Как же я тебя ненавижу

Глава 1 ЭЛЛИ Три года спустя

Я нервно осмотрела группу людей, положив книгу на колени. Они мало походили на книжный клуб. Бабушка и две ее подруги, которые были моими самыми близкими людьми. Я понятия не имела о том, как они отреагируют на книги, которые выбрала, но эти дамы не побоялись высказать свое честное мнение. Бабушка захлопала в ладоши, ободряюще улыбаясь. В уголках ее голубых глаз пролегли морщинки, которые всегда появлялись там, выдавая радость. Этим они с мамой были похожи, и мое сердце болезненно сжалось от этого сходства между ними. — Хорошая приключенческая книга, — сказала бабушка, и я, наконец, выдохнула с облегчением. Им понравилось. — Хотя я не могу понять, почему в последний день летних каникул ты сидишь здесь, когда стоило бы отправиться в собственное приключение. Кора и Конни согласно кивнули. — Тебе следовало бы проводить время с друзьями, а не находиться в месте, пропахшем стариками, — добавила Конни, сморщив нос. — Мы старые, — сказала Кора, закатив глаза. — У меня есть морщинки, но я не источаю запах нафталина и сожалений, — откликнулась Конни, — в отличие от некоторых присутствующих здесь. Кора усмехнулась. — Ты не можешь чувствовать запах сожалений. — Могу, они воняют, — Конни скрестила руки на груди, словно ее слова были окончательными и не подвергались дальнейшему обсуждению. Как обычно наш книжный клуб погрузился в беседу о чем угодно, только не о книгах. На самом деле не удивительно, поскольку никто здесь не читал. Наш клуб образовался потому что, я рассказывала бабушке о прочитанном, когда приходила. Ее подруги стали присоединяться к нам и вскоре стали называть нас клубом. Конни и Кора больше предпочитали посплетничать, чем читать. И я вовсе не возражала, поскольку у них были интересные истории. — Конни права. Тебе стоит гулять с друзьями, — сказала бабушка. — Но вы мои друзья, — это правда. Мне нравилось тусоваться с Кларой, Конни и Корой. Ласково называла их «Трио К». — Я говорю о твоих школьных друзьях, Элли. Чем занимается эта зажигалка Тесса сегодня? — Мама вынудила ее устроить «день семейного досуга» в последний день каникул, — едва слова сорвались с моих губ, как телефон в кармане завибрировал. Я не удивилась, увидев сообщение от Тессы. Убей меня!!! Я улыбнулась этому сообщению, и прежде, чем успела ответить, пришло еще одно. Нет, серьезно! Если эта женщина заставит меня провести еще хоть одну минуту с демоническим ребенком, продолжая утверждать, что он мой родственник, я подам заявление на лишение родительских прав! Я хмыкнула себе под нос и напечатала ответ. Твой брат не так уж плох. Всего лишь на денек. Ты справишься. И последовал ответ. Предательница. — Ты никогда не угадаешь, кто за нами наблюдает, — сказала Кора, заставив меня отвести взгляд от телефона. «Трио К» смотрели на кого-то позади меня. Я повернулась в кресле и увидела, о ком они говорили. Барт. Один из посетителей дома престарелых. Он наблюдал за нами, точнее за Конни. — Он снова за тобой следит, — прошептала Кора. Я повернулась обратно к группе, когда Кора подтолкнула Конни локтем. — Лишь в его снах, — сказала Конни. Она поправила свои светло-розовые волосы, и я почувствовала, что она вовсе не против внимания Барта, как хотела показать. — Тебе следует поговорить с ним, — сказала я, — Он хорош... — Полагаю, с ним все в порядке, — Конни склонила голову, изучающе глядя на Барта. На ее губах играла легкая улыбка, она явно считала, что он более чем в порядке. — Хватит заниматься сводничеством, — сказала бабушка. — Элли, тебе нужно насладиться последним днем свободы, прежде чем начнется учебный год. Мы вновь вернулись к обсуждению моей общественной жизни, и было ясно, что никто из них не собирается опускать руки. На самом деле им не о чем было волноваться, потому что я уже распланировала свой день. Мне нужно было подготовиться перед первым учебным днем. Выделила час на то, чтобы подготовить учебники и принадлежности, еще час на проверку расписания и двадцать минут на то, чтобы подобрать одежду на неделю. Поскольку это был последний день каникул, я даже выделила время, чтобы прочесть последнюю вышедшую книгу в серии. Я посмотрела на часы и вздохнула. В любом случае мне пора было уходить. — Хорошо, хорошо. Вы победили. Но я вернусь через две недели, чтобы навестить вас. А собрание клуба состоится через месяц, так что хорошенько подготовьтесь. В последнее время создается впечатление, что книжный клуб нужен только одному человеку. Я поднялась и убрала книгу в сумку. — И Конни, я жду от тебя сочных сплетен о Барте. Так что лучше поговори с ним. — Всегда такая требовательная, — Конни ухмыляется, качая головой. — Это и тебя касается, юная леди, — добавила Кора. — Все лето от тебя не было ни слова о мальчиках. — Ты же знаешь, что папа не разрешает мне встречаться, — проворчала я. — С каких пор? — спросила Кора. — С самого начала. Он сказал, что мне нельзя ходить на свидания, пока не поступлю в колледж. — Как глупо, — Кора отмахнулась от моего замечания, — Твоему отцу необязательно знать об этом. За такой красоткой должно быть бегает толпа парней. Самое время дать им возможность поймать себя. Хотелось бы, чтобы все было так легко. Чаще всего отец был отличным парнем, но в этом вопросе он не хотел уступать. Сначала я должна была поступить в колледж, сейчас ничто не должно меня отвлекать. Свидания явно относились к одному из способов отвлечения. Мне пришлось бросить уроки танцев, чтобы сосредоточиться на учебе в этом году, и я очень расстроилась из-за этого. Ну а парни в моей школе были идиотами, и даже если могла бы, то не стала бы встречаться с кем-то из них. — Кора, перестань дурно влиять на нее, — отругала бабушка, сосредоточившись на мне. — В твоем возрасте она была помешана на мальчиках, Элли, так что не слушай ее наставлений. Продолжай оставаться моей милой, невинной внучкой столько, сколько пожелаешь. Я поцеловала ее в щеку. — Да, бабушка. — Не обращай на нее внимания, встречайся с милыми пареньками, — прошептала мне Кора, когда я подошла, чтобы поцеловать ее и Конни. Я рассмеялась и попрощалась с «Трио К». Когда подошла к парковке, я уже заскучала по ним, и улыбалась всю дорогу до дома. Я была счастлива, проводя время с бабушкой и ее подругами. Жаль, что из-за учебы я не смогу часто видеться с ними. Остаток дня прошел в подготовке к школе, затем в гостиной с «киндл» в руках. Подруга Миа написала мне, предложив прогуляться, но книга оказалась настолько увлекательной, что мне не хотелось лишать себя этого удовольствия. Не самый лучший способ провести свой день, но мне казалось, что это идеальное завершение лета. Большинство дней я проводила с друзьями, а брат был так занят футболом, что не доставал меня, как обычно. Даже его лучший друг Чейз уехал на все лето, так что я чувствовала себя в полной безопасности. И не была готова, что все это закончится, с ужасом ожидая наступление учебного года. Мне следовало усерднее заниматься, чтобы получить хорошие оценки для поступления в колледж. И хотя я четко запланировала все свое обучение с первого дня, чувствовала, что морально не готова. Я не глупая, но учеба давалась мне труднее, чем брату. Обучение и запоминание с легкостью давались Шэйну, а мне приходилось тратить на это по несколько часов. Это причина, по которой отец заставлял меня придерживаться правил и закрывал глаза на действия брата. Шэйн умен от природы, а мне приходится усердно работать. Я уже добралась до середины главы, когда раздался звонок в дверь. Нахмурилась, глядя в направлении звука. Был воскресный день, и я понятия не имела, кто нагрянул к нам в гости. — Ты откроешь, Элли? — донесся из глубины дома голос отца. — Конечно, — отозвалась я, откладывая свою книгу и медленно поднимаясь с дивана. Казалось, даже для такого легкого движения мне потребовалось больше энергии, чем обычно, и мое тело, очевидно, было против того, что меня заставили оторваться от напряженной сцены в новой книге. Вряд ли гость пришел ко мне, но полагаю, отец слишком занят, так что мне пришлось ответить за него. Надеюсь, что наш посетитель понимал, что воскресным днем люди предпочитают удобную одежду и не делают укладку, потому что мне пришлось переодеться в подходящую одежду для книжного вечера. На мне были обрезанные джинсовые шорты и растянутый свитер с дырками. Идеальный наряд, чтобы весь день провести на диване с книгой, но не принимать гостей. Я чуть резче распахнула дверь, пытаясь сохранить спокойное выражение лица, чувствуя раздражение из-за того, что меня оторвали от чтения. Кровь отлила от щек и мои чувства оказались незначительными, когда увидела, кто стоял на пороге. Мне потребовалось несколько длительных секунд, чтобы отойти от потрясения. Я отчаянно пыталась придумать способ, чтобы избавиться от него и от нашего посетителя тоже, но ничто не давалась легко, когда речь шла о Чейзе Уилльямсе. Он оперся о дверной косяк, выглядел расслабленным, словно прирос к этому месту. Я понятия не имела, что он вернулся в Фэйрвью, но одного его вида хватило, чтобы разрушить мой день. Я молча стояла, глядя на Чейза. За последние шесть недель он стал шире в плечах, если такое вообще возможно, а кожа приобрела более глубокий загар после лета в Лос-Анджелесе. Он был все таким же великолепным, каким я его помнила, но его внешность не оказывала на меня такого влияния, как на других девушек в школе. Я знала, что за идеальной внешностью скрывается жестокий и расчетливый Чейз. Он изогнул свои пухлые губы в ухмылке, прищурив арктически-голубые глаза, глядя на меня. Под его пристальным взором мое сердце забилось быстрее, но я старалась сохранить лицо и не выдать ему своего волнения. В венах все еще пульсировала ненависть, которой он заразил меня на танцах несколько лет назад, но вместо того, чтобы ослабеть от этого яда, я использовала его для того, чтобы усилить свою защиту, и ухмыльнулась в ответ. — Элли, — приветственно произнес он. — Сатана, — откликнулась я, — уже вернулся? Я считала, что ты слишком занят уничтожением невинных душ в Лос-Анджелесе. Его глаза потемнели от веселья. — Думаю, ты знала, что в Фэйрвью еще остались одна или две невинных души. Он бегло осмотрел мой потрепанный свитер и укороченные шорты. Внезапно я почувствовала, что мои ноги слишком открыты, но быстро поняла, что Чейз скорее осудит мой наряд, нежели фигуру. За эти годы он ясно дал понять, что считает меня отвратительной. — Твой брат дома? — Нет, — не сказав больше ни слова, я отступила назад и захлопнула дверь у него перед носом. Она закрылась с удовлетворительным хлопком, и я улыбнулась, направившись в дом. Возможно, это ребячество, но для меня – маленькая победа. Мне лишь хотелось, чтобы сердце перестало так биться. Чейз всегда производил на меня такой эффект. Заставлял меня нервничать и побаиваться, и не в хорошем смысле. Папа даже не поднял взгляд, когда я вошла на кухню. На столе лежали стопки юридических документов, и мне известно, что для привлечения его внимания стоило бы взорвать на заднем дворе атомную бомбу. Мужчина жил и дышал своей работой, и удивительно было видеть его дома, хотя сегодня выходной. — Кто приходил? Я подскочила, когда Шэйн оказался позади меня. — Не подкрадывайся к людям, — сказала я, обращаясь к нему. У нас обоих были волосы цвета грязный блонд, но на этом сходство заканчивалось. У него были зеленые глаза, а у меня – голубые. Его голова почти достигала верха дверного проема, в то время как отец часто шутил, что мне все еще нужно детское кресло в машине. И что хуже всего, на протяжении девяти месяцев, что мы провели в утробе матери, Шэйн вбирал лучшие гены, оставляя мне все худшее. Мне казалось, что близнецы должны поровну разделять между собой как спортивные навыки, так и книжные. Но брат был эгоистом. Популярный, умный и спортивный близнец, а мне приходилось выживать, прилагая все усилия, когда дело касалось школы. — Так кто это был? — повторил он. — Никто. Когда дверной звонок снова зазвучал, Шэйн вопросительно изогнул бровь. — Значит, никто, да? — он развернулся и пошел из кухни к входной двери, а мое сердце защемило. Часть меня надеялась, что Чейз бросит попытки и вернется домой. — Это Чейз? — спросил отец, отвлекаясь от бумаг. Я удивилась, что он вообще услышал дверной звонок, но, полагаю, Чейз являл собой эквивалент атомной бомбы в человеческом обличье. По крайней мере, для меня. — Да. Ты его ждешь? Отец кивнул, поднимаясь из-за стола, но прежде, чем он пошел к двери, Чейз возник в дверях кухни. — Чейз! — отец улыбнулся, сократив расстояние между ними и крепко пожимая ему руку. — Привет, мистер Локвуд, рад встрече, — Чейз засиял. Никакого яда, который он приберегал для меня. Кажется, что передо мной два разных человека. Отец опустил руку. — И я, сынок. Ты подрос за это лето. — Если только его голова, — пробормотала я, заработав укоризненный взгляд отца. — Элли, будь умницей, — сказал отец, прежде чем снова посмотреть на Чейза. — Ты принес свои вещи? Чейз кивнул. — Шэйн помог мне внести их. — Вещи? — спросила я, подходя ближе к ним. Мне редко доводилось вступать в разговор, в котором участвовал Чейз, но упоминание о багаже обеспокоило меня. — Для чего они ему? Отец с Чейзом обменялись обеспокоенными взглядами, затем папа повернулся ко мне. — Чейз останется здесь на некоторое время. — Что? — я нахмурилась и бросила обеспокоенный взгляд на Чейза. — На некоторое время... Входная дверь с грохотом распахнулась, и Шэйн вернулся на кухню, неся два огромных чемодана. Когда он увидел мое ошеломленное лицо, усмехнулся. — Снаружи стоит еще пара сумок. Чейз, почему бы тебе не отнести эти в гостевую комнату, а я принесу остальные. Уверен, что тебе не хотелось бы присутствовать здесь, пока папа рассказывает ей. Чейз внимательно посмотрел на мое обеспокоенное лицо и кивнул. Все еще прищурившись, он смотрел на меня, и казалось, хотел что-то сказать. Открыл рот, но передумал и нахмурился. — Пожалуй, ты прав, — пробормотал он, взял чемоданы и отправился наверх. Я дождалась, когда парень уйдет, а затем повернулась к отцу. — Что происходит? — мой голос дрожал от беспокойства, и тошнотворное чувство заполняло желудок. Отец протяжно выдохнул и скрестил руки на груди. — Чейз остается у нас до выпускного. Слова были словно удар под дых, из меня словно весь воздух выбили, и я в ужасе уставилась на отца. — Что ты имеешь в виду? — Его родители открывают в Лос-Анджелесе новый офис и не смогут часто бывать в Фэйрвью, но им бы не хотелось, чтобы Чейз переезжал в Калифорнию на последнем году обучения. Поэтому он останется с нами. Я слышала слова, но они никак не укладывались в голове. Снова и снова прокручивала их мысленно, пытаясь осознать, что сказал отец, но это было сложно. — Не понимаю, — произнесла я. Затем широко распахнула глаза, кожа стала липкой от пота. Должно быть это жестокая шутка. Все знали, что мы с Чейзом не ладим, и я не могла поверить, что мой отец вынуждает меня прожить с ним бок о бок. — Разве ты не слышала, Элли? Отец все предельно ясно объяснил, — Шэйн вошел в дом еще с двумя огромными сумками. — Слышала, — прорычала я. — Я имею в виду: папа, не понимаю, почему ты так поступил! Отец снова вздохнул. — Уилльямс нужна наша помощь, и это меньшее, чем я могу им отплатить за то, что они сделали, когда умерла ваша мама. Здорово. Теперь отец разыгрывает козырную карту. Прошло пять лет с ее смерти, но отец, очевидно, чувствовал, что может использовать это в качестве оправдания. — Знаю, что они очень многое для нас сделали, но уверена, что это чересчур, — осторожно произнесла я. Мама погибла неожиданно в автомобильной катастрофе, так что никто из нас не был готов к этому. Отец справился с ее смертью, погрузившись в работу, а лучшая подруга мамы, миссис Уилльямс, помогла нашей семье не развалиться окончательно. Каждый вечер на протяжении нескольких месяцев она готовила нам ужин и забирала нас с Шэйном из школы, когда папа не мог. Знаю, что она оказала нам огромную поддержку, но не уверена, что это равнозначно с тем, чтобы взять парня-подростка на весь год. — Это же и мой последний год, — продолжила я. — Ты знаешь, что мне нужно сосредоточиться на учебе. Я все распланировала, и Чейз не является частью моего плана. Он вздохнул. — Тебя это не касается, Элли. Так должно было быть. Достаточно того, что я встречаюсь с Чейзом ежедневно в школе, иногда по выходным, когда Шэйн приглашает его в гости. Я научилась избегать его, но не уверена, что смогу продолжать, если он будет в моем доме сутки напролет. Как такое могло произойти? — Конечно, он мог бы остаться где-нибудь... — я начала кусать нижнюю губу, не отводя взгляда от чемоданов в руках Шэйна. — У него разве нет родственников, у которых мог бы остаться? Отец покачал головой, и я почувствовала, что вся надежда убедить его, увидев уверенность во взгляде. — Его дедушка слишком стар, а остальные члены семьи живут за пределами штата. Это уже решено, Элли. Чейз остается здесь. Я опустила плечи. Ненавижу его последние слова, но знаю, что отец не передумает. У меня был большой опыт общения с ним, так что никакой надежды. Я все лето умоляла его позволить мне посещать танцевальный кружок, но безрезультатно. Его правило о свиданиях тоже не подлежали обсуждению, пока не окончу школу. Когда он принимал какое-то решение, пути назад не было, и раз папа решил, что Чейз останется, он вряд ли передумает из-за моих доводов. — А сейчас не поможешь своему брату перенести вещи Чейза в его комнату? Я медленно кивнула и взяла у Шэйна большую спортивную сумку, следуя вслед за ним из кухни. Мне было ненавистно, что отец даже не прислушался ко мне, его явно не тревожило, что это решение разрушит мою жизнь. Мы с Чейзом были словно вода и масло, наши молекулы отталкивались друг от друга. Принудить нас к совместному проживанию равносильно тому, чтобы заставить две субстанции пойти против природы и смешаться волшебным образом. Научно такое невозможно, и если бы мой отец хоть на минуту оторвался бы от работы, понял бы это. Стоило мне появиться в комнате, как на лице Чейза возникало надменное и хмурое выражение, и хотя он говорил не много, но его слова всегда были резкими и обидными. Парень не боялся выражать свое мнение, никогда не выбирал выражения, когда я была рядом. Я тоже не сдерживалась, находясь рядом с ним. Но разве можно винить меня в этом? Это самозащита, чистая и простая, и мне не хотелось бы провести весь год в обороне. Как только убедилась, что отец не слышит, я потянула Шэйна за рукав, вынуждая остановиться. — Как давно ты знал об этом? Шэйн изогнул уголок губ в усмешке. — Почти месяц. — Месяц! Усмешка Шэйна расплылась по всему лицу. Казалось, он наслаждается тем, как остро я отреагировала на нашего гостя. Знала, что это не со зла. Шэйн, кажется, всегда и во всем находил забавную сторону. Вот почему он так сильно раздражал меня. — Почему никто не рассказал мне раньше? — Потому что знали, что ты слишком остро отреагируешь. Мы с отцом решили, что проще будет сказать об этом в последний момент. Желудок скрутило от гнева. — Я не реагирую остро. Шэйн хмыкнул. — Ты не выглядела такой напуганной с тех пор, как в пять лет у тебя умер кролик. — Не вспоминай о Пушистике в такой момент. Словно мой день недостаточно испорчен, — я выдохнула, посмотрев на потолок. Вела себя, как дура, но папа и Шэйн не поймут. Никогда не понимали. В их глазах Чейз не сделал ничего плохого, но никто не мешал их первому поцелую. И, конечно, его жестокие слова не преследовали их годами. Их не волновало, что он был ослом, но мысль о том, что нам придется жить под одной крышей, являла все мои кошмары в реальность. — Слушай, ты почти не будешь с ним встречаться, — сказал Шэйн. — У Чейза есть своя жизнь, и она не так плоха, как ты думаешь. Я опустила взгляд с потолка на лицо брата. Он пытался меня подбодрить, я знала это, но не помогало. — У меня есть своя жизнь, — проворчала я. — Элли, ты все утро провела в доме престарелых, а после обеда засела за книгу. Я хотела поспорить с ним, напомнить, что у меня были друзья, с которыми я виделась каждый день, но выдохнула и кивнула. Это не лучший аргумент. Шэйн был так увлечен футболом и собственными друзьями, что абсолютно не замечал, что происходит с моей жизнью. На самом деле мне все равно, что он считал меня затворницей. Мне нравились мои друзья, но и одиночество с книгой тоже было приятным. И прямо сейчас было что-то более важное, чем мнение Шэйна обо мне. Брат одарил меня улыбкой, а затем обернулся и направился к лестнице, чтобы отнести чемодан в гостевую комнату, где теперь поселился Чейз. Я все еще пыталась понять, что происходит. Чувствовала себя так, словно попала в альтернативную реальность, потому что реальная жизнь не могла быть столь жестокой. Я медленно поплелась по лестнице за Шэйном. Комната Чейза была напротив моей, и он молча стоял у окна, глядя во двор, когда я вошла. — Чувак, этот год будет самым лучшим, — объявил мой брат, плюхнувшись на постель Чейза. Чейз кивнул, но ничего не ответил. Мне всегда было странно видеть их вместе. Шэйн словно освещал своим приходом каждую комнату, как яркая звезда, Чейз же напоминал грозовую тучу, мрачную и рокочущую, сдерживающую удар грома, способную разразиться в любой момент. Они были абсолютно разными, и я никогда не понимала, как они стали такими хорошими друзьями. Они вместе играли в футбол, но в прошлом году Чейз ушел из команды, и я надеялась, что на этом их дружба закончится. Но это было лишь принятием желаемого за действительное, потому что они все так же были близки. Я бросила сумку Чейза на пол у двери. Она приземлилась с громким стуком, и оба парня посмотрели на меня. Затем Шэйн вновь уставился в потолок, но Чейз словно прожигал меня взглядом. Я сглотнула и попятилась из комнаты, рванув по коридору. Я едва вошла в свою комнату, когда почувствовала на своем локте руку. Обернулась и обнаружила, что Чейз последовал за мной. Он стоял слишком близко, и я отступила, чтобы получить немного пространства. — Что ты хочешь? Чейз слегка отпрянул, словно мои слова ударили его по лицу, и он провел рукой по своим темным волосам, глядя на меня. Сделал глубокий вдох. — Знаю, ты не рада моему появлению. — Ну, это еще мягко сказано. Он прищурился от моего комментария, но продолжил так, словно я ничего не говорила. — И поверь, для меня тоже не идеальная ситуация сложилась. — Какова же причина, капитан очевидность? Он стиснул зубы, и мне было приятно, что я так его раздражаю. — Я как раз подходил к этому. Я помахала рукой, чтобы он продолжил. — Ну, сделай одолжение. А то папа не позволяет мне приводить мальчиков в комнату. Мне бы совсем не хотелось, чтобы он пошел за своим дробовиком, — я пожала плечами. — А может и нет. Чейз закатил глаза. — Вот о чем я хотел поговорить. Хочу предложить перемирие. — Перемирие? — я рассмеялась. — Да, перемирие. Раз нам придется жить под одной крышей, стоит пытаться ладить друг с другом. Я скрестила руки на груди и посмотрела ему в глаза. Он не смотрел на меня с отвращением, и в этот раз мне показалось, что он серьезен. — Не думаю, что ты можешь со мной поладить. — Я предлагаю лишь вести себя прилично. Не думаю, что ты сможешь мило обращаться со мной. Нам просто нужно перестать препираться. Мысль была заманчивой, но ничего не вышло бы. Чейз и недели не продержался бы с перемирием, несмотря на то, что это его предложение. Плюс я, конечно, не собираюсь забывать о том, каким козлом он был со мной все это время и не готова простить тот трюк на танцах три года назад. Он не сорвется с крючка. Но было бы проще, если бы перемирие сработало... — Я подумаю об этом, — сказала я. — Ты действительно ненавидишь меня так сильно, что не готова подумать об этом? — Я же сказала, что подумаю, — и вытолкала его из комнаты. Он легко двинулся с места, отступая в коридор. Я захлопнула дверь и крепко зажмурилась, представляя, что Чейз Уилльямс все еще стоит за дверью. Он вносил хаос в мой упорядоченный мир. Не пробыл в комнате и десяти минут, а уже запутал меня. Я бы не смогла провести с Чейзом целый год, разделенная от него лишь коридором. Будет ли у нас перемирие или нет – неважно. Словно кто-то свалил кучу радиоактивных веществ в комнате напротив. Они знали, что это опасно, что токсичный материал может вызвать у меня тошноту, но никого это не волновало. Моя комната была заражена, и не потребуется слишком много времени, чтобы яд полностью меня одолел. Как и все опасные вещества, близость Чейза медленно, но верно разрушала меня.