Я попал в героиню отоме-игры!!!

Денис зажмурился от яркого света. Когда он рискнул открыть глаза, то понял, что они находятся в просторном зале, полном, наверное, сотен свечей. Перемещаться вот так было ошеломляюще. Настоящая магия. Денис слегка вздрогнул, когда за его плечом раздался голос. — Ваше Императорское Величество, позвольте представить вам Дэнни Элль, носительницу энергии Спасения и Великую Спасительницу нашей Империи. Денис поднял глаза. На возвышении, у которого они оказались, стоял трон, на котором сидел молодой мужчина со светлыми волосами. Его лицо не выражало ничего, неживая холодная маска. Он встал и спустился по ступенькам вниз. Его пурпурная мантия с канареечным подбивом, которая грозила свалиться с его плеч на радость светским дамам, волочилась по идеально вымытому полу. Денис хотел сделать шаг назад, но рука Саната удержала его от этого. — Добро пожаловать в Люминот, Спасительница, — безразлично произнес Император. — Начнем же Церемонию. Внесите Книгу. Денис почувствовал взгляд, прожигающий его насквозь. Он снова посмотрел на возвышение и не заметил, как к нему поднесли Действительно Старую Книгу. — Это Книга Истины, — сказал Санат. — Тебе нужно положить руки на Книгу и отвечать Императору. Просто формальность, тебе не о чем беспокоиться. Денис посмотрел на книгу. Ему очень хотелось спросить, почему это Книга Истины, и что будет, если он солжет. Санат подтолкнул его, и Денис споткнулся и едва не упал на Императора. — Смелее. Он положил руки на книгу. — Клянешься ли ты, Данни Лэлль, в том, что ты действительно Спасительница Люминота, единственная в этом тысячелетии? «Как я могу в этом поклясться, если Санат сказал мне, что в случае неудачи меня убьют и призовут новую спасительницу? Кроме того, я Спаситель! Я не девушка!» Руки Дениса сами легли на книгу и он сказал: — Клянусь. «Стоп, что?» Книга окуталась золотистым сиянием, и на руке Императора появился сложный золотой символ, в котором можно было угадать что-то вроде птицы. — Клянешься ли ты следовать заветам нашей Империи и действовать на благо ее жителей, даже если тебе придется принять смерть и остаться навсегда заточенной в Бездне Страданий? «Подождите-ка,» — Денис начал что-то подозревать, когда его руки снова сами легли на книгу и он уверенно произнес: — Клянусь. Символ на руках Императора стал больше, от него пошли новые линии, окутывая его сиянием. — Клянешься ли ты уничтожать отродия Танатоса, покуда будут они встречены тобой, будь то мужчина, женщина, ребенок, старик или старуха, или любое другое существо любого возраста, пола и гендера, ежели оно идентифицирует себя как подданного Империи Тьмы? «ЧТО?» — Клянусь, — уверенно сказал Денис. Он услышал, как за спиной шумно вздохнул Санат. — Клятва, данная тобой Империи, будет вечно жива, покуда дух твой обитает на Гомотерии, — безразлично сказал Император, развернулся и пошел обратно к трону. Раздались громовые аплодисменты, и Денис понял, что в зале, на самом деле, очень много людей, которых он не заметил, отвлеченный этим странным ритуалом. — Перед народом Люминота я провозглашаю Дэнни Лель, Великую Спасительницу, грандмаршалом Люминота, генераллисимусом союза Люметерии, губернатором вольного города Фальк, и даю ей имя Люминелла в честь нашей великой Империи и Монада, в честь моего отца, Монада Шестого, а также Луция, в честь святого Луция, покровителя нашей столицы. — Вставай на колени, — шепнул Санат и снова толкнул его, уже сильнее. — От лица рыцарей Ордена Света провозглашаю тебя леди нашего Ордена, а также почетным рыцарем первой ступени и защитницей наших казарм от бедствий, потопов, ураганов, наводнений и пожаров, — радостно произнес новый голос, и Денис почувствовал, как его плеча коснулось что-то холодное. «Может быть, вечные муки — не так уж плохо? К тому же, раз в тысячу лет можно попробовать выбраться наружу…» — Вы можете подняться, леди Денни Лель. Денис встал, хотя его ноги слегка подрагивали при этом. Он встретился взглядом с юношей, даже мальчиком, может быть, не старше его самого. У парня были огненно-красные волосы и сияющая улыбка. Он был одет во что-то вроде парадной формы военного корпуса младшей школы — высокие сапоги, темно-красные брюки, аккуратно подвернутые на два сантиметра от бортиков, мундир, увешанный несколькими медальками. За его спиной был меч, больше церемониальный, чем боевой. Раздались новые апплодисменты. — Заходите к нам как будет время. Он ушел и подошел новый персонаж. Едва встретившись с ним взглядом, Денис понял, что это он прожигал его взглядом, стоя на подиуме. У него были длинные белые волосы и глаза без зрачков. Он был одет в белый топ и белые брюки, а также в белую мантию. На его пальцах сияли белые металлические кольца, а на голове был обруч из того же белого металла, в который были вправлены сверкающие бриллианты. — Я слеп, но вижу в тебе благородную душу, — скептически сказал парень. — На колени, — зашипел Санат сзади. — Это не обязательно, — оборвал его мужчина. — От лица королевства, чье название должно храниться в тайне, я провозглашаю тебя нашей почетной гостьей и магистром нашего Ордена, чье название тоже должно храниться в тайне. Повисла неловкая тишина. — Спасибо? — сказал Денис. Парень кивнул и отошел. Глядя, как к Дэнни подходят все новые и новые придворные особи, Санат облокотился на колонну и хлебнул вина из поднесенного кубка. Его работа здесь была закончена, но не поесть бесплатно не мог ни один уважающий себя маг. Платить для мага всегда было дурным тоном. — Ты не заметил в ней ничего странного, Санатиус? «Неужели, нашел ошибку в заклинании?» — Нет, — равнодушно пожал плечами Санат. Белый Император, как его называли, посмотрел на Саната леденящими душу пустыми глазами, по сравнению с которыми пустота бескрайнего космоса казалась оживленным трактом по осенней ярмарке. Санат больше предпочитал нефритовые глаза или антрацитовые, на худой конец ацетилсалициловые. С такими магами было намного проще иметь дело. Сам Санат принадлежал к нефритовым магам и гордился этим. Нефритовые маги были по натуре скорее одиночками, но всегда верными друзьями (хотя у Саната не было друзей, так что точно знать он не мог). Обладали магнетизмом и таинственностью, а еще волевым характером. Могли быть ленивы, любили животных, часто были совами (хотя в Империи Света это порицалось) и никогда не прощали предательств. И у них была полная несовместимость с магами с глазами цвета пустоты. — У нее интересный камень в ожерелье. Ты подарил? — Завал… завалялся, — быстро поправился Санат. — Завалялся на чердаке, вот я и решил ей отдать. Девушки любят блестящие камни. — Как печально, что ты не мог достать ей опалов из давно забытых сокровищниц или рубинов из тайников Ордена Тьмы. Должно быть тяжкая задача. — За такую работу я беру деньги, — отмахнулся Санат. — А этот камень под рукой оказался. — Как глупо лгать магу Разума. — Редко вижу людей, которых магам Разума приходится спрашивать. Обычно они просто заставляют человека сделать то, что им нужно. Например, сказать правду. — Или солгать, пусть и перед лицом магии Истины, — продолжил в тон Белый Император. — Подожди, какой еще магии Истины? «Ловко ушел от ответа, загнав себя в очередную ловушку.» — Неужели ты думал, что Книга Истины — это дело рук магов Разума? Истина — энергия, которую очень сложно добыть в нашем мире. Да и в других мирах. Поэтому эту магию почти не исследуют и никогда не берут по ней специализацию, — менторским тоном начал Белый Император. — Странно, что ты не ощутил присутствие ее энергии в этом камне. Теряешь хватку. Мне стоит вынести этот вопрос на Белый Совет. — Не надо. Не заметил и не заметил, — быстро сказал Санат. — Ты пытался пронести такой опасный артефакт прямо перед моим взором? — Это просто побрякушка. — Не пытайся подменить его, — сказал Белый Император, и Санат тяжело вздохнул. Маги Разума никогда не видели границ между своей волей и чужой. Вот и теперь его магия слабо трепыхалась, не в силах преодолеть прямой приказ. — Он ей еще пригодится, — сказал маг Разума. Ты должен позаботиться о ней, Санат. Она очень сильно отличается от прочих Спасительниц. — В чем это отличие? — Энергия Спасения оставляет отпечаток на человеке. Я не вижу в ней куража, не вижу злости, жажды мщения, это послушный ребенок, который пойдет, куда его поведут. — Разве это плохо? Подожди, как мы оказались в твоей гостиной? — Не важно, — отмахнулся Белый Император. Для сильного мага Разума было легко подчинить себе чужую магию. — Главное, что в ней нет страсти. Она не сможет закрыть врата, если не накопит достаточно энергии. Я видел ее магию, она ничего не накапливает, только отдает. Энергия вытекает из нее. — Что мы можем сделать? — Соблазни ее. У каждого есть слабости. Кто-то жаждет денег, кто-то власти, кто-то поклонения. Ее энергия черпает силу из ее страстей. — Необычно, — как правило, ресурс магии был напрямую связан с видом энергии. Например, маги Разума обожали играть на чужих нервах, пожирая чужие эмоции, маги Призыва часто переходили на сторону зла, чтобы черпать силу на энергии перехода души от земного тела к Бездне, маги Тьмы жили чаще всего за полярным кругом, где полгода царила ночь, и слушали дэт-металл, а маги Света постоянно подзаряжались от термоядерного источника (Солнца), но полезными от этого так и не стали. Но, исходя из того, что их источник был необходим даже магам Тьмы для поддержания жизни, считалось, что энергия Света — самая важная часть круга Энергий, и магов Света уважали. Энергию Спасения можно было бы, по этой логике, черпать из спасения, например, работы полевых целителей, или помощи окружающим, но ее источник был, по словам Белого Императора, совсем не такой. — То есть она должна погрязнуть в страстях? — уточнил Санат. — Да. — Как это будет работать? — Маги Разума на протяжении тысячелетий изучали эту энергию, недоступную нам и оттого такую загадочную. Мы использовали все ресурсы, чтобы получить некоторые сведения о том мире, из которого приходят маги Спасения. Этот мир не похож на наш. В нем энергия полностью сливается с душой, а душа прирастает к телу. Она слаба и неосязаема, ее нельзя увидеть или почувствовать. Но у них есть сведения о давно забытых временах, когда некоторые люди все-таки могли использовать свою энергию, то есть были магами. В основном их сила была сосредоточена на их выживании. Времена такие были. Изучив эти труды, мы пришли к выводу, что чем алчнее, злее, мстительнее маг, тем выше его энергия, и она растет до тех пор, пока не достигает критической точки, после которой маг остается высушен до остатка и больше не может пользоваться своими силами. — И это энергия Спасения? — Мы называем ее энергией Спасения, но в их мире только один вид энергии, объединяющий в себе весь спектр магии. Проще говоря, их маги всемогущи, до тех пор, пока не будут разорваны на части своим колдовством. — Почему тогда мы не призываем мужчин? — осторожно спросил Санат. — Женщины такие сложные. Спроси меня, чего хочет женщина, и я никогда не смогу ответить. — Для мага Разума ответы на эти вопросы — ерунда. Я вижу каждого человека насквозь. Главное, что женщина сможет родить Императору наследника. Тогда, через его кровь, мы сможем призвать новую Спасительницу, спустя тысячу лет. Санат поперхнулся. — Что? И это вся причина? — Разве ты не знал, что от Императора ожидается, что он женится на Спасительнице? — Да, но я думал, это просто традиция. А какая разница, сколько крови Спасительницы будет в потомках Императора? — Кровь истощается. Ты прогуливал курс по витамантии? — Конечно, нет, — поежился Санат. — Бесполезно врать магу Разума. — Ты задаешь слишком много вопросов, для мага Разума. Белый Император вздохнул. В его магии были заложены знания сотен поколений. В своем познании он настолько преисполнился, что за свою жизнь как будто бы прожил уже миллиарды и миллиарды жизней на миллиарде миллиардов одинаковых планет. Он считал, что может иногда просто спросить, чем копаться в чужих мозгах. Тем более, это всегда так неприятно. Белый Император отвел волосы за ухо, давая Санатиусу время, чтобы придумать новые раздражающие вопросы, и заодно поправил корону. — Значит, я должен позаботиться о том, чтобы Спасительница всячески потакала своим порокам? — Да. — А что мне за это будет? — Кроме спасения мира? Я не расскажу Совету о том, что ты принес во дворец опасный артефакт, который помог обмануть клятву на Книге Истины, который тебе дал один из твоих друзей, которому не повезло владеть магией Тьмы, и которого ты хочешь защитить от экстерминатуса, на который обрекает его народ эта клятва. Поэтому твое тело не подвергнут казни тысячи орудий, твою душу не уничтожат, а твою Энергию не развеят в Бездне, попутно не прекращая споров, обязательно ли развеивать именно в Бездне, чтобы ты не реинкарнировал в какого-нибудь раздражающего мага, или можно развеять в открытом космосе, что намного дешевле и гуманнее. — Идет, — быстро сказал Санат. Белый Император протянул руку. Он был магом Разума, он всегда мог заставить человека делать то, что нужно.

В это время во дворце

— НЕТ! Мне совсем не нужна помощь с тем, чтобы принять ванну. Моя культура запрещает мне показывать свое голое тело кому-либо до свадьбы. Да, даже слугам и маме. Лепечущие извинения девушки быстро скрылись за дверями, и Денис упал на кровать, давая себе порадоваться этой маленькой победе. Если он хочет выжить тут, ему необходима стратегия. И помощь. И удача вселенского масштаба. Денис посмотрел на свои руки. Совсем как новые. Какое-то воспоминание на задворках памяти не давало ему покоя. Что не так с его руками? Почему глядя на них он вспоминает что-то и не может довспомнить? Какое-то обещание, которое он дал, нарушить которое будет хуже, чем умереть и два миллиона лет скитаться в Бездне.