золотые жилы

— Ты с ума сошёл? — прошипел темноволосый и схватил Рейгена за руку, выводя его из комнаты. Его злые глаза остановились на Шигео и он скомандовал: — Двинешься — убью. Мужчина затолкал Рейгена в соседнюю комнату и почти закричал: — Ты что творишь, ха? В край уже обезумел? — Хей, не горячись, — улыбнулся Рейген, снимая с себя сильные руки темноволосого. — Серизава, ты, конечно, талантлив, но рискофоб. А в нашей профессии, как знаешь, кто не рискует — тот не пьёт шампанское, сечёшь? — Не секу, — холодно ответил Серизава. — Нам нужен этот парнишка, — Аратака развернулся на каблуках своих туфель и схватил конфету из стеклянной банки, — Он, скажем прямо, проблемный. И на самом деле, не так уж и чист. Он избивает людей до полусмерти и ничего не помнит. При желании его легко можно отправить в больничку, — рассуждая, он положил в рот мятный леденец, — Но он выглядит невинным. Он ребёнок. И ему будут верить. Не знаю, в курсе ли ты, но люди более склонны доверять женщинам и детям. А мы с тобой два амбала, — сказал он, тыкнув мужчине в грудь. — И мою идею без него не провернуть. Рейген вышел из комнаты и вернулся в свой кабинет. — Шигео, — улыбнулся он. — Чай, кофе?

***

Рейгену уже двадцать восемь, и, конечно, не всегда было так. Его даже не всегда так звали. До того, как открыть агенство и работать по-тихому, напарники пробовали и большие дела, и мелкие. Рейген всегда был предприимчивым ребёнком, но когда его выгнали из дома, эту предприимчивость пришлось тратить не на совсем благие деяния. Он был добрым мальчиком, но когда растёшь, а вокруг нет ни одного взрослого, который был бы хоть немного заинтересован в твоей жизни, с правильной дороги очень легко сойти. Все его выходки и школьные выговоры смешались в одну кашу, родители злились и грозились сослать его куда-то очень далеко, если он не возьмётся за мозги. Школа окончена, парня даже взяли в университет, и, кажется, все успокоились. Но ещё один неверный шаг стал последней каплей, и неудачный незапланированный каминг-аут превратил загадочное «куда-то далеко» в ближайший вокзал. Префектура Вакаяма была ничем не примечательна, Рейгену никогда там не нравилось. Мелкий городишко, где все друг друга знают и где абсолютно нечем заняться. Первый мыслью было поехать в большой город без денег и плана. Едва совершеннолетний парень выживал как мог на свои скромные сбережения, пока его харизма и симпатичное лицо наконец не сыграло на руку — какая-то девчонка, дочь директора подозрительной цирковой труппы влюбилась в него по уши. Такую возможность нельзя упустить, и Рейген стал кем-то вроде администратора или парня на побегушках. И в нем проснулась забытая предприимчивость: сладкие речи окутывали всех женщин в радиусе пяти километров и не забрать их деньги было бы преступлением. Конечно, говорить умеют все, но Рейген заговаривал людей так, что они забывали свои имена, но вспоминали номера счетов. Правда, один раз слова не смогли помочь — злосчастная дочка полюбила нового, а циркачи начали привлекать слишком много внимания для уклоняющихся от уплаты налогов, поэтому парня высадили в ближайшем крупном городе. Он пытался начать заново. Честно пытался. Но денег от дневной работы в магазине категорически не хватало, на них он едва мог оплатить жилье. По ночам, если не работал, Рейген сновался без дела, пытаясь что-то надумать, но случай решил всё за него. Очередная девушка. Темноволосая красотка без туфель ворвалась в его магазин посреди ночи, спасаясь бегством от пьяного неизвестного. Канэко Ай — внешне девушка легкого поведения, но в душе воровка. У Канэко не было планов, но они были у Рейгена. Сначала парочка переквалифицировалась в хипесников. Кошка-Канэко действительно была очаровательной, а посему затащить мужчину в постель не представляло труда. Кот-Рейген же проникал в квартиру следом, вычищая всё. Потом пробовали знаменитый «гутен морген», таскаясь по отелям и шарясь в номерах. Воровать, пока человек в метре от тебя спит, было слишком сложно — от Канэко требовалась высокая степень актёрского мастерства, а сам Рейген выполнять эту работу не мог, потому что пьяная девушка в гостиничном номере и пьяный парень — это совсем разные ситуации. Потом Канэко надоело так торговать собой. И они переквалифицировались в клофелинщиков. До секса больше не доходило — жертвы отключались раньше, но эти странные похождения недоделанных Бонни и Клайда длились недолго — Канэко нашла мужика. Богатого иностранца-фетишиста, который так страстно желал себе покорную маленькую жену-японку, что был готов отдать ей все свои деньги. На месте Ай Рейген сам бы поступил так же, поэтому он ни в чем её не винил. Только теперь торговать собой пришлось уже ему. Конечно, проституцией это не назовёшь, но спать с богатыми геями, а потом обчищать их квартиры — не самая приятная работа на свете. Он снова переехал, а дерьмо не заканчивалось. И единственное хорошее, что он смог найти в этом дерьме — это Серизава. Серизава был… своеобразным. Они познакомились в Киото, когда Рейген был не в самой лучшей своей форме и работал хостом в гей-клубе. Их первая встреча не была примечательной, она запомнилась лишь тем, что в толпе взрослых состоятельных мужчин они выглядели совсем чужими: двадцатиоднолетний светловолосый хост, пользующийся странной популярностью среди мужчин за сорок, и двадцатитрёхлетний паренёк в костюме, который хвостом ходил за каким-то важным гостем. Их следующая встреча была гораздо интереснее: Рейген искал пустую комнату, но случайно наткнулся на того самого гостя в отключке и Серизаву с телефоном в руках. Аратака почему-то решил, что самым разумным действием будет зайти в комнату и закрыть за собой дверь. Когда Серизава доделал свои дела, он положил телефон в карман гостя и застегнул его пиджак, встал, посмотрел на Рейгена и тихо предложил ему выйти прогуляться. Ни Рейген, ни Серизава не могли объяснить своих действий в тот день. Но почему-то сели в возможно украденный автомобиль и направились в неизвестном направлении. Так и началось их турне. Идея принадлежала Рейгену, а исполнение частично Серизаве. Идея в лучших традициях мошенничества, в стиле украденной Эйфелевой башни, только в значительно меньших размерах. Сдавать в аренду чужую недвижимость было не сказать, что очень сложно. Конечно, попотеть пришлось, и весь потенциала Рейгена как актёра наконец нашёл своё пристанище. И больше не надо никого травить, не надо ни с кем спать — просто говоришь и деньги сами к тебе летят! Применяли и таланты к подделке документов у Серизавы, и вместе они украли почти четыре миллиона йен по всей стране. Все было бы хорошо, если бы они случайно не продали кому-то административное здание ещё за двадцать миллионов и не попали в розыск. Повезло только, что в региональный, иначе пришлось бы переезжать довольно далеко. И вот, Рейген и Серизава благополучно поселились в пригороде Токио и открыли своё маленькое скам-агенство «Консультации по призракам и тому подобному». Рейгену почти двадцать пять, и он начал пускать в ход свои речи, чтобы проводить экзорцизм. Честно, он сам не понимал, как ему верят, но почему-то все было хорошо. Консультации были странными, и иногда заканчивались не призраками, а сеансами психотерапии. Повезло, что Рейген так хорошо понимает людей. И так уже почти четыре года он и Серизава ведут почти что праведную жизнь. Ну, может не очень праведную, но они хотя бы платят налоги. Но, конечно, о жизни Рейгена никто не знал. Да и не за чем. Он всё равно скоро испарится, осталось лишь воплотить в жизнь свой план. Самое крупное его дело было стоимостью двадцать миллионов йен, тут речь о похожих деньгах. Его интересовала лишь одна вещь. Одна маленькая вещица стоимостью в шестьдесят миллионов йен. Одна безделушка, которая спасёт его жизнь. И Рейган не был бы собой, если б не украл её.

***

— Не беспокойся, Кагеяма, от тебя требуется совсем немного. Всего лишь сыграть роль. Если нас поймают, что крайне маловероятно, свалишь всё на нас, я, конечно, нехороший человек, но ребёнка подставлять не буду, — сказал Рейген, попивая чай. Шигео вжимался в диван, проклиная тот момент, когда он открыл рот. И тихо пил свою воду, пытаясь успокоить. Он поднял взгляд на мужчину. Тот сидел, закинув ногу на ногу, с откинутой назад головой. Рейген улыбался. — Я заплачу тебе, — Шигео нахмурился, а блондин продолжил: — Сколько ты хочешь? Кагеяма молчал и теперь уже смотрел на свои ботинки. — Ты сможешь оплатить своё лечение, — предложил Рейген, но мальчик продолжал молчать. — Послушай, — блондин наклонился поближе. — Я не психиатр, но что-то да знаю. И твой случай… Я бы сказал, ИРЛ. Или, может, ПТСР? Глаза Шигео округлились. — ИРЛ — импульсивное расстройство личности, а ПТСР — посттравматическое стрессовое расстройство. Я могу рассказать поподробнее, если хочешь, — он снова откинулся к спинке стула. — Но если о твоих вспышках узнают, так и в больничку загреметь недалеко. Мальчик сглотнул."Ты почти убил человека. Нескольких человек." Он, конечно, знал, что далеко не нормальный, но эти диагнозы вводили его в ступор. В груди что-то сжалось. — Я помогу тебе. В обмен на одну ничтожную просьбу, — Рейген улыбнулся. Он был похож на чеширского кота. Казалось, что ещё немного, и от мужчины останется лишь его улыбка. Рейген протянул руку. — Мы договорились? Кагеяма сглотнул и медленно пожал сухую ладонь.