пожалуйста, кошмарная реальность!

***

      Акейн не слышала ничего вокруг. Шла с Норманом за руку, опустив голову и тяжело дыша. Голова гудела, словно свинцом налитая, сердце громко и быстро билось о рёбра, словно старалось нагнать года, которые могла прожить девочка. Смотрела на резвящихся детей через серую пелену, невидящим взглядом. Глаза стали совсем прозрачными, пустыми. Было страшно. Умирать ей не хотелось от слова совсем. Какой бы смелой она не была до этого, когда ты стоишь на пороге улыбающейся смерти, всё, о чём ты можешь думать — как бы выжить. Норман завёл её в спальню и усадил на кровать. Он стоял перед ней на коленях и звал её, пытаясь достучаться, добиться ответа, но та молчала, как молчала все эти года до раскрытия тайны. — Акейн! — мальчик тряс её за плечи, глядя в посеревшие глаза. — Ответь мне, пожалуйста.       Норман был напуган не меньше. Его сестра сгорела в одно мгновение. Вспыхнула тускло и оставила от себя лишь угольки. — Акейн. Хочешь пойти к Эмме? — мальчик встал и протянул ребёнку руку.       Она живо вцепилась в неё стальной хваткой, да так, что у Нормана перед глазами поплыли искры.

***

      Сидя около кровати рыжей и гладя её кудрявые волосы, Акейн несколько успокаивалась. Но всё ещё не проронила ни слова.       Глаза Эммы наполнены страхом. Страхом за своих любимых родственников. Зелень в них потускнела также, как в очах блондинки. — Не волнуйся, Мама забрала только верёвку. — держа подругу за руку, шепчет Норман. — Она не знает о настоящем плане. Вскоре ты поправишься, и всë осуществится. — он отпускает её и поднимается. — Подожди немного. Я принесу тебе стакан воды.       Акейн порывается встать и пойти за ним. Она боится оставлять его одного, словно демоны выскочат из-за угла столовой и нападут на него, растерзают и съедят на глазах всего приюта.       Мягкая ладонь Эммы её останавливает. Блондинка покорно садится на место, скрепя сердце. — Эмма. — чуть слышно шепчет Акейн, а голос её содрогается. — Я хочу жить.       Глаза наполняются слезами. Девочка смотрит на рыжую своими наполовину голубыми глазами и рыдает, рыдает навзрыд. Прячет лицо в свободной ладони, размазывая солëные капли по щекам. Эмма рывком садится на постели, прижимая дрожащее тело к себе.       Я должна.. Нет. Мы с Норманом должны уничтожить планы Мамы. Мы не можем сбежать лишь вдвоём: тогда планы пойдут крахом. Умереть ради того, чтобы выжили остальные.. Хотя, такая жертва достойна моей смерти.       В комнату даже не входит, а влетает Рэй. — Акейн! — он подбегает к кровати, созерцая рыдающего ребёнка. — У тебя ведь завтра день рождения? — шепчет Эмма, ужасаясь всё больше.       Почему я не могу перестать плакать? — Я не позволю вам умереть. — брюнет за плечо разворачивает блондинку к себе. — Слышишь, Акейн? Ты не умрëшь.       Девочка отпускает рыжую и указательными пальцами вытирает последние слëзы. На лице расцветает нежная улыбка. Она медленно мотает головой из стороны в сторону. — Эмма! — голос Нормана в дверях заставляет Акейн вскочить с кровати и побежать к нему. — Нам нужно поговорить. — сходу переходит Рэй к делу. — Мы поможем сбежать вам двоим. Вы убежите завтра в полдень. — Мы.. — начинает было Норман, но его нагло перебивают. — Нет! — одновременно восклицают Эмма и Рэй. — Послушайте нас. — прожолжает брюнет уже один. — На самом деле вы притворитесь, что устроили побег. Мы выведем из строя ваши передатчики, а вы будете скрываться на территории леса, пока нога Эммы не заживëт. — И когда мы сможем сбежать со всеми, вы сбежите тоже! — заканчивает за него рыжая. — Так как вы будете считаться пропавшими, то сможете спокойно исследовать окрестности. — продолжает брюнет. — А так как для всех вы перестанете существовать, мы сможем спокойно видеться.       Брат и сестра переглядываются. Оба думают об одном и том же. — Но уровень охраны неминуемо.. — пытается оспорить Норман, но ему снова не дают договорить. — Не проблема. — уверенно парирует Рэй. — Зная, как устроен наш дом, вряд ли они повысят охрану. — Почему ты так считаешь? — Первое: в нашем доме ценится как физическое, так и психическое состояние товара до его смерти. — живо отвечает мальчик. — Второе: в нашем доме делается всё возможное, чтобы скрыть его секрет. Исходя из этого, значит, если демоны хотят качественный товар, они не станут ограничивать нашу свободу ещё больше. Они не могут ввести серьёзные корректировки в систему охраны, чтобы этого не заметили. Даже не могут увеличить высоту стены, поскольку это повлияет на психическое состояние детей, которые будут видеть вокруг одни лишь стены.       Рэй говорит абсолютную правду, но.. Что угодно может пойти не так. Неужели сегодня они в этом не убедились? — Максимум, что они могут сделать — это увеличить число смотрителей! — продолжает он. — Но с этим мы точно справимся! — Если они сделают стену достаточно высокой, что и с верёвкой не забраться? — продолжает парировать Норман. — Тогда ты сделаешь лестницу, пока будешь скрываться! — сразу же находит решение Рэй. — А если введут усовершенствованные передатчики? — не успокаивается блондин. — Если они это сделают, то мы будем знать, куда они внедрены, и сможем избавиться, когда захотим! Внедрение новых передатчиков бесполезно, потому что мы уже знаем об их существовании! Прекрати придумывать оправдания! — Рэй перешёл на крик. — Вы не должны умереть! Мы обеспечим вас едой. Усиление охраны не будет для нас обузой! Кроме этого, у меня по-прежнему спрятан козырь, чтобы победить Маму!       Акейн понимала — их не переубедить. Рэй такой же, как она. Если бы отправляли его, блондинка бы тоже искала любые пути отступления. Она бы заперла его где-то, подлив снотворного, вынесла бы в лес на своей спине, но не позволила бы ему умереть.       Но попытаться стоило. — Так что живите! — не унимался брюнет. — Притворитесь, что устроили побег! С нашим планом мы сможем. — Мы не можем, Рэй. — шёпот Акейн тут же селит в комнате хрустальную тишину. — Понимаешь, если мы решим сбежать.. Отправят вас. — Меньше всего я бы хотел, — подхватывает слова сестры Норман, — чтобы кто-то из вас умер вместо меня.       Мальчик садится на стул, и Акейн подходит к нему, стоя спиной к остальным. — Они заберут только наши жизни. Ничего более. — продолжает блондинка, развернувшись через плечо. — Им нас не обыграть. Ты сам говорил, Рэй. Я похожа на Маму. — до этого испуганное лицо с натянутой улыбкой осветил оскал. — Мы обеспечим вам успешный побег. — заканчивает Норман. — Это всё, что нам нужно.       Брат и сестра — настолько разные, но абсолютно одинаковые. Норман желал спасти всех потому, что такое решение изъявила Эмма. Он мыслил будто со стороны. Акейн же на деле была готова расстаться с жизнью, зная, что это приведёт к тому, что её дети спокойно сбегут. — Ради чего я старался шесть лет своей жизни? — негодует Рэй. — Прости. — в один голос отвечают дети.       Компания молчит. Каждый судорожно думает, топясь в своих мыслях и рассуждениях. Акейн смотрит на напряжённого Рэя. Глаза в глаза. Их взгляды тусклые, и оба злые, расстроенные и нежные. Рэю больно до безумия. Он тешил себя мыслями, что они сбегут и смогут, возможно, зажить счастливо. Конечно, в его думах главным образом представала Акейн. Брюнет не хотел отпускать её, зная, что она идёт на верную смерть. Он мог вечно стоять на месте и созерцать её усталый лик. — А давай сломаем ногу и тебе, Рэй? — вскинув руку наверх, предлагает Эмма. — Что? — восклицает Акейн. — Это же подойдёт, да? Ну же, Рэй! — улыбалась рыжая, уверенная в своём плане. — О чём ты? — удивлённо спрашивала блондинка. — Так я травмирована, сомневаюсь, что отправят меня. — поясняет Эмма. — Вспомните, что говорили демоны! Мы для них — ценный товар. Для отправки мы должны быть в идеальном состоянии. Если вас решат заменить, то только Рэем. Поэтому, если Рэй получит такую же серьёзную травму, то отправлять будет некого!       Брюнет заходится смехом, и Акейн совсем теряется. — Что ж, время ломать кости! — уверенно ухмыляется он. — Тебе не кажется, что лучше будет сломать руку? — Верно! — улыбается Эмма. — Тогда сломаем тебе руку! — Остановитесь, живо! — восклицает Акейн. — Нет никакой гарантии, что вы будете в безопасности, переломай вы хоть все кости!       Она кричит, стараясь вразумить тронувшихся родственников. Но бесполезно. — Тогда мы как следует заболеем! — отстаивает свою идею рыжая. — Сломанная кость и плохое самочувствие — редкое удовольствие, но ты ведь справишься?       Рэй одобрительно кивает. — Вы сошли с ума! — в один голос выдают брат и сестра. — Почему? — на лице Эммы застывает грустное, обиженное выражение. — Мы готовы на всё, лишь бы вы выжили!       Эти слова бьют прямиком в слабое девичье сердце. Они правда сделают что угодно. Точно как и она. Вся их компания — сборище самоотверженных сумасшедших идиотов, слишком дорожащих друг другом. — Акейн, разве ты не хотела сбежать со всеми? — чуть не плачет девочка. — Среди «всех» должны быть и вы! Мне плевать, что всё идёт не по первоначальному плану. Но чья-то смерть в наши планы точно не входила!       Она берёт ладони друзей в свои, нежно оглаживая, и Акейн теряет всякую уверенность в том, что за друзей она готова умереть. — Вы сбежите с нами? — жалостливо просит Эмма. — Я сдаюсь. — Акейн садится на кровать, сразу же чувствуя объятия Эммы и Рэя с двух сторон. — Да. — вторит ей Норман и тоже обнимает своих названных родственников.       Чужие руки греют со всех сторон. Акейн даже забывает на пару секунд, что эти объятия могут стать последними в её жизни. — Значит решено. — подводит итог Рэй, оторвавшись от друзей. — Завтра вы притворитесь, что сбежали. — Заодно проведём осмотр окрестностей. — Норман держит непонятно откуда взявшийся бинокль. — Лучше провести его до того, как усилят охрану. Однако, меня по-прежнему кое-что волнует. И это касается тебя, Рэй.       Акейн быстро смекает, что к чему, просто взглянув на брата. Этот вопрос волновал и её тоже, но времени узнать всё как-то не было. — Как ты узнал правду об этом Доме? — одновременно спрашивают брат и сестра. — Просто так об этом не догадаться. — продолжает Норман уже один. — Поэтому. Как ты узнал обо всём? — Я знал об этом с самого начала. — спокойно отвечает мальчик. — Вы знаете, что такое «инфантильная амнезия»? — задаёт он вопрос, и Акейн, практически целиком воспитанная Рэем, знает ответ. — Один из типов амнезии, характеризующийся отсутствием воспоминаний у взрослого человека о раннем периоде детства. — чётко цитирует девочка страницу из библиотечной книжки. — В точку. — усмехается Рэй. — Однако, случаются редкие исключения. Я по прежнему помню, что было со мной в младенчестве. Я помню голос своей матери, но самих родителей — нет. Помню лишь отдельные эпизоды, которые и привели меня к решению загадки. — начинает свой рассказ Рэй. — В какой-то момент нас разбили на группы по пять человек. А потом меня принесли сюда через тёмный туннель. — Ты помнишь события за год до того, как оказался здесь? — удивляется Эмма. — Да. — Погоди, но это означает, что за воротами нас ожидает не внешний мир, а.. — делится догадкой Норман. — Штаб. — подтверждает его мысли Рэй. — Меня всегда волновало, что эти воспоминания не сходятся с нашей повседневной жизнью. Но, научившись читать, я наконец понял: «Мои воспоминания были правдой. Это не просто приют. Это не мои воспоминания, а наша жизнь была вымыслом». — продолжает мальчик. — В один день я решил спросить об этом у Мамы. На секунду я увидел, как Мама оказалась удивлена услышанным. Тогда я понял, что мои домыслы верны. И я заключил с ней сделку.       Рэй страдал.. всю свою жизнь? — Рано или поздно я бы рассказал вам об этом, когда бы понял, что условия стали более благоприятными. — Условия? — переспрашивает Эмма. — Полагаю, из моего рассказа вы уже поняли.       Акейн прокручивает в голове события последних дней. Разговор с Кроной, откровения Рэя, их собственные догадки и сопоставляет пазл.       Такая ферма явно не одна, ведь так? — Наш «Благодатный Дом» состоит из штаба и пяти таких же плантаций. — подтверждает брюнет её мысли. — За воротами нас ожидает не свобода, а бесчисленное количество взрослых и демонов. Именно поэтому уровень охраны такой низкий. И поэтому он таким и останется. — завершает Рэй. — Но мы отошли от темы. Акейн, Норман. У вас нет причин переживать. Уничтожьте передатчики и спрячьтесь в лесу. Это, — он достал что-то из кармана и кинул Норману, — вам пригодится. Поднеси это к уху, нажми на кнопку, и передатчик выйдет из строя, что даже Мама не узнает. — Ты сам его собрал.. — восхищенно шепчет Акейн, кропотливо рассматривая устройство.       Рэй слегка отводит взгляд, кашляет и продолжает свою речь. — Дон и Гильда делают для нас новую верёвку. — Из чего? — интересуется Эмма. — Из лишних простыней. — сразу следует ответ. — Теперь, когда Мама знает о наших намерениях, нам нечего скрывать, так что Дон стащил пару простыней. Есть ещё пара деталей вашего «побега», но их я сообщу позже. В любом случае, сейчас важнее всего убедиться в том, что завтра днём вы оба исчезнете. А потом мы спланируем общий побег, как нога Эммы заживёт.       Дети интуитивно берут друг друга за руки. — Мы не позволим вам умереть. — улыбается Эмма. — Сбежим отсюда все вместе!       Акейн утвердительно кивает и смотрит на Нормана, читая его глаза. Никуда они не побегут. И они оба это прекрасно понимают.