your lips and cheeks in red lipstick.

***

Ваня почти всегда устраивал свои трансляции на тему общения с чатом или же на тему общения с кем-то из своих друзей через дискорд, либо жизни, в таких случаях он обычно импровизирует и ему ужасно неловко, когда все замолкают, и кому-то нужно продолжать разогревать интерес зрителей оставаться на трансляции русого. И вот он в своем канале объявляет, что вечером пройдет стрим с Сергеем Пешковым, где они будут выполнять задания из донатов. Иван сразу понял, как только сообщение увидели уже более тысячи, что затея эта крайне дерьмовая, и хуже, как ему казалось, придумать он не сумеет, даже если попытается. Понимая, что некоторые люди могут перегнуть палку с заданиями, Ваня сразу же предупредил, что задания с эротикой или подобной херней он читать не будет, а попросту будет игнорировать, не обращая внимания. Читая комментарии, у зеленоглазого на лице появляется легка улыбка, все рады, все счастливы, но ему кажется, что лучше скорее отказаться от всего этого, либо удалить сообщение, оправдываясь на трансляции, глупыми отмазками, что он просто передумал или сделает все, что он планировал в следующий раз. Не сделает. Но когда палец уже почти касается гладкой поверхности телефона, дабы удалить это недоразумение, он все-таки передумывает, ссылаясь на то, что он не баба, чтобы бояться таких мелочей, тем более он же предупредил, что будет игнорировать эротику и тому подобное. Нечего бояться.

*

" Чел, это круто :) " Пишет ему Пешков, буквально через пять минут после отправления информации о предстоящей вечерней трансляции с отправителем сообщения. " Когда ты приедешь? " Ваня намеренно игнорирует чужое сообщение, что скорее всего обижает собеседника, но тот не берёт пример с друга и отвечает на вопрос русого: " Где-то к 19:30 " После чего Ваня закрывает диалог с кучерявым, откладывает телефон в сторону и погружается в мысли. Ну вот нахуй он занимается всем этим, раззадорить зрителей? Может быть. Заработать денег? Маловероятно. Подогреть интерес Пешкова о предстоящем вечере? Скорее всего. Рука сама по себе скользит по колену, затем палец с серебряным кольцом в такт какой-то музыки, звучавшей в голове русого, стучит по нему.

***

Зеленоглазый вздрагивает всем телом, когда слышит оглушающий звонок в дверь. Тупой Пешков приперся намного раньше чем обещал, а ведь Иван пытался задремать хотя-бы на час, чтобы отдохнуть от нахлынувших его с головой мыслей, которые жадно поглощали остатки разума, и не давали нормально сориентировать хоть на какой-нибудь точке в пространстве. Специально медленно, дабы не упасть, он на ватных ногах, почти не державших его, направляется к двери, в которую отчаянно стучали, действуя на нервы русого. Дверь открыта, пред ним стоит Пешков с наглой улыбкой на лице и со странным блеском в глазах. Ебнуть хочет? Иван сглатывает огромный ком в горле, после чего потягивается, разминая затекшие мышцы. — Почему пришел так рано? — Недовольно спрашивает русый, сводя светловатые брови к переносице. — А ты не рад? — Все еще улыбаясь отвечает ему Сергей, снимая с головы свою черную шапку, из-под которой выбиваются каштановые кудри и закрывает за собой дверь. — Вопросом на вопрос, не отвечают. Русый устало вздыхает, после чего уходит обратно в комнату, потирая виски. Пешков буквально через пару мгновений забегает в комнату за ним и по-хозяйски усаживается на чужое место. — Лыбу хватит давить. После произнесенной, довольно суровой фразы, с лица Пешкова моментальная сходит улыбка и появляется заметная хмурость. Возможно Сережу это где-то в глубине души очень даже задело. Но какой-либо вид агрессии Сергей не пытался проявить по отношению к Ивану, он лишь развернулся лицом к компьютеру и достал свой телефон, погружаясь в диалог с его другим другом, с которым он собирался встретиться в ближайшее время. Ваня на это действие лишь недовольно цокает и уходит за вторым стулом, так как кучерявый занял единственный предмет для сиденья в комнате. Кроме кровати, конечно. Даже разрешения не спросил, а ведь это даже не его квартира.

***

Несколько часов для Вани пролетают как одна секунда, так как он все-таки решил лечь поспать. Пешков, к удивлению Ивана, ни разу его не разбудил громким шумом посуды или звуками исходившие от телефона. — Ты такой милый, когда спишь, знал об этом? — Кротко говорит Сергей и выдавливает из себя мягкую улыбку, от которой веет теплотой и заботой, смотря на поднимающегося с помятой постели Ваню. — А ты такой еблан с этими кудряшками, знал об этом? — Зло отвечает русый, на милые речи кучерявого, потирая сонные глаза он подходит к уже включенному компьютеру, который неприятно ослепляет, когда старший подходит к нему. — Не будь такой сукой, Вань, — грустно бормочет Пешков закатывая свои карие глаза, взгляд его падает на открытое окно и легко развивающиеся темно-синие шторы находящиеся совсем рядом. Слабый ветер обдувает лицо Сережи, с лаской вороша его кучерявые волосы и, наслаждаясь свежестью летнего ветерка, он прикрывает глаза. Ресницы у Сергея достаточно длинные, почти как у девушки, волосы мягкие, несмотря на их вид, многим может им показаться, что они наяву достаточно жесткие. Ване стыдно признаться, но иногда у него где-то внутри, в самых недрах души, появляется огромное желание схватиться за чужие волосы и опробовать всю их мягкость и кучерявость наяву. Иногда ему просто хочется путаться в чужих каштановых кудряшках своими длинными пальцами. Иногда ему хочется просто прижаться к чужому горячему и ароматному телу, хочется, чтобы чужие волосы пахнущие фруктовым дешевым шампунем неприятно щекотали покрасневший нос, хочется вдыхать аромат именно Серёжиных кудрявых волос, ничьих больше. Ваня трясет головой и потной ладошкой поправляет свои шелковистые локоны, которые ну уж слишком сильно лезут ему в глаза. Неуместные мысли снова уходят в глубины сознания и на их месте появляются новые, которые еще больше будоражат зеленоглазого, заставляя табун мурашек пробежаться по вспотевшей и соленой коже. Ваня нервно перебирает тонкие пальцы, пока на компьютере прогружается сайт. Шумно вздохнув, он продолжает пытаться избегать не очень то и радужных и приличных мыслей, поедающих его разум уже почти до конца, перед глазами появляется пелена, а на лбу появляется испарина. — Я сейчас, — бросает русый, прежде чем Пешков успевает среагировать. Зеленоглазый уже в совершенно другой комнате, в то время, как Пешков лишь вопросительно изгибает темную бровь и продолжает пялиться в проход, через который только что выбежал русый, ничего не объяснив. Наконец, очнувшись будто от гипноза, кучерявый пару раз моргает большими глазами и отворачивается обратно к компьютеру.

*

Иван стоит в ванной комнате, которую освещает мягкий медовый свет лампочки на потолке. Русый громко дышит, согнувшись над керамической раковиной. Капельки прозрачной воды тихо капают на гладкую поверхность, а после медленно стекают по трубе. Руки русого предательски дрожат, из-за чего он еще сильнее стискивает раковину. Напор воды увеличивает и зеленоглазый смывает со своего лица пот, вместе со стыдом, облегчая тем самым состояние хозяина тела, а также проблему в штанах. Наконец баскетболист приподнимает голову и вглядывается в свое отражение; ухоженное лицо, чуть покрытое розовым румянцем, зрачки расширены, из-за нахлынувшего возбуждения, мягкие светлые волосы растрепаны, реснички дергаются, а уши покрыты красным оттенком. Без отвращения не взглянешь. Рука сама по себе тянется к большому зеркалу, после чего подрагивающие, будто от судорог пальцы, проводят по стеклянной глади, оставляя мокрый, от воды след.

*

В темном проходе появляется такой же темный силуэт парня, заходящего в комнату и садящегося на жесткий и неудобный стул. — Хочешь, местами махнемся? — Спрашивает Пешков, уже вставая с мягкого места, на которое он сел без разрешения. Иван лишь кратко кивает и пересаживается на свое привычное местечко. Взгляд русого наконец встречается с лицом Сергея. Казалось, что выражение его лица, изображавшее хмурость, стало еще суровее и мрачнее. Ване снова становится не по себе, и он поправляет ворот толстовки, которая очень уж ему велика. В комнате становится жарче обычного, и открытое окно никак не спасает ситуацию, русому кажется, что за время его отсутствия он разучился дышать. Он делает спасительный вдох через рот, восстанавливая сбившееся дыхание, и обнаруживает, что в комнате не так уж и жарко, а наоборот. Холодный воздух обдувает лицо, а руки в миг становятся ледяными, пальцы, кажется онемели. Зеленоглазый закрывает окно, начиная растирать замерзшие руки до красноты. На лице Ивана изображается удивление, когда его руки хватают чужие, а затем целуют горячими мягкими губами. Еще пару секунд Ваня сидит неподвижно, после чего резко отодвигается от кучерявого, и смотрит на него, ожидая объяснений. Пешков лишь мягко улыбается. У русого колет сердце, а кровь подступает к холодным щекам. Кажется, что эта улыбка посвящена только ему, да и видит ее только он. Сердце Ивана чуть не выскакивает из груди, когда он ощущает, чужие горячие руки на своих щеках, которые аккуратно притягивают его к Пешкову, а тот в свою очередь аккуратно целует баскетболиста в обе щеки, после чего громко чмокает чужой покрасневший нос, в животе будто бабочки порхают, а кишки затягиваются в узел. Когда чужие губы уже почти касаются желанных Ваниных, русый наконец отстраняется от кучерявого с недовольством и долей разочарования на лице, которую он позорно пытается скрыть. — Не смей блять.

***

Время «отдыха» подходит к концу и Ваня запускает трансляцию. За несколько секунд на эфире образуется почти девяносто тысяч людей, Ваня улавливает короткую мысль, что хотелось бы не включать эту долбанную трансляцию, а провести время с другом, который за короткое время пребывания в квартире русого, успел натворить достаточно много хуйни. На фоне играет какая-то песня, выбранная случайным щелчком мыши, а Ваня с Сережей наконец здороваются со зрителями, которые уже успели отправить несколько донатов. — Не забывайте, что я не буду читать сообщения эротического содержания. — Умно сказано, — смеется со своей же шутки Пешков, прикрывая глаза, а затем поправляя каштановые волосы, вдруг рука останавливается на определенном месте и указательный палец правой руки начинает накручивать на себя одну из кудряшек. — Ты че как пятилетняя девочка? — говорит Иван, намекая на накрученный локон на чужом пальце. — Зато у тебя нет таких же прекраснейших волос, как у меня, Ванечка, — усмехаясь отвечает на колкость Сергей. — Я не хочу быть кучерявой псиной.

***

Вот уже проходят тридцать минут стрима и почти ничего интересного и не происходило. Сначала были более менее безобидные задания, допустим: " Лайкни фотку в инстаграме " " Переоденься в рубашку с галстуком " " Облейся водой " " Обними Сережу " Самое нормальное, что смог выделить для себя баскетболист, прежде чем приходит очередной донат. " Ваня, скажи жожо, можно сесть к тебе на коленки, зайчик? " Щеки Вани снова наливаются красным цветом, вряд ли это задание абсурдное и тем более неприличное. Просто фраза, которая ни на что не повлияет, просто слова, он ведь потом забудет. — Жожо, можно к тебе сесть на коленки, зайчик? — развернувшись к Пешкову, слащавым голоском говорит Иван, подмигивая собеседнику и улыбаясь, оголяя ровные зубы. — О-о-о, да-да, давай! — Подскакивая со стула говорит Сережа, после чего сразу садится, понимая как он выглядит, но не упускает шанса взглянуть на русого, после чего похлопать по своей ляжке, приглашая присесть. — Неа, даже не думай. Ваня отодвигается на безопасное расстояние, в то время как Пешков начинает приближаться и тянется к зеленоглазому руками. По комнате разносится неприятный громкий звук, сообщающий о приходе еще одного доната. — Сядь на колени к Жожо… на пятнадцать минут?! — на последних трех словах, Ваня переходит на крик, из-за чего немного пугает Сережу. — Как повезло, да? По темной комнате, освещаемой только лишь светом монитора и светодиодной лентой синего цвета, раздается громкий смех, за которым следует удар и благие маты в сторону ударившего. Пешков приобнимает друга и прижимает к себе, трепля свободной рукой чужие мягкие волосы. — Отъебись нахуй! — Недовольно кричит русый, пытаясь освободиться из крепких лап кучерявого, который все никак не мог перестать улыбаться. — Тебе за это пять кусков заплатили, так что садись. Пешков наконец отодвигается и снова хлопает по ноге, призывая сесть. Возможно если бы русому упало бы на счет меньше, он бы послал отправителя нахуй, продолжая читать лишь нормальные задания. Пять тысяч. Только, для того, чтобы он посидел у кучерявого на коленях. Всего пятнадцать минут. Они же в эфире, так что кудрявый вряд ли сможет выкинуть что-то неприличное, тем более без согласия зеленоглазого. Остается только лишь надеяться на нормальный исход событий. — Ладно-ладно, — разочарованно бубнит русый, наконец садясь тощей задницей на ноги кучерявого. — Вот и славненько, Ванечка, — улыбаясь шепчет Пешков, откидываясь на спинку стула, дабы рассмотреть все Ванины прелести и плюсы его положения. Через несколько секунд, после просмотра столь прекрасно зрелища, Пешков делает для себя некоторые выводы. Задницу русого можно было назвать самой обычной, ну может быть немного лучше обычной. Она была небольшой, плосковатой, но при этом половинки, как показалось кудрявому, на вид были очень даже мягкими. Но при этом, ни один возможный нюанс не позволял Пешкову не наслаждаться этой частью тела зеленоглазого, который боится пошевелиться в данном положении. Можно с точностью утверждать, что это зрелище останется у кучерявого в голове надолго. Так же можно не сомневаться, что он не упустит возможности упомянуть эту ситуацию в будущих разговорах с зеленоглазым. Сергей чувствует, как возбуждение подкатывает к телу, заставляя всё существо внизу затвердеть. Баскетболист вздрагивает, когда ощущает твердый бугорок, упирающийся ему в промежность, лицо начинает потеть и мгновенно краснеть. Русый пытается незаметно повернуть голову, но как только он встречается с чужим взглядом, тело его пробивает дрожь. Перед собой он видит похотливый взгляд чужих глаз, которые снова опускаются, смотря на обтянутые джинсами половинки. На лице бесстыдника появляется заметная пошлая улыбка, ведь тот к счастью понимает, что они сидят достаточно близко к столу и его рук не видно, поэтому невесомо обнимает руками талию зеленоглазого, поближе прижимая к себе так, что обтянутый джинсами член на этот раз откровенно вжимается меж ягодиц второго, заставляя заливисто краснеть и снова заметно заерзать на чужих ногах. — Так, что тут еще по д-донатам, — голос предательски дрожит, руки трясутся заставляя владельца обхватить пальцами край стола и с силой сжать его. В голове не происходит ничего, русый будто завис, надеясь, что домогательство в скором времени прекратится. Но Пешкова охватывает новая волна возбуждения и, он начинает медленно двигать бёдрами. Тут уже русый не выдерживает, хватается за чужую руку, не с первого раза конечно, но хватается. Сергей отвлекается от своего занятия, смотрит в чужие глаза, в которых читается гнев и злость. Но своими глазищами русый только раззадорил кучерявого, к огромному несчастью для себя. Похоже, чувство стыда у Пешкова было атрофировано. На его кругловатом лице виднелся весь спектр эмоций, меняющихся одна за другой, но суть оставалась одной и той же: сейчас он вёл себя и выглядел как полный конченный извращенец. Он ухмылялся, тихо посмеивался, облизывающим взглядом смотрел на объект своего обожания. Он жаждал. Он ждал, пока Иван сам сдастся. Сам сдастся, отдавая себя со стыдом и похотью в чужие сильные и заботливые руки. Пусть это будет хоть где. На трансляции или в квартире их друзей. Где угодно. Руки кучерявого, наконец снова дают о себе знать, ведь они уже давно не на чужой тонкой талии. Русый это понимает только, когда чувствует, как левая рука сжимает одну мягкую половинку. А ведь Пешков не прогадал. Спустя нескольких массажных движений, Сережа даже не думает останавливаться и начинает создавать своеобразные толчки, придерживая свободной рукой талию Вани, пытаясь направить его. Он то тёрся где-то вверху, вблизи копчика, то спускался ниже, создавая трение там, где по его памяти должен быть анус. Голова русого взрывалась. То ли от смущения и жара, то ли от интенсивно подкатывающего к паху возбуждения, которое дает о себе знать, когда его же достоинство болезненно трется о ширинку. В чате же происходит полнейший бардак. Кто-то только заходит и не понимает, что за хуйня вообще происходит. Кто-то уже желает счастливой свадьбы. Кто-то с кем-то срется. Но никто до сих пор не может догадаться, что происходит на самом деле, а ведь в жизни происходит все намного лучше и интересней, чем они могут представить. Сердцебиение русого отбивало часовой ход, дыхание учащалось и становилось каким-то рваным из-за невозможности выдохнуть через рот, а по телу болезненно и жгуче растекалась лава: протекала теплотой в груди, трепетала в животе, и, наконец, пульсировала, закончив своё приключение в паху. Взгляд метается из одного угла в другой, лишь иногда останавливается на камере. Пешков же терпко и медленно вкушает наступавшее возбуждение и пробуя новые ощущения. Зеленоглазый никак не мог допустить того, чтобы прямо здесь и сейчас, тысяча человек застали его врасплох, а ведь если это все-таки случится, вся информация быстро разлетится по сети, опозорив тем самым Ивана. Сидит на коленях у друга, которого сам же и пригласил, а тот в свою очередь пытается выебать его прямо на стриме. Ну не так, чтобы и выебать, но если эти махинации будут продолжаться, русый точно кончит прямо себе в штаны, оставив пятно последствий после выходок кучерявого. Ярко-зеленые глаза, с расширенными от возбуждения зрачками покрываются дымкой похоти, и вторая рука кудрявого с талии перемещается на упругие половинки, начиная снова мять их и массировать, поглаживать, разводить в стороны, дабы дать ноющему члену площадку для новых и новых безумств. Русый не знал как далеко вся эта хуевая ситуация сможет зайти. Пока что, он пытается отвлечься, пытаясь снова углубиться в мысли, чтобы не возбудиться еще сильнее, хотя, куда блять еще сильнее?! Зеленоглазый вспоминает всех богов и одновременно не понимает, как их еще не спалили, потому что сам кудрявый, хоть был и не настолько толстым или полноватым, слишком быстро уставал, утомлялся и к тому же пыхтел как очень старый паровоз. Пешков ни на секунду не прекращал развратные действия в сторону русого, переводя мутный взгляд то на задницу парня, то чуть выше на его загривок, сдерживая желание укусить столь желанное место. Зеленоглазый не мог поверить в то, что сейчас происходит. Его друг, который до этого, все это время, только и утверждал, что все это шутки и долбанный рофл, которые не стоит воспринимать всерьез, сейчас трется своим возбужденным членом об Ивана, который возбужден не меньше кучерявого. Такое и в страшном сне не свидится. Он изнурённо и обессиленно вешает голову, пытаясь игнорировать потирания сзади, и гортань, держащую изо всех сил стоны внутри тела, не позволяя им выйти наружу. Вдруг русый слышит спасательный звук таймера, об окончании пятнадцати минут. Часы были поставленны перед тем, как старший сел на чужие колени. Если бы Иван не догадался поставить таймер, кто знает, что сейчас бы произошло. Русый мгновенно вскакивает с чужих ног, почти падая. Он тут же садится на свое привычное место и отодвигается от кучерявого, боясь пошевелиться. Ноги дрожали, сталкиваясь друг с другом, ресницы становятся мокрыми, а к щекам подливает кровь. Иван слишком уж громко дышит от нахлынувшего его с головой возбуждения, из-за чего появляется ощущение, что он сейчас громко простонет. На поганом лице Пешкова снова появляется добродушная улыбка, будто сейчас ничего и не было. Будто он сейчас не возбудил своими действиями русого, что тот чуть не излился себе в штаны. Будто не он только что трогал его мягкие ягодицы своими большими руками и не сжимал их. Кажется, что даже не смотря на то, что на Иване джинсы, на мягкой коже остались красные отметины. Русый же на это действие, показывает кучерявому средний палец, смотря на него убийственным взглядом. Если бы не правила платформы на которой они ведут трансляцию, русый уже давно вломил бы Пешкову, возможно даже не один раз, и не два. Наконец баскетболист разворачивается лицом к компьютеру, поддельно улыбается и продолжает общение со зрителями, как и до этого.

***

Последние тридцать минут эфира почти ничего не происходило. Опять стандартные задания. Опять тупые и не смешные шутки Сережи про то, что он хочет выебать Ваню. А ведь у него это почти получилось. Не были бы они на стриме, русый бы поддался на махинации кучерявого и отдался бы в чужие заботливые руки. " Ваня, накрасься косметикой. Тебе бы подошло) " Ну хоть, что-то интересное пошло, а не просто передавать приветы или говорить какие-то тупые фразы, которые вскоре пойдут в нарезки. За эти, как кажется безобидные тридцать минут, Иван успел переодеться из толстовки в белую, чуть помятую рубашку, записать несколько историй в инстаграм с признанием, что он гей, послать нахуй несколько своих друзей, выпить несколько стопок недешевого виски с водкой и еще пару «мелочей». Половину действий зеленоглазый делал неосознанно из-за выпитого алкоголя, а потому на следующее утро голова будет раскалываться, и первым же делом Ваня побежит в туалет, дабы выблевать половину того, что он съел и выпил за этот вечер. Иван поднимается с удобного места и через буквально пару секунд находит косметичку, нежно-розового оттенка. На вопросы зрителей и Пешкова он лишь отвечает, что она мамина. Мол она ее забыла. — Блять, а как краситься? — недовольно мямлит баскетболист, доставая из розовой косметички черную тушь с алой помадой. Стандартный набор проститутки, жаль теней не хватает. — Я могу помочь, — недобро ухмылясь говорит кудрявый, сразу беря принадлежности в руки, не дожидаясь ответа. В любом случае, зеленоглазый не смог бы отказать, так как его руки буквально еле смогли расстегнуть сумку с косметикой, вряд ли он сможет сделать, хоть один ровный мазок помадой, если вообще попадет по губам. Поэтому ему ничего не остается, кроме того, чтобы сделать короткий кивок и подставить лицо, прикрывая глаза от усталости. Как только русый закрывает глаза, он чувствует как его резко берут за подбородок, сдавливая его, заставляя раскрыть глазницы и прищурить их от яркого света. — Глазки не закрывай, ну уж слишком они у тебя красивые, — говорит Пешков, отпуская русого и открывая тушь. Ваня на комплимент закатывает зеленые глаза, но все-таки слушается и не смыкает их снова. А ведь так хочется, просто заснуть. Просто отдохнуть. Мгновение, он снова чувствует, как его хватают за подбородок, но уже более нежно, боясь навредить. — Смотри на меня и старайся не моргать. Ответом на это, служит немое согласие и Пешков снова ухмыляется, видя перед собой такого Ваню. Его мягкие волосы растрепаны, будто он только встал, а некоторые кончики даже мокрые. Глаза полузакрытые, щеки с ушами набиты алым цветом. Ну что за чудо? Иван наконец чувствует, как по его длинным ресницам проходит не очень то и мягкая кисть туши, заставляя напрячь глаза, дабы они не закрылись. Еще пару движений и кучерявый переходит ко второму глазу, оставляя нижние ресницы на потом. Со вторым глазом кучерявый справляется быстро, ограничиваясь лишь одним проходом по реснице. Дальше, нижние более короткие реснички, с которыми кудрявый справляется так же быстро, не зря ведь он наблюдал и практиковал со своими подругами нанесение макияжа. Надо будет им потом написать и поблагодарить. Тушь он отбрасывает куда-то в сторону, не заботясь о том, что ее придется потом искать, и берет помаду, очень даже насыщенного красного цвета. — Открой рот. И Ваня снова слушается, немо соглашаясь. Он приоткрывает покусанные, и без помады красные мягкие губы. Сережа медленно проходится помадой, по нижней губе, оставляя широкий красный след. В некоторых местах Пешков промахивается и заезжает за контур, но поправляет это, проводя по линии кончиком пальца, тем самым стирая ее. Все это зрелище снова начинает не на шутку возбуждать кучерявого, из-за чего он на пару секунд останавливает и смотрит на покрасневшего от алкоголя зеленоглазого парня. Его накрашенные губы такие желанные, а зеленые глаза так и говорят: " Господи, да возьми меня уже! " Ваня в свою очередь испытывает то же самое по отношению к Пешкову, он вдруг закусывает губы и смотрит на кучерявого похотливым взглядом. Кучерявый чувствует, как ладонь, которая сжимает подбородок начинает потеть. Из груди русого вырывает тихий стон, когда Пешков перемещает свою руку с подбородка на тонкую шею Ивана и не сильно сдавливает ее. Русый делает первый шаг и тянется к чужим губам, Пешков на это действие подается на встречу, но перед тем как их губы соприкасаются, он с силой стучит по клавиатуре, тем самым выключая стрим. Повезло, что попал на нужную кнопку. Наконец Пешков трепетно касается манящих и столь желанных губ, пару секунд они просто прижимаются друг к другу, как вдруг язык Пешкова раздвигает чужие губы и проникает им внутрь. Ваня не чувствует ничего вокруг, кроме мокрых губ с языком и рук блуждающих по дрожащему телу. Русый приоткрывает глаза и встречается с чужим томным взглядом, жаждущий чужого тела, а именно тело худого парня, сидящего напротив его. Спустя пару минут, воздух заканчивается и они отстраняются друг от друга. Сергей начинает бегло целовать чужую шею, иногда останавливаясь и кусая нежную кожу, оставляя багровые следы. Руки же расстегивают белоснежную рубашку. — С-стой, — мямлит русый, дрожащими руками пытаясь остановить Пешкова. И Пешков останавливается, вопросительно смотря на возлюбленного, руки снова тянутся к красивому личику, в особенности к губам, и пальцы непроизвольно немного размазывают матовую помаду. — Я… Мне страшно, — проговаривает зеленоглазый, хватаясь за руку кучерявого и переплетая свои пальцы с чужими. — Тогда, отсосешь? — Ухмыляясь говорит кудрявый, сжимая чужую руку. И какого было его удивление, когда он видит, что русый слезает со стула и садится перед ним на колени. Сергей откидывается на спинку стула, когда чувствует, как зеленоглазый трется своей головой о его ноги, как домашняя кошечка, просящая поесть. У Ивана тёплые руки, и когда он достаёт член Пешкова наружу, то сразу же наклоняется вперёд и кружит языком по головке. Громкий стон вырывается изо рта кучерявого, и он прикрывает потной ладошкой свой рот, закатывая темные глаза в наслаждении. Ваня же, видя положительную реакцию продолжает раскрывать рот как можно шире и медленно опускаться. Его губы влажные и разгорячённые, а язык скользит по вздувшейся вене на стволе, и в итоге Пешков закусывает губу, тем самым прокусывая нежную кожу. Затем он хватается за голову зеленоглазого и направляет её так, как хочет. Сергей приостанавливает движения рукой, когда слышит, как русый захлебывается собственной слюной. Он дает лишь несколько секунд отдышаться зеленоглазому, прежде чем снова хватается за чужие волосы, сжимая их в кулаке и оттягивая, после снова насаживая на свой член. Русый же не против, наоборот, он сам подставляется под чужую извращенную руку, которая хватает его волосы. Зеленоглазый стонет, когда его локоны снова оттягивают, а глаза заплывают пеленой. Каждое прикосновение языка к возбужденной плоти заставляет Пешкова чувствовать себя, словно он разваливается на несколько тысяч кусков. Затем Сергей неожиданно хватается за чужое лицо, отстраняя потное личико от собственного члена. Наконец русый чувствует, как Пешков берется за его руку и подставляет ее перед лицом владельца. — Поработаешь язычком еще кое-где? — шепчет Сергей намекая на сухие пальцы баскетболиста. До русого сказанное доходит не сразу, а когда он все-таки понимает, что от него хотят и, что заставят делать потом, он краснеет, отводя взгляд в сторону. Зеленоглазый не колеблясь запускает пальцы в собственный рот, покусывая и облизывая. Язык блуждает меж и по пальцам, а прозрачная слюна стекает с пальцев на ладонь, а затем падает на пол. Русый ловит взгляд Пешкова и понимает, что пора заканчивать и приступать к делу. В следующий момент он дёргает молнию ширинки вниз, приспускает штаны и начинает делать круговые движения пальцем вокруг входа. Параллельно с этим Иван снова тянется к чужому члену и снова он проводит языком по основе и опускается до конца, утыкаясь холодным носом в пах Пешкова — Ну давай… Сделай это, Ванечка, — стонет кучерявый, когда ему кажется, что Ваня колеблется. Русый медленно вводит внутрь сразу два тонких пальца, не сбиваясь с ритма, заданного языком. Из уст Пешкова снова вырывается громкий стон, потому что все те ощущения, которые дарит ему русый, не стоят даже рядом с другими блаженствами, которые кучерявый испытывал до этого с другими. Русый не спрашивает, уверенный в том, что Пешкову нравится то, что делает с собой зеленоглазый. Длинные пальцы словно горят и плавятся внутри него, и слюны явно недостаточно, но это чувство добавляется к другим и лишь заставляет баскетболиста чувствовать себя лучше, чем никогда. Пешков снова дергается и крепче сжимает чужие волосы своей большой рукой, когда русый постепенно начинает добавлять третий палец, и едва не проглатывает свой язык, когда худенькое тело дрожит под ним и гортанно стонет с чужим членом во рту. Своими пальцами, ртом и языком зеленоглазый просто доводит Пешкова до сумасшествия. Кучерявому в этой картине больше всего нравятся вид его разгоряченных губ, на которых помада почти не виднелась, зато, как красиво она была размазана на лице зеленоглазого, а тушь, недавно смотревшаяся на глазах русого совсем незаметно, теперь находится под веком и оставляет черную светлую дорожку, из-за слез баскетболиста. Он чувствует себя просто невъебенно хорошо и буквально готов взорваться тысячу раз, лишь бы испытывать эти ощущения снова и снова. — Б-блять, — шепчет Сергей, и Иван слышит еще один чужой стон, понимая, что объект его обожания скоро кончит. Но он не отстраняется, лишь немного отклоняется и продолжает сосать ещё увереннее, в то время как его пальцы начинают двигаться ещё быстрее и глубже. Пешкову остаётся лишь хрипеть чужое имя, перебирая светлые локоны, пока одной рукой он удерживается за подлокотник. Голова кудрявого откинута назад, а каждая часть тела словно постепенно откалывается от него, медленно и мучительно. И Ваня, этот чертов Ваня, просто берёт и глотает абсолютно всю вязкую белую жидкость, когда Пешков кончает. Вытерев свои губы и оставив алый след на белоснежной рубашке, он продолжает неспешно перебирать пальцами внутри себя, и это заставляет Сергея задуматься о том, что если зеленоглазый продолжит в том же духе, то его член станет твёрдым вновь. — Какая же ты охуенная шлюха, Вань

***

На следующее утро голова, как и ожидалось, раскалывается на две части, и Ваня подавляет в себе желание выблевать все свои внутренности, перед тем, как он окончательно открывает глаза. Телефон, лежащий рядом, изнурительно вибрирует, после чего издает неприятный громкий звук, приходящих уведомлений, которые буквально разрывали мобильник. Спустя несколько минут, Иван наконец приподнимается и видит, что комната пустует, никого нет рядом. Хоть русый и не помнил множество, из тех вещей, что произошли вчера, он точно знал, что Пешков не собирался уходить, даже хотел остаться на ночь. Ушел? Без предупреждений, не попрощавшись. Взгляд его падает на записку, оставленную вероятно кудрявым. Зеленоглазый в силу усталости, улыбается, теребя в руках клочок бумаги. Телефон не перестает вибрировать, и Иван наконец берет его, откладывая записку в сторону, сейчас для него важнее предотвратить звуки, исходящие от его смартфона. Несмотря на то, что в комнате было достаточно светло, Ваня щурит глаза, когда он включает телефон, ослепляющий его ярким светом. Первым же делом он заходит в телеграмм, так как основной поток сообщений идет именно оттуда. Сама причина исходила из канала Сергея. Два сообщения. Из-за двух сообщений такой поток? Что он блять удумал написать? Подушечка пальца нервно нажимает на канал. Боясь увидеть худшее Иван отводит глаза в сторону, пытаясь выровнить сбившееся дыхание. Сердце бешено бьется в груди, кажется оно вот-вот выскочит оттуда, и Ваня ощущает страх за собственную репутацию и потерю достоинства. Наконец он смотрит на экран, уже потемневшего телефона. Взгляд падает на первое сообщение, написанное Сергеем. " Мне вчера отсосал Ванечка Дипинс) " Русый нервно смеется и закатывает глаза. Очередной высер в его сторону, который все посчитают за очередную шутку и через пару дней забудут. Ваня тоже забудет. Наверное. Через несколько секунд раздумий, Ваня переводит взгляд на второе сообщение, которое, как он думал было написано по той же теме, как и предыдущее. Тупая шутка. Но его выражение лица быстро меняется. Из улыбчивого состояния, оно трансформируется в гримасу ужаса. Глаза округляются и, кажется сейчас выпадут из глазниц. Руки дрожат, а зубы начинают биться друг о друга. Вместо шутки, кружочка или, да даже глупого пожелания спокойной ночи, он видит, уже давно знакомую для него, и других функцию: " Загрузить фото? "