. Но… Дэйр предложил убраться с этой планеты. И побыстрее. Сказал, что его уже все достало, а самого Баки ведь ничего тут больше не держит. Странное было предложение, особенно если учесть, что сам Дэйр мог в любой момент улететь, а при этом почему-то оставался рядом с ними – с Баки и Сэмом…       Его…       А кто Дэй ему?       Товарищ по несчастью из Гидры? Друг по криостазу? Брат? Любовник?       Похоже, все вместе… Барнс хмыкнул – с маски слетело облачко пыли.       В общем, Дэйр оказался прав – за пределами Солнечной системы дышать стало легче. Баки и подумать не мог, что когда-нибудь окажется в космосе. То есть он, конечно, знал прекрасно, что Земля не единственная населенная планета во Вселенной. Тот же Тор прямое тому подтверждение… И все же.       Планет и миров на его пути было немеряно! Хотя оставаться на корабле под присмотром капитана Нарта и его команды он надолго не захотел. Тянуло на свободу. Даже от тех, кого он уже считал своими.       Так и мотался между мирами. Было интересно. К ребятам, оказавшимся специальным подразделением межгалактической полиции, он возвращался, когда начинал скучать по дому. Корабль «Световой» действительно стал домом, которого у него не было с тех пор, как его приписали к 107-му пехотному, как ушел на войну. И с этой войны он так и не вернулся. Даже сейчас – просто сменил одну войну на множество других, поменьше.       Он довольно быстро разобрался с валютами в межпространстве, поэтому с деньгами проблем никогда не возникало. Его умения и навыки пригождались везде. В космосе, как и на Земле, были свои войны, политика, дрязги… А убийство у Баки было вшито в ДНК. Гидра постаралась на славу. Кто ж знал, что сыворотка, сделавшая Стива Роджерса Капитаном Америка, сотворит с его лучшим другом такое? К суперсиле, супервыносливости и прочим атрибутам солдата с приставкой супер Баки приобрел то, на что Гидра не рассчитывала – вечность. Хорошо, что Гидра об этом так и не прознала, а то оказался бы он на лабораторном столе, не успев даже пискнуть…       То, что он не стареет, Зимний понял, когда Сэму стукнуло пятьдесят, а Баки рядом с ним остался таким же, как после Второй Мировой и лаборатории Гидры. Ему стало не по себе.       Он тогда устроил допрос Дэйру – а кому еще?       Его друг по криостазу являлся самым натуральным эльфом со всем комплектом прилагающегося – острые уши, рост под два метра, длинные жемчужно-белые волосы вкупе с неземной красотой и бессмертие. Ну, относительное. Прикончить эльфа было можно, хотя и не особо просто – для этого его сначала необходимо было поймать. Вот и подумаешь, что Гидра отлично сработала, ведь им это сделать удалось.       К тому же Дэйр владел магией… Бред? Как же…       Ребята во главе с профессором Джескинсом (личным научником и личным доктором команды «Светового») тогда знатно постарались, чтобы снабдить прихваченного с Земли их начальником человека всем необходимым. Баки также предоставили выбрать оружие на любой, даже самый взыскательный вкус.       Кстати именно возможность эльфа моментально перемещаться в пространстве через портал и была встроена в руку из вибраниума Баки. Очень удобно. Гидра так и не смогла разработать технологию, повторяющую конкретно эту способность Дэя, иначе война имела бы совершенно другое развитие…       Эльф на тот вопрос закатил янтарно-золотые глаза и сказал, что они, Гидра, то есть, много крови из него выкачали. Долго он у них не пробыл – сам потом признался, что знатно сглупил, попавшись. Когда Стив и Компания помогли развалить Гидру-Щит, тогда и эльф освободился… Способности к магии привить своим подопытным крыскам и кроликам Гидра не смогла, как не старалась, а вот жизнь опыты с кровью пришельца продлили.       Но с Барнсом получилось совсем странно – он вообще перестал стареть. То, что это новое приобретение его организма не распознали и не словили его для такого рода опытов, было чистейшим везением. Ведь больше такого эффекта обновленная сыворотка не дала – у остальных подопытных возраст брал свое. Его продолжали обнулять и замораживать после каждой миссии, понятия не имея, что криокамера больше не нужна. Зимнее Оружие больше нет необходимости сохранять в морозилке – оно и так не испортится.       - Наслаждайся вечностью, - улыбнулся тогда Дэй. – Еще надоест. Хотя… ты всегда можешь залечь в криостаз – в этом запросто помогу!       За последнее предложение расхохотавшийся золотоглазый гад получил затрещину вибраниумной рукой, что, правда, никак не подействовало на его настроение. Он продолжал веселиться, радуясь бесконечному космосу и свободе.       Баки прищурился. Помотал головой, ссыпая с отросших волос песок и пыль (проклятье, он не подумал надеть хотя бы кепку, и вообще – надо подстричься!), и снял очки. Помассировал переносицу и область вокруг глаз. Когда темные точки перестали кружить перед глазами, он снова приложил руку козырьком ко лбу. Да! Его усовершенствованное зрение уже различало вдалеке темную стену деревьев. Пустыня кончалась.       В принципе, как раз сейчас можно было воспользоваться порталом – в дерево он точно не воткнется. Он щелкнул большим и средним пальцами левой руки и, осыпавшись жемчужными искрами, материализовался уже в паре метров от толстенных стволов. Во флоре мужчина ничерта не понимал и не собирался понимать, поэтому заморачиваться о том, что это за деревья, не стал. Явно не елки. И не дубы. Да здесь и не могли расти деревья, знакомые по Земле…       - Почувствуй себя Таносом! – пробормотал Баки, перекосившись и вспомнив недобрым словом великана, прикончившего половину населения его родной планеты. Он, между прочим, тоже в число жертв попал. Но портал работал именно таким образом. Дэйр так просто рассыпался безо всяких дополнительных действий типа щелчков. Но на то он и маг.       Джеймс дошагал по песку последние метры и оказался, наконец, под тенью деревьев. Глубоко вздохнул. Здесь было не в пример прохладнее. Пахло землей, мхом, травами и какими-то цветами.       Приятно.       К тому же солнце, из-за которого он чувствовал себя прожарившимся до хрустящей корочки, сюда особо не заглядывало. Косые лучи прорезали себе путь между ветвями, разбиваясь мириадами солнечных пятен на листьях и траве. Жара тут не ощущалась. Баки осмотрелся. Никаких тропок в этом лесу не наблюдалось, совершенно дикая местность. Немного смутило отсутствие просто обязанных налететь на него насекомых. Он прислушался – стрекотание было, значит, просто нет комаров. Ну, ему же лучше.       Он запустил обе руки в волосы и растрепал их так, чтобы высыпалось как можно больше песка. Зачем-то постучал по ближайшему стволу, потом скинул рюкзак на землю и, покопавшись, достал флягу с водой. Теперь можно и допить, что осталось – здесь-то он воду точно найдет. Лес же. Вода была теплой, но все равно приятно осела во рту и на стенках сухого горла. Он и не представлял до сего момента, насколько хотел пить. Но этого было мало. Надо искать ручей, как угодно. Был, конечно, еще один вариант, но Баки его всерьез не рассматривал… Он был уверен, что и так справится.       Дурная планета была разделена на два полушария: одно – сплошная пустыня, второе – непроходимые леса. Баки не повезло – двигатель его шаттла отказал километрах в восьмидесяти от лесной зоны. Пришлось бросить шаттл и переть пешком по удушающей жаре и солнцепеку. Джеймс не мог себе позволить днем прятаться, а ночью передвигаться, время поджимало. Да и скрыться особо было негде, кругом лежал песок, а он не подготовился к путешествию по барханам.       Машину было жаль – он к ней привык, летал не первый год. И модификации вносил сам. Конечно, можно позже прилететь и забрать шаттл, заняться починкой на досуге. Но был ли в этом смысл? Дэй давно выносил мозг по поводу смены транспорта. Эльф уже даже притащил новый. Баки его увидел и ужаснулся. Машина была здоровенной, а Барнс предпочитал что-нибудь мелкое и скоростное. Обсудить этот вопрос с ребятами все никак не получалось, но теперь, видимо, придется.       Хорошо, что личных вещей он там все же не держал. А то было бы вдвойне обидно.       Мда, похоже возвращения на «Световой» не избежать. Это единственное место, при перемещении в которое, он уверен на 100%. Без шаттла ему остается только портал.       При переходе через пустыню он периодически нырял в пространстве. Но, не зная точного местоположения в лесу, он не мог сильно рисковать.       Цель его находилась в чаще леса, еще километрах в трех отсюда. Он сверился с голографической картой, распустившейся над его левым запястьем. Ну да, три километра. Но сначала ему надо было найти воду.       Джеймс закинул рюкзак на плечи и снова уставился в карту. Навигатор показал, что, если он двинется налево, то дойдет до водоема. Надо проверить. Баки затянул лямки рюкзака потуже и пошел на поиски воды. Через некоторое время он оказался на берегу тоненького ручейка. Берега были каменистые, он спокойно спустился к самой воде. Мелкая галька посверкивала на солнце. Ручеек журчал.       Баки сунул левую руку в воду, запуская анализ. Чистая. Он снова снял рюкзак и, покопавшись в нем, достал флягу. Но, отложив ее, деактивировал маску. Набрал полные ладони воды и долго с жадностью пил. От холода заломило зубы, зато жажда отступила. Напившись, Баки умылся, смывая с лица пот и пыль. Провел мокрыми руками по волосам, заглаживая их назад. Пока наполнял емкость водой – оглядывался. Кругом тишина, такая, как может быть только в лесу. Шелестит листва, поют птицы, в траве стрекотание. Красота. Но он сюда не природой любоваться прилетел.              ***       Наводка на группу торговцев живым товаром ему попалась случайно. Протирая штаны в каком-то баре на отдаленной планете, чьего названия он даже вспомнить не смог, Баки потягивал холодное пиво, когда услышал обсуждение сделки. И в который раз порадовался за свой суперслух…       Компашка выглядела довольно мерзко. Сразу складывалось впечатление, что ребята не чисты не только на помыслы, но и на руку. Их было четверо, сидели они в самом дальнем и темном углу. Говорили не на стандарте, но у Джеймса всегда было прекрасно с языками, а уж за двести с лишком лет в космосе он выучил массу языков и сейчас понимал все. А очень тихий разговор шел о поимке пяти, может больше – как повезет – экзотических девушек. Желательно самой необыкновенной внешности и красоты. Заказ исходил от одного влиятельнейшего господина, которому, по-видимому, наскучили обычные женщины (и мужчины), и потянуло на экзотику.       Самые красивые женщины были, естественно, эльфийки. Но Вилон – крайне недружелюбная планета. Она окружена массой силовых полей и ловушек. Туда вообще никого не допускали. Пробраться через их защиту пока никому не удавалось. Правительство использовало для дипломатических встреч нейтральные территории вроде лояльно настроенных планет, звездных баз или астероидов. Эльфы не особо горели желанием покидать родную планету и подставляться. Дело было как раз в том, что когда-то за ними охотились очень активно. Что женщины, что мужчины – эта раса славилась невероятной красотой. Джеймс тому свидетель – его ближайшие товарищи именно эльфы. Отлавливая, их продавали за баснословные деньги. Немногие Сильные Вселенной Сей могли похвастаться наличием в своем гареме эльфийки или эльфа. Правда, долго они в неволе не жили и находили-таки способ либо сбежать, либо свести счеты с жизнью, прихватив с собой всех, до кого руки дотягивались...       Вот вилонцы и стали не только непередаваемо закрытым миром, но и очень-очень злым.       Команда, с которой он находился, сейчас уже его команда, не только говорила на огроменном количестве распространенных в известной Вселенной языков, владела всеми навыками рукопашного боя и всеми видами известного оружия, но и магией. Они отлично оборонялись и еще лучше нападали. Не проиграли ни одного сражения, стычки или драки.       Дэйр, к тому же, оказался наследным принцем Вилона…       Хотя политику он не переносил на дух, и, являясь магом высшей ступени, запросто слинял. Спецподразделения полиции, такие как то, к которому он принадлежал, не имели никакого отношения ни к политике Вилона, ни к какой-либо другой политике. Они подчинялись непосредственно Совету. Что это такое, Баки не особо хорошо понимал – какие-то Высшие Силы, никогда ни с кем, кроме подразделений, не вступающие в прямой контакт. Да его это и не интересовало. Он в спецподразделении не числился, просто иногда присоединялся к драке.       Но возвращаясь к наводке… После подслушанного разговора на душе стало до того гадко, что он, не задумываясь, проследил за торгашами. Хвоста они не заметили – ну еще бы! Баки был профессионалом с многолетним опытом как боевым, так и разведывательным. Получить данные о планете, на которую собирались эти мрази, также не составило труда. Дело было за малым – долететь туда до того, как торговцы вывезут оттуда девушек и продадут.       Баки перекосило. Он сам когда-то был товаром, вещью, дорогим оружием.       На Дил’ле в лесах обитали дриады. За ними-то и отправлялось судно, набитое первостатейными отморозками. Поначалу Джеймс хотел без зазрения совести пробраться на корабль и просто всех перебить. Но его задержали, и он просто пропустил их отлет. Сразу догнать не получилось. А значит, придется избавляться от этих тварей на планете. И желательно, чтобы концов не нашли. А потом еще и позаботиться о том, чтобы больше никто до тех лесов не добрался. Хотя здесь ему понадобится помощь своих… Но об этом он подумает позже.       Дриады, их еще называли лесные нимфы – духи деревьев. Прекрасные как сон, но при этом вполне материальные, надо сказать. Но обитали они именно в стволах деревьев. Без дерева дриада могла существовать, постепенно слабея, где-то неделю. Вот и промысел – девушек ловили, доставляли на невольничий рынок (или напрямую покупателю), продавали, а потом новый хозяин выделял игрушке место жительства, которое она не могла покинуть. Никогда. Выгнать дриаду наружу было просто – шарахнуть по дереву электрошоком и вуаля! – она выскакивала. Пока девушка была слегка дезориентирована – хватай и делай с ней, что хочешь. А надоест игрушка – уничтожь дерево. Дриада сама умрет.       Лицо Баки снова перекосило от омерзения. Но за время, проведенное на просторах космоса, он ко многому привык. Да и психика (за это еще и Шури спасибо!) стала гораздо устойчивей. А извращенцев и на Земле хватало. На своей собственной шкуре испытал все прелести рабства. Сейчас, когда память была полностью восстановлена, он прекрасно помнил, что с ним проделывали. Когда только осознал, думал – свихнется. Позже – просто абстрагировался. Гидровцы не гнушались не только обычным избиением за малейшую провинность и насилием над разумом, но и физическим насилием…       Разложить его после криостаза в чем мать родила на столе, как это ни странно, было плёвым делом. Казалось бы – страшнейшее оружие Гидры, ну кто в здравом уме рискнет такого тронуть? Да еще так. Не дай Боже, очнется и перегрызет не только глотки... Но идиоты находились всегда. К тому же гады быстро просекли, что после разморозки он ничего не соображал и был слаб, как котенок. И расслаблен… Конечно, его держали – на всякий случай. Обычно четверо-пятеро. Или просто приковывали, чтобы беспроблемно насладиться живым грозным оружием, которого в нормальном состоянии боялись до икоты абсолютно все, но которое в тот конкретный момент не могло сопротивляться. Учитывая, что заживало на нем все в считанные минуты, его не стеснялись рвать…       Естественно, камеры в зале разморозки отключали.       После развлечения Зимнего одевали, как куклу, чистили память, загружали новые данные и отправляли убивать очередную неудобную Гидре личность.       И так бесконечно почти семьдесят лет. Уроды менялись, а развлечения – нет.       Даже сейчас Баки было тошно от воспоминаний о том, что с ним творили. И все же он отказался от предложения Дэйра восстановить живую руку и сничтожить эти данные из его головы. Пусть и настолько близкому, но и эльфу Джеймс не мог позволить копаться в своем разуме. Только не снова. Время, как говорится, все вылечит… Наверное…       Хм… сексом торговали везде. Вот и среди межпланетных компаний тоже. Да на Земле извратники бы душу продали за такое обилие необычных созданий: эльфы, дриады, снайки (эти вообще были похожи на ящериц человеческого роста, вставших на задние лапы), синекожие шантрельонцы, рыжие солнечные виннийцы, светлоокие декольцы и многие другие. Кого только Барнс не встречал за более чем двести лет в космосе.       Он нахмурился. Со злостью запихнул наполненную водой флягу в рюкзак, снова активировал на лице маску и поднялся на ноги. Пора выдвигаться. Дни здесь длиннее, чем на Земле, но ночь все же есть. Ему бы не хотелось пробираться по лесу в темноте.       Погрузившись в свои мысли он, все же, не стал менее внимательным. Сноровку, как говорится, не пропьешь. Сзади раздался какой-то непонятный звук. Будь он обычным человеком, внимания бы не обратил. Но в том-то и дело – он давно уже не совсем человек. Баки замер и прикрыл глаза, прислушиваясь. Вздохнул. Размял шею, качнув головой из стороны в сторону.       - Ты так и будешь за мной шпионить? Я тебя, между прочим, слышу, - он поджал губы, хотя под маской этого видно не было. Не поняла его? Быть не может – на стандарте говорили все. Это было первым, о чем позаботился Дэйр, когда притащил Баки на «Световой» и они оказались далеко за пределами родной для него планеты – вложенный стандарт, язык, общий для межпространства, как называли здесь космос.       Как бы то ни было – ответом ему по-прежнему служила тишина. Ну, относительная, конечно… Джеймс дернул плечом, поправляя лямку рюкзака, и пошел в нужном ему направлении. Этот лес кишел дриадами. Вечно юные, игривые и добрые создания в последнее время стали гораздо осторожнее, стали скрытными и опасливыми. Немудрено, если их ловили и продавали. Они защищались чаще миражами, чем стрелами, но получалось не всегда. Да и куда там древним лукам и стрелам, пусть и намазанным ядом, от которого нет противоядия, до технического лазерного оружия и прочих прелестей суперразвитых цивилизаций? Одни силовые поля чего стоят…       Баки чувствовал, что дриада, а кроме нее больше некому, все еще следит за ним. Эти девицы были не совсем похожи на мифических дриад из легенд его планеты. Им не было необходимости сидеть только в каком-то конкретном дереве – весь лес был к их услугам, где остановилась, там и дом. Вот и данная особь перебиралась из дерева в дерево, направляясь за ним. Не приближаясь особо, но и не отставая. Баки очень хотелось на нее взглянуть… смелая! Она должна была прекрасно понимать, что чужак типа него представляет угрозу. И не шуточную. Но что-то ведь толкало ее идти за ним по пятам.       Джеймс молча шел еще где-то минут десять. Потом остановился и развернулся в ту сторону, откуда чувствовался посторонний взгляд. Он терпеть не мог, когда за ним наблюдали. Хотелось достать пушку и всадить пулю промеж глаз этому, черт его дери, наблюдателю. Инстинкты не просто кричали, они прямо-таки вопили дурным голосом. Сдерживался он из последних сил, убеждая себя, что какая-то девчонка ему не опасна. Вот только раздражение все нарастало.       - Если ты так и будешь тащиться за мной хвостом, тогда лучше вылезай. Здесь где-то кучка уродов, что собираются продать твоих сестер на рабском рынке. Я хочу этих тварей перебить, пока есть возможность и не стало слишком поздно что-либо делать. У меня отличная карта, я неплохо ориентируюсь в лесу, но с проводником справлюсь быстрее.       Тишина.       Потом…       - С чего это я должна тебе верить, человек?       Голос звонкий, как колокольчик. Совсем юный. Но Барнс не обольщался – паршивка наверняка старше его раз в десять. А то и больше.       - Твои сородичи приходят в наш лес, вырубают деревья в поисках нас. Если не получается поймать – убивают. И лучше уж смерть, чем то, что после поимки. Чем ты отличаешься от них?       - Сказал же, - Баки все же подавил раздражение. – Я не охочусь за дриадами. Хочу просто грохнуть тех гадов, что пришли за вами. - Он осмотрелся, но толком не понял, откуда она говорила. – Вылезай. Не трону. Обещаю.       Наверное, что-то в его голосе заставило девчонку поверить, хотя прямых доказательств, что он не враг, он не предъявил.       Сначала на коре дерева, что росло напротив Джеймса, появились глаза – огромные, зеленые, любопытные. Потом проступило личико и, спустя несколько секунд перед приподнявшим брови Зимним из дерева высунулась дриада. Кисти ее рук и ноги до колена все еще находились в относительной безопасности, погруженные в кору, но тело уже нависало над землей.       - Привет, - поздоровался Баки.       Улыбки под маской видно не было, но он действительно улыбнулся.       Дриада оказалась красивой. Тонкое лицо, роскошная копна зеленых с красным отблеском волос, стройное тело. Вместо одежды на ней было что-то вроде топа и юбочки из листьев и цветов. В волосах тоже были цветы – розовые и красные.       Она подозрительно оглядела мужчину с головы до ног и обратно. Уставилась ему в глаза. На ее лице появилось выражение недоумения. Баки сообразил, что это из-за цвета его глаз. Они давно уже не были серо-голубыми, их цвет скорее напоминал ртуть. Некоторое время они играли в гляделки, потом дриада вылезла из дерева целиком.       - Хм.       Баки тихо рассмеялся. Он был уверен, что из-под маски раздалось скорее фырканье, чем смех. Девица приподняла бровь – видимо решала, над ней он смеется или над ситуацией в целом.       - Сними маску.       - Нет. Может, позже.       - Почему?       - В ней дышать легче, - дриада, казалось, поняла. Кивнула. – Как тебя зовут?       - Мара.       - Приятно познакомиться, Мара. Я – Баки. Ты ведь знаешь более короткую дорогу к тому месту, где засели эти… - он запнулся, сдерживая ругательство, - нехорошие люди? Проведешь?       Она сложила руки на маленькой, высокой груди и задумалась. Потом махнула рукой – пошли.       Джеймс направился за ней следом. Он умел передвигаться совершенно бесшумно – это оценила даже дриада. Лесная нимфа тихо шла по лесу, периодически скрываясь в стволах деревьев. Шли недолго. Как выяснилось, Баки двигался в абсолютно правильном направлении, просто сейчас его действительно вели коротким путем. У него самого путешествие заняло бы чуть больше времени. Но время для него было очень важным фактором. Он не забыл о приближении ночи...       Раскатистый гогот они услышали заранее. Собравшиеся там явно ничего не опасались. Мара остановилась, прижав руки к груди. Зрачки расширились, лицо подергивалось – она явно была напугана. Барнс опустил рюкзак на землю и принялся доставать из него части лазерной винтовки. Дриада отшатнулась.       - Т-ты…       - А ты думала, я на них с голыми руками пойду и так просто шеи посворачиваю? Или, еще лучше, поговорю с ними по-дружески, и они сами уйдут, отпустив дриад? Наивная! Их там, судя по голосам, порядка десяти человек. Спасибо, что провела, а теперь уходи – ты можешь случайно пострадать. Обещаю, сестер твоих освобожу, от гадов избавлюсь. От их трупов, - Баки мерзко усмехнулся, – тоже.       Он снова закинул рюкзак на плечи и принялся собирать свой «суповой набор». Управился за пару минут – и то долго, по его же мнению, возился. Перехватив крупное оружие поудобнее, он двинулся на голоса. Было еще слишком светло, чтобы перебить бандитов по-тихому, но уже довольно темно, чтобы они остановились на ночевку. Джеймс приблизился, насколько это было возможно, не скрываясь, потом лег на живот, закинув винтовку на спину, и последние метры прополз. Ему пришла в голову мысль, что бандиты бы и слона, ломящегося сквозь ветви, пропустили, так ржали. Он мог совершенно спокойно не пытаться сохранять тишину при передвижении.       Поляна, на которой расположились торговцы и охотники за живым товаром, была накрыта куполом силового поля. Кто бы сомневался – дриады в большинстве своем, конечно, не представляют для них опасности, но меры предосторожности никто не отменял. Среди такого народа, как эти торгаши, если хочешь выжить – надо беречься. И сильно.       Баки подтянул к себе винтовку и осмотрелся сквозь прицел. Наемников действительно оказалось десять. Все люди, судя по всему. Крупные, куда крупнее него, а Джеймс ну никак не был обделен ростом и мускулатурой. Но если сравнивать, то сейчас он как волк против медведей. Не лучший расклад.       Его лежбище располагалось выше поляны. Удобно наблюдать. А вот перестрелять их незаметно не получится.       Черт!       Ладно, и не в таких ситуациях бывали. Он бы все равно запросто перебил, пусть и таких здоровенных, их и голыми руками, в чем пытался разубедить Мару, но… А ведь можно – порталу такое силовое поле не помеха.       Нет.       Могут пострадать дриады.       Барнс приготовился ждать: купол был небольшим (чем больше силовое поле – тем дороже его генератор!), он окружал только клетки с опоенными чем-то пятью девушками, костер и самих наемников на маленьком пространстве вокруг него. Поклажи особой не наблюдалось – бандиты были налегке, только с такого же типа рюкзаками, как у него. Видимо, оружие мелкое, но оно точно есть.       Им в любом случае надо будет выходить. При таком количестве спиртного (и где только прятали? Джеймс неодобрительно качнул головой, хотя ему-то это было на руку) кому-то скоро понадобится «по нужде». Под куполом не разгуляешься, значит, его хотя бы частично отключат. Тогда и посмотрим…       Ублюдки долго держались. Баки не отрывал глаза от прицела. Шорох за спиной заставил его поджать от досады губы.       - Ну и какого дьявола ты притащилась? Ты и меня выдашь, и сама погибнешь! – прошипел он, не поворачиваясь. Лесная нимфа бесшумно опустилась рядом на землю, скопировав его позу. – Убирайся!       Она помотала головой. От ее волос шел какой-то одуряюще нежный аромат. Мужчина фыркнул, а потом перевел на нее взгляд совершенно бешеных глаз.       - Убирайся отсюда! Нас заметят. И девчонок не спасем, и нас прибьют, - он умолчал о том, что с ним-то, скорее всего, ничего не случится.       Дриада не сводила с него изумрудных глаз.       Какая же она красивая!       Проклятье, о чём и, главное, чем он думает? Ох, явно не головой…       Мара медленно поднялась и растворилась в коре ближайшего дерева.       Барнс вздохнул с облегчением и снова все свое внимание переключил на поляну. За время его тёрок с непокорной девицей компашка на полянке успела поредеть, а значит – время пришло. Он собрался было спуститься к ним, но тут увидел щель в куполе как раз напротив того места, где он залег. Под маской он расплылся в плотоядной улыбке. Бинго!       Джеймс в мгновение ока нашел через прицел генератор силового поля и нажал на спусковой крючок. Раздался хлопок, из генератора повалил густой белый дым и поле, наконец, отрубилось. Через секунду Баки на прежнем месте не было: если бандиты и заметили свечение в наступившей тьме, то идентифицировать все равно не смогли. А Барнс между тем уже оказался среди них.       Он походя всадил дуло лазерной винтовки в глаз одному, раздробил прикладом висок другому, увернулся от выстрела и сам выстрелил в ответ в третьего. При этом он старался держаться подальше от клеток, чтобы случайные выстрелы не попали в девушек.       Никто из торгашей ничего не успел понять. Пить надо было меньше, может тогда они бы и смогли ему хоть что-то противопоставить.       Да нет! Не смогли бы.       Вся драка заняла не больше тридцати секунд. Да он винтовку дольше собирал. Еще несколько выстрелов, пара метательных ножей, с которыми Баки никогда не расставался – и около костра живых торговцев не осталось.       Он сам не понял, что заставило его резко развернуться. Наверное, то, что одного из громил просто не было. Но именно это быстрое движение в сторону и спасло его от более серьезной травмы. Расслабился он что-то. Нож последнего выжившего из мерзкой компании чиркнул по груди, распоров футболку и кожу. Был бы он в куртке – и этого бы удалось избежать. Но при такой жаре куртку он убрал в рюкзак еще по прибытии. Баки даже не поморщился. На царапины он внимания никогда не обращал.       В следующий момент атаковавший его бандит грудой мертвого мяса свалился ему под ноги с третьим оком посреди лба. Ну что обычные наемники могли сделать против него, киллера со стажем больше чем в три сотни лет?       Зимний окинул взглядом окружающие его деревья и махнул рукой. Мара появилась из ниоткуда. Ей явно было не по себе, но дриада держалась. Она сразу бросилась к клеткам, стараясь не смотреть на трупы и не наступать в кровь. Дриад почему-то поместили в разные клетки, вместо того, чтобы запихнуть в одну. Мара перебегала от клетки к клетке, нашептывая что-то успокаивающее начавшим приходить в себя сестрам. Осторожно касалась их рук и лиц, а по ее щекам бежали слезы.       Баки отложил винтовку и принялся осматривать замки. Ничего сложного, пусть и электронные. Под ударом его металлического кулака ни один замок не выдержит! Мара помогла сестрам выбраться и уставилась на Баки. Она не могла понять, как ему удалось сломать замки, просто ударив по ним. Джеймс в который раз порадовался, что футболка у него с длинным рукавом, и пальцы закрыты перчатками…       - Забери их отсюда, а я избавлюсь от трупов. Нечего им тут вонять…       Он прикусил под маской губу. Стало вдруг смешно. Мужчина медленно втянул воздух через нос, успокаиваясь, и подхватил два тела. Кивнул дриаде и, изловчившись и щелкнув пальцами, рассыпался серебряными искрами. Он уже не видел расширившиеся от удивления глаза девушек.       Года три назад он побывал на одной планетке, сплошь состоящей из кратеров действующих вулканов. Ну, вулканчиков, скорее. Воздух на ней был пропитан серным запахом, жара стояла невыносимая. Туда-то он и прибыл. И вот первые два трупа отправились в кратер. Баки, вытянув шею, с удовлетворением понаблюдал за тем, как тела рухнули в лаву, размял плечи и вернулся в лес – за следующими.       Таким образом он избавился от всех оставшихся покойников. При последнем перемещении он почувствовал, что устал. Странно, после такой небольшой потасовки у него обычно даже дыхание не сбивается, а значит... что-то не так…       Баки материализовался посреди поляны. На него уставились зеленые глаза Мары. Дриада наблюдала за ним, склонив к плечу голову. Джеймс кивнул ей, показывая, что закончил. Вот только перед глазами внезапно все поплыло, он покачнулся и свалился ничком на траву. Сознание заволокла темнота.       ***       Под веками плавали разноцветные круги. Джеймс помотал головой, разметав вокруг какие-то веточки и листочки, и приоткрыл глаза. Чтобы тут же зажмуриться – свет так резанул, что он застонал и прижал к глазам ладони. Но там, где он находился, явно не было настолько светло! По щекам из-за яркости покатились слезы, проморгаться никак не удавалось.       - Да какого черта? – собственный голос напоминал какой-то жуткий скрежет. В горле было сухо как в пустыне. Давно с ним такого не происходило. Благодаря сыворотке он от любых довольно серьезных ран излечивался в считанные часы, а про царапины и вообще не думал. Сейчас-то что стряслось?       - Очнулся, – и это был не вопрос. Баки неимоверным усилием заставил себя разлепить воспаленные глаза и, прищурившись, взглянул на Мару. Дриада сидела у него в ногах и помешивала что-то в полукруглой емкости, смахивающей на половину кокоса. По крайней мере, волосатой чашка была точно... Она отставила ее в сторону, и взяла другую чашу. Эта была выточена из камня. Барнс приподнялся на локтях. Голова нещадно болела и кружилась. Мара устроилась сбоку от него и поднесла сосуд к его губам.       - Пей. Не беспокойся, это просто вода.       Головокружение выбивало из колеи. Он сделал несколько глотков и снова откинулся на стопку травы, заменяющей подушку.       - Что со мной случилось?       - Яд, - коротко, но емко.       - Яд, - повторил за ней Баки. – Как яд? Я ж от любых ядов застрахован!       - А от этого нет. Эти громилы явно были знакомы с нашими ядами. Их ножи были смазаны ядом, который имеется только на Дил’ле. От него нет противоядия. Я думала, ты тоже умрешь. Но ты легко отделался – другие умирают в считанные минуты, а ты вполне себе жив. Да и рана уже подтянулась, - дриада влила в него остатки воды и, отставив каменную емкость, принялась втирать в порез субстанцию, которую до этого смешивала в волосатой чашке. Джеймс искоса наблюдал за ней. – У тебя очень необычный организм.       Ее пальцы продолжали втирать мазь, а глаза не отрывались от черной металлической руки. Баки пару секунд не мог понять, куда она так пристально смотрит, а когда ж сообразил, ему это не понравилось.       - Где футболка?.. – она передернула плечами, не ответив. Баки снова спросил: – Это было так необходимо?       - Удобнее обрабатывать рану.       - А маска?       Она отставила чашку в сторону и сложила руки на коленях. Отвечать девчонка не спешила, все еще разглядывая протез. Когда он уже снова собрался задать вопрос, то почувствовал, что в голове снова помутнело, и просто отключился. Вот ведь…       Следующее пробуждение было в пределах нормы. Он сел на подстилке из травы и потер грудь там, где ее покрывала какая-то зелено-коричневая корка. Видимо, та штука, которой его мазала Мара. Самой дриады на месте не оказалось. Баки поднялся на ноги, мысленно поблагодарив Высшие Силы, что, соблюдая приличия, Мара стащила с него только разрезанную футболку и перчатки. Штаны были на месте. Он набрал в грудь побольше воздуха, медленно выдохнул и понял, что чувствует себя хорошо. Интересно, сколько же он провалялся? Джеймс вышел из собранного из веток около дерева шалашика и, постояв немного около входа, занавешенного какими-то ветками, направился туда, откуда слышался звук воды. Рядом явно была река.       Баки прошел через негустую рощицу, отодвинул полог тонких ветвей и выбрался на берег небольшой речки.       Мелковато, но ополоснуться можно.       Он приблизился к воде и по обыкновению сунул в поток левую руку. Появившаяся над открытой ладонью голограмма оповестила, что вода чистая, никаких особых примесей. Он прогулялся немного вдоль берега и обнаружил более глубокое место. Отлично, а то кожа все еще покрыта пленочкой пота и пыли, а с волос песок сыпется. Баки передернулся – он терпеть не мог быть грязным. Своеобразный пунктик после Гидры, там-то за его чистотой не особо следили, главное – функционал как бойца. Хотя после криостаза и после операций его все-таки приводили в относительный порядок…       Джеймс стянул с себя ботинки и штаны вместе с бельем и залез в воду. Та оказалась ледяной, но это его не смутило – да здравствует привычка к криостазу. А холод он вполне перетерпит. Вода! И много!       Баки долго смывал с себя пыль и песок, оттирая кожу до красноты. Потом глубоко вдохнул и нырнул. Под водой провел где-то минут семь-восемь. Течение было спокойным, организм расслабился. Холода он уже не ощущал, было просто приятно. Выбравшись на поверхность, он какое-то время полежал на воде, подставляя лицо мягкому солнцу. Решив, что достаточно отмылся, он направился к берегу. Постоял под солнечными лучами, обсыхая, и начал одеваться. Его, конечно, не особо радовала перспектива влезать в пропотевшие, покрытые землей и пятнами травы, штаны, но рюкзак он оставил в шалаше, а ведь там точно есть сменная одежда.       Волосы пришлось стянуть шнурком, извлеченным из ботинка. Убрав выбившиеся прядки за уши, Баки направился в импровизированный лагерь.       Вернувшаяся откуда-то Мара смерила его каким-то оценивающим взглядом. Джеймс ответил тем же, приподняв вдобавок брови. Но вопросов не последовало, дриада задержала взгляд на ботинках, зажатых в его руке. Баки хмыкнул – маска все еще была деактивирована, прятать выражение лица было бессмысленно. Он прошел мимо нее и забрался в шалаш. Запустив руки в рюкзак, нашел сменную одежду. Штаны стали жесткими, да и без футболки разгуливать по лесу не хотелось. Хотя он был на 100% уверен, что любой комар (если они тут все-таки есть, он пока ни одного не видел) просто-напросто отравится, если попробует его кровь!       Баки оглянулся через плечо на последовавшую за ним дриаду. Девушка двигалась совершенно бесшумно, но он чувствовал ее движение. Мужчина выпрямился, встряхивая в руках черную футболку, и тут же вздрогнул от неожиданности – ладошки Мары легли ему на спину, огладили бока, пальцы пересчитали ребра.       - Ты красивый, - тихо произнесла она. – Очень красивый.       Он повернулся к ней, зажав футболку в кулаке. Видимо, недоумение легко читалось на его лице, потому что дриада улыбнулась. Весьма соблазнительно.       - Э, ты… - он сам не знал, о чем хотел в данный момент спросить, но вот в намерениях Мары сомнений у него вообще не осталось, когда нимфа расстегнула пряжку ремня на его штанах. Брови сами собой приподнялись, а потом он нахмурился. Попытался вспомнить, когда в последний раз был с кем-то близок, и понял, что давно. Слишком много мотался по Вселенной, нигде надолго не задерживаясь. Найти, с кем провести ночь – в этом никогда проблемы не было, просто… было не до того.       И все же сложившаяся… ситуация немного смущала.       - Что тебя так напрягает? – спросила дриада. – Среди нас нет мужских особей. Дриады, конечно, не единственные обитатели этого мира – там далеко за нашими лесами есть поселения… Связь мы предпочитаем заводить с представителями человеческой расы. Нам же надо размножаться…       - Стоп-стоп! – Баки сглотнул и попытался (неудачно) отступить. – Вот здесь я тебя огорчу (наверное?) – я стерилен. Побочное действие давнишних экспериментов…       - Жаль, конечно, но это не страшно – я просто хочу тебя, - в глазах Мары полыхнули золотистые искорки, и она все-таки вытащила ремень, тут же улетевший куда-то в сторону. – Нам тоже нравится заниматься… как это называется у вас, людей? ах, да – любовью. Хм…       После ремня она сосредоточенно взялась за пояс его штанов. Баки тряхнул головой, отбросил футболку – она приземлилась точно на рюкзак, и, наклонившись, прильнул к губам дриады. Наклоняться пришлось весьма ощутимо – девчонка едва доставала ему макушкой до плеча. Возник закономерный вопрос – как же она его с той злополучной полянки сюда дотащила, такая хрупкая и тонкая, да еще с рюкзаком и винтовкой, которую он наблюдал у дальней стенки шалаша?       Джеймс подхватил моментально обвившую его талию ногами нимфу под ягодицы. Руки девушки оказались у него на шее, и она тут же запустила пальчики ему в волосы, стянув с них шнурок. Влажные после купания пряди рассыпались вокруг лица.       Баки понятия не имел, когда они умудрились оказаться на земле, покрытой подсушенной травой и мягкими веточками. Дриада отстранилась только затем, чтобы стащить-таки с него штаны вместе с бельем, а от своих топика и юбочки она уже давно избавилась. И когда успела? Ладони Джеймса скользили по шелковистой зеленоватой коже, заставляя девушку мелко вздрагивать от контраста тепла живой руки и холода металлической. Но ей нравилось.       Ему всегда говорили, что целуется он божественно, Мара, кажется, тоже оценила.       Она откинула за спину роскошную гриву волос и устроилась на нем сверху, прижав плоским животиком его уже налившийся напряженный член. Целовались долго и жарко. Барнсу казалось, что маленькие ручки дриады были везде. Она оглаживала его плечи, шею, лицо… потом ладони возвращались на грудь и живот, пальцы пробегали по бедрам. Мара покрывала поцелуями его ключицы, посасывала и покусывала горошины сосков. Похоже, она прекрасно знала, что делала.       Баки запрокинул голову и позволил девчонке развлекаться, как она того хотела. Ее губы между тем уже обследовали кубики пресса, твердый, подрагивающий от напряжения живот. Обычно он мог очень долго наслаждаться прелюдией, как отдаваясь, так и даря ласки, но сейчас сказывалось долгое отсутствие секса – терпение кончалось. Он резко перевернул дриаду, подминая ее под себя, но продолжал опираться на локти – его вес был весьма приличным из-за усиленных сывороткой костей и мышц, и он не хотел навредить Маре. Джеймс сунул руки ей под спину, откинулся на пятки и посадил дриаду себе на бедра. Приподняв ее, он одним слитным движением вошел. Мара шало улыбнулась, выгнулась дугой у него в руках и громко застонала от болезненного экстаза. Все же по сравнению с ним она была маленькой и хрупкой, а Баки не был обделен размерами...       Девушка дышала резко и коротко, с зацелованных губ срывались стоны, она качала бедрами, подстраиваясь под его ритм.       - Еще… глубже… Да, вот так… - хрипела Мара, прижимаясь к нему всем телом, словно хотела слиться воедино, сплавиться кожей, проникнуть в него… Она смазанно целовала его, подставляла под такие же смазанные поцелуи шею и плечи. Баки вылизывал терпко пахнущую травой и цветами кожу, прикусывал жилку на ее шее и сгорал вместе с Марой.       Было жарко и до одури хорошо.       Он изогнулся, вставая на колени, снова подминая дриаду под себя, но не настолько, чтобы совсем ее придавить. Мара чуть не на «мостик» встала, практически упираясь головой в землю и прижимаясь своим животом к его. Баки сунул левую руку ей под спину, приподнимая девушку. Ладонь правой руки накрыла полушарие маленькой груди, он принялся пощипывать пальцами мгновенно напрягшийся сосок, второй вобрал в рот, засасывая и лаская языком и губами, периодически прикусывая и тут же зализывая укус. Свои движения он уже практически не контролировал, вбиваясь в нее – дриада надрывно стонала от удовольствия и, когда она в очередной раз выгнулась под ним, по ее телу прокатилась мелкая дрожь…       - Я… сейчас… - прошептала Мара, сжалась вокруг него, содрогнувшись, и кончила. Баки окончательно потерялся в ощущениях – несколько резких и сильных толчков – и он последовал за ней. Оргазм был оглушительным.       Джеймс откатился в сторону и попытался выровнять дыхание. Через пару минут они оба пришли в себя.       - Было здорово, - мурлыкнула Мара, забираясь на него сверху и складывая руки у мужчины на груди. Под ее ладошками оглушительно билось его сердце. Слегка взмокшая кожа медленно остывала. – Ты потрясающий… Повторим?       Он расхохотался настолько мощно, что из глаз брызнули слезы. Вот ненасытная!       - Да! Конечно, повторим! – согласился Джеймс, притягивая ее к себе для поцелуя, вплетая металлические пальцы в ее волосы. Пальцы же второй руки пробежались по бедру дриады и нежно погрузились в нее, лаская влажную плоть... Мара жарко застонала, и, едва он убрал руку, положив ей ее на бедро, дриада стиснула ногами его талию, качнулась и практически насадила себя на его член. Баки резко сел, меняя угол входа и заставляя девушку сладко застонать.       - Дааа… - шептала Мара, глядя в его серебристо-серые, словно ртуть, глаза. Она обхватила руками его затылок, пальчики нежно царапали кожу под волосами. Губы дриады припухли – они с Баки почти непрерывно целовались – и стали темно-зеленого цвета с золотистым оттенком. Скулы потемнели от прилившей крови.       Кровь дриады – древесный сок.       Девушка мягко прикусила его нижнюю губу и чуть потянула. Барнс зарычал, потом из его горла вырвался глухой стон. Мара отпустила пострадавшую губу и зализала покрасневшее место. Поцеловала, нежно и тянуще. Она по-прежнему крепко обнимала его, чутко реагируя на каждое движение, наслаждалась тем, как его руки гладят ее спину и бедра.       Джеймс закрыл глаза, теряясь в ощущениях. Длинные темные ресницы веером легли на щеки. Мара покрыла легкими поцелуями его лоб, виски, алеющие скулы, подрагивающие веки. Снова прильнула к его губам.       Дриада аккуратно нажала Баки на плечи, вынуждая снова лечь на землю, оперлась ладонями на его грудь, запрокинув голову. От его пальцев на бедрах девушки наверняка останутся синяки, но ни Мару, ни Баки это сейчас не волновало. Хотя он все же старался контролировать силу нажатия. Она и сама оставила глубокие царапины у него на груди – но те почти сразу затягивались.       Как же хорошо…       Силы у них закончились, и они отключились под тихий шепот ветра и чириканье птиц. Мара устроилась у него под боком, по-хозяйски закинув стройную ножку ему на бедра, обхватив рукой грудь, а голову положив на плечо. Было уютно и жарко, но Джеймс не спешил отстраняться. Так и уснули.              ***       Когда он открыл глаза, Мара снова куда-то пропала.       Не испытав ни капли удивления или разочарования, он натянул, наконец, чистые штаны и как раз заканчивал завязывать шнурки на ботинках, когда дриада тихо проскользнула в шалаш. Он заметил, пока занавеска не опустилась, что за спиной Мары заходит солнце.       Наступала ночь…       - Привет, - девушка улыбнулась, наблюдая за ним, - смотри-ка, рана почти исчезла. Интересно. Все-таки ты – не совсем обычный человек.       В ее руках была чаша, похожая на ту, в которой Мара смешивала для Баки мазь. Мужчина окончательно затянул шнурки и выпрямился. Она окинула его голодным взглядом, задержавшись на твердом плоском животе и ниже, потом вернулась к лицу. Внимательно вгляделась в глаза.       - Я так поняла, что твой организм и сам уже прекрасно справился с ядом…       - Помнишь, я упоминал о давних экспериментах… - он поморщился при воспоминаниях о лабораториях и пытках Гидры, - так вот… моя кровь – сама по себе уже антидот к любому яду. Даже новому. Просто без твоей заботы на восстановление ушло бы дня три, а не пара часов. Поэтому... спасибо.       Она соблазнительно улыбнулась. Подошла поближе и погладила открытой ладонью его грудь, пальцы скользнули по прессу и рука, в конце концов, легла ему на талию.       - Ты красивый, умный и сильный. А еще добрый… Я бы очень хотела от тебя ребенка. Жаль, что это невозможно, - она печально улыбнулась и вздохнула. – Но я уже рада, что была твоей, а ты был моим. Ты спас моих сестер, уничтожил бандитов, подарил мне невероятное удовольствие не только от близости, но и просто от своего присутствия. Спасибо тебе. Ты не останешься… об этом я тоже жалею…       Мара протянула ему чашу, что до этого держала в другой руке. Баки заглянул внутрь - там плескалась какая-то беловатая с зелеными крапинками жидкость.       - Выпей.       - Что это?       - Соки и травы. Ты ничего не ел, а простой воды для такого сильного тела не достаточно, к тому же ты был отравлен. Ты можешь сказать, что не голоден, но это не так. Просто яд еще не до конца вышел, из-за этого потеря аппетита. Это, - она качнула чашу, - поддержит силы и поможет более скорому восстановлению. Таких трав больше нигде нет. Они растут только здесь. Пей.       Джеймс прикусил губу – все-таки незнакомая субстанция. Но Маре он после всего произошедшего с ними доверял. Он перехватил чашу из ее рук и поднес ко рту. Сделал осторожный глоток – на вкус было как молоко. С привкусом чего-то, напоминающего земную корицу.       - Хм, вкусно… - он залпом допил сок.       - Главное – питательно и полезно, - она забрала емкость из его пальцев, поднялась на цыпочки и поцеловала его в губы. – Мне было очень хорошо. А теперь – прощай…       И дриада, выйдя из шалаша, растворилась в окрашенной закатными лучами зелени леса. Баки улыбнулся, склонил голову к плечу, в который раз прокляв отросшие волосы, и нагнулся за футболкой, что так и лежала на рюкзаке. Еще он обнаружил в кармане штанов резинку для волос и несказанно обрадовался своей предусмотрительности.       Пора было уходить.       Он закинул рюкзак на плечо, и, щелкнув металлическими пальцами, осыпался искристым серебром, чтобы, спустя мгновение, оказаться в своей комнате на «Световом».