Оковы

Так красиво цветут луга в июне, еще не вызженные бессовестным солнцем. Когда смотришь на них, внутри как будто тоже что-то расцветает. Микаса, сколько себя помнит, всегда обожала собирать цветы. Последний раз она собирала их еще будучи девчонкой, когда ходила с Эреном за хворостом. Мечтала получить от него букетик, но, увы. Сколько раз она говорила себе, что пора забыть о глупых мечтах? Но вырезая острыми клинками жизнь из титана, не смогла вырезать из себя маленькую девочку, наивно мечтающую о маленьком доме вдали от города и спокойной семейной жизни с Эреном. Теплый ветер играл со складками юбки, заставляя ее облегать округлые бедра, уносил черные волосы назад и приносил запах костра, в котором Саша с Жаном запекали картошку, пока девушка двигалась в их сторону. Умиротворение прервал голос Аккермана старшего. Он, открыв окно, долго наблюдал, как эта бесстыжая девчонка шла с букетом полевых цветов, позабыв о его просьбе зайти к нему с утра. – Эй, Аккерман, чего прохлаждаешься? Кого, по-твоему, я вчера звал к себе в кабинет? Мне что, нужно снова забыть о просьбах и переходить к приказам? Микаса остановилась прямо перед окном мужчины и, задрав голову, посмотрела на него с легкой улыбкой. – Вам тоже было бы полезно прогуляться, капитан. Леви немного сощурился и цокнул. – Твоими стараниями обычные прогулки не доставляют мне удовольствия. Чтобы через полминуты была в кабинете, иначе в твои обязанности начнет входить растирание моей ноги, которую я повредил из-за твоего безрассудства. Эти слова стерли с лица девушки и так едва заметную радость. Она не любила вспоминать о том, как подставила капитана, но он тоже мог бы не напоминать, поэтому она нарочито медленно пошла ко входу. Легко взобравшись по лестнице, девушка подошла к импровизированному кабинету Леви и стукнула в дверь один раз. Она бы не расстроилась, если бы услышала в ответ «Проваливай прочь, Аккерман», но услышала лишь привычное «входи». Микаса зашла в комнату и окинула ее быстрым незаинтересованным взглядом. Старый, наклоненный книжный шкаф, обшарпанный стол, дверь в спальню, просевший диван и окно с трещиной на стекле. Убого, как и все, что их окружает в последнее время. Девушка подошла к столу и села напротив капитана. Мужчина немного хмуро посмотрел на подчиненную и пододвинул к ней стопку писем, после чего встал и, прихрамывая, подошел к книжному шкафу, оперевшись на него. Зря он потревожил ногу. Из-за недавней тренировки боль усилилась. – Читай. Азиатка положила букет на край стола и принялась читать письма. Их было не меньше десятка. Из них она узнала, что довольно скоро пройдет набор новобранцев в разведкорпус для возврата стены Мария. Конечно, не все письма писались разборчивым почерком. Микаса немного нахмурилась, сжала лист в руке и сосредоточилась на расшифровке текста. – У..Уб.. нет, уважаемый капитан Леви Аккерман. Я, леди.. – Микаса нахмурилась сильнее, – на каком языке это написано? Мужчина со вздохом подошел к девушке, забрал у нее письмо и посмотрел на текст. - Леди Фарнеза. Аккерман, если бы я знал, что ты не только пишешь ужасно, но и читаешь, то позвал кого-нибудь другого. Опять? Неужели их отношения вернулись на прошлый уровень? Микаса не собиралась терпеть это. Она встала и посмотрела на Леви сверху вниз. Она уже давно так на него не смотрела, считала, что больше нет нужды. Хотя, рост его не изменился, так что почему бы и нет? – Тогда, уверена, леди Фарнеза будет искренне рада помочь вам с письмами. – Микаса откинула край шарфа за спину и пошла к двери, но Леви взял азиатку за руку и с силой дернул ее обратно, заставляя развернуться. Он выглядел очень недовольным, почти взбешенным. Мало того, что она наплевала на его просьбу зайти к нему с утра, так еще и показывает свой характер. – Я тебя не отпускал. Азиатка стиснула зубы и потянула руку на себя, пытаясь высвободиться из крепкой мужской хватки. – Мне все равно. Я не собираюсь слушать от вас унижения в свой адрес. Мне хватает того, что вы позволяете себе оскорблять Эрена. – А что я должен делать, по-твоему? Как должен разбудить в этом смазливом говнюке желание быть полезным? Видимо, Микаса слишком долго терпела оскорбления в сторону любимого брата и больше этого делать не собиралась. Она в миг преодолела расстояние между ними, крепко взяла мужчину за шиворот и приподняла к себе так, что ему пришлось встать на носочки. – Не смей так говорить о нём, мерзкий коротышка. Ты ничего не знаешь об Эрене. – голос Микасы был тихим и хриплым от гнева, что бушевал где-то внутри, но до этого момента надежно скрывался. Темные глаза сузились и направили свой ещё более холодный взор в голубые очи капитана, что отвечал ей таким же взглядом. От ее стальной хватки белели костяшки рук, а ткань рубашки норовила навсегда испортиться. Мужчина был немного удивлен. Он понимал, что такой исход событий вероятен, но не думал, что Микаса настолько безрассудна. Но он не мог позволить ей взять власть над ним и не собирался оставаться в таком униженном состоянии. Он крепко взял девушку за шарф и наклонил к себе так близко, что когда начал говорить, их губы едва не соприкасались. – Знай свое место, Аккерман. В противном случае ты вылетишь из разведки, а твоего бесполезного братца вздернут на виселице. Микаса так резко отпрянула, что Леви ударился спиной о шкаф. Подобная близость с капитаном ей явно не нравилась. В ее снах, фантазиях все было совсем не так… немного романтично, легко и приятно. Поэтому Микаса захотела поскорее покинуть уединение с ним. Но она не была смущена, в ней до сих пор кипела злость, и это было видно по ее глазам. Она отдала честь. – Раз я вам достаточно помогла, то разрешите покинуть кабинет. – сквозь зубы процедила азиатка, не отводя взгляда с глаз мужчины. А впрочем, она не стала дожидаться ответа. Просто развернулась и вылетела за дверь. Леви сквозь зубы выругался, посмотрев на захлопнувшуюся дверь, а после закрыл глаза, провел по волосам, зачесывая их назад, и выдохнул. Он не собирался анализировать эту ситуацию и думать, кто из них виноват. Они все слишком устали. Им всем нужен отдых. Мужчина открыл глаза и посмотрел на букет, оставленный девушкой. Васильки, иван-чай, люпин, армерия, аквилегия. Букет получился неплохим, и мужчина только сейчас заметил, что его легкий аромат уже заполнил весь кабинет. Может, это запах произвел на нее такой эффект и заставил взбеситься? В любом случае, у нее есть толк в цветах. Леви развернулся к книжному шкафу и достал старенькую книжку. Божественное сотворение мира. Какая же чушь. Если бог и существовал, то он явно забыл про этот остров. Аккерман подошел к столу, положил увесистый том и начал заполнять цветами, пропуская несколько страниц и отрывая слишком длинные стебли. После того, как весь букет был помещен в книгу, она была варварски отправлена подпирать накренившийся книжный шкаф, чтобы он окончательно не свалился. Когда он начал жить за пределами подземного города, его удивило, что люди кладут в книги всякие растения и называют это гербарием. Потом у него самого появилась страсть к этому. У него их уже около десятка, но поскольку дома у него нет, то и хранить их негде, поэтому его коллекция разбросана по разным штабам, в которых ему приходилось проживать.