Проблемы доверия

Оба в полной мере никогда не осознавали принцип отношений. Стоит ли вообще начинать эту тему, если один из этой интересной пары старый мудрый дед, почти лишённый восприятия человечности, а второй недобитый мафиози, что из раза в раз как бешеная собака кидается на других псин в поиске достойного соперника. И как бы они хорошо не гармонировали, создавая вместе уютную и доброжелательную атмосферу, проблемы имели место быть. Безусловно, Чжун Ли может своим мудрым словом успокоить взбалмошного дикого Чайльда и приостановить конфликт, а Тарталья, в ту же очередь, приходил поздно вечером домой и всегда первым делом ластился к возлюбленному. Чжун Ли никогда бы не мог подумать, что такой человек может быть настолько нежным и комфортным, но от этого ни капли не обидно. Даже скорее наоборот, все эти прикосновения лишь давали измученной войнами душе мужчины довольно урчать котёнком, которому наконец досталось немного любви. «Немного» любви — грубо сказано. Её было навалом, не сказать чересчур. То, как каждый раз Предвестник перед сном занимается своими делами, после чего тихо приходит в комнату к Чжун Ли и долго целует его — отдельная история. Но… случилось сначала кое-что не самое приятное. Парень очень тихо, дабы не потревожить занятого Чжун Ли, прошел в комнату, где приглушённо горит сбоку одна лампа, что так удобно висит на стенке над кроватью. Зрение быстро привыкло к этому и становится чуть размытое, всё же глаза за весь день очень устали. Чайльд мелкими шагами дошёл до кровати и сел на край, в попытке уже нырнуть в тёплую постель, но вовремя заметил чужое движение и остановился. Чжун Ли, видимо заметивший юношу, как ужаленный подорвался и закрыл книгу, откладывая её подальше вбок. Тарталья нахмурился. Мужчине же пришлось сделать вид, что ничего важного не произошло, правда волнение волнами проскользило в его взгляде. — Хочу сначала сам прочитать. Оправдывающийся Архонт — вот чего, оказывается, всегда боялся увидеть Тарталья. После этого случая у Чжун Ли в руках он не видел никакой книги, да и дома теперь похожих обложек не замечал. Именно с этого момента всё стало понятно — проблемы есть, а как решать — неизвестно. Между ними поселилось недоверие. Теперь даже прикосновения были каким-то странным, то ли сконфуженными, то ли просто неудобными? Хотя никто даже не может ответить почему и из-за чего это происходит, просто в какой-то момент у обоих в голове начали всплывать ситуации, где оба слишком заметно врали или что-то недоговаривали. Становилось неуютно, каждый чувствовал себя виноватым, но переступить через себя было слишком сложно. До тех пор, пока Чжун Ли не дали пинка в виде прямолинейного «Вы скоро расстанетесь, господа». Ху Тао была девушкой бойкой и дерзкой, и то хорошо, что она не решила сказать это Тарталье в лицо, ограничилась лишь своим коллегой — Чжун Ли. Оба только-только пришли с прогулки на чай к дому мужчины, и все время по пути обратно девушка молчала. До этого она постоянно могла прыгать вокруг Чжун Ли и рассказывать какие-то глупые истории, совсем не стесняясь молчания слушателя. Мужчина же кое-что стал уже осознавать, ведь именно подобного у них с Тартальей давно не было. Словно парень в какой-то момент незаметно успел замкнуться в себе. — Вы оба скоро расстанетесь, к слову, — не стала церемониться брюнетка. Она только зашла за порог, но уже успела предъявить такую новость без капли стеснения. Чжун Ли, что пропускал её внутрь, встал в ступор прямо около своей двери. — Что, простите? Мужчина поспешил войти, заметив, как Ху Тао прошла дальше по коридору. Оставлять эту взболмошенную девчушку одну себе дороже — у Чайльда на восстановление мебели моры не хватит. И верно, пока Ху Тао поворачивала к гостевой, нечаянно волосами задела какую-то вещицу, с тумбы. Чжун Ли, хвостиком бежавший сзади, оказался рядом как раз вовремя, поэтому все осталось целым и невредимым. Пока мужчина пытался понять, откуда у него тут на тумбе лежал какой-то красивый артефакт в виде декора, Ху Тао, обернувшись, изогнула бровь в недопонимание. Чего это Чжун Ли стоит позади и рассматривает вещицу так, будто впервые сюда пришёл и увидел её. Впрочем, неважно. Девушка села за диван и завела ногу за ногу, скрещивая на коленке пальцы в замок и отвечая на поставленный ранее мужчиной вопрос. — А вы что-ли не заметили, как друг от друга всегда что-то да скрываете? Я сколько раз уже замечаю, как вы и мистер Чайльд замалчиваете то, чем интересуетесь. Всегда предпочла бы промолчать и не лезть в чужие отношения, но сейчас ситуация достигла апогея. И действительно, на улице случилось кое-что очень вопиющее. Чжун Ли и Ху Тао спокойно и размеренно прогуливались на природе, довольствуясь свежему морскому ветерку и шуму волн неподалёку. В одну секунду и чириканье птичек, и шелест травы, и звонкий смех девушки рядом для мужчины затих, когда около воды на берегу он заметил облик своего возлюбленного, что так усердно выбирал что-то в песке. Ху Тао тоже заметила своего друга и весело побежала к нему, махая рукой. Кто бы мог подумать, что девушка сейчас споткнется об камушек по дороге и поэтому с криком прилетит к нему прямо в объятья. Хотя этим их позу сложно было назвать, все-таки брюнетка с силой обхватила плечи парня, зажмурив глаза. — Ху Тао, я знал, что ты хорошо владеешь копьем, но твоя хватка… Девушка открыла глаза и хихикнула, отпуская плечи бедного Чайльда и обвивая руками его уже грудную клетку. Парень же увидел вдалеке Чжун Ли, и поэтому его лицо стало в разы нежнее. Он одной рукой обнял Ху Тао за спину, а второй потрепал её по макушке, с радостью слушая чужой смех в ответ. Когда брюнетка чуть отошла, то заметила в руках у друга какие-то камушки. — А что это у тебя? — девушка потянулась, чтобы посмотреть, но Чайльд резко поменялся в лице и заволновался. — Ничего! И вообще, некрасиво так пытаться отобрать вещи! — Но я сейчас позову господина Чжун Ли… — Нет, — Тарталья согнулся, чтобы его было хорошо слышно шёпотом, и откинул назад за спину собранные вещицы. — Это очень важно для меня, понимаешь? Чжун Ли не должен знать этого ни за что, такой стыд… Девушка нервно сглотнула и искренне поразилась, увидев Чайльда таким разбитым. Будто бы это и правда вопрос жизни и смерти, на деле же какие-то безделушки! И чего их прятать от возлюбленного? Ху Тао повернулась на пару секунд назад и хмыкнула, снова глянув на Тарталью, решила сообщить Чжун Ли произошедшее как-нибудь по-другому. — С тебя пельмешки с креветочками! Когда Ху Тао побежала обратно, не успела услышать нервный выдох, что вырвался из Тартальи непроизвольно. Юноша посмотрел тогда на недоуменного Чжун Ли и почувствовал невероятный укол обиды за него. Наверняка мужчина ждал, что Предвестник подойдёт к нему, или хотя бы просто обратиться, но Чайльд сейчас не мог. Если подойдёт к Чжун Ли — придётся объяснять чем он тут занимался, а это грозит неприятной насмешкой. Спасибо, от других наслушался. Тарталье с горечью на душе пришлось наблюдать, как его любимый медленно, вслед за Ху Тао, поворачивается в другую сторону, напоследок все ещё кидая этот взгляд побитого котёнка. Парню оставалось лишь с силой сжать зубы и ладони в кулак, чтобы хоть как-то выплеснуть злость на свое скотское отношение. Настроения не было, атмосфера уже не та и результат проделанной работы будет остойным, поэтому Чайльду пришлось кинуть разгоряченный взгляд на ракушки и камушки, что валялись теперь на поверхности песка одной кучей, и с силой наступить на них ногой, тем самым подошвой ботинка сминая результат своих трудов. Придётся снова возиться на пляже в темноте вечером, а пока хочется выпустить пар на паре хилличурлов. Не сказать, что тем же вечером у этой пары было что-то спокойно. Чжун Ли теперь был сам не свой, постоянно размышляя над словами Ху Тао и находя все больше и больше зацепок. И в этот раз Тарталья где-то задерживался, поэтому хорошо бы начать готовиться ко сну. Всё вполне могло быть точно также, как это было и раньше. Чжун Ли ляжет спать, может даже немного задремлет, но всегда услышит приход своего любимого и встретит его в кровати как надо. Только в этот раз все будет по-другому. Для мужчины стояла лишь одна задача — разобраться с тем, что происходит с их отношениями. То недоверие, которое раньше они просто игнорировали — кто бы мог подумать, что все выльется в нечто подобное? Теперь мужчина мог видеть всю проблематику, в голове начали всплывать их недоубные прикосновения и непроизвольное желание перейти на «вы» у Чайльда, которое он быстро на глазах у Чжун Ли заглушает — разве были их отношения ранее такими… дружескими? Сколько бы мужчина не прожил, и как бы он не хотел разбираться в людях и отношениях, некоторые этого все-таки заслуживают. Для них он, собственно, и старается. Это родительское чувство по отношению к взболмошенной, но в то же время самой светлой девушке — Ху Тао, отчасти и к закрытому ото всех Сяо, что сейчас смотрит на всех с высоты гор и должен находиться в одиночестве в силу своего призвания — Чжун Ли чувствовал, что вот в чем его счастье. Однако Тарталья — единственный человек, который по-настоящему не заслуживает такого черствого Архонта. И ведь Чжун Ли и правда не замечал происходящего. Не замечал даже того факта, что совсем не уделяет Чайльду любви, довольствуясь в одиночку. Парень всегда сильно сильно обнимет первым и так искренне засмеется, просто от того, что счастлив рядом с Чжун Ли, поцелует так нежно нежно, может даже и совсем по-детски — в щёчку, но все это будет настолько наивно, что иногда накатывают слезы от переполнявших эмоций. Встанет так аккуратно рядом, когда мужчина чем-то занят, и будет тихо наблюдать, всем своим видом показывая «Мне очень интересно тебя послушать». Но тут слабая улыбка нынешнего Чжун Ли, сидящего посреди слабоосвещенной комнаты, медленно погасла. Он никогда не признавался возлюбленному о том, что его интересует. Вспомнить хоть ту ситуацию с книгой, или когда мужчина решал купленную головоломку и чуть не сломал от броска, совершенного из-за неожиданного появления Тартальи — и до этих пор почему-то это казалось совершенно адекватным. Сердце в пятку будто ушло, неужели вот и нашёлся корень всей проблемы. Оба не умеют доверять людям. — Здравствуй… — знакомый шёпот вывел Чжун Ли из транса. Тарталья встал сзади дивана, где сидел мужчина, и положил на плечи последнего свои тёплые ладони в перчатках. Чжун Ли молчал, причём сам не мог понять причину. В горле появился какой-то тугой ком, что не давал даже поприветствовать возлюбленного. Сердце стучало с невероятной силой, хотелось как быстрее убрать эти руки с плечей. И вроде бы вот, это те самые родные и любимые ладони, что каждый раз касаются его с нежностью, однако в этот раз было ощущение чего-то странного. Что-то не так, и непроизвольно мужчина поежился. По-видимому слишком заметно, иначе как можно объяснить резкое отстранение Тартальи от дивана? — Чайльд, присядь, пожалуйста. Сердце парня ушло в пятки, ведь он никогда не слышал от Чжун Ли такой сожалеющей интонации. В этот раз мужчина даже на прикосновения реагирует больно негативно, неужели… — У нас проблемы? — неожиданно парень попал в яблочко, судя по одобрительно прикрытым глазам Чжун Ли. — И закончится куда печальнее, если её не решить. Чайльд, как-то без особого желания, сел рядом и поджал губы, в попытке скрыть свои печальные чувства. Если мужчина хочет расстаться — нужно сдержаться и не проявить слабость. А Чжун Ли хотел в этот момент дать себе по затылку чем-нибудь побольше, иначе как объяснить такую нервозность любимого, если не собственной ошибкой? Привык разговаривать с отстраненной и холодной интонацией в стрессовые ситуации, и теперь это не помогает, а лишь все усугубляет. Надо быстрее продолжать говорить. — Тебя все устраивает в наших романтических отношениях? — Конечно, Чжун Ли… о чем ты… — начал было парень, от волнения засмеявшись. — Почему ты смеёшься? — мужчина увидел защитную реакцию и бессовестно упомянул её, только после понимая ошибку. Покачав головой, он почти нервно продолжил: — Что насчёт романтического плана? Тарталья опустил голову чуть вбок и недоуменно изогнул правую бровь. — Тебе не хватает… романтики? — Тебе. Хватает? Предвестник снова нервно хихикнул, отводя взгляд от проницательного лица. Он считает, что не имеет право жаловаться, потому что знал с кем вступает в отношения. Снова заметив непристойный здесь от себя смех, юноша прикрыл рот ладонью и сказал. — Я никогда не жаловался… Чжун Ли прикрыл глаза и нахмурился, понимая одну простую вещь — даже ответом на данный вопрос Чайльду сложно поделиться. На душе снова заскребли кошки, ведь видеть перед собой сломанного жизнью и обществом любимого невыносимо больно, а собственная замкнутость не даёт даже как следует поддержать. — Расскажи мне, пожалуйста, что тебе нравится делать на пляже? Поделись. Каждый раз я вижу тебя у берега и ты выглядишь таким искренне счастливым. Чжун Ли смотрел прямо в глаза парню и чётко диктовал то, что действительно очень хотел донести. Сложно соображать в такие моменты здраво, однако он прожил столько лет не для того, чтобы оказавшись любимым, просто сбежать от проблем. Надо действовать. Голос дрогнул только на следующей фразе, которую он сказал сразу же после предыдущего предложения. — Я хочу сделать тебя таким же счастливым. Тарталья шмыгнул носом, сжал губы трубочкой и отвёл их в сторону, еле сдерживая горькие эмоции. Оказывается Чжун Ли все было заметно, и он не хочет предъявить что-то Чайльду, а пытается восстановить отношения собственными усилиями. — Ты же знаешь, на берегу самый чистый воздух — мне становится лучше там… У Чайльда в голове звучало только одно: дурак, дурак, дурак, дурак. Сам понимает, что все портит, но ничего не может поделать. Язык будто сам выталкивает эти слова из губ, парень не может это контролировать, он потерял ощущение самого себе. Чжун Ли же снова поймал взглядом ту безделушку на тумбе, что на самом деле была красивой ракушкой. Осознание словно взрыв в голове, перед глазами будто вживую пронеслась картина того, как Чайльд ищет в песке какие-нибудь красивые камушки. Так вот что сегодня на берегу он откинул позади себя. Мужчина встал с места, желая взять ракушку в руки и показать возлюбленному, но последний этот жест распознал совсем в другом русле. Судорожный вздох пронёсся по всей комнате, и Чжун Ли ощутил между пальцев ладонь Тартальи. Парень специально снял перчатку с этой руки, чтобы прикосновения были намного ощутимее и чувственнее. Чжун Ли охнул. Насколько давно возлюбленный позволял себе снимать с себя перчатки, хоть и чуть раньше он делал это постоянно, пробило мужчину на сентиментальные эмоции. Он сжал руку юноши посильнее и слабо улыбнулся, опуская голову вниз. — Прости, прости… заврался уж совсем, — раскаянно с усталым вздохом прошептал Чайльд. Он поднял блестящий от горечи взгляд и грустно улыбнулся, чувствуя, как растянутые губы дрожат. Парень потянул возлюбленного обратно на диван, и тот послушно уселся обратно. Тарталья готов выговориться. Он держал мужчину все ещё за руку, однако второй полез в свой задний карман и, цокнув, достал оттуда ракушку, размером с несколько пальцев. Красивая безделушка была нежного синеватого цвета, разные узоры на ней напоминали бездонный небосвод. Чжун Ли никогда не видел таких ракушек где-нибудь на поверхности, такие спрятаны где-то под слоем песка. Насколько же Чайльд заморочился с ней. Чжун Ли протянул руку, дабы коснуться, но в последний момент решил взглядом спросить разрешение, только Тарталья не смотрел в ответ. Проследив глазами за его траекторией, мужчина заметил, что ракушка была не целая. Вдруг на ладошке Предвестника она разделилась на две, заставляя рыжеволосого поникнуть головой и тяжело вздохнуть. — Видимо я неудачно сел… Чжун Ли поднял взгляд снова на лицо возлюбленного и смягчил взгляд, чувствуя вину. — Я заставил тебя сесть. — Всё в порядке, я найду еще лучше… — с грустной улыбкой произнёс парень и с переживанием сжал посильнее ладошку мужчины. — Ты же помнишь, что я люблю очень своих братьев и сестру. Каждый раз я кладу им в письмо какие-нибудь красивые находки на местных берегах, надеюсь, что таким образом они чуть меньше по мне скучают… Тарталья не заметил насмешки и со спокойным выдохом снял с ладони Чжун Ли перчатку тоже и приложил руку мужчины к своей щеке, закрывая на пару секунд глаза и довольствуясь теплом. Так становилось спокойнее и он мог дальше продолжить говорить без заиканий. — Надо мной смеялись все Фатуйцы и Предвестники, если надо было выезжать куда-то вместе. Честно признать, я был уверен, что ты сделаешь то же самое. Это же… глупо? Я — Одиннадцатый Предвестник, человек, который не должен и внимания уделять своим чувствам, защищая и подчиняясь всю жизнь одной лишь Царице, в моей жизни не должно быть и капли сентиментальности. Чжун Ли положил и вторую, правда закрытую перчаткой, руку на щеку своего возлюбленного, нежно поглаживая мягкую кожу большим пальцем. Мужчина не сдержался и слабо улыбнулся, потянувшись чмокнуть возлюбленного в губы. — Ещё ты самый харизматичный, проницательный и понимающий Аякс, который несмотря на все пережитое умеет любить и дарить любовь другим. Я могу гордиться тобой, — мужчина прислонился лбом ко лбу возлюбленного. — Завтра утром сходим на пляж вместе? — Ты собираешься лазить руками в песке? — Я буду моральной поддержкой. И все-таки неправда. Следующим же утром оба без стеснения голыми руками лазали в грязном песке на корточках и не могли перестать светить своими улыбками. Чжун Ли в какой-то момент стало казаться, что от такого сияния Тартальи они могли бы даже ночью выйти — все равно было бы все видно. И ведь правда. — Ты похож на солнышко, — Чжун Ли и сам не понял зачем сказал это вслух. Ситуация же была очень комичная: статный мужчина сидел на корточках и рылся в ямке с грязью, своим великолепным гео чутьем ощущая, что вот-вот появится какая-нибудь красивенькая ракушечка! Тарталья, который услышал сказанное когда только с охом поднялся и хотел перейти в другое место, неожиданно замер и, словно в банальной пьесе ужасов, медленно повернул на мужчину голову с ошарашенным взглядом. — Повтори. Чжун Ли отрыл ракушку и довольно хмыкнул, с гордым лицом выпрямляясь в полный рост. Мужчина протянул вещицу возлюбленному и с улыбкой произнёс. — У тебя красивые веснушки. — Ты не это сказал! — парень протянул ладонь, дабы взять ракушку, но в последний момент передумал и схватил Чжун Ли за кисть, притягивая к себе с нежностью окунаясь в тёплые объятья. Мужчина с одобрительным лицом обвил руками талию Чайльда и положил подбородок на его плечо. Проблема доверия ещё не решена, однако начало положено, причём вполне удачно! И только Чжун Ли хотел отпустить своего возлюбленного и кинуть в воду, как тот сам неожиданно оттолкнулся от тела мужчины, пользуясь, что тот не сильно прижал его к себе, и с удовольствием наблюдал за тем, как он с охом падает. И с ухмылочкой Чайльд это делал до тех пор, пока Чжун Ли не ухватился за кисть своего "обидчика" и притянул к себе тоже. Тарталья плюхнулся на мокрый берег только руками, а остальным телом попал на возлюбленного, прижимая того ещё сильнее к грязи. Смеясь, он несколько раз ударил по воде и с удовольствием подметил, как брызги попали на такое родное и любимое лицо. — Порой ты даже не такой зануда, Чжун Ли…