Раскидистый тополь, проточная вода.

- Сколько? - Сухо спросил Лань Цижэнь, и от его голоса в груди Су Шэ что-то оборвалось. - Учитель Лань... - Сколько, не считая меня и второго господина Вэнь? - Д-двое. - Ложь. - Я говорю правду! - Кто они? Соученики? Старшие адепты? Слуги? Из какого они клана? Это тоже были случайные связи? -... - Отвечай! Су Шэ яростно мотал головой, сжавшись на кровати и закрыв лицо руками. Его переполняли жгучий стыд и отчаяние, и больше всего на свете он желал лишь провалиться сквозь землю и перестать мыслить. Но что мог он, ничтожный адепт без талантов? С чего бы Небесам смилостивиться над ним и избавить от мучений? - Мне нужны имена! -... - Вы...как вы могли...ладно бы вами двигали высокие чувства, но похоть! Су Шэ покаянно склонил голову. Им двигала не только похоть, но сказать хоть что-то в своё оправдание он не мог физически. Учитель Лань станет его погибелью. От дальнейшего разноса его спас, как ни странно, Вэнь Жохань. Слуга сообщил, что Глава Вэнь ждёт Су Шэ в приёмных покоях. Только его, однако Лань Цижэнь с едва сдерживаемой яростью заявил, что не отпустит своего адепта одного. Он заставил Су Шэ хоть сколько-нибудь прилично одеться и тащил за руку всю дорогу. Су Шэ шёл, ничего не видя и не слыша, или как минимум ничего не воспринимая. Даже слёз больше не было. Слуга привёл их в комнату, где помимо Главы Вэнь были его младший сын и Вэнь Чжулю, а также Вэнь Нин, робко жмущийся у дальней стены. - Приветствую Главу Вэнь, - кратко поклонился Лань Цижэнь, Су Шэ же едва нашёл силы кивнуть. - Вероятно, Учителю Лань известна причина, по которой я вызывал к себе его адепта. - Ваш сын шантажом принудил адепта Лань к нарушению обетов! - Вдруг заявил Лань Цижэнь. - Гусу Лань потребует возмещения ущерба и извинений. Су Шэ удивлённо поднял голову, но вскоре вновь поник. Разумеется, учителем Лань движет не сочувствие, а лишь жажда справедливости. И по возвращении в Облачные Глубины Су Шэ ждёт суровое наказание. - Отец, я не понимаю, о чем говорит этот человек. Какой ещё шантаж? Я позвал этого адепта, и он добровольно пошёл со мной. Если уж кого и обвинять, так это его, я с самого утра плохо себя чувствую - наверняка он меня чем-то отравил или заразил. - Наглая ложь. Мой адепт, при всех своих недостатках, честен и не стал бы наговаривать на безвинного. - Что удивительно, я склонен согласиться с господином Лань, - вдруг молвил Вэнь Жохань. Повисла пораженная тишина. Насладившись ошарашенными лицами спорщиков и как-то странно посмотрев на адепта Су, Вэнь Жохань заговорил. - Мне нет никакого дела до личной жизни этих молодых людей. Но так уж вышло, что ваш адепт обладает довольно редким и, похоже, совершенно неконтролируемым даром преумножать чужую ци и укреплять золотые ядра...посредством весенних игр. Лань Цижэнь ошарашенно уставился на совершенно красного и также ничего не понимающего Су Шэ. - Вэнь Чжулю не мог ошибиться, и этот юноша тому доказательство. Это мой двоюродный племянник, Вэнь Цюнлин, - нервный юноша у дальней стены неловко поклонился. - Вчера у него было краткое, но очень плодотворное свидание с адептом Су, а сегодня он пустил стрелу точно в цель семь раз подряд и обошёл других адептов в соревновании лучников. Также я практически уверен, что наследник Цзян, в столь юном возрасте почти превзошедший своих родителей хотя бы в количестве ци, также имел связь с адептом Су. Да и вы, кажется... - Это не имеет ни малейшего значения! - Взвился Лань Цижэнь, против воли краснея. Да как Владыка Вэнь вообще смеет говорить вслух столь смущающие вещи. Спасибо, конечно, за данные имена, но теперь, зная точный список любовников Су Шэ, Лань Цижэнь вдруг понял, что решительно не понимает, что с ним делать. - Отец, вы точно ошиблись. Как он может усилять, если мне до сих пор так плохо? - Указал на противоречие Вэнь Чао (чьё лицо Лань Цижэнь отчего-то захотел разбить голыми руками). - Как любой дар, эта сила очень зависит от намерений и душевного состояния, - охотно объяснил Вэнь Жохань. - Это одна из причин, почему обычно люди с таким даром жили при крупных Орденах и ни в чем не знали отказа. Чуть надавишь - и дар оборачивается проклятием. Тебе повезло отделаться истощением, иные лишались ядер или даже жизни. В Гусу Лань никогда не рождались адепты со столь неоднозначными талантами - иначе их случай непременно был бы упомянут на Стене Послушания. Су Шэ был первым. Лань Цижэнь должен быть горд, что именно на его веку в их Ордене появился усилитель, но вместо этого поймал себя на желании украсть Су Шэ, спрятать от мира и...нет, не использовать самому, упаси Небеса, но хотя бы скрыть от чужих, не достойных взглядов, чтобы юноша смог прожить достойную жизнь, а не пойти по рукам! Лань Цижэнь замер, с ужасом понимая, чего хочет. - В-Владыка Вэнь, - вдруг послышался тихий голос давно всеми забытого Вэнь Цюнлина, - До-дозволено ли нед-достойному будет... - Говори как есть, - разрешил Вэнь Жохань. - Су Шэ плохо. И только в этот момент все вспомнили, что объект спора, даже не его участник, никуда из комнаты не уходил. Су Шэ стоял неподвижно и казался совершенно спокойным. Вот только взгляд смотрел в никуда, и воздух вокруг него рябил. Поняв, что это значит, все присутствующие, кроме исключительно недогадливого Вэнь Чао, немедленно бросились на пол и закрыли головы руками. - Хах, что это с вами? Отец, чего вы испугались, да что он вам сде... И в этот момент раздался взрыв. От ударной волны стол, из-за которого едва успел выбраться Глава Вэнь, отлетел назад и раскололся, на целый чи вонзившись в стену. Слетели ставни с окон и на мелкую крошку рассыпались лампы, безделушки и пресс-папье. Вэнь Чао отбросило в сторону окна, но попавшаяся по пути ширма замедлила его и спасла жизнь, смягчив падение из развороченного провала окна на кусты с высоты второго этажа. Лань Цижэню же пришлось одной рукой прикрывать голову, а другой держаться за щель меж досок пола - слишком, как оказалось, узкую. Тем не менее, он не пострадал. Су Шэ лежал без чувств, только кончики пальцев едва заметно подрагивали. Вэнь Нин осторожно приблизился к нему и пощупал пульс, но в целом все понимали, что с адептом Су. Менее чем за половину дня Вэнь Чао и Лань Цижэнь, сами того не заметив, довели несчастного юношу до Искажения Ци.