Genshin Impact (сборник драбблов ОЖП)

      — Конечно, магистр, я присмотрю за вашей дочерью.       Отец позаботился о том, чтобы каждое слово достигло моих ушей: хотя разговор происходил на первом этаже, понизить голос они не потрудились, да и встали у самой лестницы — как раз в зоне моей слышимости. Я осторожно выглянула за дверь своей комнаты. Кэйа стоял вполоборота, неестественно выпрямившись; пара непослушных голубых прядей топорщились на макушке. Его лицо не выражало эмоций, а вот тон звучал так сухо, что было очевидно: затея ему эта не понравилась. Как, впрочем, и мне.       Будто услышав мои мысли, Кэйа бросил взгляд в сторону. На секунду мы встретились глазами — мне показалось, что уголок его губ приподнялся — и я отпрянула, скрываясь в глубине своей спальни. Сердце подпрыгнуло от неожиданности момента: пусть они оба и сделали буквально все для того, чтобы я не сумела противостоять соблазну подслушать, попасться с поличным все равно было малоприятно.       — Черт... — буркнула я себе под нос. Таскаться везде с персональной нянькой в свои неполные девятнадцать — что может быть хуже? Варка мог казаться несерьезным на посту магистра всем, кроме рыцарей ордена и его родной дочери. Особенно его родной дочери: в свободном Мондштадте нужно было сильно постараться, чтобы запереть кого-нибудь в клетке, но моему отцу это удавалось мастерски. Слава Барбатосу, пока лишь фигурально.       Короткий стук в дверь вырвал меня из мыслей, заставив вздрогнуть.       — Да, — хрипло отозвалась я, заранее принимая защитную позу: грядет очередная ссора.       Мужчина вошел, прикрыв за собой дверь.       — Дочка... — начал было он, будто понятия не имея, что я слышала все — от первого до последнего слова.       — Нет, — мгновенно отрезала я, и отец на секунду стушевался.       — Ты даже не знаешь, что я хочу сказать.       — Ты хочешь приставить ко мне охрану, как будто я какая-то преступница!       — Как будто ты способна влипнуть в неприятности быстрее, чем большинство преступников Мондштадта.       Я шумно выдохнула, сложив руки на груди. Где-то с минуту мы мерили друг друга взглядом, ожидая, кто сдастся первым.       Сдался он.       — Послушай, — он устало вздохнул. — Я уже потерял твою мать и не позволю себе совершить ту же ошибку вновь. Это временная мера, пока в городе все не устаканится.       Видя, как тяжело ему даются эти слова, я почти смягчилась — но лишь почти. Привычное раздражение быстро дало о себе знать и перекрыло абсолютно все иные мысли. В отличие от отца, я слова подбирать не стала:       — Тогда запри меня в башне ордена, раз уж тебе так спокойнее!       — Запру, если потребуется.       Меня окатило ледяной волной его голоса. Внутри все оборвалось от бессильной злости и я отвернулась, стиснув зубы в попытке удержать слезы. Ненавижу, когда наружу вместо крика рвутся именно они.       — Кэйа будет сопровождать тебя какое-то время, — наконец произнес отец. — И это не обсуждается.       Он ушел прежде чем я успела ответить что-то еще, оставляя меня в оглушающей тишине пустой комнаты.       Я надеялась, что с Кэйей получится договориться — вряд ли у капитана кавалерии не было дел поважнее, чем возиться с какой-то девчонкой. Выглянув из окна, я увидела, как он сидит на пороге дома, охраняя выход с преданностью сторожевого пса. Казалось, что он не отлучается ни на секунду — где и когда он справляет свою нужду?? Я захлопнула книгу и спешно спустилась вниз.       Кэйа встретил меня прямым взглядом, стоило мне только распахнуть дверь, будто давно ожидал моего появления. Я замялась.       — Слушай, — я откашлялась, придавая своему голосу как можно больше уверенности, — тебе явно не нравится это поручение. Ты можешь спокойно заниматься своими делами, и отец об этом не узнает.       Выражение лица капитана не сменилось. Он по-прежнему угрожающе нависал надо мной — даже то, что я стояла на ступеньку выше, не спасало меня от внушительности его роста.       Я спустилась чуть ниже и оказалась вплотную к парню. В ноздри ударил запах кожи и легкий винный шлейф. Альберих не сдвинулся ни на шаг, беспристрастно смотря на меня сверху вниз — ни капли смущения на лице. Видимо, за столько лет у него уже выработался иммунитет к женским чарам, особенно таким неумелым, как мои.       — Пожалуйста, — взмолилась я, притворяясь, словно вот-вот разрыдаюсь. Папа ненавидел мои слезы, но может, на Кэйю они бы подействовали по-другому? Впрочем, настоящих слез не последовало, как бы я ни старалась. Капитан не сжалился.       — Ты права, поручение мне не нравится, — его тон меня ничуть не обнадежил: за ним однозначно следовало… — но это приказ магистра, и я не могу его ослушаться. Ты можешь делать все, что тебе вздумается, но только в моем присутствии.       Я поджала губы, лихорадочно пытаясь придумать что-нибудь еще.       — Сегодня девичник у моей подруги, — буркнула я: ничего, кроме правды, мне больше в голову не пришло.       Кэйа кивнул.       — Я буду готов тебя сопроводить.       Я помедлила еще пару секунд и, сдавшись, развернулась и вошла обратно в дом, напоследок как можно громче хлопнув дверью перед его носом.       Окна первого этажа не поддавались, а все окна наверху смотрели в сторону выхода — Кэйа заприметит меня гораздо быстрее, чем я успею переломать ноги в попытке выбраться наружу. Я в раздумьях постучала по подоконнику. Тащить с собой на девичник не просто мужчину, а целого рыцаря ордена Фавониус — идея еще хуже, чем покалечиться в процессе побега. Однако Эльза очень сильно расстроится, если я пропущу ее праздник из-за очередной навязчивой идеи моего отца…       Я долго лежала поперек кровати и задумчиво глядела в потолок. К моменту, когда солнце начало опускаться за крыши Монда, в моей голове наконец-то оформился план.       Я вышла к Кэйе в темно-зеленом плаще с капюшоном, надвинутом до самых бровей. Я ожидала вопросов, но рыцарь и бровью не повел, завидев меня. Лишь на секунду его взгляд задержался на моем лице чуть дольше положенного — и это единственная реакция, которой мне удалось добиться. Это должно было порадовать, ведь именно этого, в конце концов, я и хотела, однако вместо облегчения я отчего-то ощутила легкий укол обиды. Дернув плечами и выпрямившись, я сказала:       — Идем.       Кэйа шагнул в сторону, давая мне дорогу, и я двинулась вперед, аккуратно ступая по брусчатке в туфлях на высокой платформе. Этот момент я не учла… Кажется, перспектива вывихнуть лодыжку все еще не такая призрачная. Я прикусила нижнюю губу, тщательно продумывая каждый шаг; Кэйю позади было не слышно, но я не давала себя этим обмануть. Он никуда не делся, а все так же дышит мне в затылок своим дурацким рыцарским носом.       Каблук предательски скользнул по камню, и Кэйа мгновенно подхватил меня под локоть, удерживая от падения. Капюшон соскользнул с макушки на долю секунды; я тут же натянула его обратно, надеясь, что в полумраке рыцарь не успел ничего заметить.       — Осторожно, — невозмутимо бросил он, и я пробормотала короткое «спасибо» в ответ.       — Ты уверен, что хочешь туда идти? Там будет скучно. Одни девушки, — я поморщилась, осознав свою ошибку: последнее добавлять к списку точно не стоило. Если верить слухам, девушки Кэйю никогда не пугали.       Я не видела его реакции, однако по усмешке за спиной поняла, что парень подумал о том же самом.       — Не переживай, я умею себя развлекать.       Мы остановились у входа в «Кошкин хвост», и я неловко переминулась с ноги на ногу. План начинал… попахивать. Не то чтобы я с самого начала была в нем уверена, но сейчас его небезупречность стала особенно очевидной.       К сожалению, другого у меня не было, так что я толкнула дверь и вошла в полутемное помещение, пропахшее сотнями разных алкогольных ароматов. Бар полнился мужскими голосами. На девичник, разумеется, это ни в коем разе не было похоже.       — Мы пришли первыми, — я попыталась исправить ситуацию и, когда не услышала ответа, обернулась. Кэйа смотрел в сторону, отвлекшись на что-то.       — Сэр Кэйа! — послышался хриплый голос, и мужчину тут же увлекли в неловкие полупьяные объятия. — Сыграйте с нами пару партий!       — Я на службе, Эдмунд, — с натянутой улыбкой ответил тот, но на решительность мужской компании это ничуть не повлияло:       — Чепуха. Одну партию!       Кэйа обернулся ко мне и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила:       — Я схожу в уборную. Можешь меня туда не провожать, — я усмехнулась и, наслаждаясь легким раздражением на лице Кэйи, быстро удалилась в глубь зала.       Действовать нужно было быстро, пока он не успел отделаться от навязчивого внимания. Я сбросила с себя плащ и затолкала его в угол уборной, выпуская из-под капюшона ярко-красные локоны. Такой цвет, возможно, был не лучшим решением — слишком привлекает взгляды даже в темноте — однако оно было единственным, которое у меня оказалось под рукой в безопасности собственной комнаты, куда рыцарю (пока еще) путь был закрыт.       План был прост: не смотреть на Кэйю, пока я пересекаю оживленную таверну; длинные пряди будут падать на лицо, прикрывая его от посторонних глаз. Он будет ожидать зеленый цвет или по крайней мере каштановые кудри вместо красных.       Ничего сложного.       Я выдохнула, расправила юбку и, натянув на лицо максимально скучающее выражение, толкнула дверь.       Меня тут же обдало запахом перегара.       — А вот и загадочная принцесса!       — Ну иди сюда!       Мужские руки потянулись ко мне, пытаясь ухватить за талию, и я, выругавшись под нос, нырнула обратно в уборную. Проклятье.       — Не бойся, мы просто поболтать!       — Она стесняется! — захохотал один из них.       — Может, она там прячет любовника?       Если эти два имбецила не перестанут шуметь, они точно привлекут внимание моего рыцаря без коня раньше времени. Хотелось бы, чтобы он не обнаруживал мою пропажу как можно дольше, но теперь срок сократился до «по крайней мере успеть отсюда смыться».       Я медленно повернула голову к маленькому окну на стене.       — Ладно, — мрачно пробормотала я. — Придется так.       Умывальник опасно скрипнул под моими ногами. Длинная юбка мешалась, а подоконник оказался холодным и пыльным.       «Архонты, только бы не застрять…» — мысленно взмолилась я, перекидывая через подоконник правую ногу. Если кто-то прямо сейчас находится по ту сторону, ему достанется замечательное зрелище.       Отец убьет меня, если меня узнают. Кэйа будет не просто охранять меня на улице — ко мне приставят целый отряд караулить меня на ночном горшке.       Каменная стена царапнула локоть, когда я попыталась протащить себя дальше, и на секунду мне показалось, что я действительно застряла. А потом я наконец вывалилась наружу, едва не рухнув прямо в стоящую под окном бочку.       За углом уже гремела музыка из «Доли ангелов», и я метнулась вперед, стараясь не думать о том, что Кэйа обнаружит мое исчезновение минут через пять.       Или через две.       Или прямо сейчас.       Чудом не подвернув ни одну лодыжку, я оказалась в соседней таверне и тут же нырнула в объятия Эльзы.       — Ты пришла! — девушка радостно пропела прямо над моим ухом. — Сбежала от отца? — понимающе спросила она, перебирая пальцами мои кроваво-красные пряди.       — Хуже, — рассмеялась я, и тут же отмахнулась: — но об этом потом, сегодня же твой праздник!       Я быстро забыла о рыцаре, когда мы танцевали под наигрыши лютни. Эльза весело смеялась, принимая поздравления подруг, и я завидовала, смотря на ее счастливое лицо: Эльза старше меня всего на год, и уже выходит замуж. Как много времени понадобится моему отцу, чтобы ослабить свои опекающие путы на моей шее?       — Так что у тебя происходит? — спросила Эльза, когда я, сняв туфли, встала отдышаться у стены.       — Папа, — выдохнула я и помотала головой. — Боюсь, если моя сегодняшняя выходка вскроется, на твою свадьбу я приду в кандалах.       Эльза вновь расхохоталась.       Одно радует: Кэйа в этом случае тоже получит по самое не хочу. Я усмехнулась своим мыслям и наклонилась к уху девушки:       — Я выйду на свежий воздух.       Она выпустила меня из объятий.       Оказавшись на улице, я почувствовала, как отступает головокружение от духоты и легкого опьянения. Я задумчиво посмотрела на таверну напротив и хмыкнула, представляя, как Кэйа носится по Монду в поисках меня. Думаю, он станет более сговорчивым, если на горизонте замаячит гнев магистра.       — Устала танцевать? — за спиной послышался мужской голос, и я обернулась.       — Ганс?       Неприятный знакомый шагнул ближе ко мне, и я поежилась.       — Как Амелия? Как ребенок? — сухо осведомилась я у новоиспеченного папаши.       Ганс пожал плечами.       — Мальчик растет. Амелия его кормит. Все как и положено.       — Думаю, тебе стоит проводить больше времени с семьей, — отозвалась я. Маленькому не было еще и месяца, а Ганс уже разгуливает по тавернам.       — Думаю, тебе не стоит ходить по улице босиком, — усмехнулся он в ответ, заставив меня посмотреть на собственные обнаженные стопы. Я и забыла.       Из мыслей меня выдернуло прикосновение чужой руки к подбородку:       — И в целом не стоит ходить по улицам в столь поздний час…       Я поморщилась, когда меня обдало приторно-алкогольным дыханием.       — Убери руку, — приказала я.       Несмотря на твердость в голосе, я чувствовала, как начинают дрожать кончики пальцев. Мне никогда в жизни не приходилось драться — трепет перед магистром ордена просто не позволял никому меня провоцировать. Ганс бы не посмел меня трогать, если бы не был пьян. К сожалению, он был пьян примерно… всегда.       Вместо того, чтобы покориться, он притянул меня к себе за талию и опустился к моим губам, невзирая на мои попытки его оттолкнуть.       — По-моему, тебе сказали нет, — ледяной голос Кэйи разрезал тишину. Ганс обернулся и, воспользовавшись его замешательством, я изо всех сил размахнулась и двинула его кулаком по скуле.       Руку тут же пронзило болью до самого локтя. Я прижала кисть к груди, пытаясь ее унять.       Брови Кэйи удивленно взметнулись вверх. Ганс покачнулся в сторону и сплюнул на землю темную слюну.       — Я бы добавил тебе еще, но это уже достаточно унизительно — получить такой удар от девушки, — проговорил Кэйа, и Ганс, решив не испытывать судьбу, поспешно заковылял прочь.       Наши с Кэйей взгляды встретились на долю секунды, прежде чем мое лицо скривилось и я отвернулась в попытке спрятать слезы. Парень оказался возле меня в два счета и заглянул мне в лицо.       — Ты правда плачешь из-за этого ублюдка?       — Р…руку больно, — запричитала я, потирая саднящие костяшки.       Кэйа тихо рассмеялся и взял мою руку в свои ладони.       От кисти по телу разбежались мурашки, то ли от холода, который источали кончики его пальцев, то ли от прикосновений. Становилось спокойнее, будто вместе с рукой остывало и сердце — но не полностью, лишь до комфортной теплоты, теплоты, растекающейся из груди от столь заботливого обращения.       Я отерла влажные щеки о ткань платья на плече, думая о том, что отец был прав: мне нужна защита, меня нужно пасти как беззащитного ребенка, иначе я попадаю в дурацкие ситуации и даже не могу как следует за себя постоять.       — Твои натуральные волосы мне нравятся больше.       Я шмыгнула носом и ответила:       — Это сок валяшки. Он быстро смоется.       — Зато их было прекрасно видно из окна «Кошкиного хвоста», принцесса.       Я подняла на него глаза.       — Так ты знал?       Он улыбнулся и протянул мне комок зеленой ткани, которую я бросила на полу в таверне.       — Заметил, когда ты споткнулась. Да и нетрудно было догадаться — ты так отчаянно прятала свою макушку под плащом.       Я стыдливо поежилась. Он, должно быть, понял, что я вылезала на улицу из окна уборной… Наверное, ему было очень смешно представлять, как это выглядело. А я-то думала, что так изящно все провернула…       — К тому же, Дилюк давно мне рассказал про сегодняшние планы на его таверну.       Между нами воцарилось недолгое молчание.       — Пожалуйста, не говори отцу, — искренне попросила я, глядя на свои грязные пальцы ног.       Кэйа, заметив их, подхватил меня на руки. Для носителя крио тело парня оказалось удивительно теплым. Я почувствовала, как щеки наливаются румянцем — видимо, от высыхающих слез.       — Не скажу, принцесса. Но только если ты обещаешь слушаться.       Я поджала губы и отвернулась, коротко кивая.       — Тогда прямо сейчас мы идем домой.