their love

      чуя ненавидит монстр со вкусом манго, но всё равно покупает его в ближайшем магните. просто так, конечно же. ни в коем случае не для одного высокого бинтованного придурка.       чуя ненавидит твёрдые подушки, но достаёт одну откуда-то из глубин шкафа, подаренную ещё наверное года три назад. естественно просто так. не для парня, чьи каштановые волосы, ложащиеся крупными кудрями, так приятно перебирать после тяжёлого дня.       чуя ненавидит свои неудавшиеся рисунки, но некоторые зачем-то сохраняет в отдельную папку, после показывая тому самому придурку, потому что, а может они не такие уж и плохие? ну, ему же нравятся, правда? но ему вроде и я нравлюсь, а значит вкуса у него явно нет.       иногда накахара рвёт их, рвёт бумагу, ломает карандаши и кисти, плачет и думает о том, что он ничтожество. а потом приходит придурок и целует, целует руки, аккуратно, почти невесомо, оставляет поцелуи на каждом пальце и стирает с лица дорожки слез. да, он не делает намного лучше, но успокоиться часто помогает быстрее. и в объятиях его куда комфортнее, чем на твёрдом полу, прислонившись к стене.       да, чую часто ломает, часто пробирает до самых костей мысль, что ничего он на самом-то деле не достоин. но этот самый придурок почему-то каждый раз оказывается рядом.       чуя ненавидит физику и не понимает в ней абсолютно ничего. и людей, которые её любят тоже не понимает. он думает, что физика — это пиздец, зло, когда пытается сделать заданную по ней домашку самостоятельно, но в итоге нихуя не понимает, психует и списывает. но он пытается, он честно учит формулы и вслушивается в объяснения того самого придурка, лежа на его коленях, стараясь не уснуть.       а дазай, которого накахара почти всё время называет придурком, любит и монстр со вкусом манго, что рыжее чудо часто покупает для него, ворча, что это пиздец как дорого и так не долго и разориться.       и твёрдые подушки, особенно одну, взятую откуда-то с недр чуиного шкафа.       дазай любит и неудавшиеся рисунки накахары, ему нравится всё, что делает чуя. и как бы сложно не было, всегда будет рядом с ним.       дазай любит эту гребанную физику, особенно, когда объясняя, можно перебирать пряди рыжих волос и целовать в нос за каждый правильный ответ.       и дазай любит чую. любит сильно и трепетно, так, как он думает никто ещё никого не любил. любит и будет любить.       а чуя… а чуе сложно, но он тоже любит. любит этого самого придурка и когда-нибудь обязательно прошепчет это в темноте, в шорохе одеял и нежном объятии, а потом, обязательно прокричит это в небо, укрытое звёздами.       они будут шептать это друг другу в губы, будут говорит об этом в парке, будут кричать «я люблю тебя» по очереди и вместе где-то в центре, пробегая мимо кучи людей.       а чуя всё ещё будет называть дазая придурком, ненавидеть монстр со вкусом манго, твёрдые подушки и физику, но уже не будет ненавидеть себя и свои неудавшиеся рисунки. а дазай продолжит любить всё, что так было и есть ненавистно чуе, ну и самого чую.