Преодолеем вместе

Днём у Долорес и её кузины совсем не было времени на серьёзный разговор с Камило, да и возможности, чтобы где-нибудь его выцепить, не представлялось: Агата помогала ему с работой в городке. Все, кто видел вчерашнее происшествие, делали вид, что ничего не произошло, но парень чувствовал на себе косые взгляды своей старшей кузины, если она проходила мимо. После ужина Исабелла направилась в комнату двоюродного брата, Долорес увязалась за ней. Даже не для того, чтобы поговорить с братом, а чтобы девушка не прибила его ненароком. Сёстры подошли к двери и без стука вошли в комнату. Камило уже снял руану, собравшись готовиться ко сну. — Стучаться разучились? — недовольно произнёс он. — А если бы я был голым? — Будто там есть то, что может меня удивить, — рыкнула Исабелла и подошла ближе к нему. — Ничего не хочешь объяснить? Парень вздохнул и повесил руану на спинку стула. — Я понимаю, как это выглядит, — наконец сказал он, — но не нужно набрасываться на меня, не зная всей ситуации. — Вот мы и пришли, чтобы выяснить, что случилось, — тихо сказала Долорес. — Она сама на меня кинулась, — выдохнул Камило, после злобных гляделок с их кузиной. — Мы должны верить на слово? — уже более спокойным, но всё равно раздражённым голосом произнесла Исабелла. — Если бы у меня было желание завести отношения на стороне, я бы не стал целоваться со своей любовницей на глазах у такого большого скопления людей. — Он немного помолчал, а потом раздражённо изогнул бровь. — Да и вообще, я не собирался перед тобой оправдываться. После этих слов между кузенами началась ожесточённая перебранка, в которой они обменивалась не самыми приятными комплиментами друг с другом. После нескольких минут выслушиваний всей той желчи, которую родственники изливали друг на друга, Долорес услышала тихий шорох около чуть приоткрытой двери. — Ребята, — произнесла она, но парень с девушкой не собирались останавливаться. — Тебе бы вообще не стоило лезть не в своё дело, — возмущался Камило. — Везде сунешь свой длинный нос! — Это мне вместо благодарности за то, что я не рассказала Агате о твоих лобызаниях с той девушкой? — воскликнула она. — Иса! — крикнула Долорес. Исабелла посмотрела на свою кузину: — Да что?! Девушка перевела растерянный взгляд в сторону выхода из комнаты, и её родственники тоже посмотрели туда. В миг злобные гримасы пропали с их лиц, сменившись смятением: в проходе стояла Агата. Несколько секунд она смотрела на троицу, бегая по ним карими глазками, начинающими краснеть и наполняться влагой, а потом, прикусив губу и многозначительно кивнув, скрылась из их поля зрения. Долорес выбежала из комнаты, и кузены, переглянувшись, поспешили за ней. Агата уже была на середине лестнице, и Исабелла, чтобы задержать её, обвила её талию своей лозой, оставшись стоять на втором этаже. — Исабелла, это не смешно! — возмутилась девушка, повернувшись к ней. — Подожди, давай поговорим, — сказал Камило, начав спускаться с лестницы. Исабелла также остановила его с помощью своего дара и, когда парень посмотрел на неё, покачала головой. — О чём? — воскликнула девушка. — Я уже достаточно услышала. — Она чувствовала, как сердце бьётся в горле, заставляя голос дрожать и срываться. — Она же говорила мне, а я не поверила. — Агата схватилась за мягко сжимающее её тело растение. — Дура! — Раздался шлёпающий звук от удара кулаком по лозе. — Наивная овца! На крики стали сбегаться остальные родственники: кто-то из своих спален, кто-то зашёл с улицы. И, боже, как девушке было стыдно за то, что они видели и слышали, но остановить горячие слёзы, которые так предательски стали стекать по щекам и капать с подбородка, она была не в силах. — Я не хотел этого делать, — пытался оправдаться Камило. — Она сама бросилась на меня. — А у тебя не хватило сил, чтобы оттолкнуть хрупкую девушку? — всхлипывала Агата. — Да я растерялся! — Напугали бедного зайчонка! — Вдруг она затопала ногами, будто маленький капризный ребёнок. — Иса, отпусти меня, — её голос стал намного тише. — Хватит издеваться. Исабелла чуть приподняла Камило и подтянула девушку к себе. Она убрала все свои растения и, приобняв за плечи, повела Агату в детскую. Когда они подошли к двери, девушка посмотрела на Мирабель и кивнула в сторону комнаты, намекая, чтобы та пошла с ними, а потом завела туда подругу. Мирабель быстренько взбежала вверх по лестнице, бросив на кузена беспокойный взгляд, и зашла вслед за ними. Камило осмотрел своих родственников и вернулся на второй этаж. — Если родители будут расспрашивать, скажи как есть, — сказал он своей старшей сестре. Долорес кивнула, и парень зашёл в свою комнату. Агата сидела на кровати, облокотившись о колени, Исабелла сидела на корточках рядом с ней. Мирабель закрыла дверь и опустилась рядом с подругой. — Как ты? — осторожно спросила девушка и положила ладонь ей на спину. Агата выпрямилась и запрокинула голову назад. — Я вообще не понимаю, что происходит, — спокойно сказала она. — Почему всё настолько плохо? — Девушка посмотрела на Мирабель. — Чем я это заслужила? — У всех бывает чёрная полоса в жизни, — произнесла подруга. — Почему-то она не проходит уже несколько лет. Повисло тяжёлое молчание. А что ещё говорить? Нечего. Исабелла думала о том, что, возможно, ей и в правду не стоило лезть в их дела. Может быть, Камило действительно не виноват в этом, ведь и за ним, и за его братцем всегда бегала толпа девчонок. Кто знает, что можно ожидать от одержимых симпатией девушек. Мирабель же верила своему кузену, хоть и сама не до конца понимала, почему. Она помнила, как он себя чувствовал, когда девушка пропала. Помнила, как не выходил из комнаты сутками и ел только из-под палки. Парень более-менее оправился, когда Долорес надела белое платье невесты и пошла под венец. После долгой тишины, Агата почувствовала вновь подбирающийся к горлу ком и быстро схватила свою подушку. Она уткнулась лицом в наволочку и закричала. Стоит признаться, "драть горло", как советовал молодой человек, не раз помогало выплеснуть негативные эмоции. Только вот сил после такого способа почти не оставалось, вот и сейчас девушка, закончив надрываться, опустила руки с мягкой подушкой на колени и тихо заплакала. Сёстры растерянно переглянулись, а потом Мирабель прижала подругу к груди и стала поглаживать её по спине. Исабелла быстро встала и направилась на выход. — Принесу воды, — бросила она и выбежала из комнаты. Девушки сидели в обнимку. Агата лишь тихо вхлипывала и поскуливала, не желая более жаловаться на свою жизнь. — Я понимаю, что тебе тяжело, — тихо начала Мирабель, — но если ты будешь так убиваться, ничем хорошим это не закончится. — Опять я перед другими скандал устроила, — произнесла девушка, проигнорировав совет подруги. — Зачем она меня там остановила? — Чтобы ты опять не убежала к себе домой, — объяснила она поступок своей сестры. — Ты ведь ещё больше бы сокрушалась над своими действиями. Агата не стала ничего на это отвечать: девушка была абсолютно права. Через несколько минут дверь распахнулась, и Исабелла зашла со стаканом воды в руках. Она подошла ближе к ним и протянула ёмкость подруге. Агата тихонько выкрутилась из объятий Мирабель и встала напротив её старшей сестры. Секунду она смотрела на девушку, а потом обхватила обеими руками её изящное туловище. Исабелла, немного растерявшись, округлила глаза и положила руку ей на спину. Мирабель забрала у неё стакан и кивнула, после того, как сестра посмотрела на неё. Девушка немного расслабилась скользнула руками по телу подруги, сильнее прижимая её к себе. — Не переживай, — прошептала Агата, — здесь нет твоей вины. Я бы всё равно когда-нибудь узнала об этом. Исабелла обняла её так сильно, как только могла. Она всегда удивлялась, насколько тонко эта юная особа улавливала чувства и малейшие изменения эмоций других людей. В этом девушка была чем-то похожа на Мирабель — такая же чуткая и чересчур заботливая. Через несколько минут они немного отошли друг от друга. Агата потёрла щеку и выдохнула. — Что-то я устала, — еле слышно сказала она. — Даже в душ не пойду. Буду ложиться. Мирабель кивнула: — Да, отдохни. Девушка подошла к шкафу и, достав оттуда свою сорочку, вернулась к кровати. — Мира, можем поговорить у меня в комнате? — спросила Исабелла. Её младшая сестра посмотрела на Агату. — Ты не против? — спросила у неё девушка. — Вы же не мои сиделки, — пожала плечами она. — Можете с лёгким сердцем пойти и поговорить. Мирабель кивнула, и они с сестрой вышли из комнаты. Агата сменила одежду и залезла под одеяло. Крепкий сон пришёл к ней почти сразу. Этой ночью Морфей был чем-то очень сильно рассержен и мучал бедную девушку неприятными кошмарами, из которых ей не удавалось выбраться.