Без сахара

Ноздри Мориске Яку раздувались всякий раз, когда он делал глубокий вдох. Либеро скрестил руки на груди, постукивая пальцами по локтю. Кай просто стоял рядом, уперев руки в бока. Они ждали. Тем временем Куроо неспешно умывался холодной водой, вспотев после физкультуры. Если быть совсем честным, он тянул время. Как мог. Отвечать на вопросы придется, не отвертишься. Но оттянуть все равно пытался. Яку терял терпение. Кай переминался с ноги на ногу. Тецуро выпрямился, стряхивая воду с рук. - Я тебя сейчас ударю. – протянул Мориске. - Что не лучшая идея, если не хочешь месяцок посидеть на скамейке. – Яку фыркнул. - То есть, рассказать ты ничего не хочешь? - Если честно – нет. - Куроо, - вмешался в разговор Кай – боюсь придется. Капитан вздохнул. - Ты и Мирай-тян? Правда? - Правда. – без увилки ответил Куроо. - Давно? - Не очень. – чувство дежавю прошлось мурашками по затылку. Парни вздохнули. Просьба Тецуро не говорить остальным, как выяснилось на тренировке, была бессмысленной. На очередной вопрос: «Что правда?», он ответил «Правда» и был таков. Больше парни не лезли. Побаивались немного, капитана злить не стоит. А вот Кенма молчал. Заметили все, и похоже, он с другом решил вовсе не разговаривать. Два следующих дня как ад персонального масштаба для Мирай. Все на нее косились, перешептывались, а Акеми Ито куда-то пропала. И это больше всего беспокоило. Т. к. причина могла быть только одна – гадость. Которую она без всяких сомнений готовила для Канэко. Шин с ней все еще не говорит. Второгодка сидела за своей партой, в пустом классе. Кенма и тот куда-то слинял. Девушка подперла рукой подбородок, смотрела в окно. Ей вдруг захотелось чего-то сладкого. В голове пусто. Внутри тоже. Вся ее нервозность ушла, после того как она по собственной глупости сдала саму себя. Технически, их обоих. Но Куроо в отличии от нее не стремился скрыть все, так что ему сейчас как раз нормально. Тем вечером, когда они шли домой, парень попытался приподнять ей настроение. Не получилось. Куроо думал об этом. И, кажется, начинал понимать почему Канэко просила молчать. Парня за эти дни порядком достали с расспросами. Если по началу они терпели, то сейчас уже сил их не было. Они понемногу задавали вопросы. Испепеляющего взгляда Куроо хватало сразу, их сдувало. Сейчас они шли домой вместе. - Шин с тобой все еще не разговаривает? – Мирай покачала головой. – Если тебе станет легче, то со мной не разговаривает Кенма. - Со мной, кажется, тоже. – помолчав она продолжила – Правда, я не понимаю почему. - А с Шином понимаешь? - Шин идиот. Куроо усмехнулся. - Сильно тебя с вопросами достали? – поинтересовалась у него Мирай. - Да нет, получить от меня они бояться сильнее, чем их распирает. Так что не особо. В памяти Тецуро всплыла вечерняя тренировка, то, как оба тренера на него посмотрели не понятным для него взглядом. Даже до них дошло уже к вечеру. - А твоя мама? – Мирай цокнув языком посмотрела на него. - Она все с самого начала знает. Еще и подкалывала меня постоянно. - Да? - Да. Так что не парься. Вечер выдался прохладных, приятно освежающий дневную духоту. Размеренным шагом они подошли к мосту через речушку. Мимо них проехали трое мальчишек на велосипедах. Они подошли к дому Мирай. Куроо посмотрел на нее, вид у девушке был обеспокоенный. - Мирай, - М? Второгодка подняла на него глаза, и парень нагнулся, мягко целуя в губы, девушка сразу ответила ему. - Пока, - Пока. Попрощавшись, Мирай зашагала к дому. Тецуро дождался, когда она зайдет, развернувшись, зашагал к дому. Канэко поднялась в свою комнату, кинув сумку на кровать, посмотрела в окно. Волейболист уже ушел. Куроо медленно плелся по улице. Ему иногда очень хотелось залезть ей в голову, узнать, что в ней крутиться. Что заставляет Мирай быть такой смурной, даже сейчас, когда все хорошо. Поводов для беспокойства нет, как казалось самому Куроо. Но ее мысли для него абсолютная загадка. Тецуро вздохнул. Внезапно, ему пришла в голову мысль, которая возможно могла помочь ему решить проблему. Волейболист, прибавив шаг, направился к дому друга. Внезапный визит товарища застал Кенму врасплох. Козуме выжидающе смотрел на друга, пока тот чесал затылок. - Ты злишься на меня, но… - он не успел закончить: - Не злюсь. - связующий покачал головой - Это все было более чем очевидно. Либо ты своего добьешься, либо отстанешь от нее. Куроо несколько опешил. Все это время он думал, что друг дуется на него. - Но, ты же со мной не разговаривал…  - Мне неинтересно с кем ты крутишь. - Кенма сделал надуй вид - Как и неинтересно с кем крутит Мирай. Даже с учетом, что крутите вы друг с другом. К тому же, повышенное внимание к этой теме не нравиться, ни только вам двоим. Вот тебе на. Они с Мирай были уверены, что он обиделся. А у него просто приступ социофобии случается. Н-да, Канэко сильно удивится, когда узнает. - Ты за этим пришел? Извиниться? - Ну не совсем. Вернее, не только за этим. Помнишь ту историю с ее сменкой? - Кенма кивнул, Куроо продолжил: - Я думаю, все не так просто. Мне казалось, я разрешил эту проблему, но похоже - нет. - Друг посмотрел на него, нахмурив брови, явно не понимая, о чем тот.  И тут Тецуро осенило. Он не говорил об этом никому, даже Кенме. Вздохнув, он начал рассказывать ему о той историй с парнями и Мирай в главной роли. Надеясь, что на этот раз друг проявит такое же понимание. Козуме выслушав историю друга округлил глаза. О том что у них в школе такой происходит он даже не думал. - А ты не выяснил, что это за парни, чего они хотели и как они вообще с Мирай связались? - От слов Кенмы Куроо получил укол по совести. - Она просила забить и не лезть,  - И ты ни с того, ни с сего ее послушал? И еще один. Куроо закусил губу, с виноватым видом пожал плечами. - Знаешь, твое умственное развитие сейчас сильно деградировало в моих глазах. - Козуме вздохнув продолжил: - Это много объясняет на самом деле. Мне казалось, что девчонки встречаясь с парнями радостными должны быть, а не как будто заставили. В любом случае, думаю ты прав. Надо все выяснить, только сомневаюсь, что она будет тебе все рассказывать. - И вот поэтому я пришел к тебе.  Кенма выручил глаза. - Нет. - Вы же дружите! - Ну не настолько, чтобы изливать друг другу душу. Тебе с этим лучше обратится к Ояме. Если кто и знает, что происходит, то только она. Даже Яно с Фукуи скорее всего не в курсе.  Об этом Тецуро не подумал. Кенма сказала сейчас нечто очевидное, но на словах куда проще. Не факт, что Ояма Сакура с ним вообще согласиться это обсуждать. - В любом случае, без твоей помощи мне не обойтись.

***

Едва не врезавшаяся в волейболиста девушка вздрогнула от его вида.  Кенма шел по коридору к классу Сакуры, бубня себе под нос ругательства. Куроо уговорил его поговорить с ней, чтобы она поговорила с Куроо. Сославшись на то, что они едва знакомы и девушка может послать его подальше. А с Кенмой они в прошлом году были в одном классе, какой никакой контакт все же есть. Связующий заглянул в класс. Оямы нет. Блеск. - Кенма? - парень едва не вздрогнул. Вот и она, Сакура. Теперь бы как-то начать этот тупейший разговор, по тупейшему плану Куроо. - Ояма, слушай… ты как к Куроо относишься? Брюнетка вопросительно приподняла бровь, склонив голову на бок. - В каком смысле? Козуме передернуло. - Можешь с ним поговорить? Только Мирай не говори об этом!  - вот тут Сакура растерялась совсем. - Поговорить о чем? - неуверенно спросила она бывшего одноклассника. - Просто спустись во двор к автоматам. Пожалуйста. Он развернулся, быстро засеменил обратно в класс. Пока Сакура растерянно провожала его взглядом.  - Ояма ты заходишь? - А, извини, - она отошла с прохода пропуская одноклассниц. Обернувшись, она не нашла взглядом Шина и Кохеку. Помявшись немного, зашагала к автоматам. Куроо нервно притоптывал ногой. Сакура относится к категории хороших девочек. Но все знают кто в тихом омуте может водиться. Нервозность в последнее время стала ему привычна. Тецуро это не нравиться, надо быстрее со всем разобраться и жить спокойно дальше. - Куроо-сан? - вежливое обращение Оямы вывело его из раздумий. - Привет, - она немного поклонилась ему - я по поводу Мирай. - А что с нее? - Вот это я у тебя спросить хотел. У нее какие-то проблемы? - Проблемы? С чем? - Скорее с «кем» - А, - протянула она, начиная понимать, о чем он. - Ну… - Ну? - Твоя поклонница, ее сильно достает. Сейчас кажется, она отстала, но вряд ли Акеми так легко успокоиться. - Акеми? Акеми Ито? Та выходка со сменкой ее рук дело? - Сакура только пожала плечами. Она думала, что Тецуро знает. Ито мадам стервозная, конечно. Но Куроо совершенно не ожидал, что та возьмется изводить кого-то всерьез. Обычно та ограничивается пасмурной агрессией. - Ты серьезно не знал? - Нет. Да и откуда? - Вся школа знает. - тон у второгодки был вежливый. Был, да чувствовалось в нем что-то с нотой упрека. Похоже, последние два дня все решили проехаться по его совести. - Так, ладно, а те двое? Тоже ее рук дело?  Ояма поджала губы. Она тот же вопрос задала Мирай, подруга не понятно пожала плечами. Хотя Сакура уверена, что ответ был той известен. - Не знаю. Но вполне возможно. - А почему никто из нас об этом не знает? Или это только меня забыли посветить? - Ну… Шин и Яно не знают, потому что она попросила им не говорить. - через небольшую паузу добавила - Тебе тоже. Мышцы на его челюсти заиграли. Вот что у нее в голове? Почему было нельзя рассказать ему об этом? И Ито в школе сегодня нет, придется дождаться пока она придет и поговорить с ней на эту тему. А сейчас ему надо поговорить об этом с Мирай. - Ладно, спасибо Сакура. И не говори о нашем разговоре Мирай. - он махнул ей рукой, зашагал в сторону раздевалок. У ее класса сейчас должна быть физкультура. Кенма завязывал шнурки с рекордно медленно скоростью. Он ненавидит физкультуру. Бегать, потеть, задыхаться. Парни из его класса были куда воодушевленнее ее, на улице жарко, за место футболок на них майки. И на девочках тоже. Вот они и шумели куда больше чем обычно. Мирай вышла их девичьей раздевалке, сложив пальцы в замок, вывернула их и потянулась. Погода дивная, ей нравиться, когда жарко.  Девочки из класса косились в ее сторону, продолжая о чем-то перешептываться. Канэко вздохнула. Ну сколько можно? - Мирай-тян, эта маечка тебе очень идет! Пышущий восторгом одноклассник кажется хотел закинуть ей на шею руку, но замер, сделав два шага в сторону. Канэко повернулась, увидев Куроо. Шумно вздохнув, пошла к нему. Они отошли подальше, за угол, чтобы никто им не мешал. - В чем дело? Я же битый раз тебя просила! - Ито. - Что «Ито»? - Ито, ты, мокрая сменка, те двое парней и твое молчание, которое меня дико бесит! - парень скрестил руки на груди. Мирай сглотнула. Прибыть бы Сакуру! - Это… - запнулась она - все сильно преувеличено. - Да ну? – скептически протянул он - Да. Она стервозина и только, тут даже обсуждать нечего. - И двоих парней, тащивших тебя в неизвестно куда тоже? - Ничего не случилось. - Пф… Конечно, на твое счастья я в школе еще был. А если бы не был? - Я не хочу с тобой выяснять отношения! Не в школе во всяком случае. - Куроо! Канэко! Потом пообжимаетесь, звонок уже был! - крик учителя физкультуры заставил всех густо покраснеть. Канэко выругавшись под нос, зашагала к классу. Тецуро поспешил на свой урок. Она не любила признавать свою неправоту. Даже если сама ее прекрасно осознавала. То ли из упрямства, то ли из вредности. Тема урока «поэты двадцатого века», слова учителя совершенно не задерживались в ее голове. Мирай бесшумно вздохнула, недовольство Тецуро ее молчанием ей понятно. Она и сама бы тоже была не довольна. Еще один вздох. Сам Куроо на уроке рисования был также не собран, как и его девушка, по тем же причинам. Ее поведение. Он хотел, просто разведя руками решить все эти проблемы, но Тецуро не Мерлин, колдовать не умеет. А хотелось бы. Волейболист без всякой капли намека на эмоции водил кистью по бумаге. Рисовать он не умел, его работу за урок высоко не оценят. Хотя меньше четверке спортсмену и отличнику не поставят, хотя и натянутую. Парень посмотрел на сухоцветы, стоящие в стеклянной вазе. Цилиндрическая форма, прозрачного предмета интерьера вызывала лишь уныние. Куроо не привык не справляться с поставленными задачами по учебе. Если не считать рисование. Он оглядел своих одноклассников, как ожидаемо, девочки справлялись куда лучше парней. Вообще, как по мнению Куроо женский пол куда больше создан для искусства. Искусство - это созидание, а созидание - искусство. Противоположный пол был и в том, и в другом куда успешнее. Хотя, знает он одну особу, которая, кажется, об этом в его понимании врожденном навыке, у себя самой не подозревает.

***

Мирай сидела на крытой террасе, поджав ноги, обнимая руками, положив на колени голову. Стрекотание сверчков успокаивало, ветерок приятный, прохладный. С кухни из-за открытых на задний двор дверей доносились голоса мамы и дядюшки. Услышав тихое шварканье по доскам Мирай приоткрыла глаза, увидев ноги брата. Она подняла голову, Шин протянул ей стакан с лимонадом, Канэко молча взяла его, отвернувшись к саду. Шин уже собравшись уходить, поймал на себе строгий взгляд отца. Цокнув и вздохнув, сел рядом с Мирай. Иошито велел ему помириться с сестрой. Они в общем-то и не сорились, но, когда тетушка сказал, что у них разлад, отец слушать ничего не стал. Масаки и Иошито двойняшки, всегда были очень близки, к чему всегда подталкивали своих единственных отпрысков. Шин снова обернулся, отец все еще смотрел на него, тетя только ласково улыбнулась. В молчании они просидели минут десять, ждя, пока кому-то из них это не надоесть первому. - Я скажу дяде, что мы померились. Иди и не дави на меня своим недовольством. – безразличным тонов сказала она. - Пф… - фыркнул он. – Какое снисхождение, сама благородность… - добавил он после недолгой паузы. Мирай только закатила глаза. Так они сидели еще какое-то время. Фукуи несколько раз бросал на нее короткий взгляд. - Что-то ты больно грустная, для влюбленной девчонки, - сдался он, Мирай только неопределенно кивнула. Что она ему может ответить? Сама в себе разобраться не может. Воторогодка поджала губы, шумно выдохнула. - Глупо спрашивать у тебя, но… Почему мне так паршиво, хотя все вить вроде хорошо? - Потому что все твои планы полетели в тартарары. – Мирай нахмурившись посмотрела на него, Шин отпил из своего стакана – Ты планировала спокойно закончить учебный год, укатить на все каникулы к отцу. Парнями не интересовалась, заводить отношения не планировала. Тем более не планировала их с Куроо Тецуро. Извод главной школьной стервой тоже в твои планы не входил. – он отпил еще – Да и тете ты так и не сказала, что у тебя упал балл по математике и тебе бы к репетитору, иначе экзамен завалить рискуешь. Вроде ничего не забыл. Она смотрела на него ошарашенно, с широко распахнутыми глазами. Ее двоюродный брат идиот. Не дурак, а именно идиот. А от идиотов таких умных заключений не ждешь. - А, да, еще тебя теперь половина девчонок в школе ненавидит. – добавил он словно между прочем. - Ты прямо излучаешь заботу и поддержку! - Неужели он тебе и правда так нравиться? – Мирай отрывисто кивнула. - Вот блин! – Шин поджал ногу, ставя на колено острый подбородок – Я теперь Кохеку денег должен… - рот у его сестры открылся беззвучно и так же закрылся. - Ну я смотрю у вас тут снова мир и благодать! – от возникшего за спиной Иошито обо вздрогнули, Шин вовсе чуть не уронил стакан расплескав почти все его содержимое. Обернувшись, старшеклассники увидели его и Масаки. - Ну и кто из вас начал? – поинтересовался он, упирая руки в бока. - Ее парень. – тыкнул Шив большим пальцем в сестру, Мирай возмущенно засопела. Иошито вопросительно посмотрел на сестру. - До этой части новостей я дойти еще не успела, - ответила она непринужденно. - Мама! – возмутилась Мирай - О вот как, - Он заходил к нам, впечатление оставил приятное… - начала Масаки, идя с братом обратно на кухню. - Мам! – но она ее не слушала. - Она еще бы баннер перед домом повесила! – сокрушалась Мирай на мать. - Это еще что. Завтра, после завтра тебе позвонит бабушка, все подробности начнет с тебя трясти. Вот она то, точно повесит. – сказал Шин Мирай страдальчески простонала.