Вторая жизнь

Хенджин выходит из комнаты Минхо, стоило первым солнечным лучам проникнуть в комнату. Настроение было на нуле, вампир только под утро сделал глоток его крови из запястья и позволил поспать – до этого Хвана мучали разговорами. Но хотя бы не трогали. Отговорки пришлось придумывать на ходу. Минхо не хотел верить Джисону, и Хенджин отрицал все обвинения. Сознался в том, что встречается с Чонином два раза в неделю, подружился с Сынмином. Хван изо всех сил старался вести себя непринужденно, при этом всячески пытаться взаимодействовать и с самим вампиром через случайные касания и пристальные взгляды к телу Ли. Минхо окончательно ему поверил, и Хван вышел из его комнаты победителем. Джисон ловит его через 10 метров, прекрасно осознавая, что Минхо сейчас занят в кабинете Повелителя и не сможет прийти ему на помощь. Дорогая одежда сидела на его теле идеально, стоящий сзади Чанбин усмехался, видя не выспавшееся лицо Хенджина, но Хван сейчас совершенно забыл о том, что ему говорил Феликс. – Доброе утро, Хван Хенджин. Что-то вы зачастили к Наследнику, уже готов план побега? – язвительно спрашивает Джисон, мертвым взглядом замечая за углом Минхо. Сначала его берет страх, зачем он вернулся, но после желание вывести эту подкормку на чистую воду берет верх. – Доброе утро, Хан Джисон, – Хван кланяется, смело поднимая глаза, – план побега разобран до деталей. У Наследника я, чтобы насладиться теми моментами, которых у вас уже не будет. Как же так получилось, что за общим ужином Ли Минхо не посмотрел в вашу сторону ни разу? Или свадьбу отменили? – с разными интонациями говорит Хенджин, смотря, как багровеют от злости глаза вампира и лицо Чанбина. – Хорошего дня, Хан Джисон. Побегу подальше от этого места, но знайте, что ничего у вас не выйдет, потому что Ли Минхо уже бежит за мной. Хенджин еще раз кланяется и уходит с улыбкой. Они лично встретились впервые, но Хван уже нашел слабое место Джисона. Это не могло не радовать, да так, что настроение поползло вверх, даже несмотря на то, что Феликс сейчас будет очень недоволен. Минхо хмыкает и уходит с улыбкой, кивнув головой своим мыслям. – Мерзавец. Вы в порядке? – обеспокоенно спрашивает Чанбин, помогая Джисону пройти тот коридор и не наброситься ни на кого. – Что ты ему сказал?.. – обреченно переспрашивает Ли, держась руками за голову. – Не волнуйся ты так, он меня не тронет. Я говорил с Минхо всю ночь на пролет, Джисон мне больше ничего не сделает. Не сможет. – А если сделает? А если сможет? – Тогда его накажут. Жестоко накажут. А мне тогда уже без разницы будет. Феликс тихо стонет, садясь рядом с Хенджином, который развязал войну. Феликс давно знал Джисона и понимал, к чему это может привести. И раз обойти проблему не удалось, то придется ее решать с минимальными последствиями. На следующую ночь, точнее утро, Хенджин выходит из покоев сразу с Феликсом, но обойти Хана не получается. Тот сразу мрачнеет, преграждая путь, на что Ли смотрит обеспокоенно, Чанбин агрессивно, а Хан и Хван сталкиваются, пытаясь превзойти друг друга. – Эй ты, жалкая подкормка. На тебе ведь совсем ничего нет. Пройдет полгода, и Минхо окончательно забудет твое имя. Не попадайся мне на глаза и сиди в своей норе, пока не вызовут. – Уж извините, что занял ваше место. С достоинством приму ваши обязанности на себя, когда через полгода Минхо будет держать мою руку и просить стать его мужем. Феликс кусает обратную сторону щеки и толкает Хвана вперед. Оба кланяются и молча уходят, оставляя разгневанных вампира и его слугу позади. – Господи, Хенджин, вот зачем ты так? Он же на тебя всех собак спустит… – Минхо обескровит этих собак, мне бояться нечего, – улыбается Хенджин, ожидая появления Чонина. – Ты прям вжился в роль и пользуешься преимуществом, да? – Ли смотрит устало, потирая глаза. – О да, пока могу, – Хван подмигивает и трет плечо друга. – Иди поспи. Мы посидим тут чуть подольше. Джисон направляется прямиком к Повелителю, дожидаясь разрешения войти. Чан встречает его с усталостью, расправляя широкие плечи и натягивая улыбку. – Хан Джисон, проходи, садись. – Мне стало интересно, куда подевался Сынмин. В замке так скучно, что я не знаю, чем еще можно занять себя, – сразу начинает жаловаться Джисон, садясь рядом с главным вампиром. – Сынмин со своим мужем уехали к себе в замок, я думал, они предупредили тебя, – хмурится Чан, но совсем не от этого. – Скучно? Неужели Минхо с тобой совсем не общается? – Нет, он увлекся новой игрушкой по имени Хван Хенджин, – Джисон морщится от имени, на что Повелитель тихо смеется. – Ты же знаешь Минхо, он всегда увлекался красивыми мальчиками. Видно, кровь у него сладкая, но пройдет не больше месяца и он вернется к тебе. – Ох, я так жду дня нашей свадьбы! – мечтательно улыбается Хан, на что Чан только вскидывает брови. – Минхо назначил дату? – Еще нет, но я уверен, что это должно произойти в этом году! – Повелитель, вы приглашали меня? Минхо входит в покои отца, сразу замечая присутствие постороннего, и хмурится, чувствуя неладное. И Джисон улыбается, глядя на молодого вампира, зная, что Повелитель все еще на него смотрит. – Да, проходи. Мы как раз говорили с Джисоном про скуку. Давно не было у нас праздников, верно? – Можно устроить один, – Минхо садится рядом с отцом, по другую сторону от Хана, и упрямо игнорирует его взгляды. – Я хочу объявить Хенджина своим преданным. Не хочу, чтобы кто-то смог причинить ему вред. Он простой человек, поэтому ему легко можно навредить. Я ведь не могу запереть его так же, как ты, отец, запер Чонина. Мой Хенджин с характером, не станет сидеть в клетке, лучше погибнет. Джисон перестал дышать вовсе, благо это ему было без надобности. Повелитель смотрел на сына с пониманием, вспоминая, как сам уперто шел этот месяц, чтобы выстроить доверительные отношения с Яном. Но Минхо прав, младший все же по спокойней будет. Хвана запереть не удастся нигде, и хоть Чан не был знаком с ним лично, но по рассказам сыновей имел представление об этом юноше. – Что ж, ты прав. Можно устроить в честь этого праздник, мой сын всего единожды назначал себе преданных, – Чан переводит взгляд на поникшего Джисона, а после опять на сына. – Но чем же тебе так понравился этот Хенджин? – Ты не представляешь, отец. Он совершенно не похож на людей из нашего замка. Он пытается открыться мне, чтобы найти защиту, но все еще не может простить смерть своей семьи. Но когда ему удается раскрыться полностью, то он напоминает розу. Такой же красивый и величественный, но и шипы не спрятались, всегда наготове. Принимать его любовь – лучшее, что я мог делать за все время своего существования. Хан еле сидит на месте. Он сам пришел к Повелителю, и просто соскочить и выбежать он не может. Минхо вообще не обращает на него внимание, говорит с отцом искренне, пока Чан не просит Джисона уйти, чтобы они могли вместе с Ли обсудить дела государства. Джисон уходит быстро, провожаемый взглядом Повелителя. – Ты совсем перестал обращать на него внимания. – Отец, я ему ничего не обещал. Он был предан мне, я дал ему защиту. Обратиться в вампира было его решением, я лишь выполнил просьбу преданного. Я никогда не говорил с ним о свадьбе и не давал поводов на чувства. Чан молчит, смотря на сына. Минхо разберется с этим самостоятельно, а пока нужно поручить слугам приготовить зал для праздника.