Обрыв.

Женя подошла к двери в кабинет и остановилась, читая табличку перед собой уже третий раз: "Директор Детского дома №2 - Иванова Инесса Павловна". - Ну, что застыла? Стучим, заходим. - раздался голос воспитательницы. Вся эта атмосфера напрягала девочку. Обычно Лидия Геннадьевна была очень спокойной, но сейчас... Женя выставила руку и, чуть прикрыв глаза, неуверенно постучала в дверь. Послышалось: "Входите!", и девушка вошла в кабинет. Инесса Павловна была уже не молодой дамой, она носила высокий пучок серебряных волос и большие бирюзовый очки. Несмотря на этот довольно строгий вид, женщиной она была спокойной и доброй. Сейчас рядом с ней сидела ещё одна девушка, лет тридцати, которую Женя видела впервые. У неё были светлые волосы и довольно милое лицо, она улыбалась и смотрела на Евгению. - Присаживайся. - сказала Инесса Павловна и указала взглядом на стул - Не бойся, наоборот, можешь начинать радоваться - сказала она, усмехнувшись - Давай я вас познакомлю, так... - она посмотрела на женщину, сидящую рядом - Женя, это Екатерина Владимировна, а это... - директриса вернула взгляд на девочку - Мирушина Евгения. Екатерина снова улыбнулась, а Женя только вопросительно посмотрела на Инессу Павловну. Она не понимала вообще ничего. В это время Инесса Павловна продолжила: - Екатерина Владимировна хочет тебя удочерить. Женя замерла. Она чувствовала что-то среднее между радостью и грустью. Вроде бы всегда мечтала о семье, но за последние года осознала, что ее семья и все ее окружение оно находится тут. Мир, находившийся за стенами детского дома, она и не видела толком, только так, проездом, на экскурсиях. Видимо, Инесса Павловна ожидала совсем другую реакцию, потому что она вопросительно смотрела на Женю, а та и не знала, что говорить. - Если хотите, я могу оставить вас одних поговорить - предложила директриса. Неизвестно, что тогда творилось в голове у обычно стеснительной Жени, но та просто резко ответила: - Нет, можно я пойду? И, не дожидаясь ответа, она просто встала со стула и вышла из кабинета. "Она просто переволновалась, всё нормально..." - слышалось за ее спиной. В коридоре стояла Лидия Геннадьевна, которая с удивлением посмотрела на Женю, пронесшуюся мимо неё со слезами на глазах. Девушка буквально добежала до ее комнаты и упала на кровать, утыкаясь лицом в подушку. В ее комнате жили ещё две девочки 14 лет: Вера и Регина. Обычно они больше общались друг с другом, не сильно смотря на Женю, но, увидя эту картину, девочки подошли к ее кровати, сами не понимая, что делать вообще. Вера присела на колени перед Женей и, наклонив голову набок, спросила: - Ты чего? Что случилось то? Регина же просто села на край кровати, смотря на всё это. Женя, по сути, и не знала, что отвечать, потому что обычно тем, кого забирают, все завидуют, но тут она даже не радовалась. - За мной пришли... на удочерение... - сказала она сквозь слезы. Девочки округлили глаза: - Сейчас бы над этим плакать, да? - сказали они почти хором. Но Женя и сама не понимала, над чем плачет, вроде бы она должна радоваться, но почему ощущается только грусть? Возможно, девочка слишком сильно привязалась к этому месту и к людям, живущим тут, что уже это стало ее домом, а другой и не нужен...