Долго идя - куда-то придёшь

Утро красит нежным светом. Ну как нежным… Обжигающе нежным.  — Утю-тю-тю-тю… — Я осторожно высунул руку из дома и поводил ей из стороны в сторону под лучами внезапно теперь такого опасного солнца, готовый в любой момент рывком её вернуть обратно в спасительную тьму. Но… Не было ни боли, ни дискомфорта, ничего. Как бы я не махал рукой. На что я с тихим хихиканьем вернул руку и уверенно вышел из домика летящей походкой, довольный собой и своим гением. Я уже развязал тканевую завесу почти полностью, и та теперь просто висела на самых верхних узелках, никак не мешая тому, чтобы я покинул домик и вышел к свету. Но с этим у меня были небольшие опасения — а вдруг сгорю нахрен? Хотя, раз уже теперь я убедился, что ничего страшного нет… — Да я ничего и не боялся. Я просто проверял, да. Как говорили мудрые предки: нужно успеть вовремя вынуть семь раз отмерь — один раз отрежь. Хотя какие предки… Если я доживу, то для тех людей сам буду предком… Вот я и проверил… А и вправду ничего такого. Хорошую одежду он сшил… Но зато теперь мне понятно, почему он потом стал охотится только ночью, днём лишь изредка наблюдая за теми парнями и прочее. Сейчас я уже стоял под не такими уж и приветливыми лучами такого родного раньше солнышка и прислушивался к организму, одновременно проверяя сидящую на себе одежду — ничего я такого не чувствовал от солнца, и одежда полностью закрывала почти каждый сантиметр тела. Хотя и появлялось инстинктивное чувство дискомфорта и как будто неприятия, когда я даже поворачивал голову в сторону солнечных лучей. Даже на лице была лёгкая маска, которая завязывалась на затылке и была чем-то похожа на противогаз конструкцией. Вот ведь юный Кулибин был… И смотря на теперь уже свой домик снаружи я думал — скоро его нужно будет разбирать, либо переносить, либо хоронить. Иначе придут какие-то ублюдки, как тогда к тем строителям и всё. Кончился вампир. Всё-таки, вряд ли я смогу противостоять профессиональным воинам. Ну, может только и одного смогу убить из-за эффекта неожиданности. И простых рабочих с собирателями. Так как бывший владелец привык убивать, пусть даже и зверюшек, у меня будет небольшое преимущество в том, чтобы убивать кого-то без особых колебаний. Хотя я и понимаю, что совсем разные вещи — убить человека и животное… Хотя, как мне кажется, если почти любой человек окажется на пороге смерти и его единственным выходом будет убить другого человека, пусть даже и невиновного — он, скорее всего, убьёт этого человека. Я развернулся в сторону леса, более осознанно обратив на него внимание. Да… Далековато в лес парень забрался. От того места, куда он в первый раз вышел после того, как сбежал из племени, около десяти километров. Он, как я понял, хотел получше спрятаться от возможных проблем. И он спрятался настолько хорошо, что с недавних пор тут ведут боевые действия и не замечают его прямо под носом уже почти десять лет очень много людей из разных племён. И сразу же я начал идти в предполагаемую сторону того места, где раньше находился выход из леса, сразу напротив которого и было то самое племя в паре километров. Кстати, о тех ублюдках — надо будет узнать, где живут эти враждующие племена, продумать пути отступления из леса на случай, если меня обнаружат и, в случае необходимости, устроить тут Вьетнам. Правда, что последнее не понадобится, я не верю… Если уж те группы парней напали сразу друг на друга как только увидели, то уж со мной — слабым, странным и смертным одиночкой без какой-либо сторонней поддержки и крыши, никто даже говорить не будет. Убьют и закопают в моём же лесу. Почему я уже считаю этот лес своим? Ну, его так предыдущий владелец называл. И я подумал, что негоже нарушать преемственность поколений. Да и, свято место пусто не бывает. Либо я буду считать его своим и по-настоящему когда-то таким сделаю, либо кто-то другой сделает. Хотя и подозреваю, что такие уже есть. И видимо, они более успешны, чем я. Взять то же существо, которое десять лет назад показалось шаману тому племени-строителю. Правда, я не особо заметил, чтобы тот себя проявлял или как-то помогал этому племени… Но наверно что-то делает. Не просто же так усердно они пытаются там построится? Короче говоря, в любом случае зная людей — я буду бороться. Даже если они сами не захотят… Разве что, вырезать племена полностью нельзя. Хотя последнее у меня пока и не выйдет… Ибо то племя, где раньше жило это тело, насчитывало около полусотни людей. Хоть оно и считалось малым, но таких было очень много в округе рядом с его племенем. Стоит сказать, что даже племя более чем с сотней человек может быть маленьким. Но тут дело уже не в людях, а в некоторых специфических условиях… Но вообще, изначально я развивал свою предыдущую мысль с идеей о том, что мне не стоит особенно нарушать историчность событий, убивая каких-то знаковых персонажей, людей и целые народы. Также, впрочем, нельзя делать и обратное, спасая их от забвения. Ну, разве что отдельных и лично преданных мне личностей, в ком я точно буду уверен и о ком я буду точно знать — этот то никак особенно не повлияет на историю в целом и прочее… Хотя, эффект бабочки тоже не стоит отрицать. А то вот борются у меня под боком два племени за место под солнцем, а я их возьми, да вырежи! А потом окажется, что я убил какого-то там важного чела, который в будущем сыграл некую роль и всё. Или та фигня, которая они строят — в будущем какой-то важный город… Хотя если первое ещё ладно, то последнее вряд ли. И да, я-то думал, что недолго находился в домике. Только вот, судя по положению солнца сейчас и сравнивая его с тем, когда парень возвращался со своей последней охоты, прошло около полутора часов, если не больше. Но тут я сам ничего не мог сказать по этому поводу. Сам я около 5-10 минут сидел в домике осознанно и тупил, о чём-то думая и не решаясь выйти. А вот остальное время, скорее всего, я наслаждался тем самым видением, переживая жизнь парня. Конечно, за неимением какого-то занятия, всё что мне оставалось делать — думать обо всём на свете по пути. Мда. А я ведь иду быстро. Очень быстро. И при этом у меня ничего не болит и как будто всё нормально. Сейчас я обратил внимание, что я рефлекторно и по привычке из предыдущей жизни прибавил шагу, всё больше ускоряясь. Идя сейчас уже очень быстро. Но это ладно, примерно также быстро я ходил и в своём теле. Только вот я раньше специально обращал внимание на развитие своих ног, делая специальные упражнения для стоп, голени и ног в целом и даже занимался бегом. Я точно знал, какую нагрузку могли выдержать мышцы ног. Особенно неподготовленные к такой интенсивной нагрузке. Например, идти со скоростью даже быстрее обычного бега — было для меня легко. Хоть и не очень долго так выйдет, так как это тоже специфическая нагрузка. Достаточно сказать, что это было бы сложнее, чем бежать с той же скоростью. Как бы забавно это не звучало… К чему я всё это? А я не чувствовал даже намёка на усталость, боль в ногах, напряжения в теле и даже намёка на ощущения, что должны сопровождать меня при подобных увеселениях в той жизни. А тут… Видимо, это нужно сваливать на хорошую физическую подготовку этого тела и его бытие вампира. Впрочем, за этими размышлениями мне уже прост надоело идти, и я решил побежать. И это не смотря на факт того, что это тело раньше опасалось бегать в этом лесу. И правильно, по моему мнению, делало. Почему? Ну, если вспомнить, что тут в этом лесу творится и обитает, то есть не иллюзорный шанс влететь в неприятность. Стая волков там… И кончился вампир. На сей раз навсегда. Но я решил аккуратно пробежаться, дабы не идти две вечности по этому проклятому лесу, что всё тянется и тянется в бесконечность… Почему? А доконали меня уже эти размышления. Я думал, что мне будет так проще — идти по лесу, освежаться и думать одновременно. Но оказалось, что думая о будущем и что там делать с ним — у меня такое же пораженческое настроение, как было совсем недавно, когда я сидел в домике и варился там в собственном соку. Так что… Долой хандру, надо побеждать! Хорошо в этом обстоятельстве факт того, что моё племя и дорога к нему находятся в стороне от возможного нахождения людей тех племён, что тут устраивают заварушку и дорог, откуда они приходят в это лес из своего племени, и основных мест, где они предпочитают ходить. Правда… Мне кажется, долго так не продлиться. Пару десятков лет и они меня смогут найти, просто исследовав весь лес и поняв, что тут на постоянной основе кто-то живет, охотиться и прочее. Мда… Я опять думаю о том, что мне делать в будущем с этими ублюдками… А вот и очередное подтверждение того, почему в этом стоит быть осторожным. Я довольно активно, хоть уже и не так резво, как в начале бежал, мотая головой из стороны в сторону, внимательно смотря на окружение и будучи готовым к любым неожиданностям. Но… Сейчас, краем глаза, я заметил в самый последний момент на земле змею, на которую чуть не наступил, в последний момент перепрыгнув ту. Убегая, я пару раз поворачивался, оглядываясь на всё также неподвижную и, по-видимому, спящую змею. Какую-то ядовитую змею, судя по её узорам на спине. Самое забавно, это была совсем обычная и заурядная ситуация для меня прошлого ситуация. Когда-то я точно также бежал в лесу и периодически перепрыгивал летом через змей, которые выползли погреться на тёплый песочек дороги, что как раз была хороша прогрета падающими лучами солнца, которым ветки деревьев не особо мешали просачиваться в довольно большом объёме. Правда, я заметил, что это была не из того вида кровососущих, а совсем обычная, вроде гадюки. Как я это понял? Ну… Довольно сложно объяснить. Как будто к этим ублюдкам у меня было родственное чувство, связанное с едва понятными и едва ощутимыми для меня чувствами чего-то не понятного. Но будто знакомого… Я всё ещё бежал, также, как и недавно с шагом, постепенно ускоряясь. И замечал странное чувство некой усталости, что ли. Правда, я быстро от него отмахнулся по привычке заядлого бегуна, который знает: если в начале бега тебе не очень — на середине пути всё будет нормально, а в конце всё хорошо! Но по той же привычке, я краем глаза и частью своего сознания помимо размышления о насущем, ещё и обращал внимание на своё окружение. И то, что я видел и слышал, говорило очень многое. И даже крайне важное. Лес… Этот лес намного громче и оживлённее любого другого, из тех, в которых я был. Это я думал, к слову, о том, что постоянно слышал далёкое и не очень пение птиц, постоянное откуда-то издали с разных стороны доносились разные звуки… Вроде воя, свиста, трубных звучаний. Хорошо, что я бежал специально там, где особо никого нет из всяких зверей и странных существ… Это по флешбэкам со Вьетнама из памяти вампира, которые говорили — лучше тут не вести себя как-то неправильно. И я, вспоминая как пару раз сам вампир чуть не сдох от местных чудовищ — сразу проникся. Но всё равно продолжил бежать. Только уже в обход всех возможных ареалов обитания всяких тварей и прочего. Правда, так путь немного удлинился… Но тише едешь — дальше будешь. И так уж получилось, кстати, что тут образовалась странная локальная ситуация на небольшом участке леса, где я теперь буду жить и охотится. Сложился некий симбиоз: с одной стороны, вампир постоянно убивал каких-то животных и из-за этого их в радиусе пары десятков километров немного порядилось. Точнее, пореже и поменьше они сюда приходят. Особенно в непосредственной близости рядом с домом самого вампира. Хотя, тут ещё эти племена постарались… Но… Это также привлекает хищников. Причём не только обычных волков там и прочих. А очень разных зверей и существ. И очень опасных даже для вампира, вроде меня… А почему симбиоз? А эти ублюдки как-то умудрились загонять ко мне всякую мелочёвку, чтобы потом ко мне уже животные посерьёзнее приходили. Как я понял, они как-то просекли, что у меня очень много мяса. И оно лежит бесхозным — вампир только кровь у каждого брал на пробу. И с тех пор вампир стал мясником, который работал и на наших, и на ваших, удовлетворяя запросы всех заинтересованных тварей. И вампир заметил странную деталь — теперь серьёзные тварь даже его не трогали, лишь для порядка угоняя со своих владений и пугая при личной встрече. Но не трогали. А тот лишь пожимал флегматично плечами, возносил хвалу какому-то непонятному толи богу, толи духу, и продолжал убивать, попивая кровушку и развиваясь как вампир. Хотя, как я начал вспоминать, осторожно лавируя между упавшими деревьями уже не так резво, как в самом начале — такое простое отношение было не потому, что вампир был просто тупой и ничего в этом не понимая, просто скидывал всё это на какую-то бесовщину и происки нечистой силы, скорее… Для него это было обыденно. Кстати, я заметил, как-то всё хуже мне становится… Впрочем, и не такое видали. Смелее бежим, танки грязи не боятся и вообще быстры! Дело то в том, что у него самого раньше было несколько амулетов, посвящённым всяким очень разным духам, богам, существам и прочим, которые имели определённые функции. Сейчас, правда, он уже ничего такого не носит. Зазнался, поди… Один, например, отгонял нечистую силу. Другой немного даровал успеха в гончарном деле. Этот ему нужен был для семейного дела, которым их семья в основном и зарабатывала. Хотя, оно ему особо и не давалось, как и не нравилось… И ещё один амулет — что-то против сглазов и дурных слов от других людей. У местных есть поверье, что каждый человек может наслать на другого человека некое проклятие. Ну как проклятье… Представьте себе, что был обычный и здоровый человек. А теперь его анатомический портрет. И вот, в результате импульса некой негативной энергии, которая родилась в другом человеке в результате злости, ненависти, зависти и т.д, она словно опухоль атаковала его дух. Шо такое дух? А хрен его знает. Но это явно не физическое тело. Но оно как-то с ним связано, так как результаты этого самого сглаза отразятся на теле. Например, зубы быстро сгниют и выпадут. Мужской силы не будет. Слух потеряется… Всё что угодно почти, кроме смерти и совсем серьёзных случаев может стрястись… И ведь в такое верил не только он. ВСЕ люди племени так или иначе носили амулеты, делали заговоры на своих детей, дома и прочее. Молились маленьким алтарям у себя дома и что-то, в обмен на некую соразмерную плату, у тех просили. Например, в обмен на какое-то животное, что зарежут на алтаре, можно было попросить вызвать дождь. Узнать свою судьбу на какой-то отрезок времени. Попросить, это для девушек, понравится какому-то парню… Короче говоря, кто платит — тот и музыку заказывает. Особенно, если цена хорошая. Самое главное… Это работало. Я точно видел по воспоминаниям, как работали различные заговоры, проклятия, что сам бывший владелец тела накладывал и прочее… Хотя иногда было непонятно даже старым людям лет 50, как же на самом деле всё там работает? Но, увы, никто и не интересовался. Просто делали и получали результат. Прям как я на информатике в школе… И если честно, меня сейчас немного коробит то беспечное отношение, которое парнишка проявлял ко всем тем ритуалам, проклятиям и прочему, что сам делал и сам с этим соприкасался. Я вот вполне понимал — у всего есть цена. Но немного успокаивало другое — в мыслях парня было чётко сказано, что ВСЕ боги, духи и так далее, чьими услугами они пользовались, были самыми ровными пацанами на районе во всех отношениях. Это выражалось в том, что не надо было становиться их слугами, рабами, жрецами и двести лет молиться, чтобы какую-то просьбу наконец-то выполнили! Всё было проще: ты делал некое жертвоприношение, не обязательно слишком дорогое, весомое и кровавое, и получал взамен некую услугу равной стоимости. И что самое главное — это… Всё. Больше ничего не нужно было делать с этим духом или богом. Вы были в расчёте и никаких обязательств друг перед другом у вас не было. Последнее, конечно, верно в случае, если у вас не постоянный контракт и в особых случаях, когда, например, вы с самого рождения были посвящены какому-то богу. Но это уже отдельная и неинтересная юридическая ботва… Может, как местный и родившихся в таких условиях бывший владелец тела и не замечал неких, по моему мнению, странностей, но я… Я вот чем глубже погружаюсь в некоторые воспоминания этого тела, тем больше понимаю и осознаю одну простую истину: это жопа, а не лес. В чём это выражается? Ну… Не я ведь один помню, какие именно вселенные тогда упоминал тот парень? Он хоть и не сказал, что это будет каноничный тем вселенным мир, но наверняка какая-то их части будет учувствовать в этом мире. И дело то в том… Что весь лес был ПОЛСНОСТЬЮ, МЛЯТЬ, ЗАСЕЛЁН ВСЯКИМИ ТВАРЯМИ! Ну как полностью… Проблема то в том, что хоть тут и были всякие обычные звери, на которых всё время и охотился вампир, так как опасался непонятных тварей, но… Даже они были крепче, сильнее и во многом страшнее тех зверей, что я помню по прошлой жизни. Как вам, например, волк в холке мне по грудь? А я ведь точно не ниже 1,8 метра… К тем непонятным и опасным тварям, кстати, относятся те самые змеи, что сделали это тело вампиром. Не знаю, кстати, как это произошло… Но наверно это просто условность, чтобы я мог попасть в вампира согласно моей же концепции, что я озвучил тому парню. Тут были совсем разные непонятные существа и животные. Даже те, которые тут, по идее, обитать и не должны. Всё же, это Месопотамия… Хотя, я уже ни в чём не уверен. И… Тут просто не может быть некоторых животных, что я видел в воспоминаниях. Но они здесь, судя по тем же воспоминаниям, не только были, но и вполне себе комфортно жили. Да и… Флора тут тоже странная была… Я хоть и не особо разбирался в том, какие деревья, где и в какому лесу должны расти, но тут… В этом лесу были как настоящие вековые гиганты, так и родные моему нежному и хрупкому аки хрусталь сердцу, берёзы с соснами и елями. И что-то мне подсказывало — такого быть не должно. Я уже бежал около полу часа и, наверно, смог пробежать почти всё нужное расстояние до того места, откуда впервые начал выживать в этом лесу. И вскоре вынужден был перейти на обычный шаг — слишком херово я себя уже чувствовал… Как так быстро добежал, кстати? Ну… Выяснилось, что я ещё и очень выносливый. По крайней мере, я не смог бы в той жизни бежать так быстро и так долго одновременно. Что-то одно. Просто, например, пробежать стометровку с такой скоростью — приемлемо. Пробежать марафон в десять километров с обычной моей скоростью — без проблем. А вот долго бежать быстро — дыхалка бы сдала. А здесь всё было прекрасно. Только вот… Я уже начинал чувствовать жажду. И… Что-то мне было немного нехорошо… Наконец остановившись, я оглянулся и начал анализировать — сколько там ещё осталось бежать? Оказалось, что совсем недолго. Ибо я заметил характерные следы моего старого пребывания тут — какие-то деревянные конструкции для ловушек и прочее. Поэтому, вампир отсюда и ушёл — если бы кто-то увидел всё это безобразие, он бы точно подумал бы, что тут кто-то живёт на постоянной основе и этого кого-то начал бы искать. И тут я такой красивый и молодой: позвольте представиться… Заметил, кстати, что, невольно уже ассоциируя и считаю одним целом ту часть жизни, которую пережил в течении десяти лет в качестве вампира и свою жизнь старую. И, как мне кажется, в этом есть плюсы и минусы. Например, с одной стороны, я так безболезненно интегрирую себе всё старое от тела с тем собой, который пришёл в это тело. Да и, просто будет легче не отделять того парня от себя, коли это уже моё тело. А вот с другой — какие-то чувства остались ещё, вроде нежелания умирать не отомстив, найти тех ублюдков, что спалили родную деревню и прочее. Жаль только… Что последние мне безразличны. Ибо и своих чувств хватает, чтобы хлебать ещё и совсем чужое, потом пожав последствия…  — Так… Шо делать то… — Я начал тихо бормотать, пытаясь увидеть или услышать, есть ли рядом кто из людей или животных. Хотя, я мог этого и не делать. Ибо инстинкты и уже выработанные реакции тела, за десять лет то, говорили — рядом пока нет ничего опасного и вообще никого, кроме птиц на деревьях где-то высоко. — Нужно найти какое-то зверьё и утолить жажду. Мда… После таких того боя с кабаном и моих побегушек, у меня осталось маловато сил… И это было правдой. Всё время, пока я бежал, я потихоньку становился слабее, пока, наконец поняв, что же это за странное чувство, наконец не остановился в осознании проблемы. И сейчас я, тяжело дыша, смотрел на мир почти как в самые первые мои миги здесь: был какой-то шум в ушах, темнота в глазах…  — Срочно… Найти… — Отрывисто и на выдохе я тяжело сквозь невольный кашель произносил слова, невольно привалившись к случайному дереву, в поисках точки опоры. — Ну я и декхе… Глупец… — Сначала я хотел сказать, что дебил. Но сказать именно на русском не смог, а на том языке, на котором привыкло говорить это тело — подобного слова не было. Пришлось выбрать такую альтернативу. Мда. Но я и в правду дебил… Сейчас я сел на корточки, осторожно сползая опираясь о дерево и стараясь делать так, чтобы у меня не оголились части тела. А то будет мне очень весело, вкупе с жаждой то. И моей опять начавшейся хандрой… Надо немного отдохнуть и потом идти искать какого-то животного обычного и, желательно, слабого и медленного. Утопично? Я тоже так думаю. Только вот — выбора у меня особо то и нет… Я даже не взял никакого оружия, типа копья или чего-то ещё. Просто забыл об этом. Хотя и обратил внимание на оружие, когда рылся по стенам домика… Только нож был всегда за поясом, всегда там вися. Так что, его бы я при всём желание не смог забыть, хехе, мда… Многого, правда, я им не навоюю. Вообще, тот парень в последние свои мгновения думал о том, что окропил кровью сотен поверженных врагов подарок отца и он не лукавил. Но… Он именно окропил, а не убивал им. Нож выполнял скорее ритуальную и чисто техническую функцию, помогая разделывать им животных. Всё почему? Нож хоть и был металлическим, но увы, не стальным. А лишь бронзовым. Признаюсь, он был очень неплохим — довольно крепкий, острый, функциональный и без излишеств, красивый и прочее, прочее. Но… Парень его почти никогда не использовал напрямую, не убивая им, тыкая или разрезая плоть врагов, опасаясь сломать. А всё потому, что боялся, что подарок отца и единственная память о той прошлой, старой и мирной жизни будет сломана вместе с тем, как с ножом что-то случится. И навечно пропадёт вместе с ним, не оставив самому вампиру больше ничего от старого себя. И больше ему будет нечего оставлять от старого себя, раз уж даже человечность он потерял, став проклятым кровососом. А после он боялся — пойдёт по кривой дорожке и всё. Станет какой-то безумной тварью, которая убивает всех направо и налево и которую потом быстро успокоят навеки веков. Впрочем, о последнем он думал с некой долей романтизма, представляя себе, как встретит смерть в такой честной битве против храбрых героев и воссоединится с теми, кого так хочет увидеть и любит… Да, это даже звучит не очень. Но ладно, зато красиво, кхе… Мда, как я и думал — простой отдых не придаст мне сил. Нужна кровь. И я… Знаю, где её взять. Только вот, рядом тех самых простых зверей нет. В ближайшем ко мне месте, каком-то болоте, обитают некоторые кровососущие змеи, хоть и довольно для меня безопасные. По крайней мере, они там только из тех, что именно выпивают кровь из тела жертвы, вцепляясь в жертву. Остальные виды, вроде похожих на питонов, меня вдохновляют меньше. Но и тех я знал только потому, что их мог безопасно для себя убивать и выпивать. Тогда как остальные… Скажем так, я пару раз видел, как разные змеи буквально сжирали целиком тела, так что… Я пас. Кстати, я тут провёл некоторую закономерность: вампир в самый первый раз, когда выпил такую змею, почувствовал прилив странной силы, которая будто выжигала его изнутри, принося боль и прочее. Судя по ощущениям, он будто тогда выпил кипяток. Который, почему-то, распространился на ВЕСЬ организм. Но был и плюс — он потом весь день ходил бодрый и полный сил, вообще не чувствуя жажды. Правда, весь следующий день ему было плохо, как будто он весь день тренировался, судя по вспоминаемым мной сейчас ощущениям… Дык вот, что я думаю — кровь тех змей намного сильнее, чем кровь обычных зверей. Поэтому, она так и реагирует на мой организм. И если её я буду выпивать более-менее постоянно — то буду становится сильнее. Почему я так решил? Во-первых, анализ и связывание фактов вышесказанного. А во-вторых… Вампир несколько раз полностью выпивал таких змей и… Разе на десятом ему было уже не так плохо. Или, ему лишь показалось. Он потом ещё столько же их выпил и, вроде как, стало ещё проще. Но всё равно, он не стал слишком часто пользоваться наждачной бумагой при наличии туалетной и пил обычную кровь. Лишь изредка пытаясь понять, почему та кровь была такой странной. У него, правда, не было никаких идей. Он вообще пришёл к выводу, что они есть одна кровь. И он делает нечто вроде греха, когда смешивает внутри себя человеческую и Такую кровь. А вот я думал… Думал, что он, в принципе, может быть с одной стороны прав. А с другой… Если прав я и моя теория, то ЛЮБАЯ выпитая мной тварь или существо будет делать меня во всех отношениях сильнее. Только вот, я и сам могу откинуться, если выпиваемый мною оппонент, всё же, будет слишком сильным или опасным. И это всё равно будет сопровождаться процессом, когда я вынужден сопротивляться негативному воздействию сильной вражеской крови. Этот запах… Наконец-то я на месте. Я аккуратно упал на землю, начав тихо и осторожно ползти в направлении впереди находящегося болота, которое сразу заприметил по очень понятным для ещё по той жизни чертам: открытое пространство, более тяжелый и сырой запах, впереди какие-то сломанные деревья в одиночестве высятся из водной и не очень болотной глади… Да, это было оно. Я подполз к самой границе, когда дальше была только вода и сразу увидел то, о чём думал по пути сюда — тех самых змиев, которых мне надобно было кончать и выпивать. Только вот… Как? А хрен его знает… Парень не связывался с опасными, выманивая только молодых, маленьких и неопытных поодиночке из болота, всячески их провоцируя. Только вот, он всегда имел яды, был полностью здоров и полон сил, имел план нападения, боя и отступления, а я… А я головка от патифона. Которая ещё не поняла, куда она попала и как её будут сейчас во все щели того самого, если она ничего не придумает. А впрочем… Есть ли в смерти страх? Он выманивал их, кидая камушки рядом с ними и заставляя тем самым идти в какую-то определённую для себя сторону, выманивая из болота, быстро убивая и сразу убегая с добычей от возможного преследования. Что ж, камней у меня нет. Мозгов тоже. А поэтому… Валгалла! Я нащупал в траве рядом с собой какую-то ветку и кинув её в направлении нескольких змей, что обособленно лежали на стволе берёзы, который уже упал и теперь служил им лежанкой. Конечно, в змей я не попал. Зато попал, будто в десяточку, в само бревно, заставив его глухо скрипнуть в почти полной и мёртвой болотной тишине. Наверно, бревно почти загорелось от того количества внимания, что было на него направлено в этот миг. К нему сразу начали вяло сползаться некоторые змеи со всего болота. Хотя, досталось и мне. Но мне было проще — я сейчас стоял на колене и держал в руках тот самый памятный нож и смотрел в глаза нескольким змеям, что очень быстро ко мне приближались. Да, это были те самые, которые грелись на бревне и чей покой я нарушил. Меня заметили только те змеи, что лежали на бревне и несколько ближайших — хоть и хорошо, но их многовато… Так уж вышло, что я стоял в небольших кустах, огороженный ими со всех сторон, оставляя обзор на себя лишь непосредственно спереди. А то самое бревно было совсем недалеко от меня и идеально напротив… И, видимо, меня заметили только нужные мне товарищи. Тогда как другие… Ну, просто пока смотрят на палку на поверхности болота. И на само бревно. Видимо, не хватает мозгов связать два плюс два. Хотя последним страдаю и я, так что — не мне судить. А я сейчас быстро уползал от внезапно ставшего таким негостеприимным болота. Змеи через пару секунд приползут и мне будет очень весело… Но есть и положительный момент — мне от их укусов ни холодно, ни жарко. Разве что очень больно… Но, когда кровь напьёшься — боли вообще нет. Причём не так, как если бы ты обдолбался наркотой, скорее — как будто боль в конкретном месте тела, где есть рана, выключили. Ибо все остальные ощущения от прикосновения в ране и конечности остались. Что, наверно, странно… Но сейчас меня заботило не это. А факт того, что змеи, в количестве уже пяти штук, почему-то хоть и стояли на месте, но… Не спешили на меня нападать. Что было очень странно. Ибо всегда нападали даже поодиночке без всяких раздумий, а тут… Я почти спокойно замер с ножом в руках в странной, пригнувшейся к земле, позе, готовый в любой момент куда-то прыгнуть и прочее, но… Ничего не происходило. Секунды тянулись словно вечность, пока я смотрел на змей, что что-то шипели мне и били по земле хвостами, но… Никак, мать его так, не нападали! Но меня это уже не волновало. Рывком я сблизился с одной из тварей и, схватив её рукой за шею у самой головы, с силой воткнул нож в другой руке, сразу расширяя и пропарывая широкую рану. Через которую полилась широким потоком так нужная мне кровь. К которой я сразу припал, не обращая на болезненные укусы других змей, что всё-таки очнулись через пару секунд и сразу же меня атаковали. Только вот… Было уже поздно. За пару секунд я в экстренном темпе успел сделать около десяти больших глотков, минимально себя насытив. А добившись этого, я откинул уже почти мёртвую змею и быстрыми движениями начал разрезать нескольких змей, которые оккупировали сейчас моё тело. Довольно удачно для меня, как бы это забавно не звучало. Две из них обвились вокруг груди, укусив живот. Одна уцепилась в ноги, а другая… Пыталась укусить за шею, но так и не смогла прокусить тканевую подкладку, которая была предусмотрительно плотно сделанной в этом месте. Конечно, первым делом последней я и занялся, сделав тоже самое, что и с предыдущей. Только более выверенно, сделав небольшую ранку и теперь быстро оттуда будто выкачивая кровь. А те три… Одна укусила бедро в опасной близости от паховой области, но пока довольствуется бедренной частью, а две другие оставшиеся… Те так и сосут себе, обвившись вокруг моего тела, подобно пулемётной ленте у солдат. Я уже слышал шипение с болота — судя по всему, там другие змеи были привлечены шипением товарок и… С этим нужно было что-то делать. В мой воспалённый от ситуации и моего положения разум пришла идея — надо просто убежать вместе со змеями на моём теле. Что и я сделал, выполняя технику реактивного старта, в одной руке держа и выпивая ту змею, что пыталась укусить меня за шею, а в другой — ту, что в самом начале пил. А другие змеи… Они хоть чуть и не слетели в самом начале этого экстремального забега, но в итоге обвились ещё крепче, став будто стальными канатами. А я, который сейчас очень быстро, даже быстрее чем когда я бежал сюда, удалялся от болота. Мда. Сейчас я уже убежал примерно километра на два за пару минут и теперь у меня было достаточно времени и сил, чтобы справится в теперь уже спокойной обстановке со змеями. Хорошо, что я догадался убегать там, где по идее, быть никого не должно из людей, животных и существ. Ну или я раньше их не встречал… Разве что, успело минуть некоторое время. Судя по положению солнца, прошло около получаса, пока я искал себе жертву в целом. А змеи меня с одной стороны радовали, а с другой печалили, пока я планомерно их убивал одну за другой, полностью высасывая и обездвиживая во время этого процесса руками остальных, чтобы не забирали у меня лишнюю энергию. Радовали тем, что я теперь чувствовал себя ОЧЕНЬ хорошо. Настолько как тогда, когда выпил впервые человека ещё в самом первом году выживания здесь. Столько силы и энергии… А вот печалили тем, что приносили, во-первых, боль. А во-вторых — довольно быстро и ощутимо забирали себе обратно ту энергию, что я успел выпить у их товарок. Точнее, ощутимо они это делали, когда их было три штуки. А вот когда я специально оставил лишь одну — она не очень сильно забирала у меня энергию. Но тут, как я понял, дело в особенностях моего организма. Ибо у меня кровь, сама по себе, уже не такая, как у обычных людей. И опять же — я сам уже вампир и, наверно, это как-то осложняет процесс поглощения моей энергии. Ибо у меня её не так много. Точно не больше сейчас, чем у обычного человека. Но… Скорее она более насыщенна и правильно использована, что ли. По моим ощущениям. Мда. Я стоял сейчас специально спиной к лучам солнца и осторожно шипя, поправлял уже разорванные тканевые повязки на груди, которые успели повредиться во время странного боя со змеями. Почему странного? Ну… Мне показалось, будто они даже не хотели со мной драться. Уж больно вяло те действовали. Но… Это их проблема. Мне нужна их кровь и энергия. Как говорится — ничего личного, бизнес. И что делать, возвращаться домой или пытаться здесь как-то восстановить эти тряпки? Если вернусь — сойду с ума от крови, что плещется во мне сейчас. Но если пойду дальше — сгорю нахрен, скорее всего. Ибо ткань на груди уже частично открыта. Спина держится на честном слове. Руки уже порваны из-за резких движений. Ноги нормально, кроме той части, где змея кусала. Мда, всё очень плохо. С другой стороны… Я замер, переживая моё первое осознанное полное насыщение. У меня было очень странное чувство того, что с одной стороны — это очень хорошо. А с другой… Я будто играю с огнём. Впрочем, так всё и было. Взять тех же змей — напади их чуть больше, организованнее, злее или позже, я бы мог отъехать всё-таки. А так… А так, теперь придётся думать, куда потратить накопившуюся энергию, которую мне даже будто бы больно в себе было удерживать. Будто… Я был обычной пластиковой бутылкой, в которую вдруг захотели закачать газ под большим атмосферным давлением. Я либо взорвусь сразу, либо буду постепенно расходится по шву. Последнее сейчас и происходит, атакуя мои мозги мыслями о том, что я могу с моим могуществом сделать с теми людишками, что пришли в МОЙ ЛЕС! Пару секунд я боролся с внутренним искушением прямо сейчас взять и побежать в сторону их лагеря, чтобы вырезать там всех и потом выпить. Я смог успокоить себя, постепенно ровно вдыхая и выдыхая. И одной простой мыслей — такое я обязательно сделаю. Вот только не сейчас. Слишком рано…  — Что ж… — Я встал за дерево, чтобы на меня не падали прямые солнечные лучи и морщась рефлекторно гладил руки, которые уже успели получить по слабому ожогу. Да, они быстро у меня пройдут, особенно с напиткой от крови — но всё равно, это было очень неприятно… — Жадность фраера сгубила. Почти… — Со вздохом, я вынужден был констатировать в общем свои мысли о том, что я сам виноват, что так вышло. Надо было сначала подумать, а уже потом…  — Ладно, хрен с тем племенем. Надо подготовится. — Я уже решил возвращаться обратно домой. Только вот, чтобы не сгореть окончательно, мне нужно было закрыть своё тело чем-то. Чем я и занимался уже непродолжительное время, выдёргивая у какого-то растения его большие листья, похожие на таковые у лопуха. А выдернув, я просто привязывал его длинной травой себе на тело. Выглядело, конечно, мда. Но что есть, то есть. В этот раз я решил передвигаться более осторожно и почти всё время пешком, лишь иногда переходя на лёгкий бег. А всё потому, что обжёгшийся на молоке, теперь всегда будет дуть даже на холодную воду. И не мы такие, жизнь такая! Да и вообще, лес не место, чтобы там бегать в своё удовольствие… Нет, я не знаю, кто совсем недавно бежал со всей прытью через весь лес около семи километров. Я такого нехорошего человека не видел. А всё потому, что зеркала нет, хехе… Домой я вернулся уже уставшим и немного раздосадованным. Если честно, я уже не понимал, что со мной происходит и вообще в этом мире… А не понимал я того, почему у меня так быстро уходят силы вампира. Та, что от крови мне приходит энергия, уходила будто сквозь пальцы. И это даже несмотря на то, что я делал недавно самые простые вещи — просто медленно шёл через лес пешком. Давайте тактично забудем о том, что я ранен змеями и поражён ожогами от солнца… Всё-таки, там особо ничего серьёзного нет. Силы будто просто утекают и я… Ничего не могу с этим поделать. Но в этом есть и плюсы. Какие тут могут быть плюсы, если я буквально только что выпил нескольких энерго насыщенных существ, из-за чего мне стало немного нехорошо от избытка той энергии, что во мне плескалась, а потом резко она начала уходить? Ну… Плюс в том, что не надо думать, что делать с этой самой энергией. И в том, что её воздействие на меня было почти неощутимым — я уже успел снять напряжение в том бою со змеями и теперь на меня потихоньку преследовал откат. Ну и наверно… Наверно хорошо, когда происходит такой перепад энергии в длительной перспективе — организм потом будет более адаптирован. Но всё равно… Это очень странно… У вампира, когда он охотился, такое было только в самом начале, когда он просто не понимал, как там и что работает с кровью и что силу даёт ему именно она, а не его отдых или что-то другое. Но потом он начал целенаправленно поглощать более-менее сильных животных и слабеньких, вроде этих змей существ, и заметил — он понемногу становится сильнее. Бегать там быстрее, уставать меньше и реже. Только вот, у него такого никогда не было, что бы раз — и энергия куда-то ушла! Лишь было плохо, когда он первые разы привыкал к сильной крови тех змей. Но потом всё устаканилось и… Короче, потом разберусь. Надоело мне думать — надо что-то делать. Мда, не просто так он вечером охотился, когда солнце почти не светило. Я уже сидел в хижине, желая, с одной стороны, разорвать эти чёртовы тряпки из трав и прочего, а с другой понимая — у меня есть ещё пару комплектов такой же одежды. Только вот, если порву это — другие придётся делать самому… Что заставило меня их аккуратно снять и повесить на стенку на веточку, что была тут вроде вешалки. Правда, тут в этих вешалках все стены были… Я ведь дебил. Нет, я не только что это понял. Мне это было известно давно. Люди добрые просветили, так сказать… Эх… А я лежал на некой не очень удобной и большой лежанке из сухих трав и думал — какое же это всё говно… Проблема то в том, что я чувствовал помимо небольшого отката от выпитой сильной крови ещё и то… Что мне хотелось спать. СПАТЬ, МАТЬ ТВОЮ! Меня, сразу после того, как я осознал, что это за странное чувство на грани ощутимого, настиг флешбэк — в нём вампир, с одной стороны, ругался на то, что коли он теперь не человек, то и спать ему незачем. Особенно днём, так как делать в это время нечего… А с другой — наслаждался чувством того, что ему ничего не надо делать и он в это время отдыхал. Как когда-то давно в своём племени. Дома… У меня настроение было не столь радужным, как у бывшего владельца тела. Дело то в том… Что делать было нечего. Абсолютно. Нет, я мог бы надеть другой комплект одежды и в ней пойти куда-то, но… Никто не может гарантировать того, что не случится того же самого, как было совсем недавно — у меня закончился энергия, после этого мне надо будет срочно её восполнять и придётся на кого-то нападать. И опять возвращаться домой…  — Мда. Я думал, бытие вампиром будет более романтичным. Эх… — Я встал с лежанки и, подойдя к дверной заглушке, начал её завязывать на все узелки. Я подумал — всё равно мне днём лучше не выходить на улицу. Ибо у меня всё равно ещё осталось то странное ощущение того, что энергия будто не пульсирует во мне, ища выхода, а… Скорее её становится всё меньше. Пусть и несколько меньше уходит, когда я ничего не делаю, но тенденции меня пугали. Из чего я решил — надо дождаться заката и тогда идти на охоту. К тому времени, по моим расчётам, у меня ещё будут силы и тогда я смог с комфортом делать всё то, что так хотел и планировал сделать. Эх… Ну ладно. Хватит уже винить себя во всех грехах. Как вышло, так и вышло. Я закончил с дверью и… Специально прикрыл её какой-то дополнительной тканевой занавеской и теперь лучи солнца ВООБЩЕ не попадали внутрь. Мой взор застилает тьма… А если серьёзно — надо будет придумать себе какие-то занятия, чтобы не сойти банально с ума в этой жопе… Всё-таки, даже сейчас, я хоть и знаю теоретически, что мне надо делать, но вот на практике… Я бы вообще пока ничего не стал делать. Ну да ладно, пора бы немного отдохнуть, полежав. И заняться делом… А как лучше всего провести время достаточно быстро, с комфортом пользой и так далее? Поспать. Всё равно мне больше ничего на ум не приходит… Ибо ничем таким энергозатратным мне заниматься пока нельзя — опять придётся кровушку искать. Да и… Ничем я заниматься уже не хотел. Хотелось просто лечь и поспать. С тех пор, как я осознал это желание — всё больше начало клонить в сон. Ну так что ж… Не сопротивляться же себе? Поэтому, на своём лежаке я по привычке из той жизни пытался уже не думать и полностью расслабить своё тело, дабы проще было заснуть. Правда, это не всегда работало. Часто надо было минут 20 лежать, пока наконец, не усну… Но всё-таки, перед самым моим уходом в царство Морфея я уже полусонно отметил — а ведь… Тут очень тихо. Как на кладбище. Так хорошо… Надо будет, если доживу до средневековья, себе замок купить или сделать. Буду там в гробу лежать и спать целыми днями, щупая крестьянок, попивая из хрустальных кубков кровь врагов моих… А ещё… Ночь. Языки пламени причудливо танцевали во тьме, отбрасывая странные и местами пугающие тени во все стороны. Деревянная небольшая стена со стоящими на ней воинами представлялась мне сказочным монстром, что жадным взором смотрел на меня своими чадящими потусторонним пламенем глазами… Фух, надо успокоится… Я лежал на траве и очень медленно подползал к тому самому маленькому племени, которое те самые строители тут успели построить за почти уже восемь лет развития племени. Да, не смотря на активное сопротивление другого племени, им это удалось сделать всё-таки. Что достойно уважения, учитывая факт того, сколько раз они пытались это сделать и сколько им мешали. В том числе и я, который пару раз тайно поджигал вместе и одновременно с вражеским племенем что-то, воруя под шумок в это время что-то из самого племени и прочего. Да и, как мне кажется, сами нападения на это племя теперь сделали его более закалённым. Я вижу… Что местные воины будто каждый миг готовы к смерти — бесстрашно и беспристрастно они стояли на своей наблюдательной позиции, спокойно наблюдая за лесом. Правда… Им это не особо помогло увидеть меня, который уже подполз к самой стене в упор и теперь… Медленно по ней подымался, тихо подпрыгнув и зацепившись за самую верхушку стены. Которая была довольно низкой — всего около полуторного размера от моего роста. А зацепившись, я рывком себя подтянул над стеной и одним движением перемахнул через неё. Невольно вспомнилась стена родного племени. Хотя, раньше так ловко я бы не смог сделать… Но также, сразу упав и прислушавшись, я начал тихо ползти в сторону ближайшего глиняного домика, который выполнял функцию целебницы. Туда стаскивали всех тех, у кого были какие-то болезни и прочее. Так вот… Я рассчитывал на то, что полакомлюсь дармовой крови. Позже надо будет зайти в что-то вроде хранилища с оружием и инструментами — там есть как каменные, так и металлические детали, и разнообразные штуки, что мне так нужны. А ещё… Раз уж я начал осознанно убивать… В этом лагере есть те, кого я должен убить. Или подставить. Зачем я здесь? Почему ночью? И что я хочу тут? Я преследовал сразу несколько разноплановых целей. Да, хорошо, когда у тебя есть чёткий и заранее спланированный план, который опирается на достоверные сведения, которые были получены в результате наблюдения за объектом плана, анализа поступающей информацией, составления на этой основе неких действий и прочего, что потом будут объединены в единый массив. Наверно хорошо. Жаль, у меня такого нет… Точнее есть жалкая пародия и калька на вышеописанный план. Но он строится на основе того, что я непосредственно наблюдал и думаю и посёлке, его жителях и прочем. Впрочем, и так неплохо… А теперь о главном. Я всегда понимал, что если у тебя есть сила — то ты можешь немного больше, чем те, у кого её нет. Не важно, кто ты сам можешь быть — собирателем, воином, охотником, шаманом, вождём. Если есть сила — ты имеешь право творить то, что тебе заблагорассудится. Потом, конечно, другие с таким же правом могут тебя судить. Как равные. Как правило, всё зависело от того, какую именно силу ты имел. Если не имел — горе тебе. Такой нахлебник, что не имея ничего, желает что-то иметь — племени не нужен. Если имел весомую или полезную для племени — духи осенили твой дом своей благодатью и теперь тебя будут касаться менее всего печали мирские, что другими управляют. Даже если ты был обыкновенным собирателем, который просто знал, где растут в лесу хорошие травы и прочее. Что есть сила? Сила… Старец, что у нас был вместо Шамана, говорил — это то, что ты себе можешь позволить. Не то, что ты имеешь, можешь иметь и когда-либо будешь иметь. Это всё приходящее и уходящее. Но если ты понимаешь что-либо и как это делать, имея в этом решимость — это и есть твоя сила. Сила воина, что знает слабые места врага и куда ему там надо бить, чтобы тот сразу умер. Сила Шамана, который может говорить с духами и заклинать некоторых из них. Сила родителей, что могут управлять и взращивать, подобно лучам солнца растения, своих детей. Разумеется, что все силы между собой равны. Нет разницы в том, будешь ли ты подобен богу или собирателем. Все равны… Я долго этого тоже не понимал, как так — бог и какой-то там смертный равны между собой? Старец объяснял — в сути своей, все от части одною исходят, чтобы частью одною вернутся. Какая же разница в том, насколько большей и красивой внешне та часть собою будет представлять снаружи, если внутри она осталась полой совсем? Конечно, я ничего не понял из его слов… Ведь выходило… Что боги и смертные — как в нашем племени собиратель и вождь. Тоже самое в целом, но в частности — собиратель просто никогда не сможет осознать всего масштаба той работы и жизни, что видит своим взором вождь. А Вождь… Он когда-то тем самым собирателем мог бы и быть и прекрасно понимает, что значит им быть. Поэтому, может достаточно эффективно наладить их работу и прочее. Но ведь… Он как-то стал Вождём ведь, верно? Мог бы и родиться, конечно. Но у нас было принято ставить в Вожди тех, кто своим трудом и умом доказал свои умения и понимание дела. И если подумать — любой собиратель может стать тем самым Вождём. Нужно только идти и обрести нечто то, что их отделяет друг от друга. Нечто, подобное тонкому слою воды по толщине, но подобному прочнейшим металлических одеждам. Непреодолимая граница. Но её можно преодолеть. Преодолеть некой решимостью жить осознанно. Каждый миг понимая, что дыхание смерти везде, ты ступил по пути невозврата, чтобы смелее по жизни ступать с чёткой уверенность в том — что каждый миг иллюзорен. Что чувства как искры в костре — гаснут за миг, твоё лицо на миг изменив… Мне нравился сам стиль повествования старца и его мысли, что он доносил до меня и других детей в подобной форме. Жаль только, почти ничего толком не понимаю… Но он говорил, что с опытом придёт. Только вот, он ещё и говорил, что чем больше я буду знать — тем хуже мне будет. Тут я не знаю, что можно было бы сказать… Даже не знаю на самом деле, что было бы лучше — если бы он доносил их всегда так или прямо что-то говорил нормально? Впрочем… Я уже убедился, что правда — удел сильных. Тех, кто может на неё решиться. И не испугаться ответственности за неё. Когда успел? Сейчас. Я решил ограбить это племя. Зачем это мне? У них есть металлическое оружие. У меня, при всём моём желании, такому неоткуда появится. Поэтому… Я и решил украсть его у этих уже враждебных для меня воинов и племени. Почему враждебных? Они, конечно, пока об этом не знают, но… Одного из их воинов я уже убил. Тот был слишком неосторожным и полез слишком близко на те тропы, где я могу ходить и оставляю некоторые следы. И так уж вышло, что я в это время как раз за ним наблюдал. Вообще, я не совсем понимаю, что они тут всё ищут — ходят и ходят в последнее время всё чаще и чаще… Но зачем? Я не знал. Но знал, что если он найдёт хоть намёк на то, что в этом лесу, помимо другого племени, они не одни — сразу начнётся то, чего я бы хотел избежать как можно больше. Поэтому, его пришлось убить. Но хоть я и говорю об этом так легко, в жизни всё всегда немного сложнее сказанных о ней слов… Тогда я, с луком за спиной и каменными ножами в руках, медленно шёл далеко в стороне от воина, почти неслышимой и невидимой тенью скользя по лесу и издалека того преследуя. Что сейчас, что тогда, я не мог понять — ну что ему там понадобилось и зачем было нужно в одиночку то идти? Но… Это уже не моя проблема. И даже не его. Он как раз почему-то остановился и начал изучать на одной из глиняных табличек, которые достал из своей одежды. Видимо, там было что-то написано, раз уж он остановился и начал ту изучать, что-то стоя и смотря на неё. Печально для него, что так долго и слишком усердно. Ибо я смог подойти к нему незамеченным на расстояние уверенного убийства того из моего лука, чем я и воспользовался, пустив стрелу ему под колено. Моё мастерство возросло настолько, что с расстояния равному примерно сорока локтям я мог всадить стрелу с такой точностью, что попал бы в глаз человеку по своему желанию из любого положения и в любой ситуации. Воин был застигнут врасплох. Вскрикнув, тот опал наземь спиной назад и стал пытаться сразу же встать… Чтобы падать обратно, приглушённо ругаясь и тихо крича из-за своего положения и боли в ноге. А я, достав металлический меч, что чуть ранее украл у одного из воинов того же племени, быстро и тихо к тому подбежал, стараясь себя не выдать. Он пару секунд сидел на земле и бился в тщетных припадках что-то сделать, пока не услышал моего приближения. У меня не получилось подойти незаметно, но… Реакция была не той, что я ожидал. Воин был спиной ко мне изначально, но когда услышал меня, с бешеным лицом было повернулся, доставая оружие из-за пояса сквозь невольные слёзы на лице из-за боли, но когда увидел меня… Его будто ударили мешком по голове. Он, широко раскрыв глаза, смотрел на моё ничем не прикрытое лицо и… Молчал. Молчал и я, который никак себя не скрыл предварительно. Я подумал, что всё равно вечер и нет смысла надевать маску против солнца… Видимо зря. Потому, что мужчина вдруг навёл на меня дрожащей рукой меч и что-то бормоча… Начал пытаться, сквозь болезненное выражение на лице, уползать. Всё также, впрочем, неотрывно смотря на меня… Честно сказать, я сначала не понял, почему он так делает. Ну не очень я выгляжу, наверно, да. Но чтобы так реагировать… Пока не услышал его тихий и сбивчивый, будто он сам боялся поверить в то, что говорит, шёпот: — Монстр… Монстр… МОНСТР! — Он вдруг сделал в сторону разъярённого меня, который рванул с места в его сторону, выпад мечом, но… Зря он вообще мне так сказал. Я хоть и не был конфликтным человеком, предпочитая решать дела не через бой, но… Меня задела эта странная реакция. Нужно выяснить — может он и прав? Для меня его движения вдруг стали довольно медленными. Хоть и не застывшие, но как будто бьёт маленький ребёнок, что никогда не держал ничего тяжёлого в руках… Поэтому, ударив по его руке наотмашь левой рукой, я с силой ударил правой ему в живот. Результат впечатлил даже меня… Мужчина будто подлетел над землёй на локоть в высоту и как мешок с овощами, повалился на землю, выплёвывая кровь изо рта. Заставляя меня перевести взгляд на свою руку и обратно на воина, невольно подумав — ему я ему так сильно всадил? Но как так вышло? У меня же не такой сильный удар… Впрочем, думать времени особо не было. Я с силой прекратил всякие ненужные текущей ситуации мысли и, сосредоточившись на деле, рывком поднял воина над землёй двумя руками. Тогда я отметил один момент — мужчина был далеко не маленький. И не худой. Но… Почему такой не тяжёлый? Нет, лёгким он далеко не был. Довольно чувствительно для меня веса, но… Я его спокойно мог держать как ребёнка на вытянутых руках. Что вселило в него ещё больше ужаса и он, теперь уже совсем ослабленный и никчёмный, висел на моих руках, загнанно на меня смотрел и что-то просил меня сквозь слёзы, одновременно пытаясь вытащить что-то из одежды, наверно нож. А я… А я внимательно смотрел на него и думал — вот она, человеческая природа. От этого я отказался? Неспособности в свои последние миги уйти достойно как воин, а не плача, как маленький ребёнок? Нет, я его не осуждал. Но и не хотел понимать. Я выбрал другой путь. Более сложный… Я не стал его тогда допрашивать и прочее, как планировал в самом начале. Я просто сломал ему сначала ноги, а потом и руки, отстранённо наблюдая за его реакцией. Правда, пришлось порвать ему в самом начале часть от его одежды, дабы заткнуть рот — а то слишком громко он начал орать. А потом я его просто выпил полностью. Жестоко? Возможно. Но… Меня слишком задело его поведение и отношение. Нет, я не о том, что он ходит по моему лесу и прочее. Скорее… Почему он так отреагировал, когда меня увидел? Я что, правда такой ужасный… В очередной раз я стоял у довольно спокойных вод реки и понимал — он был прав. И правда — монстр… А на меня в ответ смотрело из водной глади какое-то чудовище, лишь отдалённо напоминающее человека. Как у трупа, у меня была гладкая кожа, что была будто натянута на скелет, заострившиеся черты лица и впавшие скулы, и щёки. Взлохмаченные волосы, что были в беспорядке и неровно отрезаны будто камнем… Но тут всё верно — я их отрезал каждый год камнем поострее, чтобы не мешали. И глаза… Глаза, что с некой жаждой взирали на меня, будто желая убить и съесть на месте. Всё было бы ничего. Не будь ЭТО я сам. Точнее, моим отражением. Тогда я долго стоял и смотрел на своё отражение невольно думая и понимая — даже если я захочу прикинуться нормальным человеком, у меня уже ничего не выйдет. Как только увидят лицо — сразу поймут. Как понял тот воин. Я был больше по описанию похож на типичного неживого из старой сказки о мёртвым людях, что решили зачем-то вернуться, чтобы докучать живым… Видимо тогда во мне что-то и изменилось. Что-то, что мне тихо сказало — раз уж ты больше не человек никоим образом, то… Может, пора перестав держаться с силой за прошлое, идя к будущему? И я решился идти. Убивать, грабить и прочее. Делать всё, что мне бы помогло выжить в этом лесу против всех желающих меня убить. И если убийство того воина и его последующее выпивание мной можно считать заложением основания, то сейчас, на следующую ночь, когда я пришёл в это новое племя — я думал, что надо закрепить результат. Стать более решительным. Нет, я не хотел ничего никому доказывать. Я лишь спланировал то, как ограблю и, по возможности, убью парочку здешних людей, подставив тем самым другое племя. Всё-таки… Я, когда у меня всё бы получилось, хотел намеренно себя выдать и дать всем понять, что я воин того племени. Я их слишком хорошо теперь их знал… И наверняка смог бы подставить то племя. Возможно… Это и есть та сила, о который говорил мне старец. Я ещё ничего толком не успел обрести — никакой там большой потусторонней силы или даже самой обычной физической, но… Я сейчас решаю, как именно я МОГУ и ХОЧУ её использовать. А то, как это отразится на чём-то? Это можно понять, если смотреть чуть дальше своего носа. И я вполне это умею делать… Тогда что-то во мне изменилось ещё раз, будто… Упал камень, что я так долго бесполезно нёс и который был мне совсем не нужен… Я ведь всё-таки смог сделать то, о чём я так долго думал и пытал себя муками ума, лишь мечтая о том, но не претворяя мысли в жизнь… Уже в том домике с ранеными, я обнаружил, что там были в основном не воины с ранами, а обычные люди с какой-то болезнью или жалобами на кашель и прочее… Что меня несколько опечалило… Я хоть и не ожидал человека с отрубленными в жаркой битве частями тела, но думал, что можно достаточно незаметно будет вскрыть кому-то рану и оттуда нацедить себе крови в специально запасённые глиняные сосуды. А вышло… А вышло так, что мне пришлось долго выбирать между слабым и маленьким мальчишкой лет шести и здоровым и неприятно выглядящим мужиком — кого же мне уволочь из домика, да и… Нет, не изнасиловать. А тихо нацедить крови и вернуть обратно. Но тут возникла проблема. Мальчик совсем был очень плох — худенький, бледненький, на лицо почти такой же привлекательный как я… Если бы я забрал из него крови — тот вполне мог бы и умереть сразу. А мужик… Я бы устал того волочь. И вполне мог бы выдать себя своими перемещениями с этим здоровяком… И не то, чтобы я был слаб духом и из-за незнакомого мне мальчишки отказался бы от своего благополучия, но… Всё же, во мне остались ещё крохи того, слабого и человеческого… И подойдя к мальчику, что лежал в какой-то странной позе с выражением боли на лице, я невольно понял, что всё ещё хуже, чем я думал. Он пропотевший лежал на лежанке почти голый, лишь прикрытый тонкой тряпкой ниже пояса, и со сжатыми челюстями беспокойно ворочался во сне, что-то тихо бормоча тихим голосом. И я сразу понял — жить мальчику осталось не так много, если у него уже началось такое. Старец всегда говорил, что, если человек во сне страдает, а не отдыхает — быть беде. Я достал нож и… Нет, не решил прервать навсегда его страдания. Я пока не настолько решительный… Скорее наоборот… Я сделал аккуратный надрез себе на руке и, поднеся поближе ко рту мальчика, вливал тому свою чёрную кровь. Совсем, правда, недолго. Он подавился и проснулся, отстраняясь в сторону. Чем невольно заставил меня замереть, теперь прекратив своё странное дело. А мальчик… Он всё кашлял, закрыв рот рукой и вытирая свои губы от моей крови, широкими глазами смотря на меня. Я уже и не знал, что мне вообще делать. Я не думал, что у него будут силы, чтобы проснутся и сразу отползти от меня в сторону. Теперь… Если бы я захотел с ним что-то сделать, например, заставить замолчать — он может успеть крикнуть. И тогда… Думаю, не нужно пояснять, что со мной может произойти… Я медленно показал ему на свою кровоточащую руку и на его губы, а потом приложил палец к губам. А он… А он, никак не реагируя на мои жесты, просто молча смотрел на моё лицо. И… Почему-то, у него не было ни лице особого отвращения. Скорее… Любопытство. Что мне сильно понравилось. Настолько, что я даже решил его не убивать пока. А попробовать договориться… Что я и сделал, осторожно качнув головой на выход из домика. И медленно развернувшись, сам начал уходить из дома. А выйдя, я осторожно прикрыл дверь, что была похожа на ту, что в моём доме, только эта была с элементами дерева и более удачной конструкции. Надо будет запомнить… Выйдя, я быстро подошёл к другому домику, что был совсем рядом и встал в его тень, не попадая под лучи факелов, что редко стояли у некоторых домов, освещая ночную тьму. Я ждал мальчика… Ибо… Мне нужно было кое-что проверить. Убежать, при желании, я бы смог — у меня было оружие. А напившись крови кого-то до предела — я бы устроил тут бойню. Но… У меня был другой план. Секунды длились словно вечность, но дверь всё-таки довольно чувствительно, как для меня, скрипнула и выпустила из своего нутра маленькую и хрупкую фигуру, которая замерла сразу после того, как вышла из домика и начала крутить туда-сюда головой по сторонам. Пока не услышала будто змеиный шёпот: — Мальчик… Я отрывисто позвал его, уже чувствуя, как мир вокруг замедляется. На всякий случай, я вошёл в это состояние на непредвиденный случай. Не знаю, что это была за способность, но она была очень удобной. И… Стал наблюдать за реакцией мальчика. А она была… Довольно странной. Тот пару секунд стоял, вглядываясь в темноту и ища меня взглядом, пока… Я просто медленно поднял руку, махнув ей — и он, конечно, сразу меня заметил. И ещё пару секунд постояв, пытаясь наверно получше рассмотреть, просто побежал ко мне и, остановившись в полуметре, выпалил: — А вы правда Хозяин Леса? Секунды тянулись мучительно долго, пока я под его ожидающим взглядом пытался понять, что он у меня спросил и что желал бы услышать в ответ… Но я догадывался, что он имел ввиду. Возможно… Он имел ввиду ту сущность, что помогает его племени в этом лесу. Но вообще, его предположение мне польстило. Это можно было бы использовать в своих гнусных целях, сразу согласившись и воспользовавшись его наивностью, но… Но я решил сделать всё поумнее, ответив: — Нет. Ты о том, кто вам помогает в этом лесу с вражеским племенем? — Где-то миг я наблюдал у него выражение разочарования на мордашке, пока… Глаза его не сделались круглыми-круглыми.  — А откуда вы знаете о нём? А вы знаете его лично? А кто он? А вы друзья? А где он живёт? А что вы тут делаекхф… — Я ещё терпел, когда прозвучал третий вопрос. Но когда они всё продолжились без надежды на конец, я прикрыл на секунду глаза, для того чтобы успокоится и сконцентрироваться, а потом… Рывком сократил расстояние до мальчика, закрыв ему рот рукой. Тем самым, невольно почти выходя из тени, так как он зачем-то встал на самой границе света. И, конечно, я сразу начал волочь его подальше от возможных любопытных глаз. Не слушая его всхлипы и почти не чувствуя его сопротивления. Особенно учитывая факт того, что физически он был почти не развит и ростом был раза в два ниже меня… Я его приволок в место, которое было огорожено ничейными домами и даже неосвещённо. И даже не патрулировалось. Короче говоря — тут его даже убить можно было бы без особых проблем…  — Я тебя не буду убивать. И ничего тебе не сделаю. — Я с мальчиком на руках сел на какой-то пень у потухшего костра, который видимо служил чем-то вроде местом отдыха и теперь решил начать подговаривать мальчика успокоится. — Что ты плачешь как девочка? У тебя в штанах что, совсем ничего нет? — А он всё также плакал, только теперь не пытался вырваться из моей хватки. Поэтому… Пришлось прибегнуть к грязным приёмам. Он окончательно расслабился и теперь… Просто лежал у меня на коленях, свернувшись в позе эмбриона… Я невольно его потряс, но он… Вместо того, чтобы как-то вырываться, просто меня обнял. Чем опять заставил меня закрыть глаза и начать успокаивается, невольно думая — это такие нынче дети пошли или я чего-то не понимаю уже в этой жизни?  — Мальчик, ну что ты плачешь? — Решив не мудрить и просто спросить прямо, я немного поменял ту позу, в которой он сидел у меня на коленях и теперь убрав руку с его рта, просто стал сидеть, придерживая его от возможного падения и посадив его себе на одно из колен. И побега… — И почему ты себя так ведёшь с монстром? Никакого уважения… — Последнюю фразу мне пришлось произносить уже скомкано и с кривой усмешкой потому, что этот поганец просто… Рассмеялся.  — Я не думаю, что вы монстр. — Он поднял на меня заплаканные глаза, которые после моего ироничного выражения лица начал вытирать тряпьём на себе и продолжил, всё ещё тихо хихикая: — И вообще… Я думал, вы меня съедите… — Заставив меня тяжело вздохнуть.  — Тебя? Съесть? Я не ем людей… — Я сначала говорил это с некой издёвкой, пока он не поднял на меня обиженные чем-то глаза, и я был вынужден сразу завершить пояснением: — Я вообще не собирался тебя есть. Просто, я сюда пришёл за оружием. И искал его в домах. А потом увидел тебя в одном из домов, и ты был, говоря откровенно, совсем плох. А моя кровь, это была именно то, что ты пил… — Я на миг прервался из-за того, что он невольно поморщился, но всё также с любопытством меня слушал. — Могла бы помочь тебя вылечить. И, как видишь, помогла. Тебе ведь не так плохо уже? А он… Теперь просто на меня смотрел и… Опять обнял. Ну почему дети сейчас такие эмоциональные? А может он вообще девочка, а не мальчик?  — Кхм, мальчик… — Из-за последней мысли я невольно растерял свою уверенность в себе и теперь решил как-то поаккуратнее у него это разузнать, потрепал его за плечо рукой. А тот… Никак не реагировал…  — Спасибо… — Вдруг он (?) обняв меня покрепче слез у меня с колен на землю и смотря мне в лицо улыбнулся: — Я теперь точно знаю, что вы не монстр. Скорее… Вы похожи на человека, который попал в трудную ситуацию и внешне очень похож на монстра. Из-за чего некоторые стали вас так называть, во что вы и поверили, не имея другого выбора. Но внутри вы очень хороший. И… — Он сейчас специально замолчал на пару секунд и внимательно на меня смотря. Видимо, паршивец захотел узнать мою реакцию. Но как бы не так… Хмыкнув, я медленно встал с пня и начал неторопливо уходить в сторону одного из других нужных мне домов, по пути взлохматив рукой мальчику волосы и сказав: — Не за что. И если что, я буду сюда периодически приходить. Как-нибудь ещё свидимся. А пока, иди к себе домой — а то подымут хаос беспокойные люди и будет мне очень весело… Я, если что, тебя найду. И будь более мужественен, а не плачь, как девочка! — Последние слова я произнёс уже довольно далеко отойдя, поэтому пришлось их, не оборачиваясь на него, произнести погромче. Но тот, наверно, услышал… А если и нет — его проблема… Я уже не обращал внимания на его реакцию. Нужно было сейчас зайти на склад с оружием и инструментами, раз уж не вышло с ранеными. Хоть я и не уверен в мальчике, но особого выбора нет — либо я убегаю сейчас, либо потом у меня шанса и как уйти отсюда, так и вернуться уже не будет… По пути я думал, что я многое у него не спросил, не узнал и прочее, но… Просто знакомство и последующие события себя оправдали. Мало того, что это был довольно вежливый и спокойный мальчик, так ещё и… Уже где-то тогда, когда я его тащил на руках в то место, где мы недавно вместе были я чувствовал от него… Очень странное и знакомое чувство. Очень похожее на чувство от тех змей на болотах, к которым я периодически хожу. Только намного слабее и… Другое, как ни странно. Чувство того… Будто в этом мальчике было нечто мало того, что похожее на мою кровь, так ещё и… Будто эта самая кровь моей и является. А если вспомнить то, что я его успел немного напоить собственной кровью… Впрочем, я не стал много загадывать на будущее, деля шкуру неубитого зверя. Может, что-то и выйдет из этого мальчика. Пока мне не до этого. Надо бы заняться инструментами… О как! Я сейчас уже сломав дверь на склад, держал в руках наконечник от копья и долото. И смотря на разнообразия как оружия, так и орудий труда думал — как мне всё это утащить сразу в один заход то…  — Отлично. Опять двадцать пять. Что ж ты будешь делать… Меня так и будут преследовать эти чёртовы сны или как? Почему я только сейчас узнаю, что уже, оказывается, убивал несколько людей сам и даже выпивал их? И почему ты держал наверно всё-таки девочку на руках, но даже её не пощупал? Эх, пропащий вампир, хехе… Но старый еврей всё уволок. Как мне, грит, утащить всё в один заход? А ведь гениально — подрядил пацана, который попёрся за тобой донести эту фигню до стены, а потом перекинуть всё на другую сторону. А потом просто в пару заходов уволочь в лес, а оттуда уже к себе домой, хахахахахахаха… — Я сейчас уже стоял и осторожно гладил стенку, с каждым разом находя содержимое того самого склада, который вампир полностью обнёс и уволок сюда. Что тут только не было — у меня, помню, что дома, что в школе на уроках труда было меньше металлических инструментов, чем здесь вместе взятых… А были здесь и лопаты, и топорища, и наконечники копий со стрелами, какие-то бронзовые штуки непонятного происхождения, долото и стамески, косы и прочее… Короче говоря, неплохо сходил за металлоломом. Жаль только, сдавать некому, мда… Впрочем, я найду применение. И жаль, у меня с собой тогда меча не было. А в темноте я его не увидел… Впрочем, сам виноват — надо было лучше смотреть. Хотя… Учитывая, что он ещё и тканью с травой почти всё завернул, чтобы не портилось — я бы хрен увидел, если бы не знал, где оно там лежит. Даже мечи есть… Они-то мне и пригодятся… Я вынул один такой и, взвесив в руке признал — мне он нравится. Да и, не только мне. Вампир раньше пользовался именно им. Именно им и убивал всех, в том числе и людей… Он был более удобным, что ли. Или сбалансированным… Я в это не очень-то и разбираюсь. Но это детали… А сейчас… Я положил меч и, развязав узелки, что так мне мешали попасть в тёмный лес, с удовольствием констатировал — я поспал ровно столько, сколько было нужно! А сейчас солнце уже давно зашло и даже успело потемнеть. Скажем так, как будто было часов восемь вечера летом. А это значит… Я поднял меч и, взмахнув им в сторону леса провозгласил: — Я иду за вами, мои будущие жертвы! — И положил меч обратно к стенке. Нет, я не непоследователен в своих словах и действиях… Дело то в том, что мне надо подготовиться получше, чем в тот раз, когда меня чуть не выпили сразу пять змей. А для этого мне понадобится та броня, что вампир тогда снял с трупов убитых им воинов. Да, её он тоже приволок тогда домой… Хозяйственный, однако, вампир… Но и это не всё. Нужно будет подумать о том, куда мне идти, на кого, сколько там будет врагов и прочее. Дабы не вышло, как совсем недавно с моей пробежкой и потом со змеями… Также, придумать что с собой взять помимо оружия, брони и прочего. Тут яды где-то были даже… Я уже говорил, что вампир был запасливый? То-то же… А вообще, судя по всему, это затянется. Так что, будем посмотреть, что там выйдет. А пока… Надо готовиться к выходу. Учитывая, что я ощущаю себя уже как обычно, как будто бы и не выпил днём целых пять змей — всё очень плохо. Надо будет осторожнее тратить силы… Кстати, паренька того в той деревне надо навестить. Мне вдруг ещё вспомнилось, по ходу того, как я обдумывал этот сон — вампир туда ещё пару раз ходил. И хотя инструменты не пёр больше — банально потому, что упёр всё в тот раз там, но… Знатно попил разной кровушки у разных товарищей и… Меня, признаться, очень заинтересовал невольно один момент… Я вспомнил слова того парня, что меня сюда отправил по поводу того, что обративший другого вампира имеет над тем некую власть, вроде и… Сейчас очень похожая и странная ситуация сложилось с мальчиком. Вампир чувствовал того, как часть себя и, даже, через пару встреч, мог того чувствовать на небольшом расстоянии незадолго до того, как мальчик к нему подходил. А это значит…  — Похоже… Мировое господство всё-таки будет. — Я опёрся на меч, смотря на такую далёкую и безопасную для меня луну, думая — как же всё неплохо складывается… — Сначала это деревушка, а потом и весь мир! Ну или хотя бы город… Я даже не знаю, есть ли сейчас в это мире они, эх… Ну ладно, надо готовиться. — Я продолжил одевать элементы кожаной брони с металлическими вставками. Всё-таки… Никогда не знаешь, что в этом лесу произойдёт.