Аконитовая кулига

             Если бы Юнги не схватил Чимина под руку, тот наверняка покалечился бы.              — Не надо, пожалуйста… — тихо молит омега.              Юнги отпускает.              Голый Чимин жмётся в угол душевой, прямо как в том сарае, и сквозь подступающие слёзы спрашивает:              — Как ты сюда попал? Никого ведь нет дома.              — Для меня нет замков, Чимин. Есть только одна дверь, которую я не могу открыть.              — О чём ты?              — Твоё сердце. Только к нему я не могу подобрать отмычки.              — Юнги, пожалуйста, не надо, — умирая под жадным взглядом альфы, скулит от страха омега.              — Я не трону тебя. Не бойся. Я хотел посмотреть… хотя бы посмотреть… раз уж никогда не получу…              — Уходи. Мне страшно.              — Чимин…              Глаза Юнги горят. Его вид совсем не внушает доверия. Чимин уже мысленно готовится быть изнасилованным, потому что звать на помощь некого.              — Мне страшно. Пожалуйста.              — Не бойся меня. Хорошо, я ухожу. Только не бойся.                     ***              Происшествие в ванной странным образом не увеличило страхов Чимина перед Юнги, а словно подарило уверенность в самоконтроле альфы. Чимин не рыдал, как следовало бы ожидать, когда Юнги ушёл. Омега сразу же успокоился, разве что не мог вырваться из мыслей. А так, всё оказалось в порядке.              И он решил не отменять своего плана, а даже с ещё большей уверенностью пошёл на дело.              — Здравствуйте, — весёлым голосом поздоровался Чимин с мамой Юнги.              — Привет, Чимин-и.              — Меня Юнги попросил свитер ему принести, — сразу же пояснил омега, чтобы не вести длинных разговоров. И окинул взглядом гостиную. Здесь интересующего его предмета не оказалось. Омега ещё раз улыбнулся и поднялся в комнату Юнги.              — Свитер? — поинтересовался взрослый альфа, когда женщина вернулась в кухню. — Сегодня 30 градусов жары. Чимин что, гнездится?              — Кто в наше время гнездится?              — Может, молодёжная мода.                     ***              Свитер висел в шкафу, источая свою зловещую для Чимина ауру. Парень долго решался, чтобы наконец взять его в руки. Омега сел на кровать.              Свитер как свитер. Тёплый. Бежевый. Грубый, как Юнги. Чимин приложил вещь к своей груди, обнимая себя рукавами. Страх исчез. Появилось совершенно противоположное чувство. Чувство безопасности и уюта.              Омега прилёг. Вот и как его спалить? Если подумать, это вообще-то чужая вещь. А вдруг она дорога Юнги. Чимин зевнул и прикрыл глаза. Надо спросить разрешения. Да, надо поговорить с Юнги. Надо всё хорошо обдумать. Нужно…              Мысль прервалась незаметно для омеги, и Чимин уснул на постели Юнги в обнимку с ненавистным свитером.              Альфа вернулся домой раньше, чем обычно. Его предупредили, что приходил Чимин, но, кажется, омега так и не ушёл.              Юнги аккуратно заходит в комнату и обнаруживает на своей кровати парня, сладко посапывающего и обнимающего его свитер, как плюшевую игрушку. Альфа хотел его коснуться, но побоялся, что тот проснётся. Он не хотел мешать. И стал раздеваться, чтобы принять душ. За спиной послышалось шевеление.              Юнги без верха уже собирался стянуть с себя штаны, обернулся и увидел, что глаза омеги устремлены на него.              — Продолжай, — хрипло ото сна говорит Чимин. — Раздевайся.              Альфа послушался.              — И бельё, — требует омега: надо же выяснить, какой у него размер, по совету Тэхёна.              «Как скажешь», — читается на лице альфы.              «Огромный! Блять! Просто бейсбольная бита, а не член! Ещё и в полной боевой готовности! Не дрейфь, малыш. Ничего он тебе не сделает», — успокаивает себя Чимин.              — У тебя встал. Ты всегда так ходишь? — беззастенчиво интересуется омега, принимая сидячее положение, не выпуская свитер из объятий.              — Только рядом с тобой, — отстранённо отвечает Юнги. — Или когда думаю о тебе.              — А это не вредно?              — Я себе помогаю. Вот и сейчас планировал в душ.              Чимин продолжал разглядывать обнажённое тело. Омегу заводила покорная бездейственность альфы. Чимин почувствовал себя хозяином положения, и это придавало ему дерзости.              — У тебя классная попа, — как будто о погоде, спокойно рассуждает Чимин. — Можно шлёпнуть?              — Делай, что хочешь, — слышится отчаяние, вроде: «если мне нельзя тебя касаться, касайся меня хотя бы сам».              Омега подходит. Но не решается, а шлёпнуть ему очень хочется.              — Тебе не интересно, почему я здесь? — пробует отвлечься Чимин.              — Можешь приходить, когда пожелаешь.              — Тебя не заботит личное пространство?              Альфа смотрит потемневшим от возбуждения взглядом и безвольно произносит:              — Ты моё личное пространство.              — Не говори таких странных вещей! — слегка улыбается Чимин и звонко прикладывается ладошкой к ягодице альфы.              Альфа закусывает губу и прикрывает глаза.              — Мне нравится, — восторгается Чимин. — Она такая упругая.              — Развлекайся.              — Хорошего понемногу. Иди в свой душ.              Юнги послушно идёт к двери собственной ванной.              Омега тихо добавляет ему в след:              — А если бы я захотел посмотреть…              — Дверь открыта, — альфа не даёт закончить мысль.              Чимин не планировал, честно, он не извращенец и не вуайерист, просто… звуки, которые доносились из-за приоткрытой двери ванной… такие стонущие, хриплые. Омега не смог противостоять любопытству и заглянул внутрь.              Его тут же поймал жадный взгляд. Дальней рукой альфа упирался в стену, а ближней активно работал. Он то и дело шептал имя Чимина, сквозь звуки блаженства.              — Подойди, — прошептал он. — Чимин, пожалуйста. Подойди.              Омега как загипнотизированный открыл дверь шире и прошёл глубже, закрывая её за собой.              — Твой запах. Пожалуйста. Ещё чуть ближе. Чимин.              Юнги говорил тихо и умоляюще, словно был полностью во власти омеги. А Чимину отчего-то не было страшно. Ему было любопытно. И он сделал несколько шагов ближе к душевой.              Альфа тянул носом воздух. Его рука непрерывно двигалась на члене.              — Хочу… ближе…              Чимин подошёл на расстояние вытянутой руки так, что, если бы Юнги захотел, то смог бы с лёгкостью его схватить.              — Чимин, Чимин, — всё повторял возбуждённый хриплый голос.              А омега просто стоял и смотрел то на быстро движущуюся руку альфы, то на напрягающийся бицепс, то на вздымающуюся грудную клетку, то на губы, покусываемые и облизываемые, то в глаза, которые засасывали в похоть.              Альфа содрогнулся, простонал и кончил, глядя на Чимина, ни на секунду не отводя взгляд.              — Чимин, — выдохнул в послеоргазменном блаженстве альфа.              Омега опомнился и торопливо стал покидать ванную комнату.              — Не уходи. Подожди секунду, — вслед тихо молил Юнги.              Омега хотел убежать, хотел скрыться, исчезнуть. Что он натворил? Зачем? Но уйти сейчас, ещё хуже. Надо хоть что-то сказать. Нельзя так оставлять.              Чимин сидел, забравшись на кровать с ногами, и прятал голову в коленях.              — Ты не ушёл, — с облегчением, бодро ответил альфа. — Посмотри на меня, — просит он, но не пугает омегу прикосновениями.              — Мне стыдно. А тебе не стыдно?              — Нет, — с улыбкой отвечает Юнги. — Я счастлив.              — В каком смысле? — омега смотрит на него.              — Всегда только представлял, а сегодня я смотрел на тебя. Чувствовал твой запах.              — Я должен идти.              — Но можешь и остаться. Чая попьём.              Чимин не знал, как поступить. Ему не хотелось просто сбежать. Да и свитер при таком раскладе не удастся выкрасть. А просить разрешения он перехотел.              — Принесёшь сюда? — нерешительно спрашивает омега.              — Я мигом! — обрадовался Юнги и быстро вышел из комнаты.              Альфа вернулся с подносом. Чимин помог.              Юнги оставался лишь в полотенце, повязанном на бёдрах, и это не давало покоя омеге. Он нервно сёрбал напиток и откровенно пялился на крепкое тело. Не то чтобы он о чём-то думал или на что-то решался, но выглядел при этом каким-то голодным.              — Чего-то хочешь? — мягко произносит альфа. — Делай. Если хочешь, касайся. Я тебя не трону, обещаю, — Юнги замечал жадный взгляд и отчаянно надеялся, что омега не устоит.              — Это просто любопытство… — объясняет Чимин.              Альфа улыбается.              — Я… — неожиданно продолжил омега. — Тэхён рассказывал… Неважно.              — Что? Говори.              — Ну, как… если они обнимаются, знаешь… кожа…              — Хочешь почувствовать, как это?              Чимин пожал плечами.              — Я твой. Ты можешь попробовать со мной всё, что тебе хочется. Знаю, ты боишься меня, но обещаю, я не прикоснусь. Сделай, как тебе интересно.              — Ну да! Я голой грудью к тебе… Кхм… а ты и не тронешь. Конечно!              Юнги тяжело задышал: он не рассчитывал на такое желание, думал, что омега хочет коснуться всего лишь руками. А при таком раскладе он будет обещать всё, что угодно, лишь бы почувствовать.              — Обещаю. Мои руки тебя не потревожат. Могу даже глаза закрыть!              — Ты разводишь меня, как школьницу, — застенчиво упрекает Чимин.              — Ну, как хочешь, — подстрекает Юнги ложным чувством выбора.              — А ты точно, не тронешь? — уязвлённо продолжает омега.              — Точно.              — Тогда, закрой глаза, — шепчет Чимин.              Альфа слушается.              «Свитер! Схватить свитер и уйти!», — подсказывают мысли омеге.              «Но один разочек. Ведь ничего не будет», — мысли с другой стороны сознания Чимина.              — Не открывай, пока не скажу.              — Хорошо.              Чимин снимает майку.              «Я просто обязан это почувствовать».              Омега неловко цепляется за плечи сидящего на кровати альфы.              — Можешь сесть верхом на мои бёдра, так удобнее.              Юнги переместился чуть глубже в кровать, чтобы для колен омеги было больше места.              Чимин оседлал его бёдра и придвинулся ближе.              — Ой! Я думал… ты всё…              — Не переживай. Я держу себя в руках, — оправдывался Юнги за стояк.              И Чимин медленно прижался своей кожей к коже альфы, скользя ладонями к его лопаткам.              Юнги, опираясь на руки, слегка откидывается назад, чтобы Чимин удобнее лёг.              Альфа молчал и старался дышать сдержанно. Омега поёрзал и прижался плотнее, чувствуя, что тот держит слово.              — Но не умолять я не обещал, — сдаётся альфа. — Пожалуйста…              — Нет, Юнги. Не смей меня трогать, — не приказывает, а молит Чимин.              Альфа глубоко задышал, жадно впитывая клубничный аромат.              — Сжалься, хоть на секунду…              — Ни на долю. Нельзя…              Чимин обхватил Юнги, как панда эвкалиптовое дерево, и уткнулся носом в его шею, вдыхая пьянящий аромат.              — Чимин… я сойду с ума. Пожалуйста… отпущу сразу, как прикажешь…              — Ты открыл глаза?              — Нет.              — Не открывай, — предупреждает Чимин. Ему самому не хватает ответной реакции. Объятия не полноценные. Нет полноты ощущений. — Только одной рукой, — робко шепчет омега. — Спина. Выше талии.              Юнги сглатывает, но не терпит и секунды, обнимает, как было позволено.              Широкая ладонь обожгла кожу омеги между лопаток и он резко выдохнул. Ладонь водила круги, и тело Чимина само собой волнами двигалось под этими прикосновениями, плотнее вжимаясь в горячую грудь, как будто стараясь уйти от прикосновений ладони.              — Чимин, — шепчет альфа. Он просто шепчет имя, чтобы поверить, чтобы запомнить, чтобы знать. — Чимин.              — Всё, — на выдохе останавливает омега, чувствуя, что теряет контроль.              Альфа делает над собой усилие и убирает руку.              — Не смотри, — напоминает Чимин. — Откроешь глаза, когда услышишь, что за мной закрылась дверь.              Омега соскальзывает с его коленей, дрожащими руками натягивает майку, аккуратно крадёт свитер и, собираясь уйти, произносит:              — Пока.              — Чимин, я люблю тебя, — вслед говорит альфа.              — Что ты хочешь услышать?              — Я тебя тоже…              — …нет, — не оборачиваясь, с хитрой усмешкой в голосе отвечает Чимин.              Альфа недовольно прорычал и сдержанно добавил:              — Хотя бы скажи, тебе понравилось?              — Да.              Дверь закрылась.                     ***              Чимину понравилось. Ещё как понравилось. Но с этим фактом нужно примириться. А для этого потребуется время.              Его мысли менялись. И отношение к ситуации тоже.              С Юнги приятно целоваться. С ним приятно обниматься. У него приятный аромат.              Чимин всё это время боялся или развлекался, играя в недотрогу. Как бы там ни было, до сих пор он даже не представлял, до чего эта игра довела. До него постепенно стал доходить смысл слов пьяного Сынгу: «Говорят, твой муж тебя не удовлетворяет…» Они болтают! Они обсуждают их с Юнги отношения, словно это какой-то грёбанный сериал!              Да кто они такие!