пожалуйста, кошмарная реальность!

***

      Стена. Огромная бетонная, высотой в метров пять, мать его, стена. Акейн не была удивлена, но некоторое потрясение имело место быть. Она неосознанно отошла на пару шагов, оглядывая изваяние. — Норман! — голос Эммы заставил выйти из транса и взглянуть на брата, которого рядом не оказалось.       Мальчик попытался залезть на дерево около стены и, по всем законам жанра, провалился, упав с ветки. Акейн метнулась к нему, уже взглядом спрашивая: «Всё ли в порядке?». — Я в норме. Думаю, слишком устал от размышлений. — неловко отвечая, он опирается на протянутой сестрой руку и встаёт.       Эмма улыбается, хихикнув.       Твой смех сейчас так приятен. Я дико рада слышать это. — Боже, ты неисправим! — говорит рыжая, отходя от блондина.       И они вместе наблюдают за тем, как Эмма забирается на то же самое дерево и оглядывает стену сверху. — Толщина метра два-три. — отчитывается рыжая. — Что за ней не видно.       Акейн отпускает брата и приближается к стене, оглаживая бетон. — Но её никто не охраняет. — улыбается Норман и тоже подходит ближе, прикладывая ухо к бетону. — Тишина.       Неудивительно. — Твёрдая и крепкая. Ни трещин, ни царапин нет. — расстроенно выносит вердикт Акейн. — Ничего, за что можно было бы зацепиться. — И что нам теперь, сдаться?       Какой глупый вопрос, братец.       Но вслух девочка лишь фыркает. — Эта стена и рассчитана на то, чтобы мы так подумали. — с этими словами подходит к ним Эмма. — Мы бы могли на неё забраться, будь у нас.. — Верёвка. — три голоса говорят одновременно, ненавистным взглядом буравя изваяние. — Здесь нет демонов. — с улыбкой поворачивается Норман к девочкам. — За нами следит только Мама. Не волнуйтесь.       Акейн и Эмма улыбаются в ответ. Норман был слишком прекрасным человеком.       Снова звонит колокол. Троица срывается с места.

***

      Дети пытаются отдышаться, стоя около дома и остальных родственников. Гильда считает малышей, а Мама наблюдает за этим. — Мама! — громкий крик со стороны леса заставляет Акейн резко выпрямиться и взглянуть туда.       Кто-то из моих детей напуган? — Марк! — Мама подходит к ребёнку. — Что-то случилось?       Тот пытается отдышаться. — Что мне делать? — наконец выкрикивает он, и сердце Акейн сжимается, когда она видит слёзы на детском личике. — Я потерял Найлу в лесу! — девочка вздрагивает. — Я искал её, но так и не нашёл!       Мама достаёт свои часы, открывает их и улыбается. У Акейн спирает дыхание, когда на неё сходит осознание, что это за часы. — Всё будет хорошо. — отвечает Мама всё ещё плачущему Марку.       Женщина встаёт с корточек, оборачиваясь на остальных детей, и говорит: — Ребята, оставайтесь здесь, хорошо? — и, не торопясь, направляется в сторону леса.       Акейн подходит к Марку и гладит его по волосам. Мальчик обнимает её за бёдра, сжимая края юбки.

***

      Пара минут проходят в томительном ожидании. Наконец, на горизонте показывается Мама, и дети радостно бегут к ней. — Нашла.. — неосознанно шепчет Акейн.       Она напугана. Её догадка только что подтвердилась.       Эмма и Норман подходят к девочке. — Мама как будто точно знала, где находится Найла. — Норман и Акейн произносят это практически в один голос. — Если так подумать, Мама всегда с лёгкостью находила нас. — подхватывает их идею Эмма. — Где бы мы не находились, она быстро нас отыскивала. — Это не карманные часы.. — шепчет Акейн, слегка заикнувшись. — Передатчики. — заканчивает за неё Норман. — Они могут быть имплантированы в наши тела. — Мама специально показала нам часы. — девочка хватает брата за руку.       Это действие всегда было её защитным: если Акейн была напугана, то всегда сжимала ладонь Нормана, ища в ней силы и поддержки. — «Кем бы вы ни были, вам не сбежать.» — снова договаривает за неё мальчик, переплетая с ребёнком пальцы. — Вот что она хотела сказать.       Мама с компанией детей проходит мимо, и Акейн спешит расцепить руки и мягко улыбнуться. Однако, стоит ей отойти, как она горбится, хватает Нормана под локоть. — Мама.. — выдыхает блондин. — Враг. — заканчивают за него девочки, дрожа от ненависти и страха.       Над Домом сверкает молния, и Акейн испуганно поворачивается, дабы успеть взглянуть на неё. Её бледное, испорченное гримасой ужаса и злобы озаряет новая вспышка.       Рэй наблюдает за этим с окна. Смотреть на такую Акейн больно. Но она справится, он уверен.       А ведь Рэй не успел даже похвалить её за хороший результат на тесте. Норман тогда утащил сестру и помахал брюнету, мило улыбнувшись.

***

      Как только троица переступает порог дома, мальчик подходит к ним и протягивает Акейн руку, желая увести её и поговорить. Узнать информацию для Мамы всё-таки нужно.

Хотя больше ему хотелось знать о состоянии своей Акейн.

      Однако, она лишь неуверенно мотает головой из стороны в сторону, позволяя Норману вести себя.

Моя милая Акейн предпочла побег.

***

— Для начала, нам нужна верёвка. — стоя на лестнице, Норман объясняет всë девочкам. — У меня есть идея, где она может быть. Встретимся в десять в прихожей.       Сказал, как отрезал. — Стой! — Эмма хватает мальчика за рубашку, и тот разворачивается.       Акейн внутренне смеётся. — Внутри нас есть передатчики, — начинает девочка чересчур громким шёпотом, — а вдруг есть что-то по типу камер или жучков? — Не волнуйся. — Норман разводит руками и улыбается. — Я немного поискал, но не нашёл ничего подобного. — Когда он успел? — вскидывает Акейн бровь, глядя на рыжую, но та лишь жмёт плечами. — Я должен был догадаться..— сокрушенно произносит Норман, и внимание девочек снова возвращается на него. — Что прослеживают нас, а не Дом. — Думаешь, Мама уже знает? — спрашивает Эмма, пока они начинают подниматься по лестнице. — Что мы ходили к той стене. — Не думаю. — успокаивает рыжую мальчик. — Она ведь не узнала в тот раз, когда мы относили зайчонка. — И правда.       Неужели внутри них ничего не сжимается при любом упоминании о том случае? Как можно так спокойно об этом говорить! — Мама не всегда в курсе, где мы находимся. — продолжает объяснять Норман. — Только, если проверит. Она знает, что зайчонка принесла не Конни. Но не знает, кто именно. Иначе, она бы не намекала нам таким образом. — Точно. — шепчет Акейн. — Эй, Норман! Есть минутка? — громкий голос Дона раздаётся так резко, что девочка вздрагивает, едва не подпрыгнув. — Часы перестали работать. — мальчик разводит руками. — Хорошо, сейчас посмотрю! — живо отвечает Норман и снова обращается к сёстрам. — Всё будет хорошо. Нас не подозревают.       И он быстрым шагом уходит к Дону.       Эмма прикасается к месту, где висел рисунок Конни, и лицо её искажается от боли. Акейн кладёт руку на девичье плечо, неуверенно поглаживая. — Конни.. — до одури грустный шёпот Эммы бьёт по сердцу.       Мне не одной тяжело. Хватит думать, что они железные.       Акейн стискивает сестру в объятиях.

***

      Девочка идёт с Эммой в комнату, и они вместе усаживаются на кровать. Здесь пока пусто, ведь дети играют в столовой или просто бегают по дому. — Эмма. — блондинка неуверенно подаёт голос, и рыжая сжимает её ладонь. — Мы ведь сбежим все вместе, да? — её тихий шёпот ломается и дрожит.       Эмме больно. Больно за свою дорогую сестру, которая прежде не знала горя. Любимая всеми Акейн или 20863, девочка, способная приносить спокойствие всем одним своим присутствием. И сейчас она так напугана, так печальна, что Эмма ещё больше хочет сбежать. Ради того, чтобы Акейн снова искренне улыбнулась. — Конечно, вместе. — рыжая светит яркой улыбкой, надеясь, что личико напротив отзеркалит это. — Я рада.       Её губы всё-таки трогает усмешка, а глаза блаженно прикрываются. Голова Акейн падает на колени Эммы, и девочка начинает гладить её волосы, принося успокоение в её трясущуюся душу. — Поспи, дорогая. — произносит в тишину рыжая.

***

      К десяти они возвращаются в прихожую. Заспанная Акейн и ещё слегка расстроенная Эмма. Девочки снова смотрят на пустое место среди детских рисунков. Всю их идиллию нарушает Мама, подошедшая резко и смотрящая до того выпытывающе, что у Акейн едва не подкосились коленки, но она твёрдо выстояла, пока Мама играла в гляделки с Эммой. — Что с тобой, Эмма? — прохладно произносит женщина. — У тебя лицо побледнело. А ты, Акейн? — тяжёлый взгляд переводится на перепуганную блондинку, которая так старалась не выдать своего животного страха. — Вы обе с утра не очень весёлые. — её ладони прикасаются к девичьим щекам. — Вовсе нет. — отвечает Эмма, стойко выдерживая ужасно пугающий, острый взгляд. — Всё в порядке, Мама. — Акейн улыбается, прикрыв глаза, но лишь для того, чтобы не смотреть в этот испытывающий фиолетовый омут. — Просто нам стало грустно, что мы вскоре тоже покинем Дом. — отвечает Эмма за обоих, а блондинка обнимает Маму за талию.       Взгляд Мамы смягчается быстро, и она кладёт руку на плечо Акейн, нежно прижимая к себе. — Вы любите Дом, да? — улыбается Изабелла. — Я люблю Дом и тебя, Мама! — восклицает рыжая и прыгает в объятия женщины, а Акейн лишь коротко кивает, тепло улыбаясь и потираясь щекой о мамин бок. — Интересно, чем сейчас занята Конни..       Эти слова едва не рушат всю актёрскую игру Акейн. Она утвердительно хмыкает и полушëпотом говорит: — Она сказала, что хочет стать такой же мамой, как ты, когда вырастет!       Девочки отстраняются от женщины, и блондинка позволяет себе открыть глаза и взглянуть на Маму, не прекращая улыбаться до того ярко и ласково, словно посреди ночи неожиданно встало солнце. — Да, я знаю. — отвечает Мама и гладит чужие белые волосы. — Уверена, Конни станет хорошим взрослым, а также хорошей мамой.       Акейн кивает, подставляясь под чужие прикосновения.       А Норман за углом едва не сходит с ума от страха за своих сестёр.       Спасительный звон колокола. — К ужину всё готово, Мама.       Акейн ещё никогда так не радовалась появлению Рэя.       Из комнат выбежали дети, привлечённые звоном. — Я сейчас приду. — улыбается Изабелла, закрывая фиолетовые глаза.       Норман наконец позволяет себе выйти из-за угла и восклицает, привлекая внимание девочек: — Эмма, Акейн, идём!       Они утвердительно угукают и подбегают к брату, дабы спуститься по лестнице. Блондинка прыгает через несколько ступенек, но не из-за озорства, а чтобы быстрее покинуть круг обзора Мамы. — Вы трое..       Этот голос заставляет остановиться на полпути. — Ходили вчера в воротам?       Первой разворачивается Акейн, невинно пожимая плечами и хлопая своими полупрозрачными глазами. — Нет. — говорит она и поджимает губы. — Это же против правил. — подхватывает Норман, тоже обернувшись. — А что такое? — Ничего. — улыбается женщина и довольно прикрывает глаза. — Всё в порядке.       Эмма разворачивается последней и улыбается.       Они наконец спускаются на первый этаж. Рыжая падает на колени, громко выдыхая, Норман опирается на перила, а Акейн и вовсе падает на ступеньки, шумно втягивая воздух и истерично запуская пальцы в волосы.       Первым отходит мальчик. — Встать можете? — он протягивает руки обеим девочкам.       И обе замечают, как его ладони дрожат.       Блондинка хватается за руку и уверенно улыбается, надеясь вселить свою уверенность в сердца не кровных родственников. Эмма повторяет её действия.

Кажется, они настроены серьёзно, так ведь?