золотые жилы

Шигео уже давно знал, что ему требуется помощь. Но вот идти к родителям совсем не хотелось, их этим лучше не беспокоить, да им и так всё равно. Учителя же закрывали на всё глаза, от них тоже помощи не жди. Поэтому яркая вывеска «Консультации» невероятно манила. Если он заплатит, то ему точно скажут, что делать. — Извините? — тихо спросил Шигео, закрывая за собой дверь. Из соседней комнаты доносились голоса, и мальчик пошёл к ним. Двое мужчин, один невероятно высокий темноволосый и слегка кудрявый в свитере и джинсах, а второй — блондин ростом чуть пониже, в темно-сером костюме. Руками блондин опирался на стол, что-то увлеченно рассказывая брюнету. Чёрные стеклянные глаза уставились на мальчика, и он резко замолчал. Всего за долю секунды он переменился в лице, направился в сторону Шигео и с лучезарной улыбкой заговорил: — Добрый день, добро пожаловать в «Консультации по призракам и тому подобному», моё имя Рейген Аратака, — он протянул мальчику руку, — Чем могу вам помочь? — медленно, почти по слогам произнёс он. Шигео не нашёл, что сказать. Второй мужчина собрал со стола бумажки, обернулся и вышел. — Прошу, не стойте в дверях, проходите, — Рейген взял мальчика за плечи и усадил на кресло, сам же сел напротив и начал рассматривать мальчика. — Я… — тихо начал Шигео. — Я думал это просто консультации. Я, видимо, ошибся. — Просто консультации? — поднял бровь блондин. — Здесь любые консультации, друг мой, написано же: «и тому пободное». Вы ни в коем случае не ошиблись. — Мне нужна психологическая консультация, — чуть подумав, сказал Шигео. — Я так и понял, — тепло улыбнулся мужчина. — Я могу предложить вам что-нибудь попить, кофе, чай? Вы ознакомились с прайс-листом? — Эм… У меня есть три тысячи йен, этого будет достаточно? — Для вас сделаю скидку. Так что: кофе или чай? — Можно воды, пожалуйста. Шигео предложили перебраться на диван, и он сидел со стаканом воды в руке, боясь начать. — Давайте для начала представимся, — сказал Рейген, сидевший в кресле с блокнотом в руках. — Меня зовут Рейген Аратака. — Я Кагеяма Шигео. — Сколько вам лет, Кагеяма? Я же могу вас так называть? — Мне четырнадцать. — Ммм, я ровно вдвое старше вас! — чуть усмехнулся Рейген. — Расскажите немного о себе: где вы учитесь, чем занимаетесь в свободное время… — Я учусь в средней школе, я второгодка в средней школе Соль, — Шигео остановился и посмотрел на Рейгана. Он внимательно слушал. — Я занимаюсь спортом в свободное время, бегом там, фитнесом. Друзей у меня немного. Ребята из клуба только наверно. Ещё у меня есть младший брат, Рицу. Это всё, я думаю. — Хм, это здорово. Я тоже занимался спортом раньше, по работе приходилось. Ты хочешь стать профессионалом или просто, для себя? Ох, извините, вы не против перейти на ты? — Нет, не против, всё нормально. Для себя. Ну, мне бы хотелось стать сильнее… и красивее. — Это похвально, ты работаешь над собой ради своей цели. Ммм, — Рейген ненадолго призадумался. — Ты хотел бы поговорить о чём-то конкретном или… — Да, о конкретном, — Шигео посмотрел на Рейгена, — Понимаете, я… У меня иногда бывает, эмм… Когда я сильно злюсь, — снова начал он, — Я теряю контроль. Совсем. Иногда я даже не помню, что было во время такой вспышки. И я калечу людей, и, — Шигео снова замолчал, прикусывая губу. — Я не хочу, чтобы так было. Я хочу быть нормальным. Рейген сглотнул. Обычно люди приходят с несколько другими запросами. Врать ребёнку не хотелось, но терять деньги тоже. — И когда начались эти… вспышки гнева? — Лет с десяти, — начал Шигео.

***

Солнце уже начало садиться, и Шигео начал ёрзать на диване. — Отлично, наше время уже на исходе, — сказал Рейген. — Я надеюсь, ты понаблюдаешь за собой эту неделю, как я и сказал. Ты же не против встретиться ещё раз? Один сеанс вряд ли поможет. — Да, конечно. — Через неделю в это же время, тебе подходит? — Да, — тихо ответил Кагеяма. — Спасибо вам большое. — Не стоит, — отмахнулся Рейген, поднимаясь из кресла. — Спасибо за твое доверие. До встречи. Шигео вышел из комнаты, а навстречу ему шёл тот самый темноволосый мужчина. Он кивнул и улыбнулся, Шигео растерянно кивнул в ответ. Мужчина зашёл в кабинет Рейгена с какими-то документами и закрыл дверь. Шигео Кагеяма действительно нуждался в помощи. Но никто, кроме него самого и людей, попадавшихся под руку, этого не замечал. Его вспышки гнева начались четыре года назад, тогда он очень сильно ударил какого-то ребёнка на улице. От того, что он сбежал, оставив его рыдать, было ещё хуже, но родителям точно нельзя было знать. Следующий крупный случай произошёл далеко не сразу, на последнем году младшей школы. Кагеяме было двенадцать. Из-за его хилого тела и глупого лица, над ним издевались одноклассники, но Шигео добрый ребёнок, он совсем не хотел становиться таким же, как те задиры. Минори Асагири издевалась над ним несколько лет, в один момент всё закончилось. В последний день учебы в начальной школе его избили так сильно, что он едва мог вздохнуть, и пока лежал на асфальте и слушал язвительный смех Минори и её дружков, в нём что-то сломалось. Он не помнил ничего, но когда он очнулся, вокруг него корчились от боли эти злые дети. Минори сидела перед ним и плакала, надеясь на прощение. Тогда Шигео просто ушёл. А ночью он не мог заснуть, сидел на полу, поджав ноги и пытался успокоить сумасшедший стук своего сердца. Но это не было последним разом. Шигео выглядел слабым, и каждый дурак с раздутым эго считал нужным дать ему щелбан или подзатыльник или чем-то облить. К концу первого года терпение лопнуло снова, и история закончилась несколькими разбитыми носами, одной сломанной рукой и кучей ссадин и синяков. Шигео отчитали, но он ничего не помнил. Мальчик даже не знал, за что ему просить прощения. Но сказать об этом он не мог, он же не психопат. Он не хотел быть психопатом. Кагеяма записался в клуб совершенствования тела, надеясь выплеснуть свой гнев через спорт. Но ничего не получалось. И сначала это были следы крови на стенах, потом поломанные вещи, а затем он внезапно очнулся, когда держал Рицу за ворот, прижимая к стене его комнаты. Шигео долго извинялся и тогда же решил — всё-таки он психопат.

***

Рейген закинул ногу на ногу и уставился в блокнот, теребя в руках ручку. — Я вот думаю, с чего бы начать. В прошлый раз ты описал свои вспышки агрессии, и мы обсудили отдельные случаи. То есть проблему мы идентифицировали. Осталось её только решить, — засмеялся он. — Расскажи мне о своём детстве. Всё, что придёт в голову: каким ты был ребёнком, какие у тебя были друзья, как вели себя твои родители и брат — что угодно. — Хорошо, я попробую. А что вообще было в детстве? Шигео помнил лишь отрывки. Шигео четыре и его ругает воспитательница за то, что он не отдал какой-то девчонке свою же игрушку. Шигео пять, и на него кричит мама за разбитые коленки. Шигео шесть, ему делают первую подножку. Шигео семь, его оставляют без ужина уже четвёртый день за первый проваленный тест. Родителей он не помнил. На самом деле, лет до восьми он даже не помнил их лиц. В самом раннем детстве родители только ругались, а потом вовсе перестали разговаривать. Уходили рано, приходили поздно. Не спрашивали ни о чём. Иногда только читали лекции про важность учёбы. Шигео был самым обычном ребёнком. Он был добрым, тихим, любил животных. Присматривал за младшим братом, гулял по городу и дружил с Цубоми и другими ребятами из начальной школы. Он ни в чём особо не преуспевал, нигде не выделялся, в отличие от Рицу. В раннем детстве Шигео приглядывал за младшим братом, но потом он вырос и никакая помощь Рицу нужна уже не была. Это Шигео нужна была его помощь. Рицу… Рицу был всем, чем Шигео не являлся. Умный, красивый, спортивный. Ещё до средней школы и подросткового возраста он пользовался популярностью. И уже точно привлекал людей лучше, чем Шигео. Родителям было всё равно на обоих детей, но на Рицу в меньшей степени. И Шигео не мог решить, что же лучше: не получать внимания вообще или получать внимание только к своим академическим успехам? Кагеяма не был завистливым, но иногда его переполняли эти грязные мысли: «Почему они. Почему не я?». Когда Минори выливала на него молоко ни с того, ни с сего, когда впечатывала его в стены, когда одноклассники наступали на руки, когда рвали одежду и тушили о него спички, когда выбрасывали вещи в реку, и когда эта злая, злая-злая-злая девчонка резала его ладони канцелярским ножом. Смотрела на его слёзы, на его кровь, и улыбалась. Эту улыбку Шигео никогда не забудет. Почему он. Почему именно он. Если уж Шигео и был самым обычным мальчиком и ничем не выделялся, почему Минори выбрала именно его? И почему никто другой, никто хороший не может его выбрать. Почему его не может выбрать Цубоми, забывшая лучшего друга, когда он перестал быть удобным? Почему его не могут выбрать родители? Почему они не могут полюбить собственного сына? Почему его не могут выбрать как друга, как парня, как кого-нибудь? Единственное, что остаётся — это сидеть в стороне и ждать. Пока кто-то наконец не полюбит его. Хотя он эту любовь даже не заслужил.

***

Прошло пару недель, и Шигео шагал в «Призраков и подобных» в предвкушении новой сессии. Конечно, в начале часа ему всегда было некомфортно, но потом становился откровеннее. Маленькие советы Рейгена действительно помогали. За эту неделю вспышек агрессии не было, чему он был несказанно рад. В офисе тихо, ни Рейгена, ни того мужчины видно не было. Кагеяма постучал и тихо открыл дверь кабинета Рейгена. Он не был уверен, что ему можно так делать, но всё равно сел на диван. В холле послушались шаги, и мальчик снял рюкзак, чтобы усесться поудобнее. Из сумки выпала ручка и закатилась за диван, Шигео встал и полез за ней. Мальчик ползал за диванам, когда в комнату вошли. — …уже сняли, — послышался голос Рейгена. — Сейчас самое время для нового дела. — Тебе правда нужно больше? Тебе напомнить, как ты жил в Киото? — говорил другой, незнакомый голос. — Не сравнивай Киото и эту идею. — И почему же? — Потому что я гребанный гений, Кацуя! — воскликнул Рейген и замолчал. Шигео понимал, что надо вылезти, пока не поздно, но боялся пошевелиться. — Гений, ха… Если нас снова поймают, я с тобой не побегу. — Не умывай руки, мы работали вместе, и я тебя не держал. Да и что ты сделаешь? Сдашься им? — Ещё чего… Ладно, если сце- — Тц! — перебил его Рейген. И мальчик услышал шаги. — Кагеяма, что ты здесь делаешь? — с улыбкой спросил Рейген. — Я, эмм, я уронил… — Давай, вылезай, — начал помогать ему мужчина. — Я хотел выйти, но побоялся… — Ничего, ничего, — тихо говорил Рейген, усаживая Шигео на диван. Он уставился на него с улыбкой, правда она перестала казаться такой же теплой, как раньше. Шигео тихо вздохнул. Мозг его понимал, что надо молчать. Но губы задвигались сами. — Вы… вы же не психотерапевт, да? Улыбка Рейгена медленно сошла с его лица. И на мальчика устремился холодный взгляд Кацуи. Блондин фыркнул, и снова натянул улыбку: — Ты поймал меня. У меня нет лицензии. Но если это поможет, я сам изучал психологию и методы терапии, — Рейген встал и обернулся, медленно шагая к окну. — Тебе и вправду нужно найти квалифицированного специалиста, я, конечно слегка помог тебе, но я думаю, что твоя агрессия — это довольно серьёзно… — Кто вы? — Я Рейген Аратака, консультант. — Нет, кто вы на самом деле? — Я же сказал… — Кто вы? — Малыш, какого черта мы должны тебе хоть что-то говорить, — низким голосом начал темноволосый мужчина. — Хаа, — вздохнул Рейген, — Мальчик. Зачем тебе вообще знать, кто я и откуда? Хочешь кому-то рассказать? Всё равно не поверят, — мужчина пожал плечами. — Я хочу знать, кто вы, — упёрто продолжал Шигео. — Хорошо, я скажу, — наконец согласился Рейген. — Но ты поможешь мне кое с чем, идёт? — С чем? — Секрет. — Аратака… — начал темноволосый. — Тайна за тайну. Ну? Шигео думал. Если эти типы действительно преступники, то могут и убить его, если откажется. Зачем он вообще спросил? Почему он всегда был таким проницательным и любопытным одновременно? Шигео кивнул. — Вы преступники, да? — Почти. Мошенники. — Аратака! — возмутился темноволосый, но Рейген положил ему палец на губы и продолжил: — В прошлом мошенники. Сейчас у нас перерыв. — Перерыв? — тихо спросил мальчик. — Перерыв. Но скоро у нас дело. Очень крупное. И ты нам с ним поможешь. — Что? — сказал Шигео. — Что? — сказал темноволосый. — Ответ «нет» уже не принимается, — сказал Рейген и сел в кресло, улыбаясь, как будто только что выиграл лотерею.