"Если работать то в..."

— Фух, ну и денёк же сегодня выдался! – устало протянула Яньли, сбросив сумку и пакеты на пол. Разувшись, женщина все же вновь подняла все то, что отбросила в сторону и понесла на кухню, пока сын, вернувшийся вместе с ней с работы, разувался и снимал верхнюю одежду. — Ой, и не говори, мам! До сих пор трясёт от той, последней дамочки! – возмущённо воскликнул Цзинь Лин, как вдруг чуть не подскочил на месте от раздавшегося во входную дверь звонка. — Мам, мы кого-то ждём? — Да нет... Чен-Чен и Сянь-Сянь сегодня вроде собирались выбраться куда-то отдохнуть перед выходными. Глянь в глазок. – растерянно произнесла Яньли, на что парень без раздумий вновь подошёл к двери и, посмотрев, тут же скорчился от недовольства, однако говорить матери ничего не стал, ровно как и открывать ничего не собирался. Почувствовав, что что-то не так, женщина все же вышла в коридор, а после вновь спросила, – Ну что, кто там, Лин-Лин? — Дверью наверно ошиблись. Не волнуйся, садись ужинать, я сейчас помогу этому человеку и присоединюсь к тебе. – чуть замешкавшись произнёс Цзинь Лин, а после, дождавшись пока мать наконец скроется в дверном проёме, все же резко открыл входную дверь и, не давая пройти незванному гостю, сам вышел на лестничную площадку. – Что вы здесь забыли, господин Цзинь?! — Ай-яй, Лин-Лин, и не стыдно тебе так отца приветствовать? – по-доброму улыбнувшись, произнёс Цзысюань, а после попытался потрепать парнишку по голове, однако был резко остановлен рукой последнего. — А, вот значит как... Теперь я наконец-то стал вашим сыном, а до этого кем я тогда был? — Им же и был, просто... – замялся было старший Цзинь, однако был грубо перебит младшим. — Что вам нужно от матери? Мало было издеваться над ней почти всю её жизнь, а потом исчезнуть, объявившись только с бумагами на развод, так и оставались бы там, куда ушли. Вернулись то зачем?! Неужели вновь решили помучить кого-нибудь, а кроме бывшей жертвы никого не осталось?!! – говоря последнее, парень почти сорвался на крик, однако вовремя умолк, вспомнив о том, что Яньли все ещё могла выйти из квартиры и тогда ситуация приобрела бы совершенно нездоровый исход. — Н-нет, я только... — Что "вы только"?! Хватит её преследовать, она только недавно перестала плакать из-за вас по ночам, так и не давайте же ей повода вновь начать это делать, если действительно пришли с благими намерениями! – окончательно рассердившись, решил было вернуться в квартиру парень, однако остановился, услышав свое имя: — Цзинь Лин... — Ну что ещё?! — Я лишь хотел извиниться перед Яньли и поговорить с ней... Я действительно вёл себя как мудак последние... Лет двадцать? Уже и не вспомнить... Я понимаю, ты скорее всего не сможешь понять ничего из того, что я скажу, но... Я действительно не понимал поступков и слов Яньли все это время....до недавнего события... Я многого не знал, а потому был слеп и насыщен, но сейчас я действительно хотел бы расставить все точки над "и", поэтому... Прошу, позволь мне хотя бы поговорить с ней... — Почему я должен верить тому, что вы вновь не сделаете ей больно? — Потому что.... Я говорю это от всего сердца...       Цзинь Лин замялся на месте, не зная что и ответить. С одной стороны он должен был немедленно прогнать родного отца, а с другой... Может быть стоило дать ему шанс? В конце концов ни его мать, ни он сам до конца не знали, почему отец потребовал развода, обвинив мать в измене, хотя её и не было, да и во время семейной жизни пытался оградиться от неё и сына как можно сильнее. — Не сегодня... – чуть помедлив произнёс подросток, а после, уже протянув руку к дверной ручке, добавил, – ...Через три дня. В шесть вечера. И постарайтесь не разочаровать меня, все-таки дяди живут от нас в пятнадцати минутах ходьбы, ну либо же... в пяти минутах быстрого бега... Это я так, к сведению...       А после скрылся за входной дверью квартиры, оставляя Цзысюаня одного стоять в раздумьях на лестничной клетке...

***

— Ну что, как день прошёл? Много народу было? Ну или товара? – распрашивая подругу о работе, помогала ей быстрее скинуть верхнюю одежду Ди – лучшая подруга и, по совместительству соседка по квартире, а также одногруппница Рин в колледже. — Ох, Ди... Пожалуйста, можно по-медленнее... Я не успеваю распознать то, что ты говоришь... — Да-да, конечно... Ну так что там? — Давай, может, хотя бы на кухню пройдём? — А, точно... Давай конечно!       Наконец скинув сумку и забросив пакет со сменной обувью куда-то в угол, Рин медленно прошла на кухню вслед за подругой, которая, не теряя времени, уже разогревала ужин и параллельно ставила чайник на газ. — В общем... Сегодня пришлось шестьдесят коробов, из которых два было с подсортом, двенадцать с аксессуарами, три с сумками, шесть с ювелиркой и остальное – с самой обувью... Везли, кстати, все ту же демисезонку, хотя, как мне кажется, ставить её уже точно будет некуда... Сегодня и так торцы в два ряда выставляли... — Какой кошмар... – ужаснулась Ди, представив как долго пришлось морочиться несчастным работникам, выставляя коробочки в ровные столбики ряд за рядом. — Но это ещё не все... К концу дня вновь припёрся Цзысюань, ну, это тот бывший муж Яньли, про которого я тебе уже говорила, так вот... Пришёл и давай всем на уши приседать! Мы его гоним из магазина, мол камеры и дел не впроворот, а он ни в какую, типо: "Давайте я вам помогу!" Я думала так и убью его там... — Да вообще... Имеется же наглость у людей! — Ну это ещё не наглость, вот некоторые покупатели...       Так, рассказ за рассказом, девушки и провели весь остаток вечера, совершенно не задумываясь о времени, к счастью завтра у них не было ни пар, ни работы, от чего они конечно же могли поспать подольше, а, как следствие, и этим вечером поболтать часов до двух-трех ночи... Но пока что это все было только "пока", ведь ужин все ещё грелся, а чайник так и не закипел на плите, давая жительницам скромной однушки выговориться за весь прошедший день, обсудив как можно больше накопленной информации...       На маленький городок медленно наступала ночь, погружая его жителей в беспроглядную мглу, освещаемую лишь яркими вывесками на некоторых зданиях, редкими фонарями на улицах, маленькими звёздочками на тёмном небе и горящими сердцами в самих людях, вот-вот готовящихся ко сну после длительного рабочего дня...

Продолжение следует...