Олимпийский лёд

Музыка зазвучала вновь для Тимура Панкратова. Радость отошла на второй план, девушка получила заслуженную похвалу, а ему предстояло продолжать работать. Как и им всем. Это был первый прокат его произвольной в таком виде. С невероятно сложными двумя каскадами — Четвертой риттбергер + четверной тулуп и четверной лутц — четверной флип. Каскады давали безумно много баллов, но при этом забирали практически все силы. Так еще и находились практически под конец программы. Никто из тех, кто сейчас за ним наблюдал, даже понятия не имели, что в его программе появились два этих каскада вместо каскадов 4-3. Очень волнительно. Эти каскады не исполнял никто до него и они были поставлены буквально «на коленке». Тимур прыгал их на тренировках, но часто сваливался, что было непозволительно для него, но даже так несли достаточно много баллов. Восемь четверных прыжков в одной программе. Олимпийский сезон назад это было просто немыслимо. Но, Тимур задает новые стандарты программ и заметно подтягивает своих товарищей по команде. — Почему Роман и Денис Русланович так волнуются? — Артём стоял рядом с Евой, уже откатав свою программу. Весьма неудачно, к слову. Он упал с тройного акселя, четверного сальхова и каскада четверной тулуп — тройной тулуп. Неверное ребро заметили тренеры на четверном флипе, а также был степ с рукой на втором прыжке в каскаде четверной лутц — тройной тулуп. Тулуп был его сложностью. — Я не знаю, — Ева еще не отошла от невероятной программы Павла Пантелеева, новой, не катанной еще ни один сезон. Связано это было с тем, что в технических умениях Паши изменилось достаточно много. Слишком много, чтобы оставлять старую программу и менять прыжки, — Может быть, они просто беспокоятся за Тимура? Он не очень хорошо откатал короткую программу, а ведь они на него сильно ставят. Четверной тулуп. — Молодец, — Катя стояла около Евы и Артёма. На самом деле, неплохая девочка и Ева относилась к ней даже с уважением. Показав средний результат на прокате короткой программы, она не отчаялась и уже стояла на готове. — Кать, — она подняла голову, — А как там с Димой? Дмитрий Панкратов был для Артёма не другом, но очень хорошим знакомым. И невероятно сильным противником. Не таким сильным, как Тимур, но занявший второе место на Чемпионате Европы без особых усилий и с ошибкой. — Должен выйти на тренировки после вашей Олимпиады. Травма зажила, если верить врачам, но нагрузки вроде прыжков запрещены. Максимум двойные, не тройные даже. — Думаю, его позовут на шоу нашего тренерского штаба, — высказала мысль Ева, задумчиво смотря на невероятно изящные и свободные движения Тимура. Неожиданно для всех он плавно опустился в кораблик и изогнул спину назад. Кантилевер. Смирнова даже забыла что говорила. Она знала, что следующим прыжком должен идти лутц. И перед ним Тимур исполняет кантилевер? — Не знаю, ему бы двойные хотя бы вернуть. И вам Олимпиаду пережить, а потом о шоу думать. Четверной лутц. Шикарно выполненный и прекрасно приземленный. — С каких пор он умеет делать кантилевер? — высказала общую с Беспаловым мысль Ева, — Я вообще ни разу не видела, чтобы он его исполнял. — Он делал его на Чемпионате Европы в пятнадцать лет. Но, я думал, он разучился из-за взросления, — сказал Артём спустя пятнадцать секунд размышления. — Я вам скажу больше, — к ним подошла Саша, уже переодетая в платье для произвольной, — Я видела как он тренирует гидроблейд и бауэр. И я уверена, что он вставил их в произвольную программу. — А он не перебарщивает со сложностью? Я боюсь, что такими темпами он не выполнит. Особенно если отберется в командник… — Федерация не глупая. Она не будет посылать в командник спортсмена, которого может износить. Произвольная сложная у всех парней. Если они поставят Тиму, это будет их самая большая ошибка. Тройной аксель. «Вот и все, следующий каскад четверной риттбергер — четверной тулуп. Надо не оплошать». Бауэр, на котором Прохорова буквально крикнула «я знала!», за что получила взгляд с тренерской трибуны, а затем сразу же заход на каскад. Четверной риттбергер. Немного пошатнулся, но устоял. Четверной тулуп. Он свалился, тут же поднимаясь и чертыхаясь сквозь зубы. Сразу же завалил первый сложный каскад, вот это он «молодец». Нужно было собраться с силами и продолжать, он должен стать первым на этой Олимпиаде и не пропустить вперёд никого. Ни из своей команды, ни из других стран. Дорожка шагов дала немного времени передохнуть от прыжков, а Ева вновь засмотрелась. Как же он изящно двигается, это просто нечто. — Саш, — Артём слегка отошел от компании, отводя и Прохорову. Легким движением руки он её приобнял, наклоняя голову к девушке. Его достаточно высокий рост играл злую шутку во время общения с девушками, — а ты не хочешь сходить куда-нибудь? Выпить кофе? — Это приглашение на свидание? — Саша даже не подняла головы, продолжая следить за фигуристом на льду. Он выполнял прыжок в либелу, явно отдавшись своим мыслям. — Не совсем… Я просто хотел бы посидеть… — Артём явно смутился, почесывая затылок и даже убирая руки, которыми он обнимал Александру. — Успокойся, — она улыбнулась, поднимая на него глаза, — Значит просто посидим. Я не против. Как насчет завтрашнего утра? Сегодня после прокатов я уже вряд ли куда-то захочу, ноги невероятно ноют. Беспалов кивнул, испытывая одновременно благодарность и неуважение к себе. «Она же сама за тебя все договорила и решила, как ты вообще собирался подходить к девушкам?» думал Артём, запуская руки в волосы и пытаясь отвлечься от своей «минутки позора», как он обозвал это мысленно. — Откуда в его программе возник каскад четверной риттбергер — четверной тулуп? — Тамара Львовна буквально ворвалась в ряд к судьям. — Добавили, — Денис Русланович. — Это я понимаю. Вы чокнулись? Он же позорится его исполнением, зачем ставить непосильный каскад проигрышному спортсмену? — Тамара Львовна, не мешайте, пожалуйста. Мы поговорим с вами после всех прокатов, если вы так хотите. Она даже опешила от такого резкого отказа от тренерского штаба. Как они вообще могут к ней так относиться?! Пару звонков и им достанется от Федерации. Четверной флип. Ойлер. Тройной сальхов. Тимур устоял, тут же начиная хореографическую дорожку. Честно говоря, он совсем замотался и сил на исполнение сложнейшего в его жизни каскада не оставалось совершенно. Он понимал, что скорее всего завалит его, но устоять на ногах было самой приоритетной целью. — Он будет исполнять гидроблейд во второй половине программы? — Ева повернулась на Сашу, которая пожала плечами, мол «Я только видела как он его тренирует, что ты хочешь», — У него дрожат руки. — У тебя бы тоже дрожали, если бы ты такие прыжки прыгала, — Павел Пантелеев наконец-то выполз из раздевалки. В форме сборной и чистой футболке. Судя по отсутствию запаха пота, он успел сходить в душ. Вращение стоя, самое простое в его программе, кажется. Но после таких нагрузок самым простым будет лечь в кровать и больше никогда не вставать. Как хорошо, что завтрашний день был выходным, но Тимур планировал сходить в клуб. — Дети, уйдите на трибуны или будьте потише, — претензия поступила со стороны тренерского штаба и ребята дружно замолчали, продолжив просмотр программы. А посмотреть было на что. Тимур уверенно шел спиной на лутц, идеально выполняя первый прыжок, после замешкиваясь на месте и выполняя тройной флип. Вместо четверного. «Спасибо хоть выполнил…» Панкратов был уже готов радоваться, если просто закончит эту программу. — Что это за каскад? — Ева непонимающе повернулась на Артёма и Сашу. Оба посмотрели удивленным взглядом на девушку, поэтому ответа не потребовалось. Они тоже не знали о новом каскаде. Еще и перекрут на тройном флипе в пол оборота… Он словно хотел заходить на четверной, но что-то помешало. Гидроблейд, наконец-то, обещанный. В программу просто впихали невпихуемое и некоторые могли сказать, что теряется красота фигурного катания. Но, если они вспомнят короткую программу Тимура, то поймут, как они ошибаются. Четверной сальхов. Тимур упал с него, неправильно сгруппировавшись. Боль ослепила его, он сам не помнит, как встал и сделал еще одно вращение, докатывая программу. А боль в голени все нарастала…