Горы

Он постарался не обращать внимания на охватившую его легкую дрожь и звон в ушах. Ему казалось, что он уже долгие часы стоит, согнувшись над операционным столом. Потом по спине побежала волна жара. Руки его замерли над полосатой кошечкой, у которой он зашивал разрез брюшной полости. "Пожалуйста, только не здесь. Не сейчас". Его молитвы не были услышаны. Скоро на периферии зрения у него запляшут звёзды, и в их хороводе образуется узкий туннель, легкое покалывание кожи головы сменится приступом боли. - Сонбэ, всё в порядке? Чон Чонгук бросил взгляд на свою ассистентку Чунг Чи Джи. - Мигрень, - пришлось ей солгать. Он показал на "пациентку" на столе. - на сегодня это последняя. Почему бы тебе не сообщить об этом в приёмной, пока я закончу? Чи Джи скорчила гримасу. - Им это не понравится. - Скажи, что я наверстаю упущенное в пятницу вечером. - Язык у него уже заплетался. Следовало поторопиться. Когда Чунг вернулась, Чонгук как раз закончил зашивать животное. - На удивление они спокойны, - объявила ассистентка. - Вы закончили? - Да. - коротко на выдохе бросил парень. - Господи, сомбэ, вы ужасно выглядите. - Ты права, я плохо себя чувствую. - он стянул с рук окровавленные перчатки. - Сделаешь обход наших послеоперационных без меня, если я сейчас уйду? - Без проблем. - Чи Джи отвязала ремни, которые удерживали усыпленную кошечку на столе, и осторожно взяла безвольное тельце животного на руки. - Вы только не вздумайте сесть за руль в таком состоянии. Пока вы умойтесь, я вызову такси. - Хорошая идея. - Чонгук обессиленно оперся о стол. - Скажи, водителю что я не поскупилюсь на хорошие чаевые, если он поспешит. Тридцать минут спустя Гук, пошатываясь и спотыкаясь, ввалился в дверь собственного дома. Закрыв её за собой, он прижался к ней спиной и сполз на пол. Он успел. К тому времени, когда приехало такси, Чунг была уже не на шутку встревожена, состоянием парня. Но ему не требовался доктор. Он просто должен был прилечь. Вытерев влажные ладони о брюки цвета хаки, Чонгук оттолкнулся от двери. У него дрожали ноги, но они всё-таки донесли его до спальни. С бешено бьющимся сердцем, Чон забрался на постель и замер в ожидании. "Все в полном порядке" - успокаивал он себя, повторяя одно и тоже. Внезапно перед глазами всё померкло. На какое-то жуткое мгновение единственным якорем, удерживающем его в этой полной темноте, оставался лишь звук собственного судорожного дыхания. А потом двери его сознания распахнулась и зрение вернулось к нему. На вершине скалы стоял блондин, азиатской наружности. Он смотрел вдаль, на простирающийся перед ним каньон. Солнце едва-едва показалось из-за горизонта, окрашивая окружающий мир в нежно-розовые тона. Красивый парень на фоне красивого пейзажа. Но Чонгук уже видел эту беззвучную картину раньше. "Смотри внимательно. Теперь ты должен рассмотреть окружение". Он заставил себя отвести глаза от парня. На горизонте были только горы, которые выделясь серо-голубыми мазками на фоне неба. Над плечом парня Гук разглядел четыре пика, которые выстроились в ряд, словно шипы на спине дракона. "Это хорошо. Запомним". Если бы он только мог обернуться и оглядеться. Он только видел то, что видела она. Обречён видеть её глазами. А потом, парень обернулся. Он был ещё красивее, чем помнилось Чонгуку. Его медовые глаза обещали чувственное, даже сладкое наслаждение, он буквально излучал сексуальность. Затем мягкие пухлые губы юноши шевельнулись. "Он разговаривает не с тобой". - напомнил себе Чон. Испытывая гнетущее чувство беспомощности, Гук наблюдал, как в поле его зрения появилась руки в перчатках, по одной с каждой стороны, словно они были его собственными руками. "Пожалуйста, нет", - взмолился он. Но все без толку. Ему страшно хотелось закрыть глаза, отвернуться, но он не мог. Руки девушки скользнули по плечам парня и внезапно сомкнулись на его горле. Чувственное выражение лица сменилось удивлением, потом паникой, а затем ужасом. Пока парень сражался за свою жизнь, Чонгук столь же отчаянно старался абстрагироваться от происходящего. Впрочем напрасно. В висках у него бешено стучала кровь, ведь он наблюдал как из прекрасного незнакомца, по капле утекает жизнь. Наблюдал пристально, в упор, и с таким чувством сопричастности, словно руки убийцы принадлежали самому Чону. А потом всё закончилось. Как всегда, связь начала вдруг ухудшаться, но на этот раз Гук уцепился в ведение изо всех сил. Он не обращал внимание на предостерегающие сигналы, которые посылал ему измученный мозг, и держался, как только мог. "Покажи мне хоть что-нибудь!" И он уступил. Вынув из кармана пачку сигарет, девушка спокойно достала одну из них. Медленно, так, словно не она мгновение назад совершила убийство, закурила. Чонгука трясло, как в лихорадке, но руки убийцы, по-прежнему в перчатках, даже не дрогнули, пока она зажигала сигарету. Их спокойствие дало ему достаточно времени, чтобы прочесть этикетку на коробке. "Камчхон. Саха-гу города Пусан'' Затем она швырнула коробок на землю и повернулась, чтобы уйти. И только тогда он сдался. Время от времени Чонгук пытался шевелить руками и ногами, пока наконец не ощутил, что они вновь повинуются хозяину. Нетвердой походкой добравшись до рабочего кабинета, он включил компьютер. Пока он ожидал запуска системы и соединения модема, сгорал от нетерпения . Еще одна задержка - загружалась поисковая машина. Наконец он набрал слово"Камчхон", и всхлипнул от облегчения, когда первая же попытка оказалась удачной. "Камчхон. Саха-гу города Пусан''. В качестве логотипа был выбран старый калорийный домик. Картинка в точности соответствовала той, что была на коробке сигарет. Впервые с тех пор, как его начали посещать видения, Чон испытал слабый проблеск надежды. Может на этот раз ему удастся что-нибудь сделать. Но ведь речь шла всего лишь о непонятной коробке! Не было никакой гарантии, что убийца и в самом деле окажется поблизости от Камчхона. Можно было только гадать, откуда взялась эта пачка, хотя та пересеченная местность, которую ему удалось окинуть беглым взглядом, не могла быть ничем иным, кроме как предгорьями, правда? Зародившаяся было у него надежда тут же угасла, когда в голову пришла очередная мысль. Хотя он сумел рассмотреть в своем видении, что стояло лето, кто сказал, что это непременно нынешнее лето? А что если убийство должно свершиться только через несколько лет? А что если ему придется жить с этим кошмаром еще целый год? Он вздрогнул. Об этом было страшно даже подумать. Нет, он должен действовать, и немедленно. Он не будет сидеть сложа руки, пока не прочтет об этом преступлении в "криминальной хронике". Только не в этот раз. Но и в полицию обращаться не станет. Его опять сочтут ненормальным. Не позволяя сомнению и здравому смыслу взять верх, он позвонил по первому номеру съёма жилья, арендуя небольшой домик. «Ты не получишь этого ангела» , - поклялся Чонгук, когда воспоминание о совершенном злодеянии ожило в его памяти.