He's my saint

— Вдох. Вокруг возвышаются сине-зелёные ели, блеском фантазии грозя упасть прямо на хрупкое тело. Среди них слабо виднеется яркое небо, контрастно поражая своей светлостью и чистотой. Кожу, слегка царапая, щекочет высокая трава. Пахнет еловой хвоей и мхом, умело поразившим стволы деревьев. Нелицеприятные грибы повсюду не прибавляют радости. Герой, без желания и дальше лёжа глазеть вверх, скованный страхом непонимания, медленно садится и осматривает руки. Тонкие запястья покрывала чёрная легкая водолазка, а чуть выше начиналась оранжевая кофта, уже запачканная землёй и зеленью. Дальше - серые прямые штаны и немного большие ботинки того же цвета, которые будто ничуть не согревали обладателя в таком прохладном месте. Глаза блеснули первой мыслью: «Кто я?», получая мгновенный ответ с самой корки подсознания: «Аз. Первая буква кириллицы». — Аз? Буква? Как это? — тихо проговорил он, ошарашенно сжав ладонью голову. Молчание. Даже спустя полчаса вопрос оставался риторическим. «Странно. И тут очень холодно. И страшно. Тут есть кто-то ещё?» — Ау! — крикнул он вглубь леса, но застыл в дрожи, когда небольшое эхо повторило слово. Никакого ответного голоса не последовало. С минуту тот ещё посидел на месте от иррационального страха, готовый бежать прочь от любого постороннего шороха, но всё же робко поднялся на ноги, вглядываясь в десятки тёмных стволов впереди. Не было никакого представления о том, где он находится или куда ему идти, однако хоть что-нибудь сделать было просто необходимо: в любом случае помощь не придёт. Аз нетвёрдо пошёл по поросшей поверхности, боясь издать лишнего звука и периодически растирая плечи хотя бы для капельки тепла. Память практически полая, ничего, кроме пары фактов о себе, выудить не получалось. А ельник будто и не собирался заканчиваться. «Хочу пить и есть», — вскоре подумал первый, приложив руку к пустому животу. От неприятного предголодного ощущения хотелось плакать. Давящая атмосфера тихого леса лишь усиливала ощущение. «Лес не должен быть таким. С ним что-то не так», — подтвердило подсознание. В глаза бросились еле заметные туманно-синие ягоды. Сердце забилось чаще, маленькая улыбка растянулась на лице, и сразу же герой поспешил к огромному количеству кустарников со внешне аппетитными шариками. Без лишних раздумий он закинул в рот пару ягодок, но, прожевав, поморщился. «Непонятные какие-то, вообще без вкуса. Фу. Но, вроде, съедобные», — рефлекторная, почти механическая мысль вторила утверждению. Без особого наслаждения он обобрал добрую часть всех плодов, невольно воображая блюда повкуснее, после чего продолжил медленный путь под красный закат невидимого Солнца. Время света истекало, а ночью бродить по лесу было бы настоящим испытанием стойкости, к которому герой не был готов, а потому боялся до чёртиков. Внезапно за парой очередных стволов открылась широкая поляна, даже луг. Под оставшимися ненадолго лучами проглядывали различные цветы и изумрудная трава, так отличавшаяся от лесной. Дальше, намного дальше виднелись и новые деревья, и красивые горы, и бетонная пустота. — Я вышел, — прошептал Аз, удивлённо моргая глазами. Адреналин, побуждающий к движению, начинал угасать. Силы на исходе, но никакой кровати или её подобия поблизости. Только ещё больше вопросов. Без другого имеющегося выхода мальчик лёг прямо на высокую траву, надеясь на её мягкость, и поджал уставшие колени. Всё ещё жуткая тишина. «Холодно…» — подумал он, обняв себя за плечи и проваливаясь в сон.

***

Глаза пришлось вновь с неохотой разлепить из-за каких-то тычков, прервавших желанную дремоту. Зевнув и, наконец, сфокусировав взгляд, герой увидел перед собой второго лежащего мальчика, любопытно глядящего на него. Аз мгновенно вскрикнул, отползая подальше, отчего незнакомец невольно повторил за ним. — Т-ты! Демон! — воскликнул главный герой, показывая на того пальцем. — Я? — испуганно сказал он в ответ. — Я не демон! — Как же! Глаза алые! И волосы тоже! — Правда?! Второй мальчик судорожно прощупал свою голову и вытянул одну из средней длины прядей вперёд, удостоверяясь в чужом заявлении. Страх главного героя постепенно сменился недоумением. Действия незнакомца казались совершенно обычными для маленького ребёнка, для Аза в том числе. Однако, пораздумав хорошенько над цветом своих волос, тот тут же нахмурился. — Я не могу быть демоном: я буква! Это ты ведьма! — указал он обратно. — Что? — У тебя глаза оранжевым блестят! Первый, скорее машинально, чем сознательно, притронулся к нижнему веку. Хотя способа проверить сказанное пока не было, он всецело поверил, уже начиная обдумывать новый факт. Причин сомневаться не было. «Почему мы необычных цветов? В этом есть смысл? — он поднёс попавшую под руку прядь к лицу. — А у меня волосы обычные. Странно…» Незнакомец тоже частично успокоился, уже внимательнее присматриваясь к мальчику напротив. Его явно что-то привлекло в чужом поведении. — Красивая… — задумчиво произнёс он, привлекая внимание, но снова с чувством выпалил, — красивые ведьмы ещё страшнее! — Да не ведьма я! Я тоже буква, к тому же мальчик, — немного обиженно пояснил герой. — А? — тот удивлённо вскинул брови. — Бэ… В то же мгновение их обоих осенило. Кусочки памяти сложились воедино от одной короткой шутки, брошенной просто так, между делом. Ясность посреди сплошных загадок стала освежающим, совершенно новым чувством, вызывающим мурашки по коже. Они смотрели друг на друга уже по-другому, как на единственного человека, который существует вместе с ними во всём необъятном мире. — Да, буква Бэ! Бука! Давай дружить, — воодушевлённо улыбнувшись, приблизился и протянул руку незнакомец. Главный герой помедлил. Разве он может доверять первому встречному? А если это древний мифологический монстр, меняющий свой облик? Что, если в чужих мыслях крутится лишь животный аппетит или садистские планы? Нет никого, кто стал бы искать, а тем более спасать его. В округе только эти двое, и, бог знает, что может случиться… Он слабо пожал выставленную ладонь, будто проверяя на естественность, противоположно счастливо глядя на нового знакомого. Тот прикрыл глаза в ответ, незатемнённый ни единой тревожной мыслью. В его голове будто гулял шальной ветер, без остатка выметая всю осторожность и подозрительность. «Странный он, но хороший», — улыбнулся главный герой.

***

Следующие дни они оставались на том же лугу по просьбе Аза, с опаской поглядывающего на новые места. Рядом всё ещё находился хоть и тёмный, но полезный лес, обеспечивающий их множеством ягод и грибов (не упоминаем того факта, что желания есть сырые грибы даже в крайнем истощении у них не возникало). К постоянной прохладе пришлось привыкать, ведь другой одежды у них не было. Бука, как оказалось, вообще ходил без обуви, в одних носках. Однако это волновало не столько его, как первую букву, представляющую, насколько это может плохо сказаться. На ночь они придумали простенькое спальное место, представляющее из себя кучу сорванной травы, выполнявшую функции как подушки, так и одеяла. Засыпать в колючем и шуршащем стоге было неудобно, но приятно, особенно Азу. В светлое время суток было решено изучать окружающее пространство, чтобы иметь примерное представление об этом странном месте. Между деревьев частенько стояли муравейники, но самих животных внутри никогда не было. То же самое наблюдалось с гнёздами, дуплами и норами, что несколько пугало детей ощущением одиночества и пустоты. Весь мир был настолько огромен и безграничен, что, находясь в нём практически в одиночку, тело дрожало от давления на хрупкие кости. Днём очередное парное исследование просторной изумрудной местности прервал урчащий звук со стороны младшего, тут же с жалостливым выражением лица обнявшего живот. Первый остановился. — Я хочу ку-у-ушать… — жалобно протянул мальчик. — Тогда идём в лес? — Не хочу… — закапризничал он и немного помолчал, малозначительно упёршись взглядом в землю. — Мы ещё не осмотрелись. Аз озадаченно выпрямился, смотря сверху-вниз на нового друга. — И что будем делать? — поинтересовался он без собственного ответа на простой вопрос. Тот молчал, понурив голову. Продвижение встало в тупик, откуда не было места ни на шаг в сторону. Глубокий вдох и осмотр луга принесли лишь звенящую тревогу, нарастающую с каждой секундой тишины. «Как же тут пусто. Страшно сдвинуться с места. Когда мы найдём кого-нибудь ещё? Неужели мы тут одни? Навсегда?» — блондин сглотнул ком в горле и поспешил обратиться к новому другу, сразу же меняясь в настроении. Звонкий голос повысился. — Бука! Ты что делаешь?! Мальчик, тщательно жующий блестящую траву, поднял вопросительный взгляд. — Емф. Мне фе хофелофь. — Но не траву же! Красноволосый сглотнул и широко улыбнулся, выставив измазанные зелёным зубы. — Не так уж и плохо. Попробуй! Свечение наивной искренности, так и льющейся из речи друга, пробрало до души. Аз задумался: «А может, правда? Это ведь может быть какая угодно трава. Не попробуешь - не узнаешь, так?» Нескоро поборов внутреннее отвращение, первый сорвал несколько продолговатых листов. Они подозрительно сверкали матовым блеском на солнце, цвет также не прибавлял аппетита. Под выжидающим алым взглядом тот поднёс их ко рту и аккуратно откусил часть, но сразу же сплюнул в сторону, вытирая язык и мысленно беря слова обратно. — Фу, нет! Самая обычная трава! Горькая! — Кому как, — пожал плечами собеседник. Решив продолжить трапезу, Бука ухватил зубами ещё один пучок сорняков, но получил сильный хлопок по спине, эхом пронёсшийся по лугу. Нереализовавшийся обед по инерции выпал обратно на землю. — Не ешь! — воскликнул Аз, убирая руку на пояс. — Болячек заработаешь. Давай вернёмся- — Сам возвращайся! — ударил он по руке в ответ. — Нет, вместе! — замахнулся старший и, несмотря на попытку мальчика избежать атаки, коснулся его плеча. Тот раздосадованно ударил кулачком по земле и потянулся заголить, но, вовремя сообразив, Аз отскочил в сторону. — Пообещай, что вернёмся! — Ни за что! — на азарте второй резко подался вперёд и еле коснулся отпрянувшей ноги, почти упав плашмя на землю. Благодаря чужой заминке он моментально побежал прочь, одновременно раздвигая сильно высокие стебли и пытаясь полностью встать в вертикальное положение. — Эй! Главный герой, не успев опомниться, принялся догонять букву с растущей улыбкой на лице. Воздух бешено овевает лицо. Хруст травы и редких веток будто с самого появления звенел в ушах. Адреналин бьётся частым пульсом, как будто это последняя игра в его жизни, как будто эта игра и есть его жизнь. В радости момента стёрлись лишние мысли и страхи, недавние упрёки и горечь зелени на языке. Перед глазами стояла пара сантиметров до желтоватого рукава. Секунда, и маленькое тело впереди теряет равновесие, почувствовав хлопок ладони по своему локтю. Красноволосый падает и мгновенно вскидывает голову, начиная смеяться. Смехом, впервые прозвучавшим в этом мире: беззаботным и задористым. — Теперь ты! — увлечённый игрой кричит тому Аз и устремляется в противоположном направлении, не дожидаясь полной готовности противника. Вслед слышится такое же громкое и весёлое «Подожди!», но это не цепляет внимание. Распаляющее чувство погони затуманивает разум, взор, а тело будто движется само по себе, напрягаясь каждой клеточкой до предела. Всё остальное на время потеряло смысл, давая место дикородной игривости. Под последний шорох травы луг сменился редкими пучками зелени и камнями. Оглянувшись на несущегося вслед второго, Аз со смехом повернулся обратно, но тут же заметил два незнакомых силуэта на новой местности. «Ещё буквы?» — пронеслось в не до конца остывшей голове, и посерьёзневший мальчик помчался вперёд уже с другой целью. Долго бежать по неустойчивым камням не пришлось, так как путь преградила речка с застывшим течением. Главный герой с одышкой остановился на одном берегу, пока на другом тихо-тревожно наблюдала замеченная пара. — Догнал! — радостно подлетел сзади Бука, почти сбив с ног первого. — Ай! Ты не видишь? Я уже не играю! Недоумённо посмотрев через реку, тот сразу застыл на пару мгновений, встретившись взглядами с другими мальчиками. Один внимательно изучал внезапно объявившихся букв, молча насторожившись, а другой глядел полуиспуганно-полувыжидающе, прикрыв ладонями рот. — Это…? — поражённо спросил красноволосый, растерявшись. — Надо перебраться туда, — коротко сообщил Аз, после чего зашагал влево, вдоль реки, высматривая подходящее место. Бука пошёл следом. После недолгих блужданий в глаза бросалась только одна часть берега: мелководье, с обеих сторон из воды показывались среднего размера камни, но расстояние между ними было значительно больше обычного шага. В такой ситуации в детской голове оставался лишь один вариант. — Я прыгну, — тихо сказал главный герой, представляя прыжок героическим преодолением трудности, вставшей посреди путешествия. — Э-э-э? — непонятливо ответил второй, но всё же отошёл. Мальчик морально готовился к прыжку. Сердце подскочило в груди после возникших мыслей о провале, но один особо глубокий вдох согнал их в другой угол сознания, который не посещает свет. Тянуть было бесполезно и мучительно. Небольшой разбег по каменистому берегу, толчок от самого края и мгновение свободного полёта. Сверкнуло совершенно новое ощущение риска, болезненного адреналина в крови, что дало возможность на секунду забыть об осторожности и насладиться свободно-кислым воздухом. Левая нога громко опустилась на груду булыжников, но мгновенно скатилась вниз, подняв всплеск почти до колена. — Проклятье! — вскрикнул Аз, вернувшись на землю, быстро отошёл в сторону и стал отжимать ткань. — Всю штанину промочил! По нога щиколотку оказалась в водной пыточной камере, неприятной слизью прилипло к коже потяжелевшее полотно, что заставило сначала продрогнуть, а затем скинуть ботинок с носком. Голая кожа резко соприкоснулась с до слёз острой прохладой, но влажная болотистая земля оказалась не лучше. «Вот угораздило, теперь и ходить будет гадко…» С беглым взглядом на неподвижных незнакомцев Аз брезгливо вылил оставшуюся мутную воду из обуви, пару раз отряхнул её в надежде просушить и всё же надел на босую ногу. Всё тело словно прошибло молнией. Утонуть в собственном отвращении не дал громкий шум из-за спины. Обернувшись, тот увидел лежащего лицом вниз приятеля, также неудачно перепрыгнувшего реку. — Бука! — сразу подбежал к нему первый, начиная обеспокоенно теребить за плечо. — Ты в порядке? Надо было немного подождать, я бы помог! Глаза лихорадочно забегали из стороны в сторону без понимания, что нужно делать в подобной ситуации. Хоть вариантов было немного в связи с практически природными условиями, сердце подсказывало помочь другу всем, чем можно было. Однако, вопреки произошедшему, тот бодро сел на колени, вытер разбитую губу и слегка просмеялся: — Я в порядке! Главный герой испуганно вдохнул. При виде первой настолько серьёзной раны воздух льдом застыл в лёгких, что успешно затмевало разум. Через силу выдохнув и наклонившись, он подрагивающим рукавом стёр с чужого лица особо крупные пятна грязи, концентрируясь на отблеске красного. — У тебя кровь… Алая капля быстро округлилась и тонкой линией очертила детский подбородок. Второй не выглядел встревоженным от этой новости. Медленно прикоснувшись ко рту, чтобы удостовериться в ней, он вздрогнул от боли, но в ту же секунду поднялся на ноги и улыбнулся. — Так что с ними? — спросил он, указав за спину герою. Аз обернулся. Парочка букв сидела недвижимыми статуями, смотря издалека на всю сложившуюся ситуацию. У мальчика быстрее забилось сердце. Он еле заметно нахмурился, чувствуя, как закипает злость. «Как они могут? — подумалось ему. — Человек поранился, а они просто наблюдают, словно за животными в цирке.» Всё остальное вылетело из головы. Без одного носка, с хлюпающим ботинком и грязными штанами главный герой тяжело пошагал к застывшим двоим. Стало возможным рассмотреть их поближе. Это были два мальчика примерно того же возраста: один с серо-зелёными волосами, другой - с кудрявыми сиреневыми. При приближении кудрявый отодвинулся назад, держась за чужой кафтан, а другой слегка заслонил его собой. «Они боятся?» От этой мысли пыл поуменьшился. Первый остановился прямо перед ними, встретившись с острым, хмурым взглядом более храброго. От напряжения, что исходило от него, мальчик не сразу решился заговорить. — А… привет, — неуверенно начал он, смотря, как сильнее хмурятся брови у сероволосого. — Вы кто? — Буквы, — отчеканил более храбрый. Кудрявый вжался в друга, когда к ним подбежал Бука, держа оставленный носок героя. Пока тот с интересом оглядывал другую пару букв, Аз приметил рядом узоры, выставленные из мелких камней. Он не знал, как наладить контакт, потому нужные слова не шли на ум. — Вы тоже? — продолжал более храбрый. — А? А, да, я Аз. Главный герой, не придумав ничего оригинальней, протянул ладонь в знак знакомства. Спустя мгновение чужой взгляд смягчился. Более храбрый приопустил плечи и, чуть подумав, пожал руку в ответ. Увидев, как тот перестаёт видеть в подошедших опасность, буква за ним также расслабилась. — Глаголь, — кратко проговорил более храбрый, вставая с земли. Не успели они разговориться и представить четвёртую букву, как между ними влез улыбающийся красноволосый, начиная громко здороваться. — Приятно познакомиться! Я Бука! Буква, как и вы! Все без особого энтузиазма посмотрели на перепачканное кровью лицо мальчика. Азу внезапно захотелось вытолкать того обратно, на другой берег, но тут же отмахнул эту мысль с нахмуренными бровями. Не хотелось, чтобы хрупкое доверие между ним и новыми знакомыми обрушилась от подобной мелочи, потому внутренняя злость не находила места. — Чего это вы? — спросил второй, уже без улыбки оглядывая напрягшихся букв. Через некоторое время совместного напряжения он охнул с озарением и попробовал вслепую стереть кровь с лица, лишь больше размазывая и ухудшая ситуацию. — Не волнуйтесь, это моя кровь! Аз тяжело вздохнул, отвернувшись в сторону. Не хотелось видеть меняющееся выражение Глаголя, чувствовавшего точно такой же испанский стыд. — Жуть… — проговорил тот, подтверждая настрой Аза и невольно отшагивая в сторону. — Чего-о-о? — расстроенно тянет Бука, опустив руки. — Ты точно не монстр? — уточняет четвёртый и чуть прищуривается. — Что-о-о? Глядя на бессмысленный разговор букв, Аз уже хотел отправить друга хорошо умыть лицо к воде, как внезапно встал другой новый знакомый. Кудрявый со странно обеспокоенным выражением на носочках подходит к раненому мальчику, доставая из кармана узорчатый платочек. Он, ненадолго замявшись от пристальных взглядов, аккуратно стал стирать кровь с чужого лица. Красноволосый стоял недвижимо под мягкими касаниями, удивлённо наблюдая за тонкой ручкой с платком. — Я Ведя… — тихонько произнёс кудрявый, как можно тщательнее убрав кровь. Белоснежная деликатная ткань окрасилась в алый. Атмосфера стала не такой тяжёлой от осознания, что мальчика не спугнуло легкомысленное поведение Буки. Расслабленно выдохнув с рукой на сердце, главный герой проговорил: — Рад знакомству… Поморгав пару раз в наваждении, Бука широко улыбнулся и, позабыв обо всём, звонко воскликнул: — Спасибо! — Пойдём к реке, нужно хорошо оттереть кровь… — пробормотал Ведя, уже утягивая мальчика в сторону за рукав. — Давай! Остаточное приятное чувство оседает в груди, когда они быстрыми шагами покидают место. Ребята провожают пару мягким взглядом и вскоре обращаются обратно к друг другу, желая воспользоваться шансом поговорить наедине. В голове на подсознательном уровне утверждается понимание, что они найдут общий язык и им есть, что обсудить. Все волнующие мысли подскочили в очередь быть высказанными. — Когда вы появились? — начинает Глаголь. — Примерно неделю назад. Бука, похоже, через день после меня. А вы? — Я - буквально вчера. Ведя - около трёх дней назад. Аз сосредоточенно скрещивает руки на груди, обдумывая полученную информацию. Пока из знакомых единственно был Бука, нельзя было сделать определённый вывод из их странного происхождения. Однако со знанием от других букв в голове родилась догадка, тут же возникающаяся на языке. — Буквы появляются по порядку в кириллице? — Скорее всего. — Вы же… никого не встречали больше? Ни букв, ни зверей? Четвёртый отрицательно качает головой и ставит руки на пояс, понимая, что то же относится и к новым знакомым. Мало что прояснилось, кроме зловещего бесконечного одиночества в бескрайнем мире. От стягивающего жутью страха рождается озаряющая идея, и, поражённый ею, первый оживляется и придвигается ближе. — Нам нужно быть вместе! Всем четверым! Нужно исследовать земли и искать других букв. Мы же не знаем, где и когда они появятся, — выпаливает практически на одном дыхании мальчик с блестящими глазами. Глаголь на секунду опешил от пылкой тирады, но вмиг проникся чужими словами. Это имело смысл. Бродить парами по неизвестным землям без чёткого понимания, встретятся ли они когда-нибудь вновь, не было привлекательным раскладом событий. Определённо следовало объединиться. — Как… община? — уточняет тот. — Можно и так сказать, — немного озадаченно, но всё же отчётливо отвечает Аз. — Тогда кто будет главой? — Как 'кто'? Главный герой выпрямляется и смотрит в чужие глаза решительно, необычно твёрдо, что невольно возникает желание отшагнуть назад. Он проговаривает громче, с непреклонной уверенностью в своей правоте: — Конечно же я! Я же Первый! На секунду впечатлённый заявлением, Глаголь окидывает немного меньшего по росту Аза взглядом и произведённый эффект вмиг спадает. Он слегка усмехается и указывает пальцем на чужую всё ещё мокрую ногу, полуприкрыв глаза. — Глава? Тот, кто даже через реку перепрыгнуть не может? — Что?! Напоминание о собственной неудаче тут же разжигает детскую злость изнутри. В голове не появлялось ни единой мысли, походящей на высказанную. В знак недовольства блондин тут же несильно хлопает того сбоку, по плечу, отчего у собеседника вырывается ранее сдерживаемый хохот. — Ладно-ладно, я шучу. Из нас ты более всех походишь на главного. Я совсем не против, — взгляд Глаголя мгновенно смягчается, в голосе нет былой насмешки. Аз ещё недолго всматривается в мальчика, будто не до конца веря в утверждение, а затем счастливая улыбка растягивается на лице. Он не может сдержать эмоций и подпрыгивает на месте, поворачиваясь к недавно ушедшим буквам. Те вдвоём сидят у реки, промывая запачканный платок, буквально в десяти метрах от важного разговора. — Мы теперь команда! — восклицает первый, чтобы они услышали. — Правда?! Ура! — сразу отзывается красноволосый, вскакивая с места. — Что? — вздрагивает от вскриков Ведя, но всё-таки отвечает, хоть и вполголоса. — Хорошо… Позади, самую малость заразившись весельем, шумно выдыхает Глаголь и по какой-то своей причине мотает головой. Нельзя сдержать дуэтных смешков первой четы, пролетающих по миру вне зависимости друг от друга, но всё-таки тесно взаимосвязанно. Быть вместе определённо намного лучше.

***

В увеличившейся компании из четырёх главный герой стал смелее и увереннее, каждый день выдумывая новые общие цели. С завидным задором он исследовал прежде пугающие неизвестностью земли, побуждая на это и остальных. Своеобразным первостепенным укрытием стал тот самый луг, куда сносились найденные полезные вещи и где был устроен какой-никакой лагерь. Ничего дельного в руки не попадалось, так что приходилось включать фантазию, смекалку и импровизировать. Буквы сближались всё больше и больше с каждым днём, вместе придумывая игры и узнавая друг друга. Посреди тишины и холода лоскутного мира, где никого более и не было, проводить время вместе было отрадно, согревающе-весело. Смех часто раздавался от четвёрки героев, заполняя тысячи километров безмолвия. Несмотря на мелкие неприятности, они могли перенести их с улыбками и продолжить идти дальше. Более недели буквы жили сами по себе, не встречая ни единой души. Кроме лёгкого ветра ничего не нарушало спокойствия, пока в один миг во время разговоров Ведя не потянул за кофту Аза, привлекая внимание. Тот сразу же повернулся, принаклоняя голову. — Что такое? Некоторое время третий смотрел в одну точку, а затем и показал пальцем куда-то вдаль, не моргая и не отводя взгляда. Все остальные с нарастающим интересом обратились туда же. Среды верхушек берёзовой рощи алело оранжевое пятно, напоминающее ребёнка. Словно изучая окружающую местность, оно совсем не двигалось, сидя на высокой ветке одного из деревьев, окружённое зеленью. — Думаете, это буква? — задумчиво проговорил Глаголь. Вся группа погружается в раздумья над сказанным, всё ещё побаиваясь нечистых сил. Застылость замеченной фигуры казалась странной, даже жутковатой для каждого из присутствующих. Однако тишина не длится долго: улыбнувшись во все зубы, рядом на ноги вскочил Бука, начиная активно махать руками и кричать: — Эй! Привет! Мы здесь! Второго смерили и удивлёнными, и раздражёнными взорами, лишь после этого заинтригованно поворачиваясь в сторону пятна. Оранжевый мальчик ещё пару минут не двигался с места, наблюдая за прыгающим и восклицающим всё, что взбредёт в голову, красноволосым, и только потом помахал в ответ. Четвёрка оживилась от реакции нового существа в мирке, уже выпрямляясь на траве. — Идём скорее! — скомандовал главный герой, улыбаясь и указывая на рощу. — Нас ожидает первое задание необыкновенной важности! Троица поддержала его не очень дружным возгласом, и вскоре юношеские ножки пересекли границу между лугом и светлым лесом. Кляксы чёрного на белом в окружении зелёного вокруг пестрели так, что от рассматривания кружилась голова и болели глаза. Герои упорно шли между десятков деревьев, позабыв ранее подумать над примерным местонахождении высокой берёзы с ярким пятном. Однообразные цветастые пейзажи уже начинали напрягать. — Где же она? — про себя говорил каждый с разной интонацией и настроением от происходящего. Постепенно обыкновенная трава и цветочки под ногами стали мешаться с отломанными ветками. В каких-то местах лишь пара прутов лежала в зелени, а иногда те грудой лежали у стволов ободранных деревьев. Решив разбавить общие переживания, Аз поднял одну из наиболее красивых палок, размахивая по сторонам на протяжении всего пути. Его воодушевляющий по задумке монолог сопровождал каждый шаг: — Что ж, мы должны рано или поздно прийти, ведь кусок леса небесконечен. Я видел по пути грибы, так что мы не оголодаем. Если что, можно и переночева- По несчастной случайности конец прутика в руках лидера ударил по лицу его лучшего друга с характерным звуком. Тот сразу же остановился, прикрыв ушибленное место ладонями, отчего замерли все. — Ай! Больно! — Извини, — мгновенно отозвался мальчик, уже собираясь подойти и осмотреть ссадину, как раздался чей-то шёпот: «Больно?» Каждый уловил чужой голос. Глаза уже смотрели по сторонам в поисках хозяина с замиранием души, однако перед ними, раздавив пару цветов, неожиданно приземлился рыжий мальчик после прыжка с одной из раскинувшихся веток. Позади возвышалась одна из самых высоких берёз, искомая на протяжении всего пути. Оранжевые глаза внимательно осмотрели незнакомцев, на щеках выделялись редкие веснушки, высокий красно-коричневый ворот доставал до подбородка. — Здравствуйте, — незамедлительно поздоровалось новое лицо, махая ладонью с лёгкой улыбкой. Мальчики вмиг позабыли об инциденте, начиная по очереди знакомиться с новеньким. Как вскоре выяснилось, им оказалась пятая буква алфавита - Добро, что появилась в этом лесу день назад. Он учтиво улыбался на каждое представление и создавал впечатление приветливого человека, готового помочь ближнему в затруднительной ситуации. Было бы славно иметь подобного товарища. Назревал важнейший вопрос, который волновал главного героя с момента встречи второй четы букв и который не давал покоя сейчас в особенности. Ребята уже разговорились на бытовую тему времяпрепровождения, как их прервали громким заявлением. — Хочешь присоединиться к нам в команду? — решительно спрашивает Аз, выпрямляясь и с вызовом смотря в глаза нового знакомого. — Мы вчетвером уже в команде, так что решай. Добро недоумённо моргает сначала, обращаясь вербально за разъяснениями к остальным, но мгновенно понимает, что вопрос прямее некуда. Он ставит руки на пояс, думая о чём-то своём под выжидающими взглядами букв. — Зачем? — задаёт встречный вопрос он. — Зачем создавать команду? Мы же и так единственные здесь. — Как зачем? Чтобы… — мальчик не находит нужных слов для ответа и переводит взгляд на стоящих рядом друзей, — ребята, скажите ему! Вся троица вздрагивает от требовательного обращения. На секунду на лицах изображается смятение, но тут же по очереди приходит воодушевление от собственного ответа. — Для весёлых игр! — Ради безопасности?.. — Чтобы потешить его самолюбие. Аз уже хотел возразить и высказать свой заготовленный вариант, как от последней фразы вырывается возмущённый вдох. Все мысли сбивает наглое заявление, губы поджимаются в обиде, а брови отчётливо хмурятся. — Ну Глаголь! Названный не сдерживает смеха от чужого тона, вновь подловив друга на желании лидировать, и сквозь улыбку и громкие смешки продолжает настаивать на своём, вызывая хихиканье со стороны второго и третьего. Аз не может стерпеть нападок и отвечает своими аргументами, усиленно пытаясь склонить правду в свою сторону. Оживлённые полушутливые пререкания заставляют приподнять уголки губ и пятого присутствующего. Сначала подрагивают плечи, затем постепенно краснеют щёки, и в конце концов он смеётся вместе со всеми. — Ладно вам! Я присоединяюсь, — говорит он весёлым голосом, по-новому осматривая четвёрку. Друзья на мгновение прекращают разговор, обратившись к Добро. Лицо первого просветляется, появляется блеск в глазах. — Тогда добро пожаловать! Всегда лучше держаться вместе! — задорно восклицает тот, уже подшагивая к новенькому. — Ещё один твой верный слуга? — лукаво подмечает четвёртый. — Не говори так! Раздаётся ещё больший смех, и к пререканиям подключаются остальные буквы, выдавая новые доводы. Ни одна сторона не отступает, упорно отстаивая своё мнение. Посреди безграничного мира, полного загадок, проносятся юношеские голоса, перебивающие друг друга с невольным смехом.

***

По ощущениям прошло огромное количество времени. Десятки территорий было исследовано, достаточно открытий сделано. Встречалось множество самых разных, уникальных по характеру букв, но состав группы первых не менялся. Они поддерживали друзей, как могли, хорошо понимая приятелей после стольких месяцев, проведённых вместе. Луг оставался особым местом с обозначенными импровизированными 'кроватями', с кучками подобранной еды и сделанными не очень умелыми руками вещичками. Трава по большей части уже стала притоптанной, а цветы - сорванными. Луна освещала колыхающуюся зелень с сотнями цветочков. Пятеро мальчишек лежали под травяным настилом, забывшись в безмятежном сне после очередного интенсивного дня. Однако одну из голов не покидали шумно роящиеся мысли, не давая присоединиться к остальным в царство Морфея. «Сколько ещё нам нужно пройти земель, чтобы найти край? Есть ли здесь край вообще? Что же нас ждёт там, вдалеке от родного поля? Что если монстры только и поджидают момента, чтобы выбраться? Или поджидают нас?.. не могу заснуть…» Аз тихо выдыхает, оглядывая сопящих рядом друзей. Никого не было, чтобы обсудить бесконечный поток мыслей. Становилось всё неспокойнее с каждой секундой, проведённой наедине с собой. Из-под навеса, еле слышно шурша, выбирается главный герой, распластавшись под бледным лунным светом. Чуть блестящий ореол завораживал взгляд, серые пятна на белой поверхности пленят, расслабляют своей неидеальностью. Сердцебиение постепенно замедляется. «Полнолуние… интересно, любуется ли этим кто-нибудь ещё прямо сейчас? Мы познакомились со многими ребятами, так что это возможно… и под открытым небом спать приятнее. Благодать... думает ли так кто-то ещё? Всё же Луна такая краси-» Размышления прерывает тело мальчика, упавшее прямо на героя. От увесистого удара Аз сдавленно выпускает воздух, жмурясь от растекающейся по животу боли. Он недовольно привстаёт на локтях с нахмуренными бровями, пристально смотря на макушку источника проблемы. — Бука, это не смешно! — вырывается с нескрываемой злостью. В стороне навеса раздаётся сонное мычание вместе с шорохом ворочанья. Пыл вмиг пропадает без следа, когда доносится заспанный голос лучшего друга: «А?» Аз, сбитый с толку своей ошибкой, внимательно наблюдает, как таинственная фигура аккуратно отползает в сторону, стараясь не причинить больше неприятностей. Волосы практически сливаются с тьмой ночи, в чёрных глазах отражается блеск спутника. — Я… не бука, — вполголоса произносит фигура, приняв фразу за оскорбление. Рука потирает локоть в лёгкой неловкости и недоумении. — Эм… ты… кто? — сбивчиво проговаривает первый, не отводя взгляда и не веря до конца в произошедшее. — Я?.. — риторический вопрос расплывается в окутывающем мраке. Мальчик опускает голову, уделяя внимание собственным одеяниям. Пальцы оттягивают край белёсой кофты в раздумиях над ответом, теребят грубую полосу пояса. Со стороны спального места высовывается пара голов, пробуждённая ото сна небольшим переполохом. Угольные глаза поднимаются вновь с чарующим отсветом Луны. — Яори. Буква Я.