Связанные небом

      – Истинный отступник! – Вэй Усянь, чем ты, своими тёмными делишками, отличаешься от псов клана Вэнь? – Сегодня мы развеем твой прах по ветру. – Я клянусь убить Старейшину Илина, даже если самому придётся отдать жизнь! – Я клянусь убить Старейшину Илина! – Клянусь убить Старейшину Илина!       Эти слова звучали как эхо по всему периметру горы Луаньцзан. Тысячи заклинателей разного уровня обнажили свои мечи и вступили в бой. Они отважно пробирались к вершине горы, преодолевая на своём пути множество препятствий. Земля окрашена людской кровью, кругом стоял зловонный запах от полуразложившихся тел, которые вытащила из могил тёмная сила, что подвластна Старейшине Илина.       Вэй Усяня окружили со всех сторон. Целью каждого из здесь присутствующих было снести его голову с плеч, уничтожить изверга, но подступиться к Магистру тёмного пути было невозможно. Своего хозяина обороняли те самые зловонные трупы, Вэй Усянь управлял ими, являясь кукловодом в этом трагичном театре марионеток. – Ты потерял человеческий облик! – И себя погубил, и своих соратников, даже деву Цзян, единственную, кто принимал тебя даже Таким, и ту не пощадил. Она умерла по твоей вине! – Это верх бесчеловечности! – Твоя гибель неминуема!       Вэй Усянь слушал, внимая каждое слово, не теряя при этом ни капли бдительности, потому что знал – только этого от него и ждут. В его взгляде мелькали злоба и ненависть ко всему живому, даже самого себя он ненавидел и желал только чтобы поскорее всё закончилось.       Смерть шицзэ стала для Вэй Ина последней каплей и это лишний раз доказало, что скорейшей кончины и самому Старейшине Илина не избежать.       Разбитый, сломленный, но доселе не побеждённый! Его никто не сумел понять, ну и пусть будет так. Только он не даст возможность никому из этих зазнавшихся людишек вознестись на вершину славы, не позволит уничтожить себя. Такая громкая победа. Хах! Её достоин лишь избранный заклинатель.       Вэй Усянь поднёс к губам Чэньцин. Всё это время Лань Ванцзи безустанно держал оборону, не позволяя подступиться кому-либо к Вэй Ину на опасно близкое расстояние. Он обезвредил очередного подобравшегося к Вэй Ину адепта мелкого клана, разрубив его тело на части лезвием Бичэня. Но Усянь этого не заметил, ему было не до того. Убить, уничтожить, умереть – это всё, что вертелось в его голове. Да и сам Лань Ванцзи не мог приблизиться слишком близко к Вэй Усяню. Устрашающая мелодия призрачной флейты расстелилась дымкой и тёмная энергия образовала некое подобие защитного поля вокруг заклинателя, в то время как к битве присоединилось ещё больше трупов. Теперь и те, кто пал в этом бою, совсем ещё свежие, тёплые, не затронутые процессом гниения тела поднялись на ноги и выступили против своих же собратьев. Бурлящая в ещё не успевшей остыть крови затаённая злоба давала им огромную мощь. – Вэй Ин, я умоляю тебя, остановись! – в отчаянии закричал Ванцзи, упав на колени перед Старейшиной.       Из глаз молодого господина Ланя градом брызнули слёзы. Второй нефрит осознавал всю реальность происходящего, хотя в какой-то момент ему могло показаться, что его рассудок помутился, всё равно он понимал, что ни у Вэй Ина, ни у него самого теперь уже нет пути к отступлению. Но только если на себя Ванцзи было глубоко наплевать – со своей жизнью он готов расстаться без сожаления, то за любимого человека он будет стоять до последнего, не отступится даже если лишится рук и ног, всё равно найдёт способ спасти свою драгоценность. – Лань Чжань, это я тебя умоляю остановиться.       Вэй Усянь тоже не сдерживал слёз. Он убрал от губ Чэньцин, лишив своих марионеток подпитки тёмной энергией, и посмотрел в золотистого цвета глаза. То, что происходило вокруг него, потеряло всякий смысл. Кроме глаз Ванцзи он больше не видел ничего. – Мне не нужна помощь, тем более от такого человека, как ты! – прозвучало очень холодно и грубо, настолько, что даже самому Вэй Ину стало неприятно.       И именно в этот момент один из заклинателей воткнул в тело Старейшины Илина меч. Острое лезвие прошло насквозь, окровавленное остриё показалось внизу живота. И всё-таки Вэй Ин потерял бдительность… – Вэй Усянь ранен! – естественно, подобное никак не могло остаться незамеченным.        Глаза Лань Ванцзи в ужасе округлились. Вэй Усянь в недоумении опустил взгляд. Он был крайне удивлён, увидев, что из его тела на самом деле торчит меч. Было странно, что он не ощущал боли. Неужели тёмная энергия сделала его неуязвимым? Или же он настолько от всего устал, настолько, что даже боль перестал чувствовать? – Скорее, это отличная возможность отобрать у него Тигриную Печать.       Несколько десятков пар глаз в упор смотрели на него. Это были заклинатели, чудом сумевшие пройти через преграду из толпы мертвецов, и сейчас они пытались подобраться к Вэй Усяню, чтобы, обезвредив его, помочь своим соратникам. Ведь без повиновения Усяня лютые мертвецы не смогут продолжать вести бой. – Отобрать тигриную печать? – Вэй Усянь наградил окруживших его таким взглядом, от которого кровь стыла в жилах. – Интересно посмотреть на смельчака…       Сделав несколько медленных шагов вперёд, он самостоятельно практически соскользнул с меча, в рукоять которого вцепился заклинатель, пуще смерти страшась убрать руку. Вмиг взметнувшись в воздух, Усянь опустился на скалу, что значительно возвышалась над землёй.       Теперь он мог видеть каждого на поле боя, и, в то же время, все видели и его самого. Демонстративно достав из-за пазухи ту самую Стигийскую Тигриную Печать, Вэй Усянь воскликнул: – Хотите забрать у меня печать? Так докажите мне, что способны ею владеть, что вам по силам удержать над ней контроль.       На этих словах тёмный заклинатель швырнул свой артефакт в толпу. За ней тотчас же кинулась тысячи рук. – Я заполучил тигриную печать! – воскликнул один заклинатель и тут же лишился головы от меча своего же собрата. – Печать моя! – возрадовался другой и в ту же секунду сплюнул кровью, потеряв равновесие.       Заклинатели словно сошли с ума, каждый был одурманен мощью Печати и желанием заполучить её вместе с безграничной властью Старейшины Илина. Но в итоге она лишь переходила из рук в руки, а потенциальные новые владельцы один за другим лишали жизней друг друга.       Глядя на всё это бесчинство, Вэй Усянь заливался звонким смехом, только этот смех очень быстро перерос в отчаянное рыдание.       Поле боя вновь стало походить на бунт в муравейнике. Снова полилась кровь, отрубленных голов и конечностей разбрасывало повсюду, да бездыханные тела падали на землю, чтобы потом по ним прошлись и окончательно втоптали в грязь.       Без движения оставались лишь двое. Сжимая в ладони рукоять Бичэня, Лань Ванцзи стоя посреди кучи мёртвых тел, безотрывно глядя на Вэй Усяня, в то время как убитый горем Цзян Ваньинь всё ещё прижимал к груди уже остывшее тело сестры, будучи перепачканным её кровью.       Взгляд Вэй Усяня как раз и зацепился за Цзян Чэна. В этот момент с его лица смело всякие эмоции, он даже дышать забыл как, думал лишь о том, что это он во всём виноват и поделом ему. Цель достигнута, он уже стоит на вершине скалы над обрывом и только пара шагов отделяет его от того, чтобы воплотить в жизнь его последний план и на этом всё.       Но желание Вэй Ина сделать всё тихо, спокойно и, главное, быстро, не сбылось. Рядом оказался Лань Ванцзи. Только Усянь сделал вид, что не заметил его появления. Он смотрел куда-то в сторону, содрогаясь от рыданий. – Вэй Ин, вернись, – умоляюще произнес Лань Чжань, вглядываясь в знакомые черты лица совершенно чужого человека, человека, который потерял себя. – Вернись ко мне!       Вэй Усянь ничего не ответил, да он даже не слышал Ванцзи, лишь мелкими шагами отступал назад, повинуясь своим хаотичным инстинктам. Перед глазами словно рассеялся туман, в голове ни одной мысли, в сердце лишь пустота.       Без него всем станет только лучше, да и жить ему тоже больше не для кого!       Ощутив, что следующий шаг – это пропасть, Вэй Усянь остановился и медленно закрыл глаза. Остановился только ради этого! Ведь у покойников должны быть закрытые глаза, верно?        Он не даст возможность никому из этих зазнавшихся людишек вознестись на вершину славы, не позволит уничтожить себя. Такая громкая победа. Её достоин лишь избранный заклинатель.       И вот он – этот последний шаг. Вэй Усянь ощутил спиной свободу и лёгкость, ослабевшая рука отпустила флейту и ни единой эмоции так и не проскользнуло на его лице. Но тут Вэй Ин ощутил некую силу, что схватила его, лишив возможности распробовать столь восхитительные ощущения.       Открыв глаза, Вэй Усянь увидел ужас вперемешку с мольбой во взгляде Лань Чжаня, что отчаянно вцепился в его руку и удержал, не позволяя упасть в пропасть.       Но почему? Зачем он так вцепился в этого отступника которого прокляла вся поднебесная? С чего такое отчаяние?       Вэй Усянь не понимал ничего. – Лань Чжань, отпусти мою руку, – тихо попросил тёмный заклинатель, но в него вцепились ещё крепче, явно давая понять, что эту просьбу не исполнят.       А ведь рука Второго нефрита повреждена, её ранили, кровь, пропитавшая некогда белоснежные одежды, стекала по запястью. Это же нестерпимая боль, но Лань Ванцзи всё равно. Главное удержать того, кто стал для тебя всем. – Отпусти, мою, – Усянь чуть поморщился и уловил движение откуда-то сбоку. – Нет, – услышал Вэй Ин в ответ хриплым голосом. – Нет… – Вэй Усянь, – Цзян Чэна трясло от распирающей его злости, он закричал во всю мощь своего голоса: – Умри!       Глава Ордена Юньмэн Цзян вознёс свой меч над головой Старейшины Илина. Тот со смирением был готов принять смерть от руки этого человека, так даже было бы и лучше. Улыбнувшись, Вэй Усянь опустил веки, в ожидании следующего шага, но услышал лязг, который бывает от удара железа о камень.       Промазал? Саньду Шэншоу? С ним такое бывало…       Но увидев, как Цзян Чэн пытается отколоть кусок скалы, на которой висел Вэй Усянь, ему всё стало понятно. Не раздумывая ни секунды, Вэй Ин отмахнулся от удерживающей его руки Лань Чжаня. Он испугался, что если моментально не среагирует, то часть этой скалы обрушится и они упадут оба. Допустить этого он ни в коем случае не мог, только не Лань Ванцзи, только не подвергать опасности жизнь драгоценного человека.