Главное, чтобы оно того стоило

Помните, я говорил, что день идет неплохо. Так вот, забудьте, что я там говорил. На меня уверенно надвигался ураган в виде Арсения Сергеевича. "Ну все, конец тебе, Шастун. А ты даже не успел нормально потрахаться" — пронеслось в голове у него. -- Арсений Сергеевич, я ничего не видел, честно, - быстро проговорил я и попятился к выходу. Уже почти выбежав из кабинета, я услышал, как он громко выдохнул, и почувствовал руку на своем запястье. -- Антон, задержись, пожалуйста, - медленно произнес он, пристально смотря на меня. -- Арс, я пойду, пожалуй. Увидимся позже, - я и забыл про его существование. Станислав Владимирович еще раз осмотрел кабинет и вышел. "Ну прекрасно, он смылся, а мне что прикажете делать? Развратничаете вы, а отдуваться приходится мне. Полная жопа". -- Антон, это не то, что ты подумал, - аккуратно заговорил Арсений Сергеевич. -- Я… Просто давай это останется между нами. Я буду очень благодарен. -- Конечно, Арсений Сергеевич. Я никому не скажу, - уняв дрожащий голос, сказал Антон. "Тох, самое время валить. Или он и на тебя набросится" — взволнованно прошептал внутренний голос. Резкий звон в ушах в виде звонка разлетелся по всей голове. -- Мне пора на урок, - я убрал руки в карманы и уже собрался уходить, как вдруг преподаватель снова заговорил. -- Конечно, иди. А, нет, стой! - он отошел к своему столу и взял какую-то папку с документами. -- Передай Елене Сергеевне. -- Хорошо, до свидания, -- я потянулся забрать папку из его рук, однако он держал ее крепко, будто не хотел отдавать. Я вопросительно поднял взгляд, и он, видимо опомнившись, выпустил папку. -- Увидимся на уроке, Антон. "Блять, что это такое было? Тох, ты реально везунчик. Ты застукал своих учителей сосущимися в кабинете. Так они еще и два мужика. Не думал, что только что пришедший мхкашник с такой очаровательной и уникальной внешностью предпочитает мужчин". В голове пронеслись события 4-х летней давности... "Нет, сейчас точно не время включать режим страдальца. Слишком долго отходил от этого, чтобы один момент, не особо касающейся меня, смог вернуть меня в это состояние". Но под ребрами, где-то в груди, начали щипать уже затянувшиеся шрамы. "Пусть живет, как хочет. Каждый в праве любить так, как он этого хочет и кого". Во время раздумий я и не заметил, насколько быстро добрался до нужного кабинета. -- Извините, можно войти? - я слегка приоткрыл дверцу и заглянул в класс. -- О, Шастун вернулся. Ну что, помог Арсению Сергеевичу? - спросила учительница. -- Да, помог. Это он просил передать вам, - уже протягивая папку, пробормотал он. -- Спасибо, Антон. Садись на место и спиши расписание у Иры, а мы пока продолжим урок. Оставив без колкости Елену сергеевну, он поплелся на свое место. -- Тош, все хорошо? Ты какой-то вялый, - Ира подняла на меня свою голову и внимательно рассмотрела. -- Да, все прекрасно, просто задумался, - Ира одна из немногих людей, кто знает про ту ситуацию. Она в свое время мне очень сильно помогла, и прятать от нее свои истинные эмоции стало гораздо сложнее. Да и не хотелось. Все это время на фоне моих мыслей Елена Сергеевна, как обычно, несла какую-то несвязную чушь. Обычно ее голос монотонен, так и вгоняет в сон, но следующую фразу она произнесла довольно громко. -- Ну и напоследок, прошу познакомиться с новой ученицей - Оксаной Сурковой, - указав на 3 парту первого ряда, произнесла она. Антон медленно повернул голову на сидевшую немного левее ученицу, однако ему было уже явно не до этого. Он попытался как можно быстрее свалить все вещи в рюкзак и выйти на свежий воздух, чтоб закурить долгожданную сигарету. Он вылетел из кабинета самым первым и, обогнув все пороги, забежал в раздевалку. -- Тох, ты чего выбежал, как ошпаренный? - с вопросительной интонацией произнес Дима. -- Курить жойско хочется. -- А, ну мы тогда с Серым погнали искать химика. Нам на допы записаться надо. -- Давайте, удачи не помереть. Выйдя из школы, Антон свернул в самое излюбленное место. Старый дуб рядом с парковкой. Учителя все на собрании, поэтому вряд ли кто-то займет. Набрав едкий дым дым в легкие и сделав одну затяжку, антон почувствовал облегчение. Однако эту идиллию прервал незнакомый голос. -- ТАК, — томный бас заставил Антона вздрогнуть и резко обернуться. - Ты в курсе, что на территории школы курить строго запрещено. Так еще и ученикам, — это был никто иной, как Павел Алексеевич. -- А я нахожусь на территории за школой, так что фактически не нарушаю никаких правил. -- Давай так, если ты поделишься одной сигаретой, я никому не скажу. -- Пойдет, - сказал он, протягивая пачку парламента. -- Как хоть тебя зовут, чудо? -- Антон. -- Ты из 11, верно? -- В точку. Мы увидимся с вами на уроке в понедельник. -- Черт. Непедагогично вышло с моей стороны -- Да ладно, сегодня день «это останется между нами», так что не переживайте. -- Ну и хорошо, - сказал он, затянувшись. -- А вы знакомы с остальными учителями? - я поднял на него вопросительный взгляд. -- Пока только с Еленой Сегреевной. Экстравагантная женщина, хочу тебе сказать. Я не беру в счет Арса и Стаса. -- Гиена у нас такая. А вы с Арсением Сергеевичем и Станиславом Владимировичем давно знакомы? -- Гиена? - вопросительно посмотрел он. -- А ой. Это я так, по привычке. У нас еще с 5 класса пошло называть ее гиена Сергеевна. -- Хаха, надо запомнить. А с Арсом и Стасом мы знакомы уже лет 5. Подружились на первом курсе и как-то завертелось. Вместе выбрали школу, в которой собираемся преподавать. "Чувствую, этот год будет насыщенный" - пронеслось в мыслях. -- Ладно, я пойду, мне еще доклад делать. -- У вас что, уже были уроки? -- Нет, просто гиенка решила ознакомить нас с французскими мушкетерами, а я очень люблю сарказм. Вои и припекла. -- Опасная женщина. Буду знать. Спасибо за сигарету, и удачи с докладом. -- До свидания, Павел Алексеевич. "Вот почему все учителя не могут быть такими простыми и классными в общении. Интересно, а когда они выпьют, оргию устраивают?" - думал я по дороге домой. Раскрыв дверь в свою комнату, я знатно так охуел. Гоша сидел на шкафу и непонимающе оглядывал меня. -- Гоша, блять!! - подбегая к обосранному столу, кричал я. - Ну все, хана тебе, Гоша, - я рванул прямо на него, но есть одно но: крылья. - Я же достану тебя, сука! - взяв в руки первую попавшуюся вещь в виде теннисного мячика, я нацелился на голубя и сделал бросок. Конечно, он не попал в Гошу, но зато попал куда? Правильно, в выключатель. Ложкой в рот иногда попасть не можешь, а тут именно в выключатель. Прекрасно. Все бы ничего, но на подъездной двери висело объявление о том, что в нашем доме какие-то воры-неудачник пытались стащить кабель и порезали провода. Поэтому в нашем подъезде сегодня будут проводиться ремонтные работы, и чтобы никого не ебнуло током сегодня, просили выключить электричество. Про что Шастун, конечно же, забыл. В ту же секунду лампочка, на которой сидел Гоша заискрилась и взорвалась. -- Пиздец! - только и успел сказать Шастун, прикрывши глаза рукой, чтоб не приведи господи прилетело осколком. Открыв глаза, перед ним предстала очень интересная картина. Мертвый гоша, валяющийся на полу среди осколков. -- Ну ахуеть! С одной стороны проблема решилась, но с другой - что теперь делать с телом. Эх, Гоша,недолго ты прожил свое, но ничего, устроим тебе похороны завтра. "Бессердечный ты, Антон, убил птицу, и ни капли сожаления" - возразил мой внутренний голос. Спустя минут 10 Антон уже писал на коробке имя Гоши и рисовал венки. Ну а что? Не на мусорку же его. Спустя еще час он уже убрал все осколки и сложил Гошу в коробку. -- Ладно, сегодня суббота, значит можно отдохнуть и завтра сделать доклад. Понедельник 01:23. — Только я мог не сделать абсолютно ничего из нужных дел:доклад не написал, голубя не похоронил, рубашку не постирал. Ладно, до уроков еще примерно 6 часов. Я должен успеть. Прошло 4 часа. Доклад был написан, а рубашка выглажена. Я ходил по дому взад вперед и думал, чем заняться, одновременно разговаривая сам с собой. -- Так, пора завтракать, собираться и идти заниматься ритуальными делами. Я собрался за несколько минут и вышел на улицу с коробкой в руках. Оглянулся, чтобы посмотреть на людей, однако никого почти не было в такое раннее утро, поэтому я спокойно прошелся до маленького поля за детской площадкой, присел на корточки и начал грабать землю. "Никогда не думал, что буду копать могилу. Ну, фактически, это же могила. Эх, Гоша, ты был таким молодым..." - складывая импровизированный гроб в яму, сказал он. Покончив с этим делом, Антон услышал перешептывания за своей спиной. "Опять бабки слух разнесут и раздуют его. Ладно, лопату назад, и бегом на автобус". Я взял лопату подмышку, еще раз посмотрел на маленькую могилу, прошептал что-то похожее на "Покойся с миром" и удалился. Подходя к подъезду, меня окликнула какая-то бабулька. -- Что это ты там делал? -- Золото партии прятал, а то вдруг наш дом снесут. У меня там такие ценные вещи, - нарочно улыбаясь, произнес он. Оставив лопату в подъезде, взяв рюкзак у порога квартиры, я спустился по лестнице и направился к остановке. Я шел меленным, размеренным шагом, наблюдая за пролетающими в небесах птицами, и вспоминал Гошу. Я настолько погрузился в свои мысли, что вовсе забыл про расписание автобусов. Мимо меня пронесся автобус, на котором виднелся номер 636. -- Твою мать!! - выругался я и побежал вслед за ним. Подбегая к остановке, я осознал, что было уже поздно. Он уехал прямо перед моим носом. -- Что ж, прекрасно, следующий через 20 минут, гиена меня сожрет вместе с докладом. Самое время снять стресс, - доставая очередную сигарету, он начинал чувствовать приближающийся пиздец. Прошло 35 минут от урока, самое время залететь в класс. Постучав в дверь, предварительно перекрестившись, он немного ее приоткрыл и заглянул внутрь. -- Извините за опоздание, можно войти? - сказать, что он ахуел, ничего не сказать. Ведь на него устремился тот самый взора бездонно-голубых глаз. Какого черта? -- Шастун, здравствуй. А чего так рано? Могли бы еще позже придти, - он перелистнул несколько страниц учебника и еще раз посмотрел на меня. Его глаза выглядели одновременно улыбающимися и строгими. Он явно надо мной шутит. - Извините, у меня уважительная причина. Я Гошу хоронил, - ляпнул я. "О мой бог, ты что выдал? Антон, да ты по лезвию ходишь..." - заюморил голос в моей голове. В ту же секунду выражение лица Арсения Сергеевича изменилось также, как и у всего класса. -- Позволь узнать, кто это? - он вопросительно посмотрел на меня. Сделав безумно кислую мину, выражающую скорбь и печаль, я начал выкручиваться из ситуации. -- Это был мой самый близкий друг. Он прожил так мало. Был еще голубенком, а уже умер, - я опустил голову и протер несуществующую слезу. Глаза Арсения Сергеевича в то же время то расширялись, то сужались. Я явно вогнал его в шок. -- Шастун, прими мои соболезнования, но... у тебя точно все хорошо? Ты температуру мерил? - в голосе преподавателя не было ни капли сожаления, лишь насмешка, которую он пытался скрыть, но я решил добивать до конца. -- У меня все плохо, но я не болен. Максимум, больно мое сердце, - я громко вздохнул. "Антош, максимуму тебя болен только мозг, ты что несешь?" - сказал мне внутренний голос. -- Хорошо, Антон, проходи, но после урока задержись, пожалуйста, - он улыбнулся краем изящных губ и взглядом проводил меня до места. -- Какого хуя он тут делает? - шепотом спросил Антон Иру, садясь на свое место. -- Гиенка сегодня не придет, поэтому нам поставили замену, в беседе же писали. -- Ну заебись, что могу сказать. День начался точно не самым лучшим образом.