Неведомое

      …Хмурые взгляды, натужные улыбки, таблички «Nur für Deutsche», большие желтые звезды на лапсердаках и платьях… Поклоны, брезгливые выражения лиц людей в черном…       Именно такой была Косая Аллея, именно такие картины все увиденное вызывало в памяти Гермионы. Нацизм показывал свое жуткое лицо из каждой лавочки, каждого ресторана, он улыбался из глаз «чистокровных», он виделся в покорности «магглорожденных». Девушка не знала и не хотела знать, как от рожденных вне мира Магии добивались этой покорности. Ей было страшно даже думать об этом.       Стоило артефакту выпустить Гермиону, она упала на пол, содрогаясь в отчаянных рыданиях. Гарри поднял ее на руки и быстро пошел наверх, успокаивать свою любимую, побыть наедине, не видеть никого. Это было страшно, просто жутко для них обоих, знавших об идеологии Волдеморта еще в той жизни. А Марк просто смотрел остановившимся взглядом, не в силах уложить в голове тот факт, что живет фактически в филиале Третьего рейха, но намного, намного более страшном. Потому что в нацистской Германии существовал Антифашистский фронт, а в нынешней Британии, получается…       Гарри сунул девушку под душ, помня о том, что вода ее всегда успокаивала, но она затянула и его туда же, прямо в одежде. Гермиона вся дрожала, она силилась что-то сказать и не могла, просто зуб на зуб не попадал, Гарри разделся с помощью заклинания, потому что принимать душ в одежде было не очень приятно. Чуть позже, уже лежа в постели с любимой, он просто гладил ее, пока она не уснула, а сам думал. Думал о том, что местный Смерть, скорее, мотивировал их на что-то, чем просил о помощи.       Получив сигнал о прибытии последнего разведчика, юноша осторожно, чтобы не разбудить возлюбленную, поднялся, оделся и пробежался до гостиной, чтобы выяснить, почему скелет так задержался. Разведчик выглядел очень потрепанным, в подпалинах, но принес не только воспоминания, но и газеты, которые, скорей всего, просто стянул. Это были французские и немецкие газеты, магические газеты, что было необыкновенно, поэтому Гарри сразу же повысил разведчика, а сам открыл газеты, читая заголовки.       «…Великобритания остается закрытой страной…»       «…Миссия МКМ получила отказ на контакт с Министерством Магии Великобритании…»       «…По слухам, Великобритания готовит темный ритуал, чтобы захватить мир…»       «…Чудом бежавший из Великобритании мальчик не может говорить, только плачет…»       «…Опасность Великобритании для мирового сообщества…»       «…Ассоциация магглорожденных студентов заявляет…»       «…Приняты новые поправки… Больше рабочих мест для рожденных простецами…»       «…Закон о разумном ограничении древних семей…»       «…Великобритания уничтожила ковер-самолет с гуманитарной миссией…»       «…Представитель Великобритании в ООН имеет явные симптомы Империо…»       Газеты кричали, причем больше половины заголовков относились к Британии. Магическая Германия призывала огнем и мечом вскрыть британские границы, чтобы разобраться, что там происходит и зачем британцы сбивают ковры-самолеты и метлы. Кроме того, по сообщениям немецкой прессы, бесследно исчезли двое корреспондентов-сквибов, направившихся в Магбританию.       Судя по настроению прессы, дело двигалось чуть ли не к войне. Это вызывало удивление у юноши, думавшего, что везде одно и то же. Теперь получалось, что нацизм имеет место только в Великобритании, а остальные страны недоумевают, что происходит, причем чем дальше, тем больше.       Смотреть запись разведчика без Гермионы Гарри не рискнул, потому что, во-первых, не хотел ее обижать, а во-вторых, рука у нее всегда была тяжелой. Вздохнув, юноша поплелся наверх — будить любимую.

***

      Гермиона просыпалась от нежных поцелуев, она сразу же обняла Гарри, уронив его на себя, но, наобнимавшись, убежала в ванную. Простыня была чуть влажной, видимо, сон был достаточно непростым, что неудивительно. После, уже одевшись, девушка подала руку ожидавшему ее юноше, демонстрируя свою готовность следовать туда, куда он поведет. Гермиона улыбалась, предчувствуя более хорошие новости, к тому же ей не хотелось сейчас думать о плохом.       Увидев газеты, девушка взвизгнула от радости, сразу же зарываясь в них, но через десяток минут оторвалась, глядя на Гарри удивленными глазами. В этот момент Гермиона чем-то напоминала сову — большие круглые глаза и абсолютное непонимание, написанное в них. Гарри показал рукой на артефакт.       — Папа! — позвала девушка отца, хватая юношу за руку и ожидая, пока поименованный подойдет.       Они опустили головы одновременно, чтобы оказаться в записи, сделанной разведчиком. Уловители, уже виденные маги промелькнули почти незаметно, когда Гермиона остановила воспроизведение. Перед ними было что-то похожее на концентрационный лагерь — два барака, забор с колючей проволокой, охранники и заключенный с надписью на лагерной полосатой одежде: «сквиб». Такого Гарри не ожидал, особенно учитывая, что заключенный был очень похож на Сириуса, то есть, возможно, принадлежал семейству Блэк.       Гермиона сжала губы и продолжила воспроизведение. Опять стационарные антенны, уже пушки, а не пулеметы, и днище автобуса. Видимо, разведчик зацепился за днище рейсового автобуса, замаскировавшись. Промелькнули таможенные посты, только чудом не обнаружившие замаскированного скелета, потом еще… Автобус вышел на шоссе… Дорогу перемотали быстро, вот уже явно город, разведчик отцепился, чтобы направиться куда-то. Как-то очень быстро он попал на магическую улицу французского города, которая была яркой, веселой, как Косая Аллея когда-то. Здесь было все, абсолютно все по-другому. Гарри начал понимать, что гоблинские книги истине не соответствовали.       Скелет газеты действительно украл, сделавшись видимым, и активировал порт-ключ тогда, когда в него устремилось множество заклятий. Но во Франции этого нацизма точно не было. Она была совсем другой, отличной от Британии сейчас. Досмотрев до конца, присутствующие вывалились из артефакта, задумчиво на него глядя.       — Что же, — откашлялся Гарри. — С одной стороны, мы узнали, что вот это все — только в Британии, а с другой, получается…       — Получается, что Британия, — отлично поняла его Гермиона, — огромный концентрационный лагерь, как у немцев в ту войну.       — Положим, родоначальники лагерей как раз британцы, — заметил Марк, почесав нос. — Немцы просто идею развили, но выглядит действительно именно так.       — Значит, — произнес юноша, двигаясь к столику, на котором уже стоял чай и пирожные, — для безопасности вас следует эвакуировать в другую страну?       — Для безопасности лучше ничего не трогать, — хмыкнул Марк. — Крепость же защищена?       — И от атомной бомбы тоже, — Гермиона улыбнулась, вспоминая теорию размещения таких объектов.       — Тогда просто сидим тут, — Марк погладил по голове старшую дочь, невесело улыбаясь. — А там посмотрим.       — Это, конечно, хорошо, — заметил Гарри, наливая чай любимой жене. — Но делать-то что?       — Прежде, чем думать, что делать, надо бы определить, кто виноват, — заметила миссис Грейнджер.       — А как одно мешает другому? — не поняла Гермиона, с благодарностью принимая чашку.       — Да никак, наверное, — вздохнула Эмма Грейнджер, откусывая пирожное. — Но хотя бы ради порядка.       — Кстати, о порядке, — вспомнила девушка и пихнула мужа. — Ты к дому Лили не хочешь разведчика сунуть?       — А зачем? — не понял он.       — Лагерь в записи забыл? — поинтересовалась любимая супруга, отпивая великолепный чай. — Отправь, хуже не будет.       — Ладно, отправлю, — юноша кивнул, потянувшись за эклером, утянутым Гермионой прямо из-под пальцев. — А насчет того, что делать… Можно воспоминания о Косой Аллее послать… Один раз скелет справился и второй раз справится, куда денется. Только одеть его надо адекватнее.       — Лучше бы ты голема плоти сделал, — Гермиона вздохнула и отдала мужу любимый им эклер.       — Как скажешь, любимая, — согласился тот. За эклер Гарри мог согласиться на многое.       Юноша вздохнул, укоризненно посмотрел на любимую девушку и отправился в библиотеку. Предстояло многому научиться. Впрочем, Гермиона его одного надолго не оставила, читать ей нравилось, а в огромной библиотеке всегда было что почитать.