Я заберу твою семью (роман)

- Ксюх, не паникуй раньше времени! Может, обойдется ещё всё! Такие туфли же не только у тёти Лены были… То есть «есть», - хоть Лида и пыталась казаться хладнокровной и оптимистично смотреть на ситуацию, однако получалось у неё все это откровенно плохо. Хотя бы уже потому, что саму девушку в прямом смысле потряхивало от нервов, и она сама держалась из последних сил, чтобы не разреветься. Как ревела её подруга. - Лид, да какое там «обойдётся»?! Если бы мама была жива, то давно бы позвонила! Это я… Я одна во всём виновата! Маме и так после смерти Стёпы плохо было, а я… Я её просто добила! Сама её на мост подтолкнула Лид! Мама, мамочка! – плач Ксюши уже откровенно переходил в отчаянный крик. Лиде ничего не оставалось, как крепко обнять подругу и зареветь в голос за компанию с ней. Нервы сдали. Именно за этим делом их и застали подъехавшие к полиции Николай и Рита. Напряженные и испуганные. Правда, один был испуган из-за того, что по его вине (пусть и косвенно) могла погибнуть его жена, а вторая просто панически боялась допроса полиции, ибо была на УДО. - Ксюшенька! Мне так жаль! – Рита безрезультатно попыталась обнять Ксюшу. - Чего ревёте? Прекратите! Может, жива она! Да не могла она с моста! Это же Ленка! Она сильная! Всё выдержит!– нервы Николая тоже сдавали. Он ненавидел быть виноватым (и тем более признавать свою вину), поэтому сейчас злился на целый свет. - Сама же сказала: тело ещё не нашли. При слове «тело» Ксюша и Лида. Не сговариваясь, взвыли ещё громче. - Ей плохо было, пап… А рядом никого из нас не оказалось! Это я виновата… Я ужасная дочь…! Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но позвони на мобильный Ксюши незнакомый номер. Лида сразу всполошилась. - Ксюх, ответь! Может…? И была права. Звонила мама. От облегчения Ксюшка разрыдалась ещё сильней. - Мама, мамочка! Николай вздохнул с облегчением. Риту передернуло. В голове мелькнула мысль: «Даже здесь сестрёнка подгадила! Так бы одной наследницей на квартиру меньше было…» Тем временем взволнованная Елена, как могла успокаивала Ксюшу. Первым делом она объяснила, что с ней всё в порядке – просто потеряла свой телефон. А этот номер чужой. Она ещё раз позвонит Ксюше, когда сможет, а пока… Новость о том, что мама не собирается домой, стала для Ксюши ещё одним ударом. Но вторая новость и вовсе оглушила её. - Вы с папой разводитесь?! - Чего?! – взревел возмущенный Николай, выхватив мобильный из рук шокированной дочери. – Кто это ещё разводится?! Как обычно, Коля слышал только себя. Ему не важны были доводы Елены. Впрочем, она и не собиралась ему больше что-то доказывать. Со вчерашней ночи они окончательно стали чужими людьми, но Николай, казалось, этого ещё не понимал. - Что значит «мы разводимся»?! – громыхал он. – Как это ты будешь жить отдельно?! А о доме, кто будет заботиться? Может, мне полы мыть и готовить прикажешь?! Немедленно возвращайся! Хватит жертву из себя строить! Имей ввиду, пока ты не вернёшься, я ни копейки твоей семье не дам! Я твои траты на себя не возьму! Ни за квартиру, ни за еду, ни за Ксюхино обучение! У меня, может, тоже своя личная жизнь есть! Эй, ты меня слышишь?! Алло?! Ответом были гудки. Пока Николай низводил всех своим «праведным гневом», Лена в полу-шоковом состоянии от его реакции сидела на кровати в своей комнате в особняке Михаила. У неё в голове не укладывалось, как можно быть таким циничным эгоистом, особенно учитывая, что накануне он изменил ей – Лене - с её же родной сестрой! Правильно всё же говорят, что чужая душа – потёмки. Поскольку её уже почти бывший муж орал в телефонную трубку довольно громко, их разговор слышала и Анна Николаевна, которая в этот момент занималась тем, что доставала связанные в веревку простыню и пододеяльник из окна. Это с её телефона звонила Елена. - Спасибо, Анна Николаевна. За телефон… Если кто из моих будет звонить… - спохватилась Лена, протянув экономке мобильный. - Не беспокойтесь. Я никогда не отвечаю на незнакомые номера, - всё же у Анны Николаевны был талант понимать людей с полуслова. Она уже было собиралась выйти из комнаты, чтобы унести собранное постельное бельё, как в последний момент всё же притормозила. Нет. Она не любила вмешиваться в личную жизнь других людей, но Лену ей было искренне жаль. Тем более, что однажды, много лет назад, она сама была в весьма схожей ситуации. - Извините, что вмешиваюсь не в своё дело, но… Исходя из моего личного опыта с разводом, лучше сразу вырвать этот сорняк с корнем и начать с чистого листа. Пока он вас не задушил… Лена с благодарностью посмотрела вслед уходящей экономки. Сорняк! Какое точное, правильно слово! Это было даже странно. Несмотря на боль и обиду, которые переполняли её изнутри, Лена вдруг поняла, что ей стало легче дышать. Потому что на место вырванного «сорняка» пришло другое слово, о существовании которого она уже и забыла – «свобода».