пожалуйста, кошмарная реальность!

***

      Компания сбежавших шествует по огромному лесу, надеясь найти своё пристанище. Они ночуют в норах, которые скрыты в этих гигантских деревьях, делают оружие из их могучих ветвей, охотятся на редко пролетающих птиц. Кто-то мог бы сказать, что эта жизнь — дикость, но точно не эти дети. Они были счастливы выбраться из Лямбды. И пусть подобная жизнь больше походила на выживание, их это не остановит.       Акейн не старается вникнуть в планы Нормана на будущее. Ей это неинтересно. Сейчас девочка хотела лишь найти своих детей. Как оказалось, с момента отправки близнецов прошло всего два месяца, а после побега с экспериментальной фермы — неделя. — Госпожа! — привычка Барбары называть так Акейн выработалась слишком быстро. — Можно вас заплести? Ваши волосы такие длинные, они вам не мешают?       Блондинка развернулась, дабы посмотреть на девушку, но продолжала идти вперёд. Смерила взглядом прозрачных глаз новую подругу и ласково улыбнулась, кивая. — Как найдëм новое пристанище, обязательно заплетëшь. — предупреждает ребёнок, скидывая с плеча прядь белых волос.       Несмотря на дикие опыты в Лямбде, Акейн кое-как смогла вернуться в норму. Только, более жëсткой стала, да и разговаривать начала чаще. Мыслила холодно, не опираясь на эмоции и чувства, которые, кстати, ощущать практически перестала. Она понимала лишь то, что теперь спасëнные ею с Норманом подростки, которые последовали за ними, также её дорогие дети, коих девочка защитит любой ценой.

***

— Норман. — завела ночью разговор Акейн, расслабленная нежными прикосновениями Барбары к белоснежным прядям. — Где мы будем искать их? Ручки-то у нас нет.       Её брат мягко берёт девочку за руку, переплетая их пальцы. — Не волнуйся. — улыбается мальчик. — У меня есть план. — Какой-нибудь безумный, полагаю? — усмехается блондинка. — Но ты же со мной? — спрашивает он, пусть и заранее знает ответ. — Конечно. Мы ведь оба чокнутые. — её губы растягиваются в широкой улыбке, выставляя напоказ небольшие, но заметные клыки.       Норман скрещивает их взгляды, тепло всматриваясь в ледяные глаза сестры, со временем ставшие похожими не на летнее, скрытое облаками небо, а на цветы дельфиниума. Растение, чей цвет варьируется от нежно-голубого до тëмно-синего, фиолетового или розового. Несмотря на внешнюю свою красоту, этот цветок вызывает угнетение центральной нервной системы с одновременным действием на желудочно-кишечный тракт и сердечно-сосудистую систему. При токсических дозах наступает паралич дыхания, сопровождающийся поражением сердца. Также, как и Акейн, с миловидной её внешностью и привлекательными глазами. После экспериментов Лямбды, сила её странного гипноза только увеличилась. Из-за этого у ребёнка часто болела голова и глаза, да так, что иногда слëзы выходили кровавыми.       Последствия вживления ДНК демона имелись тоже. Дабы поддерживать демоническую силу и собственный разум, девочке приходилось пить кровь животных. Только, не шибко быстро до этого решения дети дошли, считая, что её состояние ухудшается из-за тех самых таблеток. Только когда организм монстра, запертый внутри ребёнка, начал преобладать, и Акейн напала на птицу, едва не съев её живьём, Норман наконец-таки обо всём догадался. Из-за чего в сумке всегда лежала бутылочка с кровавым напитком, на случай, если блондинке снова станет хуже.       В общем, последствия опытов Лямбды были довольно печальными не только у Акейн. Барбара, например, пристрастилась к мясу демонов, которых они с S-63 нередко убивали ради забавы. Ребёнок просто не мог устоять перед горящими глазами Барбары, когда она наблюдала смерть очередного монстра. Акейн и за собой замечала блаженные улыбки, подаренные трупам демонов, но не показывала всего удовольствия, которое это занятие ей приносило.

***

      Несколько месяцев скитаний по гигантскому, необычному лесу пошли детям на пользу. Каждый натренировался не только в охоте и убийстве демонов, но и изготовлении оружия собственными руками, готовке и невероятной скрытности и манëвренности.

***

      Одним утром, спустя полгода их бесконечных безостановочных походов, когда Акейн шла во главе группы рядом с Норманом, привычно держа брата за руку и рассматривая окрестности, компания забредает место, скрытое деревьями снаружи. Внутри же просто колоссальная куча пространства, всякие ящики, шкафы, столы и стулья. — Возможно, здесь когда-то жили демоны. Полагаю, мы все порядком устали от вечных скитаний. — улыбается Акейн, развернувшись к друзьям. — Предлагаю проверить это место, и, если оно окажется пустым и способным дать нам хотя бы малые условия для выживания, то остановимся здесь. — Согласен. — Норман подходит ближе к сестре. — Идëм. — обращается он к остальным.

***

— Норман. — осматривая одну из комнат, спрашивает Акейн. — Чем мы займемся сейчас, пока не знаем, где искать детей? — Уничтожением ферм. — холодно бросает блондин.       Его сестра заходится заливистым смехом, притворно держась за живот и выгнув спину. Норман хихикает, глядя на в конец обезумевшую Акейн. — Это месть, братец? — наконец успокаивается она, скидывая упавшую на плечо длинную косу. — Нет. Мы изменяем мир. — он поднимается с колен, на которых стоял прежде, обшаривая ящики стола. — Чудо! — блондинка прижимает руки к груди и кружится на месте, после выходя в танец по этой небольшой, тëмной комнате.       Лишь смотря на неё, Норман мог улыбаться.

***

Октябрь. 2047 год.

      Акейн вышагивает во главе группы, волоча меч по полу. Он неприятно скрипел, но этот звук был усладой для ушей подростков.       Они обжились в том странном доме, найденном ими год назад. И серьёзно занялись заданием Нормана — уничтожением промышленных и схожих с Благодатным Домом ферм. Они спасли уже кучу детей, о которых заботится Норман и, реже, сама Акейн. Но дети любят её, несмотря на появившуюся грубость и процветающую агрессию.       Сейчас они как раз находятся на одной из таких, где люди растут как обыкновенное мясо, не умеющее не то что говорить, а даже мыслить. Невзрачный серый пол теперь украшали прекрасные пятна демонической крови. Акейн ступала по ним чёрными шнурованными ботинками, из-за чего жидкость неприятно хлюпала, а девушка оставляла за собой следы. Её бледные худые ноги были обрамлены бинтами, уходящими в обувь. Тëмно-зелëные шорты и такая же накидка на плечах, скрывающая белую рубашку ещё со времён Лямбды. Её меч покрыт шипящей кровью. Полупрозрачные голубые глаза, хитро светящиеся в темноте, и лёгкая улыбка-оскал. Она низкого роста, но всё равно выделяется на фоне своих товарищей. Вокруг неё чувствуется эта подавляющая аура сумасшествия, красивое безумие, скрытое за стеклянными очами.       Чей-то голос, исковерканный механическими шумами, раздаëтся по всей изничтоженной ими фермы.       Кажется, он велит поймать нас? Наивные собачки демонов. Пока нами руководит мой брат, у вас нет ни шанса. Ха-ха. — Момотаро-сан, Момотаро-сан~.. Поделись, прошу, своим кибиданго. — приятный голос Барбары заставляет Акейн развернуться. — Что за кибиданго? — тут же спрашивает Число. — А мне почём знать? — усмехается девушка — Что это за песня, Барбара? — прерывает их Акейн. — Хм? — отзывается темноволосая. — Ах, это.. Песня об убийстве демонов. — Чудо. — хихикает блондинка, скользя глазами по подруге.       На несколько секунд здесь воцаряется тишина, нарушаемая лишь тихим пением Барбары. — Эй, госпожа. — вдруг снова заговорила Барбара. — А можно я потом их съем? — Конечно. — ухмыляется S-63, заправляя прядь волос за ухо. — Ты бы всё равно съела их, даже если бы я сказала «нет». — Да ладно вам! — смеëтся девушка. — Просто меня бесит, что только мы здесь — ходячий корм. Нас вырастили, чтобы скормить им. Это. Дико. Бесит. — она отделяет слова друг от друга и закатывает глаза. — Мы уже давно не корм, Барбара. — заходится смехом Акейн, раскидывая руки в стороны. — Хотя, меня это тоже бесило. — Да, меня тоже. — отзывается Число. — Очень бесит. — Меня это тоже «бесит», но.. — подаëт голос Винсент. — Вы что, других слов не знаете?       Зази сзади одобряюще кряхтит. — Типа, каких? — восклицает брюнет. — Ну, например.. — парень задумывается на пару секунд. — «Злит», «оскорбляет», «приводит в ярость», «услышьте моë праведное негодование». — Че? — злится Число. — Что ты несёшь?       Компания заходит в комнату, где их дожидается Норман.       Он значительно вырос. Препараты Лямбды здорово повлияли на его организм. А вот его сестра в росте не прибавила, лишь в силе. Клетки демонов все таблетки аннулировали.       Парень одет в кучу шмотья, напоминающего одежду монстров. Он — не боевая единица, как остальная команда, так что не выделялся одеянием. — Праведное негодование — это злость из-за неприятия ненадлежащего обращения. — одновременно с Норманом поясняет Акейн.       Близнецы прерывают заведомую перепалку между парнями. — Охрана? — обращается блондин к Винсенту. — Все мертвы, как вы и приказывали. — тут же отзывается лысый.       S-63 осматривает промышленную ферму. Они в подобном месте не впервые, но каждый раз это отвращение охватывает девушку с ног до головы. Куча детей, расположенных на стеллажах до потолка, подключенных к каким-то неизвестным приборам. Блондинка могла бы поспорить, что Эмма бы разрыдалась от увиденного и захотела спасти их. Но, увы, подобным детям уже точно не поможешь — они — явное мясо на убой.       Остаётся лишь даровать им лёгкую смерть. — Зази. — командует Акейн, обратившись к парню с пакетом на голове.       Тот живо выполняет своеобразный приказ, мечом разрубив оковы, не дающие подойти к детям.       Норман приближается к этим живым трупам и присаживается на корточки, протягивая ребёнку руку. — Идём. — произносит он, и блондинка едва сдерживает вдох разочарования.       Эмма его заразила? — Мы пришли спасти вас. — продолжает парень. — Идём.       Дитя, не в силах ответить, лишь мычит что-то, роняя слёзы.       Норман берёт ребёнка на руки, прижимая к себе. — Бедное создание. — приговаривает он, лелея его. — Мы же не возьмём их с собой? — подходит Акейн ближе и кладёт руку на голову брата. — Нет. — тут же отвечает тот, отпустив существо. — Если вынем это устройство, они умрут.       Блондинка облегчённо выдыхает.       Лишний груз помешает мне найти моих детей. — Печально, но здесь мы не можем ничего сделать. — продолжает Норман, выпрямившись. — Давайте хотя бы освободим их от оков.       Раз брат попросил, то Акейн так и поступит. Она не Эмма, одержимая желанием спасти абсолютно всех, не Норман, который собирается избавиться от демонов вовсе. Она хотела спасти только свою семью. Но, если её дети таки захотят по-другому, то имеет ли она право возражать им?       Акейн размахивает мечом вместе с остальной командой, разбивая некие кандалы на детях. Девочка заносит оружие в последний раз, наслаждаясь звоном сломанного металла. — Надеюсь, в следующий раз.. — привычно произносит Норман, взявшись за рычаг, контролирующий устройство жизнеобеспечения. — Вы сможете прожить свою жизнь, как полноценные люди.       Парень с силой нажимает на рычаг. В комнате гаснет свет. — Что теперь? — подаёт голос Винсент. — Действуем, как было запланировано? — Сжечь здесь всё. — холодно отвечает Норман и, взяв Акейн за руку, покидает комнату. — Фермы должны быть уничтожены. — бросает он на выходе. — Все без исключения.

***

      Компания покидает ферму. Блондинка наблюдает за полыхающим в огне зданием и заходится смехом, картинно расставляя руки в стороны.       Рэй, Эмма. Ждите нас! Мы нашли вас. Послали вам два сообщения. Вы должны покинуть фермы и отправиться по координатам, оставленным вами Норманом. Тем более, за вами посланы милые Джин и Хаято! Ох, это просто чудесный расклад! Я хочу долететь до ваших сердец!       Акейн закружилась вокруг себя, сложив ладони около лица и не прекращая смеяться.       Я не могу дождаться нашей с вами встречи! Мои милые дети! Ваши любимые брат и сестра вернутся! Ну как, вы, наверное, просто счастливы?       Неожиданно она останавливается с грустным видом. — Барбара, они ведь понятия не имеют, что я жива, да? — по щекам струятся слëзы.       Никто не удивился неожиданной истерике, ведь все уже привыкли к чересчур частым сменам настроения Акейн. Её эмоциональность, из-за проблем с головой, слишком повысилась. — Не плачьте, госпожа! — девушка тут же кидается утешить их второго командира. — А кто «они»?       Но вместо ответа блондинка громко всхлипывает, обнимая темноволосую. — Акейн! — Норман подходит к сестре, забирая её из рук Барбары, неуклюже пытающейся её успокоить. — Прекращай плакать. — улыбается он. — Нам уже пора. — Пора? — её губы растягиваются в улыбке. — Пора, пора, пора!       И девушка снова пританцовывает, теперь ещё и подпевая. — Извините, босс.. Она всегда была такой.. чокнутой? — шёпотом спрашивает Винсент. — Нет. — отвечает блондин. — Но так даже лучше. — Я вообще-то всë слышу, хм! — разворачивается Акейн, укоризненно грозя указательным пальцем. — Простите, госпожа! — тут же кланяется лысый, из-за чего девушка очень ярко удивляется, а после смеётся. — Мне совсем не обидно! — уверяет она. — Тем более, что я и правда того. — Акейн крутит пальцем у виска.       Барбара хихикает, хватая блондинку за вторую руку. — Идём, госпожа! — улыбается она, и S-63 одобрительно кивает, следуя за идущим чуть впереди Норманом, который уже машет им рукой, дабы те поторапливались.       Вперёд, к моим милым детям!