Дата обучения

Так ты думаешь, у меня классная задница?

— Так вы говорите мне, что никогда не слушали Queen? Джеймс и Сириус покачали головами, в то время как Питер и Ремус весело наблюдали за происходящим. — Или «ABBA»?» — спросила Роза. — Что такое «ABBA»? — Джеймс нахмурился. —Боже мой, — Роза закрыла лицо руками. — Хорошо, ребята, у вас есть проигрыватель? — Когда Сириус кивнул, она усмехнулась. — Достань его. Я вернусь через несколько минут. Улыбка всё ещё была на её лице, когда двадцать минут спустя она осторожно поставила пластинку на проигрыватель. — Теперь, мальчики, это «ABBA», — ухмыльнулась Роуз, когда заиграло вступление к Mamma Mia. Вскоре все пятеро уже танцевали вокруг, прыгали по кроватям и пели в расчёску. В то время как Джеймс и Сириус не знали слов, Роуз и Ремус драматично исполнили дуэтом S.O.S., а Питер удивил их всех, сказав «who to love», когда они переключились на Queen. Только вечером Роза поняла, что они провели практически весь день, слушая музыку. У неё было странное чувство, что она что-то забыла, но даже после осознания того, что пропустила три урока, бурчание в животе не прошло. В конце концов она списала это на огневиски и сладости, поскольку это было всё, что она съела с завтрака. К шести часам вечера все пятеро были изрядно пьяны, когда сели в кружок, чтобы сыграть в «правду или действие». Это было предложение Сириуса, и поэтому он крутанул пустую бутылку в центре круга. Всё зависело от Питера, который выбрал правду и неохотно признался, что влюблен в Кару Макмиллан, шестикурсницу Хаффлпаффа. Затем Питер развернулся, и он приземлился на Джеймса, который, конечно же, решил бросить вызов. Его заставили взять большую горсть бобов Берти Боттс каждого вкуса и съесть их все сразу, тщательно пережевывая и не выплевывая. К радости всех остальных (но не Джеймса), большинство из них были ужасного вкуса. После того, как Джеймс закончил гримасничать, а остальные перестали смеяться над ним, он крутанул бутылку, и она остановилась на Розе. Девушка застонала. Она лежала на спине, почти полностью откинувшись назад, если бы не голова и плечи, прислоненные к краю одной из кроватей. — Знаешь что? У меня нет сил на вызов, так что это правда, — она поднесла ко рту бутылку огневиски. —Тогда хорошо, Эванс, —Джеймс ухмыльнулся. — Как ты думаешь, кто самый привлекательный в этой комнате? Роза рассмеялась, когда мальчики наклонились к ней. —Ремус, — она сказала это без колебаний, и он яростно покраснел, когда Джеймс и Сириус возмущенно воскликнули. — Ты спросил меня, и я сказала тебе, Поттер, —Роза просто снова рассмеялась. — Ты и Сириус объективно красивы, да, но Ремус зрелый, и, честно говоря, это намного привлекательнее, чем красивая задница. — О, так ты думаешь, что у меня классная задница? — спросил Джеймс, на что Роуз пожала плечами. — Думаю, все в порядке. Могло быть и лучше. Сириус взвыл от смеха, Ремус и Питер присоединились к нему, а Джеймс надулся. Роза застонала от усилия, когда села, чтобы наклониться вперед и покрутить бутылку. Она сделал несколько кругов, прежде чем указать на Ремуса, который резко перестал смеяться. Роуз переместилась так, чтобы сидеть скрестив ноги, прежде чем повернуться к Ремусу. — Итак… правда или действие? — Правда, — мальчик вздохнул. Роуз подумала секунду, прежде чем спросить: —Ты влюблен в кого-нибудь в этой комнате? Глаза Ремуса расширились, а его лицо покраснело до кончиков ушей. Это заняло минуту или около того, но в конце концов он выдавил из себя неубедительное «нет…» Роуз удовлетворенно ухмыльнулась, снова откидываясь на спинку стула, и с этого момента игра продолжилась, хотя и всего на несколько вращений. Вскоре никто не мог утруждать себя продолжением, поэтому они просто сидели, разговаривали и пили, в то время как «ABBA» все еще играла на заднем плане. Несколько часов спустя только она и Сириус все еще бодрствовали, и она воспользовалась случаем. — Итак… что происходит между тобой и Ремусом? — она многозначительно пошевелила бровями, ухмыляясь, когда его щёки порозовели, точно так же, как у Ремуса ранее. — Ремус и я просто друзья! — запротестовал Сириус, хотя его голос звучал неуверенно и почти грустно. Роза чихнула. — Благослови тебя Мерлин, — на рефлексе сказал Сириус. — Ты ведь не заболеешь чем-нибудь, не так ли? — Нет, не волнуйся, — Роза покачала головой. — Просто аллергия. — Аллергия? Я не знал, что у тебя аллергия. На что у тебя аллергия?» — Чушь собачья, — Роза посмотрела ему прямо в глаза. На следующее утро Роуз проснулась с раскалывающейся головой и сухостью во рту. Это было не первое её похмелье, но оно было самым худшим. Мародеры всё ещё спали на полу. Морщась от света, льющегося из окон, она натянула капюшон мантии на голову, чтобы защититься от него, вышла из спальни мальчиков и быстро спустилась в гостиную Слизерина. К счастью, никто не обратил на неё никакого внимания, когда она проскользнула в свою комнату, только чтобы обнаружить там разговаривающих Мэтью и Валентину. Двое посмотрели на неё, когда она вошла, и замолчали. Роза едва обратила на них внимание, спотыкаясь, добралась до своей кровати и плюхнулась на неё лицом вниз. —Роза, у тебя похмелье?— удивленно спросила Тина. Несмотря на то, что это было не первое её похмелье, Роуз, как правило, была ответственной и напивалась всего несколько раз. Роуз что-то проворчала в ответ и не заметила обеспокоенных и раздражённых взглядов, которыми обменялись её друзья. Они молчали, и она, наконец, подняла глаза. Она нахмурилась и после долгого глотка воды из кружки, стоявшей на прикроватном столике, сумела заставить свой мозг работать достаточно, чтобы выдавить: — Вы ведёте себя странно. — Нет, Роуз, ты ведёшь себя странно, — сказал Мэтью. В его голосе было напряжение, которого в своем состоянии Роза не заметила. — За последние несколько недель мы почти не видели тебя вне уроков, а если и видели, то издалека. Ты проводила с ними всё свое время, а теперь приходишь совершенно пьяной, проведя ночь неизвестно где? Было ясно, кого он имел в виду под «ними», и лицо Розы вытянулось. — Я рассказала вам, ребята, что происходит. Я должна пообщаться с Мародерами, иначе это будет выглядеть странно. В любом случае, они мои друзья, и я была с ними прошлой ночью, — она говорила медленно, и язык казался тяжелым во рту. — Мы тоже твои друзья, — тихо сказала Валентина. Это заняло у нее несколько минут, но Роза сумела ответить. — Послушай, мне жаль, что мы не видели друг друга некоторое время, но это не продлится долго. Я обещаю тебе, что это займет максимум месяц, — рот Мэтью превратился в тонкую линию. —Мне не нужны твои обещания, — прорычал он, прежде чем повернуться спиной и выбежать, с силой захлопнув за собой дверь. Глаза Розы расширились. Это было не похоже на Мэтью — так злиться. Она повернулась к Валентине. —Что за чёрт? Почему он так взбешён? —ее подруга укоризненно посмотрела на неё. —Роза, какое сегодня число? — она на секунду задумалась. — Шестое? Я не знаю. Я так устала, Тина! У меня болит голова, — пожаловалась она. — Сегодня уже восьмое число, — Тина смотрела на нее в ожидании. —Восьмое декабря. Наконец, Роза поняла. — О чёрт, — пробормотала она. —Чёрт. ЧЁРТ! — крикнула она, прежде чем вздрогнуть от собственной громкости и схватиться рукой за голову. Она свирепо посмотрела на Валентину. — Почему ты мне не напомнила? — Я пыталася, но мы тебя почти не видели. Он ждал. Мы ждали всё утро, но ты так и не пришла. Слишком занята, напиваясь, — её нос сморщился от отвращения к состоянию, в котором была Роза. — Я… я была…— Роуз замолчала. — Не беспокойся, — огрызнулась другая девушка. — Ты жалкая. Теперь, когда у тебя есть твои новые блестящие друзья из Гриффиндора, ясно, что тебе насрать на нас. Так что с этого момента не утруждай себя притворством. — Тина… — Для тебя, Ньюман, — усмехнулась она. Её лицо было холодным, бесстрастным, когда она секунду смотрела на Роуз. — До свидания, Эванс.