Часть 1. 1. Дом, милый дом
6 февраля 2022 г., 23:14
Вечер.
Частный дом далеко за городом.
— Чё не здороваешься, мелкий?
— Я вообще-то старше, придурок, — промямлил себе под нос Тэ.
— Чего?
— Говорю, что я старше.
— Правда?
— А-то ты не знал.
— Так и не скажешь.
«Конечно, перекачанная махина».
— Ты стал ещё больше похож на гея. Такие губки, попка, — Чонгук палевно зыркнул старшему через плечо, чтобы заценить ягодицы, а после по́шло подмигнул.
Тэ покраснел.
— Отвали, — он хотел отойти подальше от назойливого парня, но тот схватил его за запястье.
— Постой. Я ещё не всё сказал, — Чонгук наклоняется к его уху и гадко шепчет: — Избегай безлюдных мест, а то зажму тебя в каком-нибудь углу, как раньше.
— Что тебе надо? Ты ведь даже не гей.
— Ну, здесь кроме тебя мне некого лапать, а ты не так уж и на парня смахиваешь, скорее на томбоя, так что сойдёт.
— Не могу понять, ты реально придурок или прикидываешься?
— Мне нравится смущать тебя, Тэша. Ты такой милашка, когда тебе неловко.
— Отвали, — безразлично повторяет Тэ и отходит.
И в этом дурдоме предстоит провести почти две недели: Рождество и Новый год. Каждый год Тэхён находил повод отказаться. Зачем согласился в этот раз? Настолько скучно стало жить? Кризис 25 лет? Подумал вспомнить былые времена? Может быть, детство? Тэхён обычный человек среди обычных людей. Обычный парень: взрослый, образованный. Он далёк от предрассудков и стереотипов. Впрочем, как и все здесь. Но это лишь на первый взгляд. Есть вещи, которые никогда не меняются, и, несмотря ни на что, здесь Тэхён, как и прежде, всё тот же изгой: тихий, нелюдимый гей.
И как назло только тётки и дядья; никто из двоюродных братьев/сестёр не приехал. Только этот противный Чонгук. Он вообще-то не родственник, просто их родители дружат семьями. К тому же и ехать ему не надо, они живут неподалёку.
«Надеюсь, его просто родители заставили сюда прийти в первый вечер, отдать дань приличиям, а после его здесь не будет».
Тэ забил на предупреждение и уже спустя полчаса приветственного застолья отлучился. Ушёл в свою комнату, надел куртку, открыл окно и, уставившись в морозную пустоту, тягал одноразку «Чай улун с персиком».
Мысли, подстёгнутые небольшим количеством алкоголя, размеренно текли в его голове. Было спокойно.
— Надеюсь, это твой запах. Очень вкусно, — послышалось за спиной, и Тэ чуть не выскочил в окно.
Он обернулся и увидел Чонгука.
— Что ты несёшь? — ответил Тэ и очень тихо добавил: — Придурок.
— Уже три раза назвал меня придурком. Обидненько, — злобно подшучивал тот.
«Как он услышал?» — Тэ не паниковал, просто удивлялся.
— Не холодно? — послышалось над самым ухом, а затем поверх пуховика его обхватили стальные руки незваного гостя.
— Вот чёрт, — безнадёжно выдохнул Тэ.
Ну, начнёт он сейчас дёргаться, как будто поможет. Если этот олень сам не захочет, не отстанет.
Тэ подаётся назад, впечатываясь в Чонгука плотнее.
— Хочется теснее, малыш?
— Я окно хочу закрыть, …, — на этот раз «придурок» было произнесено лишь мысленно.
Когда окно оказалось закрытым, Тэ всё же ухватился за руки парня, пытаясь их отлепить от себя.
— Тц, — щёлкнул языком Тэ. — Отпусти уже. Не смешно.
— А я и не смеюсь.
— Чонгук. Хватит. Я хочу вернуться за стол.
Чонгук усмехается, но отпускает.
Тэ сбрасывает куртку.
— Пока ты будешь за столом, я пороюсь в твоих вещах? — продолжает свои тупые приколы. — Может, дневник найду.
— Убирайся отсюда, — Тэ упёрся попой в стол и скрестил руки на груди.
— Не-а, — Чонгук плюхается на его кровать.
Тэхён закатывает глаза.
— Что тебе надо?
— Потискать тебя, я уже говорил, — Чонгук хлопает рукой по месту рядом с собой.
— Я пошёл, — отвечает Тэ и движется к двери.
— Пожалуйста, — Чонгук приподнялся на кровати и с жалостливым выражением лица смотрел на Тэ.
Тэхён из любопытства обернулся, и у него даже челюсть отвисла от такого зрелища. Он покрутил у виска указательным пальцем и уже нажал на ручку.
— Чёрт, — выругался Тэ. Какая-то нелепая жалость остановила его.
Чонгук заметил сомнение и тут же подскочил к нему.
«Иди же. Выходи из комнаты», — уговаривал себя Тэ.
Но Чонгук был уже рядом. Тэ ожидал, что его сейчас обнимут, ну, подержат в объятиях пару минут и отпустят. Только у Чонгука был другой план. Он прижался ладонями к ягодицам Тэ, слегка сжимая.
Глаза Тэ распахнулись от такой наглости, он яростно задышал, а затем с силой распахнул дверь и вышел под негромкий, но очень обидный смех Чонгука.
Весь красный Тэ вернулся за стол. И выпил ещё.
«Зачем я остановился?» — упрекал себя Тэхён.
Чонгук вернулся за стол спустя только десять минут.
Больше Тэ не отлучался. Через пару часов гости ушли.
