A Little More Than Life And Death

       Когда Гермиона проснулась, первым, что она увидела, была нахмуренная физиономия профессора Снейпа. На лице его отражалось глубокое беспокойство.       — Доброе утро, — тихо сказала она, выпрямляясь в кресле, которое, по-видимому, стало главным предметом ее новой рутины. Гермиона вздохнула, подавив в себе странное желание коснуться ладони Снейпа. Она осторожничала, чтобы ничем не выдать своей внезапно возникшей симпатии. Она не была уверена, сможет ли смириться с безответными чувствами. Что-то мелькнуло в темных глазах Северуса, когда он внимательно наблюдал за ней, словно считывал каждую эмоцию, которую она пыталась скрыть от него. Покраснев, Гермиона попыталась встать на ноги.       — Большую часть ночи вы страдали от бессонницы, — нерешительно начал Северус, — и когда вы, наконец, заснули, я пожалел вас будить и отправлять по замку в вашу комнату.       Гермиона стыдливо опустила глаза. Сколько раз Северус заставал ее блуждающей по залам посреди ночи? Погрузившись в тяжелые мысли, она часы напролет простаивала у окна и смотрела вдаль.       — Простите, — прошептала она, на что Северус отрицательно покачал головой.       — Не стоит извинений. Можете оставаться здесь, сколько хотите. Вы не виноваты в том, что скверно спите. Да еще и учеба доставляет вам множество хлопот в последнее время…       Гермиона грустно улыбнулась ему. Она знала, что он снова оказался прав. Днем она не могла нормально сосредоточиться, а ночью с криками просыпалась от очередного кошмара. Ей нужно было закончить учебу и, возможно, найти себе достойную работу и психотерапевта. Гермиона не могла себе этого позволить, и на ее счету почти не осталось денег. Гермиона уже была должна Хогвартсу в целом и Северусу Снейпу в частности гораздо больше, чем когда-либо могла бы им отплатить. Осознание того, что Северус относился к ней как к взрослой, разговаривал с ней как с другом, а не как с ребенком, и пытался помочь ей преодолеть трудности, помогало ей хоть немного расслабиться. Она ценила его усилия. И уважала его за это.       — Спасибо, — пробормотала Гермиона, снова взглянув на него, — я не знаю, смогу ли я когда-нибудь отплатить вам тем же.       Снейп отмахнулся.       - Не говорите ерунды. Хогвартс останется вашим домом, куда вы всегда сможете вернуться и почувствовать себя желанной гостьей. И мой долг как вашего профессора и, как я надеюсь, вашего друга, заключается в том, чтобы помочь вам с любыми проблемами, с которыми вы можете столкнуться. А сейчас, идите позавтракайте и бросьте уже свою надоедливую гриффиндорскую привычку извиняться по поводу и без.       С этими словами он переключил внимание на котел и занялся зельем. Гермиона улыбнулась ему на прощание. По пути на кухню она размышляла о том, что ее профессору не помешало бы есть хоть что-то, кроме чая и кофе, которые он поглощал в неимоверных количествах.       Северус страдал от мигреней и отчаянно скрывал этот факт от всех, включая ее. Гермионе было тяжело видеть, как он мучается, особенно теперь, когда она узнала, что ему пришлось пережить, и как одиноко он чувствовал себя все эти ужасные годы между войнами. И еще хуже ей было от того, что она точно знала, что именно его беспокоит. Она лишь надеялась, что сможет ему помочь. Хотя бы в том, что касалось мигреней.       Был конец сентября, и Гермиона шла по коридору к Большому залу, только что закончив вечерние занятия. Она направлялась на кухню, чтобы пообедать, прежде чем вернуться в свою комнату и продолжить повторение пройденного материала. Она думала о предстоящих экзаменах и о том, как ей следует к ним подготовиться. Приближался ее день рождения, и она обдумывала варианты провести его либо с родителями, либо с Роном и Гарри. Обе идеи казались ей непривлекательными. Ее нынешнее изучение Зелий было важнее всего остального, и ее Мастер Зелий с каждым днем ​​выглядел все более изнуренным. С каких это пор он стал ее Мастером Зелий? Гермиона подавила ухмылку и отогнала эту шальную мысль. Она не имела права думать об этом, и все же, не могла остановиться. Одно только упоминание его имени вызывало то странное трепетание, которое она ощущала с самого начала их знакомства. Она бы солгала, если бы сказала, что ей это не нравится. Ей очень нравилось его присутствие. Гермиона решила пока не слишком переживать и вместо этого направилась к выходу из замка. У нее было смутное представление о том, как помочь Снейпу с его мигренью, а для этого ей требовалось посетить Запретный лес.       Уже приближались ранние осенние сумерки, когда Гермиона глубоко вздохнула и смело вошла в Запретный лес. Темнота и серебристый туман охватили ее в тот же миг. Сквозь спутанные ветки столетних деревьев не пробивалось солнце, даже шороха ветра на листьях не было слышно в абсолютной тишине этого места. Гермиона совершенно не обращала внимания ни на что вокруг, пока свет, исходящий от ее палочки, внезапно не исчез; несколько искр взлетело в воздух, но их отсветы затерялись в темноте. Только ее дыхание и тяжелые шаги эхом отдавались от стен древнего леса.       Она резко остановилась и закрыла глаза, сосредоточившись на вдохах и выдохах. Всего только стоит успокоиться. Ей нужно было лишь отыскать древнее дерево с растущим там голубоватым паразитом омелой, взять несколько образцов и вернуться в замок, где она сможет поработать над нужным зельем. Однако, находясь в окружении непроглядной тьмы, это было легче сказать, чем сделать. Гермиона подавила легкую паническую дрожь, пробежавшую по спине, и храбро двинулась дальше в лес.       Через некоторое время она поняла, ее внутренний компас совершенно бесполезен в ночи. И даже с тусклым светом Люмоса, она едва различала лес вокруг.       Сердце ухнуло куда-то вниз, и страх начал наполнять каждую клетку ее тела; она так боялась заблудиться, подвергнуться нападению какого-то неизвестного существа...       Конечно, следовало посоветоваться со Снейпом, прежде чем пытаться предпринять подобную глупость. Может быть, ее профессор все-таки был прав насчет печально известного гриффиндорского безрассудства? Гермиона отругала себя за трусость и еще раз повернулась к столь необходимому ей дереву с целебными свойствами.       Через два часа, когда на Хогвартс опустился вечер и уже зажглись первые звезды, Снейп, охваченный тревогой, метался по своим комнатам. Гермионы Грейнджер нигде не было. Он не чувствовал ее в замке, и ее не было на территории.        Его беспокойство нарастало, угрожая поглотить его, если он немедленно не отыщет Гермиону. Он лихорадочно искал ее в каждом закоулке, повороте, уголке замка. Но под каким углом, по какой бы лестнице он ни поднимался, Гермионы нигде не было.       Его страхи росли в геометрической прогрессии, мешая ясно мыслить. Краткий осмотр ее рабочего места показал ему, что она читала о волшебных травах, помогающих при сильных головных болях. Паника охватила его, сжимая сердце холодными пальцами. Неужели эта глупая ведьма помчалась в Запретный лес, движимая безрассудным желанием помочь ему? Снейп выругался себе под нос. Его беспокойство в данной ситуации точно не поможет.       Он снова пошел в библиотеку, надеясь найти ее там. Он даже думать боялся, что ее обидят в Запретном лесу, особенно зная, какие в нем скрываются существа. Опасности и ловушки были повсюду, даже в той небольшой части Леса, что притаилась вблизи замка. Снейп подавил приступ паники, тяжело вздохнул и попытался сосредоточиться. Гермиона была без магии, и он, стоя у подоконника и наблюдая в окно кромешную темноту снаружи, чувствовал себя бесполезным и ненавидел себя за это.       Напрягая память в поисках хотя бы одного приемлемого счастливого воспоминания, Снейп взмахнул палочкой по широкой дуге, вызывая своего Патронуса. Но вместо знакомой ему серебристой лани навстречу ему слетел фестрал и с нетерпением уставился на него. Снейп выругался еще раз, рассмотрев новую форму своего тотемного животного.        - Чертовски вовремя ты надумал измениться, — сообщил он своему Патронусу, прежде чем приказать ему передать сообщение Гермионе. «Мисс Грейнджер, умоляю вас, оставайтесь на месте и ждите меня. Вы можете рассказать моему Патронусу о том, что видите вокруг себя, и он передаст мне сообщение. Я смогу почувствовать вас и помочь».       Фестрал кивнул и исчез в мгновение ока. Северус закрыл окно и глубоко вздохнул. Он был нужен Гермионе. И он найдет ее, даже если ему придется прочесать весь лес и сразиться с каждым монстром, который попадется ему на пути.       «Пожалуйста, берегите себя. Великий Салазар, пожалуйста, береги ее. Не дай мне ее потерять…» — пробормотал он в темноту, стоя у приоткрытого окна.