Долго идя - куда-то придёшь

— Ну ладно, попытка номер два… — Развязав ранее узелки на двери, я уже в который раз за это короткое время стоял на улице полностью готовый к тому, чтобы выйти на охоту. И глубоко дышал, наслаждаясь простой вещью — фактом того, как же было хорошо, когда мне не надо было прятаться дома или за одеждой от лучей коварного солнца… Да, надо бы подумать, куда мне там идти. И да, надо будет в этот раз завязать узелки дверные — как бы туда никто не зашёл, в домик то… Правда, перед этим, нужно поработать головой и точно проверить, всё ли у меня с собой есть и прочее. Впрочем, по моему скромному мнению, человек никогда не будет готов к неожиданностям, если ждёт их с неизбежностью. Попрыгав, побегав и походив печатая шаг перед домом я сразу понял — хрень, конечно… Но носить можно. По крайней мере, попробовать стоит…  — Этот лес так прекрасен. Эх, я даже не могу сказать, куда тут можно пойти. Везде меня ждут люли… Причём далеко не кебабы… — Я, смотря на уже сменивший свою добрую ипостась лес, был даже более весел и счастлив, чем днём, когда шёл к тому племени. А сейчас я пока даже не думал, куда мне идти. Я думал — как мне тут ориентироваться, если тут вперемешку такая флора… Надо будет попробовать сделать карту, что ли… Много вообще надо будет чего сделать. А вот когда делать, если днём я буду спать, а ночью охотится? А ведь если подумать ещё, мне всегда придётся вести такой образ жизни — высыпаться ночью и ходить охотится ночью. Раз за разом, без надежды на изменение… Я ведь уже объяснял, что такое безумие? И да, мне казалось, что я стал вампиром, а не обычным рабочим какого-то конвейерного производства с графиком 2/2 и ночными сменами, после которых ты отсыпаешься на последующих после них выходных… Впрочем, можно наверно вообще не спать. Но худо будет, если не буду соблюдать хотя бы такой режим, хехе… Хотя, возможно, потом я смогу найти способ, как можно было бы спать поменьше или сделать себе нечто вроде осознанного сна, но это… Дело будущего. А пока надо разобраться с насущим, делая возможным то самое мифическое будущее. Наконец определившись с направлением пути и построением модели карты в голове, я махнул в сторону той же дороги, по которой сегодня уже ходил. — Пойду, пожалуй, в уже проверенные вампиром места. Всё равно, он уже заготовил хорошую почву в этом отношении. Например, можно навестить тех змей второй раз за сегодня. Хотя, вампир боятся к ним ходить в полной темноте… Но и зрение у меня сейчас стало получше, да и так темно ещё. Как раз видно будет этих ползучих тварей… — Приятным сюрпризом оказался факт того, что я теперь лучше вижу в темноте и теперь более приспособлен к жизни в ней. Можно было бы списать это на природу самого вампира, но я думаю это его уже наработанная временем и обстоятельствами привычка всегда пребывать в темноте. Вот он и научился хорошо здесь ориентироваться, даже особо не видя и уповая на другие чувства. Да и, организм у него уже наверняка адаптирован. Я уже закончил проверяться, подготавливаться и прочее, даже закрыв дом от возможных животных и не очень гостей. Остаётся лишь уходить. Что я и сделал, начиная неторопливо идти по сумеречному лесу, который мне сейчас казался более привлекательным, чем когда был освещённый солнцем, и довольно часто мотать из стороны в сторону голову — так я смотрел по сторонам и чувствовал, что эта моя охота будет более удачная, чем моя предыдущая. Ну, может будет трудно сражаться в доспехах… Но это дело привычки. Проблема правда в том, что вампир предпочитал драться с кем-либо вообще без доспехов. Он думал просто — он очень быстрый, ловкий и сильный для обычных зверей. С ними может справится и без доспехов. А вот если попадётся какому-то сильному зверю иди существу, он всегда сможет убежать от того. Или сражаться до последнего. А в доспехах что одно, что другое… Короче говоря, не особо их он носил. А я теперь страдай с непривычки — они ведь были не на него рассчитаны и сделаны. Тем более, что он просто не знал, как их там правильно застёгивать, надевать и носить, а я… Как смог, так и надел… Но в принципе, просто медленно и осторожно идти, даже не особо шумя, я мог. Мда, а я ведь дебил… Сейчас я чувствовал, что мне всё больше просто неудобно идти в этих доспехах. Эх, надо было сначала хоть поносить их немного в спокойной обстановке, успеть адаптироваться и притереться и уже только потом идти в них в бой. БАМ! — Ну да, ну да… — Я невольно пробормотал это, потирая бронзовый шлем, который меня уберёг от вмятины в моём черепе при случайном моём ударе об дерево. Я ведь достиг весьма высокой моральной ответственности, коли сразу не начал воплощать вслух трёхэтажные матерные словесные конструкции… Так уж получилось, что я, не глядя споткнулся и со всего маха ударился головой о рядом стоящее дерево… Точнее, должен был так сделать. Но шлем был сильнее… Сейчас я хоть и мотал головой из стороны в сторону, испытывая лёгкую дезориентацию в пространстве, но всё было куда лучше, чем могло бы быть, не будь со мной шлема. Хорошо, что он обязательно носился с кожаной или тканевой подкладкой под него, смягчая последствия возможного удара по чьей-то бестолковке — это, в данном случае, спасло меня от возможного сотрясения. А ведь, пока только шлем себя только хорошо зарекомендовал. По крайней мере, из всей брони, пока только он мне нравился как внешне, так и в других аспектах… Ну да ладно, уже в бою и выяснится, может и правда нет особого смысла для меня в доспехах. А может и есть… А по пути к тому самому болоту с уже знакомыми лично мне змеями, мне оставалось лишь анализировать то, что я уже знаю или узнал только после недавнего сна. Вампир пробовал не спать вообще, уповая на свою особенную природу. И нихрена у него не вышло — появились заторможенность в движениях, запоздалая реакция на что-либо и даже крови начало требоваться больше для повседневного использования. Но был один интересный момент — когда он насытился сильной кровью до предела, как я совсем недавно со змеями, он смог комфортно для себя не спать почти двое суток, пока не начали проявляться первые признаки того, что пора бы уже отдохнуть. Ну и, конечно, ещё раньше он почувствовал, что силы уходят чуть быстрее от кровушки… Вообще, странная вся эта каша со сном и прочим. Ведь вампир, по идее, уже и не человек, зачем ему спать то? Но это если думать о нём, как о какой-то твари, что стала в одночасье совсем далека в плане физиологии от человека. А ведь я был совсем не такой тварью, ещё совсем недавно это тело было обычным человеком, который каждый день ел простую еду. Он был живой — билось сердце, был пульс, сокращалась диафрагма из-за необходимости в дыхании и… С тех пор ничего почти не изменилось. У меня уже не так часто, но всё ещё билось сердце. Чувствовался слабый пульс. Я всё ещё дышал, хоть и не был точно уверен, надо ли… Впрочем, привычка. Короче говоря, как ни посмотри — особо ничего и не изменилось. Но, со временем может и изменится — всё-таки, уже сейчас есть небольшие изменения. Дальше — больше. Ну, кроме того обстоятельства, что теперь у меня немножко другой режим и рацион питания. Перешёл, так сказать, на безглютеновую диету, хехе… Хотя, возможно, это и повлияло на вид в худшую сторону. Помимо того, что на лицо он не был особо то и красавчиком, так ещё и с его фигурой произошли странные, но довольно закономерные метаморфозы. Во-первых, он очень сильно похудел и будто усох, напоминая скелет, обтянутый кожей с редкими жилами мышц и чёрных вен. Причём, сначала это почти никак не проявлялось, и он даже этого особо не замечал, но… Примерно тогда, когда он перестал питаться обычной едой уже около месяца, ибо ему больше её и не особо хотелось, он заметил — он стал более худым. Но это было лишь началом… Впрочем, это ещё не все последствия. Скажем так, справление естественной нужды тоже уже было необязательным. Хотя бы потому, что кроме крови в его организм более ничего не поступало. Что делало его постепенно всё более скелетообразным… Это всё привело к тому, что повлияло на уже мой вес, делая меня очень лёгким и худеньким — весил я, наверно, килограмм сорок. Это при моём то росте… Конечно, это было логично, учитывая факто того, что он ничего не ел эти почти десять лет и пил только кровь, от неё и насыщаясь. Но, что забавно, особым анорексиком я сейчас не был — можно сказать, что я приобрёл максимально сухую форму, сохранив при этом ВСЕ мышцы. Разве что… Смотрелось это так себе. Кровь почему-то никаким образом не покидала его организма в виде отходов, как будто сразу и без потерь перерабатываясь организмом и оставаясь где-то там внутри него. Ну, кроме тех случаев, когда он сам её выплёвывал или, его ранили. Его кровь, кстати, далеко не сразу стала чёрного цвета, как будто постепенно перекрашивалась во всё более темноватые оттенки и в конце даже став приобретя чёрный оттенок. Когда вампир вливал свою кровь тому мальчику, она уже была почти чёрной на цвет. А сейчас, после стольких убийств сильных существ в последние годы и их выпивания, она всё больше насыщалась в цвете. Думая… Чем сильнее и старее я буду, тем больше она будет изменятся. Не знаю, правда, почему она вообще меняется и что это значит… Может, кровь становится более энергонасыщенной? Может, ещё что-то… Не знаю. Да и, пока это не так важно. Ведь я скоро опять увеличу насыщенность своей крови… Совсем немного оставалось идти до болота, как я окончательно сформулировал про себя — я молодец. Доспехи всё больше мне натирали и мешались комфортно себя ощущать и, почему-то, неудобно сидеть на мне, являясь для меня великоватыми. Ну да, как-то индивидуально под себя я подогнать и не мог, хотя у них и были там какие-то верёвочки для этого. Но я не смог толком разобраться с кирасой… Да и, сам комплект был изначально рассчитан на мужчину чуть большей комплекции, чем я. А я ничего не стал в них менять и одел их так, как они были надеты на том мужике. Разве что, как мог подвязал некоторые верёвки, чтобы на мне не висело всё, как на пугале… И поэтому мне оставалось лишь бесконечно поправлять их в плечах, талии и прочем, но… Всё было плохо само по себе и не особо мои усилия на что-то влияли. Ну, кроме небольшого и довольно удобного шлема, у которого я сразу разобрался, как оптимально его под себя подогнать, лишь сильнее затянув кожаный ремешок под подбородком. Говоря прямо, его конструкция не особо сильно отличалась от хоккейного шлема. Но в остальном — что обувь, что наплечники, что кираса — всё было неудобным само по себе. Обувь на пару размеров больше, что пришлось исправлять, пихая в неё тряпки и побольше наматывая импровизированную портянку. Кираса — так вообще представляла собой нечто, которое была заранее сделано на определённый размер. Как свитер — у него есть рукава нужного размера и прочее и как не изворачивайся, он не станет тебе уже. А наплечники с другими частями доспеха и одежд того воина были в разной степени неудобные по-своему — именно они слишком широкие, штаны были широковаты… Но да ладно, надо будет просто как-то над ними поколдовать и что-нибудь придумать. Уж лучше быть хоть в какой-то одежде, чем вообще без неё… Или найти человека с моей комплекцией и снять с его трупа. Мда, жаль у меня пока нет выхода на какого-то кузнеца или человека схожей тематики, что смог бы мне сделать нормальную одежду или подогнать имеющуюся… Вампир хоть и сделал себе некое её подобие, но… Говоря прямо — он ходил днём почти голым, ибо у него раньше не было особо как инструментов, так и материалов, чтобы сделать себе что-то нормальное. А тот костюм, в которой он и я ходили днём, спасаясь от солнечных лучей? А она была сделана из трав и прочей непонятной для меня фигни. По сути, она выполняла одну основную функцию — защищала его от солнца. Ну и опосредственно маскировала, так как он позже специально начал подбирать травы для костюма и делать его так, чтобы он сливался с лесом в целом… О, вот и болото. Вообще, за мыслями как-то быстрее проходит время. Разве что, пришлось идти дольше, и прогулка была насыщеннее из-за неудобств с доспехами и лишнего, непривычного для меня психологически, оружия. Змеи почему-то почти никогда не выползали из своего болота на землю рядом с ним, обитая лишь непосредственно в нём. Ну, по крайней мере, товарищ вампир ни разу не видел того, чтобы они загорали не в своём болоте, а где-то ещё… Но, по идее, для меня это было даже удобно — нужно было только как-то их приманить их чем-то в свою сторону. И, конечно, так как змей не было на земле — никто мне не мешал подойти вплотную к болоту. Точнее, учитывая местные реалии и мою осторожность — подползти… А сейчас, я уже был на том же самом месте у границы болота как в тот самый раз с пятью змеями совсем недавно. То есть лежал на земле между кустами в довольно высокой траве и в темноте видел довольно отчётливые силуэты, что плавали по поверхности болота, лежали на разных упавших деревьях и прочем. Мне то они и были нужны… Только вот, никаких палок или камней рядом со мной не было на земле. А искать их сейчас… Эх, опять работать. Да, ничего больше мне не оставалось, как мысленно ругаясь тихо уползать от болота, чтобы в лесу недалеко от него найти какие-нибудь палки и прочее, что можно было бы кинуть. Надо будет в следующие мои походы сюда заранее что-то подготовить, чтобы потом триста лет не ползать в грязюке этой, эх… Вскоре, сначала уйди ползком метров на 10 от болота, я смог дальше идти тихо на корточках, что было более удобно и… Более комфортно и безопасно. Правда, не для меня. А для моей одежды, которая уже была, как бы выразится — немножко в… Говно. Учитывая влажность земли, одежду можно не красить — она сама со всем справилась. И ещё она стала тяжелее и намного неприятнее в ношении… Я не стал ломать ветки или что-то ещё в рядом стоящих деревьев, чтобы хоть каким-то звуком насторожить змей. Так что, пришлось постараться, пока я смог найти у одного из пересохших деревьев уже опавшую с него кору, которая лежала вокруг него, будто водя хоровод. Сейчас у меня оставалось не так уж много желания и сил, чтобы искать что-то ещё, поэтому, набрав себе побольше сухой коры, я передислоцировался на начальную точку, куда заполз в самом начале как этого, так и прошлого моего приключения со змеями. И теперь надо было выцеливать змей. А с последним была проблема — я видел сейчас хоть и довольно чёткие, но всё-таки силуэты предполагаемых змей, что лежали или периодически куда-то двигались. И пока даже не знаю, в кого мне там кинуть, чтобы ко мне не вышло всё змеиное воинство, но, и чтобы меня вообще заметили. Так что… Нужно будет смотреть и искать. Ну почему каждый раз нужно месить эту грязь… Интересно, когда я там стану достаточно сильным, чтобы свободно и ничего не боясь приходить в логово какого-то монстра и просто его там убивать самому, не опасаясь своей смерти? Хотя, если вспомнить слова того старца — я просто себе не могу позволить этого сделать, хехе… Не понял только, мне нужно иметь силу для того, что это позволить или нет… Наверно да… — Примерно так я сейчас думал, когда ползал в грязи и чувствовал при этом — одежда и доспехи кардинально запачкались. Мда, поэтому их вампир обычно и не брал на охоту и сюда вообще. Ибо иногда нужно было залазить куда-то вроде этого болота и потом дрочиться с тем, чтобы на реке как-то песком отмыть одежду с доспехами… А оно мне надо? А впрочем, уже поздно жаловаться — одежда не только сейчас на мне, она ещё и грязная… Я всё ещё лежал на том самом месте, но теперь передо мной встала дилемма иного толка, нужно было выбрать — или заманить всего пару змей или сразу много. И… Мог бы назвать плюсы и минусы, возможную тактику действий и то, как вообще может проходить бой, но… Слабость. По телу понемногу растекалось такое знакомое чувство голода. Или, если точнее, вампирской жажды. И я… Сейчас ничего не понимал. Куда-то или как-то пропала вся та прорва энергии, что я получил с тех змей, что выпил буквально сегодня, часов может восемь назад. И теперь я думал, что же мне делать. А выходило… Что просто так уйти, не напившись вдоволь, я не могу. Но вот сколько надо будет убить змей, а после выпить их, чтобы мне хватило хотя бы на пару дней с учётом того, что я могу быть ранен, причём далеко не легко? А хрен его знает… Раньше, мне бы и одной-двух змей хватило бы на пару дней того, чтобы со мной ВООБЩЕ ничего не случилось. И я мог бы активно творить любую дичь. На эти ощущения и воспоминания я и ориентировался, когда уходил впервые из дома и шёл к тому посёлку. Но… Практика показывает, что этого мало. Раз уже пяти змей мне не хватило даже на день, то… Это сколько мне надо будет убить, чтобы я хотя бы денёк мог продержаться? И нет, я даже не знал, почему и что с этим делать, но… У меня была идея. Очень простая. Я вспомнил, что думал вампир в такой ситуации и чему он научился у своего отца, слов того старца из его племени и собственного понимания и опыта — нужно просто делать. В ума ловушку ты попадёшь, всё также раздумья водя, круг за кругом как пряжу мысли пустые плетя… Короче говоря — надо действовать. А потом будем посмотреть. Что я и сделал, бросив сразу пять больших кусков коры в примерно одну область болота. Сейчас, если мне не изменяют мои зрения и понимание ситуации — там было около десяти змей. Нет, я не сошёл с ума, думая о том, что я бессмертен. Скорее… Я думал, что явно не все змеи поползут в сторону, откуда там кинули что-то. Многие вообще не поймут, что произошло. Кто-то, даже если и увидеть меня — может банально не поползти ко мне, просто забив. И такое тоже бывало, мда…  — Ловись рыбка, большая и… Мля. — Я уже стоял на колене и чувствовал… Опасность? А всё потому, что буквально всё болото зашипело и ко мне начали стекаться змеи. Много змей. Конечно, не со всего болота, но… Там были все те и даже больше тех из той области, сколько я рассчитывал изначально и… Многие другие змеи, которые непонятно как, зачем и почему-то сейчас ползли в мою сторону. Заставив меня замереть под звуки змеиного шипения, которое переросло в единый гул, который под странный и довольно уже ощутимый стук моего сердца, стоял у меня в ушах. Ещё секунду-другую я наблюдал за животной стихией, что на меня надвигалась, пока, не сузив глаза и покрепче сжав меч в руке, резко не встал и не отрубил голову змее, которая бросилась на меня самой первой. Быстрая тварь — эта была всего в паре метров от меня, и я её просто не заметил за кустами… Мир будто опять замедлился. Шаги я делал будто во сне, который специально ограничивал мою скорость. Звуки доносились до меня как будто замедленные в разы. Но… Это было очень кстати — я смог отступить от границы обычной земли с болотом и теперь с мечом в руках отбивать нападение змей, потихоньку тех убивая. Как выяснилось — доспехи очень удобная вещь, если тебя кто-то хочет укусить. Они сразу делают так, что этому кому-то приходится передумать по поводу своего желания и признать техническое поражение. Или самое что ни на есть настоящее, будучи обезглавленным от моего меча. Впрочем, я ушёл не просто так от болота — туда могли упасть трупы змей, что я убью и тогда уже не попить мне кровушки то… Но, конечно, я не просто убивал. Сразу, как только выпал шанс, я, преодолевая обхвативших меня змей, схватил одну из них и ранив ту, припал к её ране, сразу начав выпивать ту и восстанавливая силы. Они мне ещё понадобятся — змеи, сколько бы я их не убивал, всё пребывали и пребывали… Уже сейчас на мне было около десятка змей и трупами лежало ещё почти десять на земле. Ещё около десятка шипя, как-то странно меня атаковали, пружинисто делая выпад своим телом на меня и куда-то нанося вред головой. На этот раз даже сильнее чем обычно меня замедлило — даже мои действия для моего разума были как будто заторможенными, будто слишком медленными. Но… Вместе с этим чувство голода во мне вдруг взвыло, и я смог сделать простой вывод — очень скоро я паду здесь. Как только выбьюсь из-за истощения, то я выйду из того состояния и тогда просто рухну — ибо сил у меня уже не будет. Но я пока смог соблюдать некий баланс, даже не смотря на факт того, что меня выжимали подобно половой тряпки от влаги и пытались сдавить в своих нежных объятьях змеи, одновременно около десяти змеек пытаясь либо прокусить мою одежду или доспехи и присоединится к своим сосущим из меня кровь собратьям. Которых было уже около пяти непостоянных клиентов, которых я резко хватал периодически за шею и уже сам начинал выпивать. Только вот, мне уже становилось плохо. Как будто наступал предел того, сколько я могу поглотить крови. А надо сказать, что он стал порядочно большего того, сколько мог поглотить вампир в первый раз, когда он вообще выпил змею. И даже, что странно, чуть больше, чем сегодня, когда я выпил те пять змей. Как будто… За такое короткое время я уже успел адаптироваться… Впрочем, времени рассусоливать у меня не было — удар за ударом в свой непродолжительный и последний для самих змей полёт, взлетали их отрубленные головы, что я сносил и сносил, как будто кося траву. Методично и уже с усталостью, а не с некой злой эйфорией, как в самом начале. Моя основная рука, то есть правая, уже немного задеревенела от той нагрузки и своего невольного переквалифицирования в лопасть вентилятора и уже не столь уверенно вздымалась, и опускалась, даря славную и полезную для меня смерть этим тварям. А левая… Ей я всё так же методично хватал какую-то уже раненую или даже мертвую змею и пил кровь из её ран, восполняя свои силы. Но я чувствовал — предел уже близок. Но также уже давно на задний план ушёл голод и… Это было очень странно. Он не исчез, как всегда, это происходит в такой ситуации. А как будто ушёл в тень, временно успокоившись подачкой и грозя вернуться вновь. Я уже не думал, о том, насколько мне плохо будем потом. И даже о своём безопасном и простом развитии как вампира не думал. Всё же, я уже пытался нормально развиваться и что в итоге? Я пришёл сюда потому, что у меня аномально быстро, как для прошлого вампира, ушли все силы. Как будто голод стал сильнее. И… Что мне остаётся? Утолить его. Простым зверьём не выйдет, у них кровь, не очень насыщенная энергией, а вот особенные существа, вроде этих змей… Как оказалось, их кровь не только насыщеннее, но будто и опаснее. Если простую я мог пить даже литрами без особых проблем, то те же змеи… Если выпью одну — ещё ничего не будет, кроме сильного чувства насыщения. Хотя бы три — уже хватит на пару дней того, чтобы кушевать в своё удовольствие как угодно. Но потом может быть немного плохо около дня — надо будет отпиваться обычной кровью и восстанавливаться в это время… Это было раньше. А сейчас происходит нечто странное. И, возможно то, что позволит мне стать сильнее. Ведь я кое-что заметил. Одно очень важную особенность… А ведь полного предела насыщенности крови не происходит — её сразу подавляет голод, который не особо слабел из-за моих ран, высокой активности и чего-то для меня пока непонятного. И я решил… Просто убить их всех и выпить. А потом бежать к обычному зверью, там нацедить себе немного крови и идти спать. По крайней мере, если мне будет плохо — хоть буду к этому готовым… Но я был вынужден остановится. Как бы забавно не звучало, но… Змеи закончились раньше, чем я мог себе представить. Точнее… Я сам невольно остановился от следующей картины — они начали отступать. Да… Я только сейчас смог опустить окровавленный меч и загнанно дыша посмотреть вокруг. А вокруг всё была ни разу не пастораль — рассерженные змеи стояли напротив меня неровным и неравномерным по числовому значению полукругом и пока не спешили атаковать. Мне даже уже было неинтересно, почему… А стояли они, преимущественно, на телах своих собратьев, которые сейчас почти все безголовые валялись у них под… Чуть не подумал, что ногами. Надо будет потом отдохнуть, эх… Но всё было не только снаружи печально, но и внутри. Внутри самого меня всё будто выгорало в той силе, что непрекращающимся огромным потоком ко мне поступала, но таким же потоком и уходила куда-то. Я уже не знал, куда там и зачем, но… Видимо, я могу это использовать в своих целях и даже стать сильнее. По крайней мере, я этот день я уже стал сильнее, выпив так много змей. А завтра я буду ещё сильнее. И так день за днём… Хотя это и будет сложно, если такая аномальная жажда продлится долго или останется со мной навсегда. А значит… Нужно осторожно пользоваться, пока баг не пофиксили. И да, не баг, а фича. В умелых руках всё можно обратить из бага в фичу, было бы желание. Я пока стоял и пытался отдышаться от недавней катавасии, уже не так враждебно смотря на змей вокруг. Вдруг накатила на меня какая-то усталость и я будто… Отупел, что ли. Эмоции чуть приглушились и, особенно в замедленном восприятии, я себя чувствовал очень странно. Видимо, сказывалось нервное напряжение и прочее — произошло обычное выгорание. Что с одной стороны плохо, а с другой хорошо. Плохо тем, что я это время не такой внимательный и более пассивный к событиям и вообще чему-либо. Хорошо тем, что мне теперь на всё немного по барабану. То есть, проще всё видится. Или никак не видится… Ну, не будут лезть в головушку мою пустую странные мысли, в частности. Будем поступать как проще — раз уже змеи не атакуют… То можно и обнаглеть. Я поднял меч, осторожно поводя его по трупам змей и в непосредственной близости от тех змей, что были напротив меня. А тем, конечно, это сразу не понравилось, и они начали на меня приглушённо шипеть. Некоторые даже как-то странно водили своим телом из стороны в сторону, будто танцуя. Не знаю зачем… Видимо, как элемент подготовки к броску. Или стриптиз такой? Я был бы не против ни того, ни другого, хехе… Особенно, если бы змеи стали бы какими-нибудь нагами женского пола. Хотя… А у меня вообще работает тот самый орган то? Аккуратно пригнувшись, я поднял с земли один из трупов, что был ещё не выпит — а уже это я теперь мог сказать, определив по косвенным признакам, я в полной и немного нервной для себя тишине просто начал выпивать эту змею. Чем, конечно, сразу спровоцировал змей на активные действия — некоторые начали подползать ко мне ближе, почти все начали на сей раз громко и даже угрожающе шипеть на меня. На это я, не отрываясь от своего позднего ужина, сделал выпад мечом в сторону ближайшей змеи, специально ударив по её голове плашмя. Та отлетела, но не сдохла. А вот когда я так сделал, ко мне начали подползать ещё страждущие получить по хлебалу. Что меня немного расстроило — я же к ним со всем сердцем… Поэтому, пришлось делать круговые махи мечом, просто не подпуская к себе этих странных змей, но никого не раня. Почему странных? Они… Всё ещё не атаковали. Поэтому, я решил пока их не трогать — вот если сами нападут, я им устрою Варфоломеевскую ночь… А поняв то, что они и не будет делать ничего опасного для меня, я просто продолжил уже посмелее выпивать трупы змей, откинув самую первую в сторону. Конечно, это осложнялось тем, что змеи меня всё ещё окружали и шипели всё сильнее и сильнее, чем больше трупов их друзей я так бесцеремонно беспокоил. Хотя, может их возмутил факт того, что я их невольно каждую целовал, потому что приходило именно губами притрагиваться к ране? Это они, ЧСВэшницы, получается, которые не хотят, чтобы простой вампир как-либо их царственных особо касался? Или, наоборот, собственницы, которые жаждут единоличного и только индивидуального внимания без моего покусительства на других змеек? Впрочем, пока они терпели. Но я всё-таки опасался пока повернуться к ним спиной и излишне расслабляться, поэтому пришлось постоянно поддерживать состояние замедленного восприятия, или как его там можно назвать… Может трансом каким-нибудь боевым? Ладно, так и буду теперь называть… Также, правда, пришлось следить ещё и за беспокойной обстановкой, что постоянно накалялась и накалялась. Ведь с болота выползало всё больше и больше змей, пока их не стало столько же, сколько было на пике того, когда я их убивал. Но они всё ещё шипели и не спешили атаковать, желая, как будто просто меня прогнать. А я… Уже был и не против отсюда уйти. Только вот… Напоследок я решил сыграть в ящик ва-банк. Я громко зашипел в ответ на шипение змей, которые сейчас из-за своего количества, шипели уже не столь синхронно и красиво, как в самом начале нашего с ними знакомства. Впрочем, это было понятно — хоровое пение надо тренировать. А у них, не учитывая образования в музыкалке, нет даже трёх классов в церковно-приходской школе. О чём с этим быдлом шипящим говорить? Хотя, наверно можно сделать скидку, учитывая, что это их дебютное выступление… После моего экспромта, наступила тишина. Я хотел бы думать про себя, что они были глубоко впечатлены и потрясены моим уровнем владения серпентанго, но про себя невольно хихикал — наверняка сейчас выпали в шок от того, что я в их простом шипящем слове из пяти букв допустил 28 грамматических ошибок. Я действовал наверняка… А змеи невольно замолкли и лишь били хвостами по земле в некоем странном ритме и лишь смотрели на меня бусинками своих злобных и маленьких глазиков, изредка высовывая язык и будто беря пробу воздуха на предмет нахождения наличия количества в нём железа. А последнее и правда имело смысл — достаточно сказать, что территория метров в пять была полностью покрыта кровью змей и змеиными, обезглавленными мной по возможности, трупами. Которые сейчас беспорядочно валялись и, хотя полностью землю не прикрывали, но весьма прилично занимали место. Если бы я хотел отсюда идти, мне нужно было бы внимательнее смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о труп под ногами. Впрочем, когда я начал собирать трупы с земли просто руками так, как будто собирал обычные дрова в стопку, змеи зашипели на меня с удвоенной силой, только… С какой-то другой интонацией. Нет, не то, чтобы у меня был музыкальный слух, и я мог воспринимать малейшую смену тона голоса, но… До этого отличалось то, как они шипят сейчас. Хотя, возможно, там, как всегда, есть какой-то мудак, который фальшивит и тем самым подставляет остальных… И это при том, что я успел собрать только около пяти безвольно лежащих на земле шлангов, как на меня сразу же начали бычить, странно шипя. Это они, интересно, так матерятся? Ну дык я тоже так умею… Но не показываю же своих талантов на людях всуе! Может, я культурный человек? Эх, так не просто быть моральной и нравственной личностью в наше то время… Все так и спешат тебя оболгать и обматерить на змеином… И чем больше дров я собирал на растопку своё последующее усиление, тем более нервными и странными становились змеи. Они всё громче шипели, одновременно с этим плотнее меня окружая, всё ближе подходя ко мне и угрожающе мне скалясь своими белоснежными клыками, но… Не атаковали. Хм. Я только подумал, смотря на этих пацифистов — а они ведь и раньше на меня особо не нападали, только отвечая на атаки. Может… В этом есть смысл? Ну, может и есть. Только пока мне нет до него дела… Что заставило меня расслабиться и, набрав уже около двух десятков трупов, что были почти полным составом той братской могилы, что я тут учинил, я начал потихоньку удаляться от этого грубого и неотёсанного быдла, которое только шипеть гораздо с более широко раскрытыми пастями и глазами… И да, эти тварь так и не дали мне собрать все трупы, в конце просто загородив их своими телами. На что я, невольно посчитав возможную прибыль и потенциальные люли, вынужден был ретироваться… Ну сдохли они уже! Ну отдай ты их бедным, голодающим и нуждающимся вампирам! Ни себе, ни людям… Что за змеи нынче пошли… Но как выяснилось, уходил не я один. Змеи вдруг единым фронтом поползли за мной, злобно шипя и прочими атрибутами демонстрируя факт того, что мной они всячески недовольны и лучше бы мне оставить те шланги павших в бою доблестных змиев на родной земле, а не уносить их непонятно куда и уже там выпивать… Конечно, я не собирался им ничего возвращать или возмещать — нехер было выходить так откровенно не один на один. Но я ведь справился? А всё почему? А фирма веников не вяжет. Фирма делает гробы. Каламбур, получаица? Я хер его знает… Ну и ладно, пора уносить побыстрее ноги, пока могу. А я уже действительно занимался этим изо всех сил, унося не только их, но и стопку моих энергетиков, которыми я буду ширяться по пути домой. Пришлось, правда, идти спиной назад и лицом к змеям, чтобы не додумались на меня напасть ещё живые шланги-камикадзе. И… Я смог уйти безо всяких проблем. Змеи почему-то застыли на некой границы в десять метров от болота и теперь занимались тем же самым, когда я стоял рядом с ними — шипели и другими способами выражали своё неудовольствие ситуацией. Чем заставили меня, с одной стороны, удивится — в прошлые разы они как-то раньше умирали и не выходило так, что их приходилось далеко уводить от их болота. Поэтому, я и не знал об этой их особенности. А с другой стороны — у меня сложилось впечатление, что они, похоже, считают меня толи за своего, толи есть ещё какая-то причина, из-за которой они так себя ведут и не нападают на меня. И я, если так подумать, тоже ощущал в их отношении нечто странное. Но может быть, дело было и не в этом… Впрочем, теперь уже неважно, учитывая факт того, сколько их там всего осталось в болоте. Надо бы их проведывать время от времени, но никого не убивать — пусть вырастают мои новые энергетики, хахахахахахаха… Я остановился в паре сотнях метров от болота и достав нож, начал сразу пропарывать тела змей, из чьих первоначальных ран кровь уже не текла, предварительно аккуратно их расположив себе на колени, которые были, на первый взгляд, даже менее чисты, чем земля под ногами. И сразу как я сделал рану, мне пришлось по уже выработанной невольной привычке припасть к ней, чтобы утолить странный голод, и чтобы банально кровь лишняя не утекла в процессе. Хотя это и было немного неудобно и некомфортно… Но ощущения и последствия такого действия себя более чем оправдывали. Как хорошо, что они уже были мертвы… Живых выпивать намного проблематичнее… С другой стороны — острые ощущения и они сами по себе довольно свежи. Это как сравнивать свежесобранное с дерева яблоко, которое ты попробовал на вкус и то, что уже упало вчера, но ещё не успело сгнить, хахахахахахаха… Я уже давно обратил внимание на то, что я был немного не в адекватном состоянии и даже внешне со мной всё было плохо: сначала одежда была запачкана грязью, а потом и кровью убитых людей. А по поводу состояния? Думаю… Тут сразу множество факторов. Особенно то, что сейчас мне немного нехорошо из-за бурления энергии внутри, что буквально меня раздирает… Но уже поздно было что-то делать с этими двумя обстоятельствами. Второе меня уже не особо беспокоило — всё-таки, одежда и доспехи меня защитили от змей, знатно облегчив мне мой труд по их убийству. А вот моё состояние… Тут я уже особо не могу поделать. По крайней мере не сразу. По крайней мере не сейчас… Конечно, я не мог выпить ВСЮ кровь существа. Его для этого пришлось бы разрезать на маленькие кусочки. Но почти всю удавалось выпить. И сейчас, откидывая уже почти бескровные трупы в сторону от себя, я отмечал всё накапливающийся диссонанс чувств внутри себя — кровь и энергия от неё пребывающая накатывала, словно цунами, но… Будто сразу же и уходила сквозь какой-то дуршлаг в моём теле, который незамедлительно и лишь чуть меньше поступающего потока поглощал кровь и энергию. При то — чем больше поступало, тем больше начинало уходить. Но поступало всё равно чуть больше, заставляя меня страдать ещё и от того, что организм будто разрывался от того количества крови и энергии, что бурлили во мне подобно раскалённой магме и не могли найти выход. Что вызывало всё более и более накатывающие приступы боли от чего-то внутри, которое будто в один миг чуть ослабевало, даря мне краткий покой на мгновение, а потом… Опять возвращалось в исходное состояние. Чтобы в следующий миг уже расшириться на каплю больше, заставляя меня испытывать всё большую боль… И так раз за разом, круг за кругом, миг за мигом, что постепенно складывались в минуты… И хотя, пока я мог осознанно держаться, лишь с силой сжимая трупы в руках и иногда кусая их, чтобы хоть как-то избавится от боли, но долго я так явно не смогу продержаться… А ведь трупов было ещё много, я успел на данный момент штук пять вроде выпить только. Но моё состояние уже напоминало маленькую дамбу, что поставили сдерживать полноводную реку с быстрым течением. Некоторое время она ещё сможет выдержать. Но вот потом давление воды станет слишком сильным, по всей её поверхности появятся тончайшие трещины, которые положат начало концу и падению дамбы. И я чувствовал — скоро меня постигнет участь, очень схожая этой дамбе. Ибо если сначала мне было просто больно, то сейчас тело начало будто жечь изнутри. И… Взор вампира уже был затуманен, и он всё методичнее, тупее, хоть и быстрее выполнял простой, но достаточно кровавый алгоритм действий: сначала он брал в одну из рук труп ещё не выпитой им змеи, делал ей разрез мечом и сразу приникал к её ране губами, начиная пить, пить и всё больше пить. Когда кровь больше не текла, он на пробу делал ещё несколько ран, чтобы выяснить — осталось ли у неё ещё кровь? Если оставалась — он выпивал и ту, предварительно нанеся ещё необходимые раны. И так, пока кровь не перестанет течь. А вот когда она уже перестанет течь — он просто откидывал труп в сторону, где уже лежали около половины тех трупов, что он изначально притащил сюда. И выглядели они так, будто ранее были неким единым организмом, которое варварски и хаотично порубили на части и пропустили через мясорубку, не разбирая, что там мясо, что кости и так далее… А потом просто свалили в одну кучу, окатив всё это великолепие сверху от щедрот кровью и грязью. Так он и делал, пока вдруг его взор не потерял всякую осознанность и он вдруг не сжал в руках труп змеи с такой силой, то та, как если бы была сделана из пластилина, просто податливо поддалась и лопнув от давления, разделилась на две части и упала двумя неровными и не очень аппетитными даже на вид половинками в разные стороны. На которые вампир, впрочем, уже особо не обращал внимания… Он встал с колен, на которых сидел всё это время поглощая змей и пустым взором уставился куда-то в лес. Наверно, будь здесь обычный человек, он бы застыл от ужаса от представившейся ему картины и последующих событий. Это была уже тёмная ночь, лес жил своей жизнью и шумел верхушками деревьев от ветра, что довольно часто гулял в нём. Но в привычные для любого леса втискивались и посторонние, скорее даже нехарактерные для него, звуки — раздавались какие-то крики, ревели вдалеке непонятные существа, животные беспокойно кричали сотнями разных голосов и прочие инфернальные звуки. Но всё в один миг затмил странный рёв, который прокатился по, на первый взгляд, пасторальному лесу на несколько километров. И исходил от того самого вампира. А выглядел тот со стороны весьма… Весьма. Каждый наверняка бы резюмировал, как именно, но лучше его рассмотреть бесстрастно. Это был относительно спокойный участок леса. Тут иногда даже за целый день никого не убивали. Особо не ходили и даже не жили существа, отличные от обычных. Разве что, в паре сотен метров от этого места было очень знаковое по некоторым событиям болото… От которого вёл натуральный кровавый след, будто куда-то уходила целая повозка с трупами. Что было не совсем далеко от истины, если знать подоплёку ситуации. Если проследить этот кровавый след до его логического конца, то можно обнаружить — вы пришли. Более вам уже никуда не надо… А впечатление такое сложится из-за общей атмосферы леса и очень пасторальной сценки впереди на небольшой поляне, где след и обрывается — там стояло полностью окровавленное чудовище в доспехах ему не по размеру, из-за чего в нём он выглядел фантасмагорично. Образ дополнялся тем, что кровь на доспехах, что сейчас либо уже засохла, либо всё ещё стекала очень густыми и насыщенными каплями, а иногда и целыми ручейками, падая на землю и смешиваясь с небольшими лужицами, что там уже успели образоваться; была смешена с грязью, травой, какими-то листиками и прочим мусором, что приклеился по пути через лес. Но больше впечатлял внешний вид даже не самих доспехов, а их нынешнего владельца — а тот сейчас чему-то скалился чёрными от крови зубами, широко раскрытыми глазами, расширенными зрачками и каким-то пустым взглядом уставившись в сторону, что была не так уж и далеко от болота. А потом, он с хрустом в шее куда-то повернул голову, ещё более расширенными глазами уставившись теперь туда, и… Именно в этот момент он и издал тот крик, что так потряс лес. И имел некоторые последствия… Сам вампир в это время вдруг как-то даже засветился изнутри и, подняв голову к небу, вдруг завыл как самый настоящий волк. И если первый его крик ещё нес в себе некое страдание от переносимой им боли и мог указывать на то, что он ещё человек, то второй… Это был крик зверя. Зверя, что вышел на охоту. Сразу после крика он со взрывной скоростью стартовал с места и побежал куда-то далеко в сторону от болота. Если бы он был ещё в сознании, он бы сразу сказал — там обитает то самое существо-секач, которые его однажды уже чуть не убило. Точнее, обитает оно там даже не одно, там был целый выводок таких существ. Но вампир смог выгадать время, положение и прочее так, что с секачём смог выйти один на один. Правда, даже в равных условиях особо ничего ему он не смог сделать и был вынужден бежать и потом умереть… Чтобы родиться заново. Точнее, чтобы на его место встал кто-то другой. Кто-то, кто сейчас хоть и не являлся осознанной личностью, которая хоть что-то понимала и осознавала, но она смутно помнила боль, эмоции, смерть… И помнила, кто её к этому подтолкнул. А зверь живёт простым законом — око за око. Его он сейчас и спешил выполнить, приближаясь к территории секачей на скорости не самого медленного автомобиля. Впрочем, месть была не единственным фактором, было ещё и одно простое желание — насытиться. Голод… Всё так и не проходил. Но хоть он и вздымался как волна, грозящая погрести под собой бедного вампира, тот уже подстелил себе соломки заранее — он выпил столько крови, что его бедный организм едва на разорвало на сотни маленьких вампирят. Но даже этого было мало — голод всё пульсировал, требуя большего, и… Зверю ничего не оставалось, как следовать его зову. В конце концов, когда вампир ещё смутно осознавал происходящее, он невольно себя запрограммировал на несколько алгоритмов. Первый из них — убивать и выпивать кровь из убитых или ещё живых существ и зверей до тех пор, пока голод не будет утолён. Если будет слишком сильный или неудобный враг, в бою с которым потратится много энергии или даже будет шанс умереть — убегать, предварительно ранив. Но если тот будет слаб, ранен, болен и как-либо недееспособен — убить. Вести себя согласно инстинктам. Ориентироваться на чувства и реакции как своего тела, так и тела оппонента. Вести бой и отступать осторожно и своевременно, не давая волю жажде крови и желаниям. Второй — низкий приоритет убийства людей, что ходят по лесу. Особенно тех, что живут в новом племени в его лесу. Если они увидят вампира — убить, выпить их и спрятать трупы понадёжнее — никто не должен узнать о его существовании и причастии к убийствам людей. Третий — когда голод будет утолён полностью или хотя бы удовлетворительно для того, чтобы можно было безопасно жить без риска умереть от него ещё пару дней — убежать в секретное убежище, предварительно взяв с собой пару трупов на прокорм. В случае критической необходимости воспользоваться фермой разведённых для прокорма животных, что специально развёл рядом с убежищем. Отсыпаться и восстанавливаться до тех пора, пока раны не будут восстановлены или не будут критичными для последующего выживания и охоты. Четвёртый — по возможности не оставлять следов в лесу, что указывали бы, что здесь есть некто разумный, кто специально убивает всех зачем-то. Не приводить в свой дом, убежище или территорию кого-либо, или что-либо. Убедиться, что никто не следит на протяжении всего пути. Конечно, он не хотел сначала думать так продуманно и прочее, но… В итоге оказалось, что это был его своеобразный барьер, который отделял его от поступающей пустоты, в который он рисковал раствориться в любой момент. И ему пришлось специально использовать какие-то сложные слова и складывать их в целые абзацы смыслов для того, чтобы в случае чего, возможно, тело придерживалось именно их. И… Он был прав. Тело и правда ориентировалось именно на эти директивы от мозга, которые сейчас стали будто нерушимыми постулатами для него. Особенно учитывая факт того, что сейчас оно ничего не соображало без уже спящего сознания и было вынуждено, за неимением ничего другого, положиться на последние угасающие мысли сознания. А они были очень хороши. Хороши в плане того, что сейчас он уже стоял у логова секачей и вместо того, чтобы сразу выдать себя громким рёвом, как совсем недавно он сделал, взбаламутив весь лес, он… Просто повис на верхушке одного из деревьев, терпеливо чего-то ожидая. И даже не потому, что он был такой умный даже в отсутствие разума и способности думать. Скорее, он смутно чувствовал и помнил — эти существа, кроме детёнышей, сильнее чем он сам. Сразу убить не сможет. Надо ожидать удобного момента. И ждать… А ожидать пришлось, с одной стороны, недолго, но для прошлого вампира, который имел сознание, это показалось бы вечностью пыток. Ведь надо было обнять дерево как себя родного и застыть будто статуя, абсолютно не шевелясь и никак не выдавая себя в течении около получаса, что было… Довольно-таки проблематично для любого разумного. Конечно, если он не был специально подготовлен. Но зверь, которым стал вампир не испытывал никаких проблем. Пустыми глазами сейчас наблюдая за идущим небольшой частью обычного семейства секачей, что шли в своё логово по привычным им звериным тропинкам. Шли они, судя по всему, откуда-то с кормёжки и шли отсыпаться в своё подземное логово, в количестве около десяти. Только вот… Среди них был всего один взрослый самец, две взрослые самки, пять подростков, что раза в два уступали во всём своим родителям и совсем детки, которые были на один удар вампиру, будучи даже внешне похожи на неопасных домашних свинок, ростом со среднюю собаку. О последних он и не волновался, смотря на подростков. Не то, чтобы он любил помоложе — просто, их было бы легче убить и профит с этого был бы выше. Да и, мешаться в случае чего ему они уже не будут. Сейчас, всё, чего надо было дождаться вампиру — момента того, как подросток секач окажется рядом с его деревом. Ведь он специально, исходя из ощущений, залез именно на то дерево, что стояло вплотную к тропинке. И оставалось совсем немного до убийства… Надо сказать, что секачи не были обычными кабанами. Ни в каком отношении. Именно эти твари, если были взрослыми и самцами, достигали в холке более двух метров роста, весили каждый под пол тонны и имели клыки около 40-50 сантиметров. Самки были чуть поменьше и послабее во всех отношениях. Вдоль позвоночник всех кабанов, кроме ещё не выросших детенышей, шла очень густая, жёсткая и плотная щетина, что собой закрывала позвоночник. По всему телу тоже была такая же щетина, только в меньшем отношении. Спрашивается, а как вампир вообще смог ранить одну из этих тварей? А в тот раз он атаковал, по своей глупости и самонадеянности, их вожака — матёрого секача. А тот был почти в полтора раза тяжелее и больше, чем такой же, но обычный взрослый секач. И… Конечно, тот уже был далеко не обычным существом. Его подшёрсток был жёстче и устойчивее для ударов, чем кожаная броня тех воинов, что он убивал уже раньше. Но даже так, он смог её пробить и ранить кабана. Но не убить — у того был толстый слой жира, через который он уже не мог пробиться. Копья или чего-то подобного у него не было. Но, возможно, могло выйти и так, что даже с чем-то достаточно длинным и острым, но не прочным, ничего бы у него не вышло… Но даже мечом эту тварь пробивать было очень неудобно. И сейчас, согласно алгоритму, он решил отдать предпочтение более лёгкой цели. Сейчас. Подросток как раз в двух шагах от дерева, когда метров с пяти от этого самого дерева тёмная фигура сорвалась бесшумно в полёт, чтобы через две секунды приземлится всем своим весом в спину секачу ногами и мечом в руках ударив одновременно с этим тому в шею. Миг и секач без звука упал на землю, подёргивая в судорогах ногами — у него был перебит позвоночник. Так вышло, что этот подросток был в самой середине некой неровной колонны, которая состояла из взрослых особей, что шли в её начале и конце, подростки в которой были внутри, но по краям и дети в самом центре. И тот самый подросток, так уж вышло, был так неудобно расположен для остальных, что его к трупу нельзя было сразу попасть. Мешали детёныши, что сейчас орали и подростки, что своими достаточно массивными телами застыли на месте и глухо что-то угрожающе и одновременно жалобно хрюкая, явно боясь вампира. Так вышло, что последние своими телами банально не давали пройти их родителям, чем вампир и воспользовался. Он сразу начал выпивать кровь секача, чувствуя, что именно у этого кабана кровь была сильнее, чем даже у многих змей, что он совсем недавно выпил. И ощущения… Были немного не такие, как от неё. Но, в целом, они не особо сильно друг от друга отличались. Но то подросток. А вот если взять матёрого секача… От удара, от которого вампиру пришлось подпрыгнуть в воздух на ближайшее дерево, от чего-то содрогнулось и в которое сразу через пару секунд пришёлся удар уже взрослой самки. Заставив дерево сначала глухо затрещать ломаемым стволом, а потом, накренившись, упасть куда-то в сторону. Правда, вампиру это никак не навредило — он отпрыгнул за миг даже до первого удара на другое дерево. И уже ждал момента следующего убийства. Кабаны наконец смогли прорваться через своих паникующих детишек, что частично разбежались, застыли на месте или наоборот, жались к родителям. Чем во всех отношениях мешали последним. И момент наступил. Он рывком отскочил от молодого дерева, заставив то накренится и заскрипеть. А потом вампир рывком приземлился на очередного подростка, вогнав ему тонкий медный нож прямо в глаз, целясь в мозг. И так вышло, что это был его памятный нож. Но поскольку вампир, когда был ещё в сознании, не догадался никак позаботится об этом моменте или оставить его на той поляне со змеями, сейчас тело применяло всё, что у неё было, чтобы убивать. Секунда будто растянулась на вечность, но завершилась и она — ноги секача подогнулись и вампир, сделав ему символический разрез на морде, успел сделать из того пару глотков. Тоже сильная кровь… Но этого всё равно мало ему. Нужно было больше крови для насыщения… И мести. Он узнал это семейство. Именно у него вожаком был тот секач, что его ранил тогда. И сейчас… Он собирался ранить того сильнее. И пусть у него не было сил, чтобы убить того кабана, но вот его выводок и семью… Что он и делал сейчас, попивая в очередной раз кровь уже поверженного кабана. Чтобы через миг быть вынужденным опять осваивать многометровые во всех отношениях прыжки, услышав сзади истеричное кабанье хрюканье, что хрюканье уже не напоминало. И спешно отпрыгивать от возможного удара сзади от тех самых секачей, что всё бегали и бегали, бесполезно ломая деревья вокруг, устроив уже целую просеку. Последним они, конечно, немного усложнили жизнь вампиру, у которого уже было не так много вариантов убийства секачей. Так он успел сделать ещё один раз, опять убив подростка секача, на сей раз перерезав ему горло, почти отрубив горло ударом меча по восходящей траектории. И, конечно, по традиции он, будто издеваясь, опять успел выпить немного крови, чем заставил окончательно осатанеть взрослых особей, которые никак не могли поймать вёрткого врага. И вот, нашлось дерево, что не поддавалось на удары кабанов, чтобы они не делали. И вампир, согласно тем же директивам, начал претворять действия уже другого характера партизанского оттенка. Его месть была частично выполнена. Его насыщение кровью тоже частично восполнено. Но, говоря между нами, кровососами, он больше потратил, чем получил. Был бы он в сознании, был бы опечален и раздосадован. Но сейчас такими категориями он не мыслил. Да вообще никакими, в принципе, не мыслил… А исходил лишь из того, что, красиво выражаясь — вечер перестаёт быть томным. Проще говоря — уже, не имело смысл никого убивать. А вот собрать себе переносную кровь… Так вышло, что сейчас, представляя собой лишь тело, он не ориентировался на ощущения сознания и привычные для него пять чувств с их ограничениями в полной мере. В этом были как плюсы, так и минусы, но сейчас о главном — он… Будто смутно чувствовал теперь чужую кровь. Будто некое присутствие оно было у каждого существа, в зависимости от его силы и прочего. И он собирался этим воспользоваться. Он сорвался с трёхметровой высоты с дерева и, в недолгом полёте, сразу осторожно приземлился на землю, начав бежать в сторону одной из самок, что не караулила его у дерева, а… Охраняла ещё живых подростков и детишек. К последним то вампир и бежал, желая тех забрать с собой и позже выпить, восстанавливая силы. Сзади, через секунду-другую, раздалось предупреждающее хрюканье, которое сигнализировало — надо спасаться! Увы… Вампир был быстрее. Причём не только физически. Имея сейчас так много силы, крови и энергии, он постоянно мог поддерживать тот самый транс, который будто всё для него замедлял. Во многом, только благодаря ему он смог всё сделать так гладко. И даже, достав меч и полоснув взрослую самку по морде и глазам, пробился к детям и, за пару секунд перерезав одному из них сухожилия на лапах, а другому отрубив ударом меча голову, он рывком смог одной рукой поднять обездвиженного и живого кабанчика и, убрав меч за пояс, начал быстро убегать. Намного быстрее, чем кабаны. А те, конечно, пытались судорожно его догнать, отчаянно и жалобно хрюкая, слыша такое же хрюканье от их маленького, как для них самих, детёныша на плечах вампира, но… Тот был слишком быстрым. И хотя кабаны были намного быстрее обычного человека, но они просто не могли соревноваться с вампиром, который бежал сейчас со своей максимальной скоростью и, хотя и тратил много сил, но сразу те восполнял, выпивая кровь из ран кабанчика на плечах. А тот всё бежал, постепенно всё больше отдаляясь от бедных и несчастных кабанчиков. А бежал тот в сторону своего невольного секретного убежища. Какое такое убежище? У вампира, что логично, было несколько резервных лёжок по всему лесу, где были небольшие землянки, которые изнутри были мало мальски обделаны. Конечно, они довольно скрытны и незаметны со стороны. Но это было следствием того факта, что они и были очень маленькие — те были сделаны в различных оврагах, болотах и прочих труднодоступных для любого местах и были очень небольшие изнутри — всего 2 метра в ширину и длину. В высоту не вышло так много, поэтому в таких убежищах приходилось прилично пригибаться. Но хотя бы выспаться после долгой охоты было можно… В тоже самое время, как раздался первый непонятный рёв откуда-то из глубины леса, по нему шла группа воинов и одного из учеников шамана в их племени, которые уже несколько лет ищут следы непонятного зверя, который зачем-то убивает всё подряд в этом лесу. Причём не только зверей, но даже и мистических существ с большей силой. Но это ладно. Самый ключевой фактор, из-за которого здесь сейчас была эта группа людей из пятнадцати человек во главе с главным учеником шамана была в том, что начали пропадать в этом лесу очень избирательно люди. А сейчас, они смогли найти какие-то новые следы и решили по ним последовать, сразу получив приказ от щамана племени. А избирательность та выражалась в том, что пропадали они не во всём лесу. А лишь в некоторых его частях. Например, рядом с теми местами, где находили странные трупы или недалеко от вражеского племени. Собиратели и охотники в один голос говорили, что это был не обычный зверь, судя по его привычке охотиться и убивать. То было какое-то мистическое существо. Возможно, даже разумное. И очень опасное… К такому выводу пришёл шаман племени, когда долго думал над словами охотников о том, что были найдены десятки обескровленных трупов в лесу в определённых его местах и даже куда-то ведущие следы, натоптанные дорожки и прочее, говорящее о том, что кто-то целенаправленно охотился в этих местах. Но… Это были не люди враждующего с ними племени. Они смогли поймать парочку пленников из тех людей, что сейчас жили в лесу и выяснили — это были не только не они, но даже и не тот дух, что поддерживал их племя. Ибо они и сами страдали от периодических налётов непонятно кого. Иногда умирали люди и некоторые пойманные или специально пригнанные животные. Вообще, все эти неприятности приписывались именно их племени. На что шаман сразу нахмурился — казалось, кто-то пытался их столкнуть друг с другом. И скорее всего, это были духи… Но только вот какие? Он уже поговорил с несколькими дружественными и честными духами и выяснил — это сделал не духи их племени. Не духи враждующего с ними племени. И даже не те, что живут в племенах рядом. Это сделал кто-то, кто сейчас проживает в лесу. Но духи точно не могли сказать, кто или что это было… Но духи сказали, что это — обычное мистическое существо, не дух. И что с самими духами оно не связано и не может быть связано — они обошли всех знакомых духов даже во враждебных им племенах и пришли к выводу — никто не был причастен к происходящему в лесу. А это значит, что опять появилось какое-то достаточно сильное существо, которое просто безнаказанно убивает более слабых чем оно существ, людей и обычных животных просто потому, что может. По крайней мере, в таком количестве шаман не мог назвать никакое существо, которому бы понадобилось ТАКОЕ количество убитых для своего выживания. И также было выражено сомнение в его разумности — уж больно было странным его поведение. Конечно, многое указывало на то, что существо что-то понимает и даже как будто специально запутывает следы, но… Это оставалось на уровне очень умных хищников, которые просто хорошо приспособились к окружающей обстановке. А поняв, что особой опасности от существа как таковой нет, но при этом от него уже присутствуют немалые проблемы, он принял решение — избавиться от существа, убив то. Тем самым, он убьёт сразу несколько зверей одним ударом — он сможет предоставить вражескому племени доказательство того, что это не они во тьме ночной нападали на них, тем самым немного смягчая их отношение. Шаман не хотел мириться со старыми врагами, уж слишком много у них было обид и нерешённых вопросов друг к другу. Особенно он не желал допустить случая того, чтобы было окончательно завершено и достроено новое племя в лесу, усиляя тем самым вражеское для него племя. И тем самым роняя тень затменья на их племя. Конечно, он не мог этого допустить… Но и слишком быстрого и сильного обострения конфликта тоже было нельзя допускать. Поэтому… Было обдумано, решено и воплощено именно так — послать группу лучших воинов с сильнейшим учеником его племени убить то существо и принести его голову вражескому племени, сказав: вот он, виновник непонимания между нами! И та самая группа, которая состояла преимущественно из воинов, охотников и прочих самых способных людей, шла в сопровождении одного из собирателей, который именно тут раньше и собирал всякие травы и прочее, нужное для их племени вещи. Но… Он начал замечать — теперь и в этом участке леса начало происходить нечто странное. Появляются странные трупы, кровавые следы и прочее. Тоже самое, как в остальных частях леса последние вот уже десять лет. Это был, по его мнению, сигнал — тварь перенесла свои охотничье угодья на сей раз уже в этот участок леса. Но больше воинов, что слушали рассказ собирателя, поражало не то, что находятся странные трупы и прочее — мало ли способов убить как-то странно? Может, оно просто перед убийством ещё как-то забавляется с животными и прочими существами… Больше их настораживал факт того, что иногда даже очень свежие трупы находили на РАЗНЫХ участках леса, что были друг от друга на расстояние десятков километров. Как будто были убиты примерно в одно время. А это… Очень сильно осложняло дело. Получается, существо было настолько быстрым, что могло преодолевать такое расстояние за несколько часов. И даже несколько раз, судя по найденным трупам и прочим свидетельствам. И сила твари… Их она тоже напрягала — были найдены многие существа, с которыми даже они, один на один, лучшие воины племени, не рискнули бы вступить в последний бой. А существо убивало их, мучая напоследок, нанося раны по всему телу… Охотники, конечно, логично предполагали, что было не одно подобное существо. А целый выводок. Что и сообщили шаману, который тут же кинулся проверять это у духов, опрашивая их. Но те возразили — существо было одно. Во всяком случае, всплеск энергетической активности от множества существ они бы почувствовали. А такого не было — значит, оно было одно. А уж одиночных, но сильных существ, в лесу было много. И не только именно таких… Конечно, подобных существо было много — например, похожий метод питания был у змей, что обитали в лесу. Но даже внутри змей он здорово отличался, ведь там много разных змей, что по-разному убивали и поглощали своих жертв. А тварь точно не была змеёй. Скорее… Очень похожей на человека. Во всяком случае, редкие следы на месте убийств, указывали на то, что оно ходило на двух лапах, а не четырёх. А может и не лапах, а ногах. Но в последнее не хотелось верить уже самому шаману, так что, он приказал считать в племени, что это — просто какое-то существо, пришедшее издалека и изредка тут охотящееся. Было объяснено, что пока ты не зайдёшь на его территорию — с тобой всё будет хорошо. И это даже было правдой — люди хоть периодически и умирали в этом лесу, учитывая его опасность, но умирали достаточно обыденными смертями. Если, конечно, не заходили именно в сторону тех мест, которое существо считало своими. Тогда, если трупы вообще находили потом, у них были одинаковые черты — изрезанное и обескровленное почти целиком тело. Но тут уже мнения разделялись — возможно, оно просто забавлялось, играя и убивая слабых по мнению его существ. Может, такой способ питания был — как у местных змей, только немного другой. Может ещё что-то… Впрочем, когда испуганные звуками леса, ночной прохладой и темнотой, собиратели шли по лесу, воины лишь методично печатали шаг в сторону предполагаемых троп того самого существа. К которым те самые собиратели их и вели, уже жалея, что вообще додумались доложить об их обнаружении… Конечно, воинам не очень хотелось идти сражаться с существом, которое убивало сильных существ уже тогда, когда у них молоко на губах не обсохло и они меча даже в руках не держали, но… Выбора особо не было. Струсить им не позволяла честь воина, на которого опирается племя. Приказ шамана тоже был весом в этом вопросе — по крайней мере, по его словам, им особо ничего не угрожало с его учеником в их группе. Особенно учитывая, что здесь сейчас собрались сильнейшие воины, лучшие и опытные охотники и собиратели. Последними даже можно было пожертвовать ради победы. Последнее, впрочем, было бы нежелательно, по словам шамана, которые тот сказал главному воину. Ибо… Могут поползти гнусные слухи в племени о том, что они никого не убивали. А просто сходили в лес и договорились с очень страшной, опасной и возможно даже разумной тварью, чтобы она в меньшей степени убивала их воинов и вообще их людей. А взамен… Они заплатили собирателями, что сами показали к ней дорогу, решив свою судьбу. Впрочем, шаман был уже не так молод и наивен. Если бы он точно знал, что это какой-то злой и тёмный дух он бы… Так и поступил. Пожертвовал бы несколькими не очень полезными членами племени, чтобы выжили все остальные и племя смогло бы идти дальше. Но… В этом не было необходимости. По крайней мере, он так думал… Но реальность внесла свои коррективы. Сейчас уже прошло некоторое время с момента того, как прозвучали два столь разных рёва. И… Группа племени остановилась, чтобы перегруппироваться и обсудить это дело.  — Мне могло показаться, но это было будто два разных крика. Или даже рёва. — Главный воин, стоя в окружении таких же воинов как он сам, сейчас с презрением смотрел на слабых духов собирателей, что были готовы преждевременно уйти к духам предков от недавних жутких криков. Впрочем, он лишь глубоко вздохнул и успокоился — он сам видел сотни смертей и к своей возможной смерти относился как к неизбежному, лишь спокойно её ожидая и будучи к ней готовым. А эти… Что взять с тех, кто ничего не понял в жизни? — Как думаешь, это было то существо? Я не помню, чтобы оно кричало. Даже ты говорил, что оно обычно молча убивает. — Он обратился к главе охотников их племени, что сейчас тоже был здесь.  — Не знаю. — Мужчина лет 30 честно пожал плечами, будучи одетым в очень странные тряпки, типа римской тоги, что не стесняли тело и при этом полностью то скрывая. Удивительно, но он даже не носил доспехов. — Ты прав в том, что он убивает молча. По крайней мере, я ни разу не слышал о тех, что слышали какие-то странные крики во время убийств. Но были и те, кто смог остаться живым встречи с ним, и они говорят, что тот вообще никаких звуков не издаёт во время убийств и даже просто, когда куда-то идёт и прочее. Даже шагов и прочего. Идеальный охотник. — На последних словах он сплюнул на землю и достав лук с плеча, подал какой-то знак остальным охотникам. И, к чему-то прислушиваясь, начал медленно говорить, будто убеждая самого себя: — Но в любом случае, всё плохо. Крик звучал не рядом. А издалека. Он пришёл к нам раскатистым эхом, с расстояния, на преодоление которого, учитывая предосторожность и все факторы, нам понадобится около часа. Так что думаете, мы пойдём его исследовать или продолжим идти по тропе, ища существо? — С последней своей фразой он обратился уже к главному воину, что скептично на него смотрел — и зачем его тот вообще спросил, если сам уже готов к возможному бою и даже дал сигнал своим людям? Впрочем, ему ничего особо и не оставалось как сказать, так и сделать… Он махнул рукой, подзывая таких вдруг ставшими ненужными его отряду собирателей и начал быстро объяснять: — Я думаю, что нам нужно выяснить, кто это был. Судя по крику, существо достаточно сильно. Раз уже смогло с такого расстояния крикнуть так, что его крик прокатился аж до нас. Но дело не в этом. А в том, что мы думаем… — Он бросил короткий взгляд на главу охотников, который лишь улыбнулся ему самыми краешками губ, чуть прищуривая глаза. — Что это было то самое существо. И мы намерены, не сильно уходя от его троп, пойти в сторону криков и понять, что там произошло. А вы! — Он резко указал рукой на собирателей, заставляя тех дёрнуться, уже предчувствуя для себя опасность. И не зря… — Будете нас вести, где там ваши тропы более часто используемые, по вашим словам, и наблюдениям. Охотники, поможете им. Нам нужно понять, как давно существо вообще по ним ходило… … Я знал, что поимка этого старого и опасного существа будет сложной. Но не думал, что у нас начнутся проблемы даже не с самого начала, но даже до того, как мы вообще начнём охотится… От него никакой пользы… «Он вам поможет, он знает заговоры, его слушаются духи»… Сплюнув, я посмотрел в сторону того самого ученика нашего шамана, которого тот нам буквально всучил и… Я, как глава воинов, даже не знал, что с ним делать то? На руках носить? Благодарить духов, что одарили меня своей милостью? Дойти до ближайшего болотца и утопиться там? Именно последнего я сейчас и хотел. Эх, он ведь чем-то занят, как я понял. Так можно же было хотя бы что-то сказать… Мало того, что этот охотник не хочет подчинятся, так этот ещё… Проблема то ещё и в том, что наш отряд раздроблен, у нас нет авторитетного лидера, которого бы слушались все и… Даже небольшой разлад намечается. Охотники слушаются только главу, выполняя мои приказы только после его уточнения, а мои воины и братья… Нет, я всё понимаю. Но сейчас… Мы уже шли по лесу около пару десятков минут и… Ничего. Будто мы не заходили всё глубже и глубже в лес. В то место, где должны были обитать различные опасные твари, но именно сейчас, где никого мы не встречали. Только ветер глухо ревел в лесу, больше никем не перебиваемый. Даже предыдущие рёвы больше не повторялись. Ученик шамана сегодня почему-то вёл себя очень странно и будто не от мира сего. Он просто шёл и… Широко раскрытыми глазами смотрел на мир вокруг, слабо реагируя на наши окрики и прочее. А если и реагировал, то ненадолго, сразу возвращаясь к своему непонятному занятию. Впрочем… Не буду лгать, он был довольно полезен — иногда он вдруг говорил, куда нам надо идти, и мы действительно находили там какие-то следы и прочее, что помогали нам продолжить поиски и идти по тропам того существа. Но… Всё это омрачалось тем, что сделал он так всего пару раз и сам. Мне он не подчинялся, скорее наоборот — шаман ЕГО назначил главным! И я это, по идее, должен ему был подчинятся. Но, конечно… Учитывая, что он нам особо ничего не говорил и никак себя не проявлял, я был вынужден разделить главенство с главой охотников… Но конечно, из-за нашего равного положения, тот не хотел мне уступать. Но слава духам предков, хотя бы никак не мешал мне и нашему общему делу. Надо будет, если мы ещё раз попадём в схожие обстоятельства, заранее с ним обсудить вопрос лидерства… А эти собиратели… Если охотники ещё были как мы привычные и даже более спокойные чем мы, будучи явно привычными к такому времяпрепровождению и просто методично что-то постоянно искали на земле, и прочее, хорошо себя проявляя, то эти… Я даже не знал, как их назвать то. Они дёргались от каждого безобидного шороха, постоянно ныли и плохо слушались. И мешали всем нам… Я нервно сжимал рукоятку меча, тоже невольно переняв настроение собирателей. Я был обычным, хоть и хорошим воином. Мне было привычным убивать и видеть смерть, но… Привычным для меня также было видеть своего противника. Знать и понимать, какие у него там слабости и прочее. А вот сейчас… Я знал, что мы, возможно, идём на смерть. То меня не печалило. Печалило то, что я даже не знал, правильно ли мы идём? Может, существо сейчас где-нибудь на другой стороне леса? Может, вообще давно уже не ходит по этой части леса… И мы зря тут ищем… Впрочем, как скоро выяснилось, не зря искали. Но нашли даже не то, что изначально хотели — его логово или какие-то следы. А нечто большее… Больше того, чем могли унести. Мне уже надоела эта странная атмосфера молчания и некой безысходности, поэтому я решил разрядить обстановку, поговорим с моим невольным соперником по лидерству: — Слушай, а если встретим само существо прямо сейчас, как ты думаешь — мы победим? — Я долго думал, о чём там можно поговорить. Может, как оно выглядит? Может, что делать при встрече с ним — попробовать поговорить и прочее? Но ответы на большинство таких вопросов я и сам знал — всё-таки, всё моё отрочество проходило в историях бывалых охотников о том, что лес нынче не тот. Какая-то тварь там завелась. И если в первые годы на неё особо не обращали внимания, то вот когда начали пропадать люди… Встречаться изуродованные трупы тех, с кем воины и охотники племени предпочитали не встречаться… Начались поиски того, кто это делает. Я тогда был молодым воином и смутно помню, как в лесу находили окровавленные и помятые будто от ударов огромной силы доспехи и изорванную одежду и… Сейчас я невольно это прокручивал в голове. Эххх… Охотник, слава всем духам, конфликтовал со мной лишь тогда, когда вопрос стоял о лидерстве. В вопросах, связанных с его деятельностью, я сразу спрашивал у него совета, выставляя его мнение выше своего. Конечно, после такого он всё себя нормально со мной, если я советовался с ним по информации, схожей с моим текущим вопросом. И сейчас он мне спокойно ответил, в который раз внимательно осматривая местность: — Очень хорошие. Существо опасно лишь для одиночных или рассредоточенных и неготовых к его нападению цели. У нас же нет почти всех перечисленных слабостей. Мы вооружены, защищены почти все доспехами, выучены и знаем — оно где-то рядом. Мы даже ждём его нападения… Также, с нами есть шаман… — Он бросил безнадёжный и тяжёлый взгляд на упомянутого, сразу вздохнув. Чем заставил уже меня вздохнуть. После этого мы понимающе на краткий миг переглянулись, и он продолжил: — Который, наверно, сможет как-то предсказать, если существо будет рядом… — Но был сразу перебит. И, что удивительно для всех нас — не мной. Мы обернулись на знакомый голос и увидели виновника произошедшего, а тем самым человеком оказался ученик шамана, что вдруг замер и теперь смотрел куда-то на… Дерево? Но перед тем, как успело совершиться непоправимое, он успел сказать какие-то странные и непонятные слова, ужасный смысл которых я понял слишком поздно, уже умирая: — Существо? Имеете виду то, что сейчас с кабаном на плече? Он такой тёмный… Сколько он убил? О, кабан летит… А он быстхпльх… — Но последнее он не успел договорить. В него прилетело инородное тело. При ближайшем рассмотрении оказалось — то был кабан. Да, тот самый, о котором он успел сказать, прежде чем отлететь на пару метров назад и быть придавленным. Сразу после этого он потерял сознание от сильного удара головой о землю. Да так и остался валяться, придавленный дёргающимся кабанчиком. И хотя можно было подумать, что между нашим разговором и полётом ученика шамана прошла почти вечность времени, на самом деле прошло около трёх секунд. Как жаль… Что мы были такими разобщёнными и не могли за такое короткое время скоординировать свои действия. Собиратели замерли в ступоре, мои воины сейчас доставали оружие и уже было хотели напасть на существо, а охотники начали целиться в него из своих луков, как… Я успел увидеть лишь размытую тень, прежде чем тело, что было выковано в сотнях боях, успело среагировать раньше мысли: я выставил в блоке меч и руки перед грудью… Чтобы через секунду отправиться в полёт от чудовищного удара, который как раз пришёлся куда-то в меч. И, судя по звукам, тот лопнул и разлетелся осколками. Руки немного посекло и отсушило, но они не были сломаны или вывихнуты. Но проблема была в другом. Я через секунду недолгого полёта с размаху влетел в дерево позади меня спиной, сразу упав на четвереньки, успев лишь выставить руки перед собой. И… Сейчас, глухо кашляя кровью, я уже был не боец — это я спокойно отметил, пытаясь просто не упасть лицом в уже окровавленную землю… А где-то впереди меня раздавились странные и очень знакомые мне теперь звуки, вынуждая меня поднять голову. Чтобы через миг закрыть глаза, запечатлев последнюю в моей жизни сцену: глава охотников уже был почти мёртв — с животом распоротым настолько сильно обычно не живут простые люди. Голова ученика шамана катилась куда-то в сторону, будучи отсечённой. Собиратели уже убежали, судя по тому, что их трупов нет на поляне. Но последнее ненадолго — те удары, которые существо мне нанесло, были для него обыденными, судя по всему… Ибо на земле уже лежали в похожем на моё состоянии ВСЕ мои воины и часть охотников. Прямо сейчас, размытая тень существа мелькнула и, один из опытнейших охотников ничего не успел сделать как был… Обнят? Я уже не видел, что там произошло… Но судя по странным звукам хлюпанья… Видимо, он всё-таки питается кровью. Но теперь всё понятно. Жаль, я уже никому не смогу рассказать этого. Напоследок я вспомнил лица своей молодой жены, что была беременна. Её беспокойные глаза, которые меня спрашивали — ты вернёшься?  — Вернусь… — Я тихо прошептал, падая на землю, окончательно теряя силы. Лица будто коснулось что-то липкое и противное — моя же собственная кровь. Но я уже не обращал на это внимания, готовясь вот-вот умереть и окончательно расслабляясь. Скоро… — Я надеюсь… Шаман… Узнает… Мои слова звучали хоть и очень тихо, но уже наступила тишина. Я точно знал — у меня ещё не успел отказать мой слух. Но… Никаких звуков не было. А это значит… Что мне пора. Пора уйти вслед за братьями, которые меня ждут. Так много было не сказано между нами… Я уже не хотел смотреть, что там стало с ними и где там существо. Да и не знал… Ибо я так и не открыл глаза, прождав ещё пару секунд и погрузившись безболезненно во тьму…