Порой мне настолько лень, что…

Не секретом будет, что для Тома маги – существа более чем непонятные. Это наблюдалось еще на примере Яна. Потом же появился тот странный, но могущественный старик… Однако окончательно в безумии этого мира Реддл убедился лишь сегодня, когда изо всех сил старался делать вид, будто не разглядывает эксцентричные мантии прохожих на Косой Аллее. Забавно, что неряшливый и бесполезный Ян во всю эту картину идеально вписывался, будто среди всего этого цирка уродов и родился. Но ладно, не скромная персона его соседа сейчас раздражала мальчика. Почему-то лишь одной фамилии «Реддл» хватало, чтобы интерес во взгляде волшебницы - хозяйки «Твилфитт и Таттинг» превратился в отвращение. Пожалуй, не выгнали его лишь по причине наличия приличной суммы в кармане, иначе Том пошел бы закупаться в том же секонд-хенде, что и Бейн. Этого Том не понимал. Не понимал, но не оспаривал. Возможно, проживи он в этом мире с рождения, относился бы ко всему также. Но он этого не делал, а потому посчитал своим священным долгом закатить глаза на разглагольствование белобрысого мальчишки об обнаглевших грязнокровках. Что это вообще значит? Ест ли заносчивый ублюдок мыло, чтобы сохранить кровь чистой? Так вышло, что Реддл, буквально после минуты нахождения в одном помещении со своим одногодкой, искренне желал последнего этим мылом накормить. Смертельно. Не прав он был, не прав. Ян – золото, даже не смотря на его… чувство юмора. И этот взгляд, будто старший мальчик решал в своей голове судьбу мира. Которая почему-то зависела именно от Тома. Реддл не особо понимал, что он ему сделал – ну, кроме нескольких десятков попыток выжить соседа из комнаты – однако чувствовал легкое беспокойство, находясь рядом с ним. Это чувство раздражало и вызывало интерес одновременно, но Том явно не был готов находиться под таким гнетом семь дней в неделю. Возможно, он и ошибся, позвав Бейна с собой, а, возможно, когда-нибудь и для Тома это обернется выгодой. В любом случае, хоть Ян и был самым интересным предметом в приюте Вула за эти двенадцать лет, Том посчитал неправильной саму идею думать о ленивом соседе, находясь при этом в мире магов. Так, он пытался вслушаться в речь белобрысого, который от обсуждения чистоты крови вдруг решил перейти к какому-то там «квиддичу»… Словами не описать как мало значили для Реддла эти термины. - Первый год в Хогвартсе? – поинтересовался мальчик, вырывая Тома из раздумий единственным знакомым ему названием из всего вышеперечисленного бреда. Реддл сдержанно кивнул, выбрав достаточно нейтральную позицию, предвидя, что в его случае лучше будет задавать вопросы, нежели отвечать на них. - Да, а ты? - Также, – он с довольным видом кивнул. – Какой факультет выберешь? Я собираюсь поступить на Слизерин, у меня там вся семья училась. - Я… еще не определился, – уклончиво ответил старший. – А если не Слизерин? Куда тогда пойдешь? - На Слизерин, – с той же уверенностью продолжал белобрысый. – Мой отец – председатель Попечительского совета и имеет огромный вес в Министерстве. Быстрее школу снесут, нежели я пойду к хаффлпаффцам или гриффиндорцам! Том сдержался, чтобы не закатить глаза на картину очередного богатенького мальчика, добивающегося всего благодаря богатому и влиятельному отцу. Однако такую категоричность он не особо понял, а потому вопросительно выгнул бровь в немом вопросе. Он, кончено, мало чего о факультетах знает, а потому вышеперечисленные слова звучали для него как набор рандомных, странно-сочетаемых звуков, но что такого плохого в этих двух терминах? - Да как ты не понимаешь? Барсуки – дружелюбные идиоты с цветочками на уме, а грифы сплошняком состоят из грязнокровок, предателей крови и людей с клиническим отсутствием мозга. А Равенкло… вороны тоже идиоты, но идиоты-заучки, неспособные использовать хоть что-то из полученных знаний на практике. - Ты преувеличиваешь…? - Ничуть! – он покашлял, со следующим предложением вновь начиная растягивать гласные. – Просто Слизерин гораздо превосходит все факультеты. Намного лучше учиться с представителями чистокровных родов, нежели с нищими грязнокровками… - и тут в его лице что-то изменилось. – Ты ведь чистокровный? Подумав для приличия: солгать или сказать правду о том, что мыло на завтрак он не ест, Том все же остановился на третьем варианте – промолчать. В ответ он только пожал плечами, на что белобрысый как-то глупо наклонил голову вбок, хмурясь. Спустя минуту экран загрузки в его глазах наконец погас, и на лице у мальчика четко отразилось отвращение. - Значит, хочешь сказать, что твои родители не маги? - Я их никогда не видел, – холодно ответил Том. - А твоя фамилия? - Реддл. И именно в этот момент Том понял, что в глазах своего нового знакомого он только что умер. Резко понизился до червя или крысы, на которую даже смотреть противно. Белобрысый отвернулся, кривясь. - Очередной грязнокровка… И Реддл почувствовал резко нахлынувшую на него злость. Он потратил почти всю свою жизнь на то, чтобы никто больше не смел говорить о нем таким тоном, а этот мелкий паршивец… От убийства Тома остановила лишь подошедшая старуха Таттинг с комплектом мантий для маленького ублюдка. Тот поспешил спрыгнуть с табуретки, но Реддл оказался чуть быстрее, магией толкнув ту в сторону. Логично, что мальчик не удержал равновесие и свалился вместе с дорогущим на вид табуретом на пол, еле успевая выставить перед собой руки, иначе Хогвартс в ближайшее время ему уже не светил бы. А может быть и светил – Реддл еще не успел прочитать что-то о медицине у магов – вдруг те уже научились воскрешать мертвых? И хоть Том старался действовать незаметно, он по своему опыту с Бейном уже был готов к тому, что его дешевый фокус раскусят и заставят отвечать, мысленно уже сочинив сто и одно оправдание себе любимому, но… Таттинг даже глазом не повела в его сторону, помогая неряшливому наследничку подняться. И даже поправив блондину заклинанием сломанный нос, она также продолжала делать вид, будто это все был лишь несчастный случай… Или она действительно в это верила? Реддл от удивления чуть рот не открыл, пребывая почти в шоке от того, что все это просто сошло ему с рук. Он до последнего ждал, когда на него обратят внимание и начнут ругать, но женщина, пришедшая в магазин за блондинистым, вынесла продавщице все мозги, и при этом никто из них даже не посмотрел в сторону Тома. На всякий случай он все же дождался, когда хныкающий мальчик за ручку с женщиной, предположительно, бывшей его матерью, выйдет из магазина, и лишь после тихо усмехнулся. Получается, ни блондинистый, ни взрослая волшебница не заметили, что это был он? У Реддла тут вся жизнь перед глазами пробежала, а они списали все на несчастный случай. Мол, табурет, на котором для идеала не хватало только драгоценных камней, оказался неудачным? Смешнее эту ситуацию делал лишь факт, что в приюте каждая собака показала бы пальцем на Тома, случись что подобное там. Или, допустим, тот же Бейн, раскусывающий каждую уловку соседа, – старший мальчик всегда знал, когда Реддл использует силу, ныне зовущуюся магией. Да, Бейн! Тот, которому с кровати лень встать раньше трех! Который познакомился с магией в тот же день, что и Том! А этот блондин… Мальчик на выходе из магазина усмехнулся от комичности данной ситуации и, пожалуй, от разочарования. В глубине души он уже сравнивал богатенького сынка волшебников с богатенькими детишками магглов, понимая, насколько же мала разница… Конечно же после проживания с Бейном и встречи с Дамблдором он ожидал увидеть чуть ли не сборище Наполеонов с волшебными палочками в руках, но по итогу наткнулся на кучку предвзятых идиотов, неспособных отследить использование магии – или что там Ян обычно делал? Пожалуй, за эти годы единственным опровержением исключительности Тома был его сосед. Не смотря на лень, тот был неглуп и точно неслаб, и, как заметил Реддл, если он чего-то хотел, то всегда получал это. Позже появился Дамблдор, видящий мальчика буквально насквозь... И хоть Тому старик не очень понравился, нельзя сказать, что его сила не вызывала в нем трепета. А как сейчас оказалось, эти двое были все же исключением из правил, как и сам Том, нежели примерами среднестатистических волшебников. Не такого он ожидал от чудесного нового мира… Неудивительно, что настроение у Тома после этого случая было испорчено, а сам он пребывал в глубоких раздумьях, хоть и старался это скрыть. Встретившись в назначенном месте с Яном, ему было отлично известно, что сосед перемену заметил, но комментировать это пока не стал. - Выглядишь не лучше любого бомжа, – и это не просто придирка Реддла, мантия на его соседе была на пару размеров больше нужного и лишь чудом не волочилась за ним по полу. Он, конечно, понимал, что денег у того немного, но не до такой же степени, чтобы покупать мантию на четыре курса вперед? - Да уж, полагаю, для полноты твоего образа не хватает только блесток и божественного света, – прагматично заметил последний, показательно жмурясь – это было забавно, учитывая, что у Яна и так глаза всегда были наполовину закрыты. – Нажил себе врага еще до школы? - Не твое дело. - И то правда. – Ян кивнул, но все же не удержался, интересуясь. – Так… Это был какой-нибудь сноб или грязнокровка? На последнем слове Тома передернуло, что также не осталось незамеченным для собеседника. Реддл ожидал, что Бейн скажет еще что-нибудь по этой теме, но мальчик вновь прибывал в каком-то мечтательно-ленивом настроении, а потому не горел желанием как-то вытягивать правду из соседа. Ну раз злится на кого-то, то пускай злится и дальше. - Что-ж, если я правильно помню, дальше по списку книги… - Сундук, – он поправил, корректируя направление, в котором они шли. - Боюсь, тогда мне придется идти в лавку старьевщика. Прикуплю себе там учебников и всякого нужного заодно… - На что ты копишь? – Реддл спросил, не выдерживая. У Бейна точно было достаточно денег, чтобы не выглядеть как бомж со стажем, но он будто поставил себе цель: быть самым убогим учеником в Хогвартсе. - На ледяной замок. – будничным тоном сказал он. – Наряжусь в платье из сосулек и буду голосить по ночам «Отпустиии и забуудь!», мешать спать соседям. А потом заморожу одного слишком любопытного типа. Том уже говорил, что этот тип больной на голову? Как нормальный человек, Реддл купил себе сундук, полный комплект склянок, медные весы, котел и телескоп. И уже в начале данного списка пожалел, что большую часть своих накоплений потратил на мантии, когда продавец рассказал ему о такой вещи как чары пространственного расширения на сумках. Снова он пересекся с Бейном уже на подходе к книжному магазину. И хоть тот обзавелся большей частью своих вещей в лавке старьевщика, раньше Тома он не закончил, плетясь как хромая черепаха. Из списка ему не хватало пары учебников, которые он, скрипя зубами, решил все же докупить в «Флориш и Блоттс». Дальше, что Реддла удивило, путь сего недопонятого гения лежал в магазин безобидных артефактов. Оттуда Ян выходил довольный как кот с маленькой коробкой в руках, обернутой желтой лентой с бантиком. На вопрос: «Что это?», - Реддл получил закономерное: «Моя прееелесть», - а потому решил, что больше не хочет знать честный ответ. Что-ж, это «нечто», ради покупки которого Ян решил сократить количество требуемых мантий и пренебречь учебником по истории магии, все же почти полностью опустошило его кошелек, оставляя лишь мелочь на палочку. И то был последний их пункт назначения – магазин Олливандера. По дороге к зданию Реддл все же решил завязать с соседом диалог насчет темы, до сих пор не выходящей у него из головы. - Ты упомянул грязнокровок… - И ежу понятно, что это ругательство, но почему оно появилось и в чем вообще его смысл – Том не понимал. Но, судя по лицу Яна, он и слова лишнего не скажет, пока младший его об этом не попросит. Раздражало… – Что это? - Мм? Местное ругательство такое, мат от мира магов. - И кого так называют? – спросил Том, начиная закипать. Ян был из тех людей, кто болтает много и не по делу, но, когда речь заходила о чем-то действительно интересующем Реддла, из его соседа всю информацию приходилось усиленно вытаскивать чуть ли не клешнями. - Ну… тебя, меня и всех волшебников, рожденных у обычных людей. - Магглов. Бейн пожал плечами. - Да хоть юпитерцев, говори, как хочешь. - И я не грязнокровка. Не могло быть так, чтобы он родился у обычных магглов… - Магглорожденный. - Я найду доказательства обратного, мой отец был волшебником. – с какой-то непонятной даже ему самому уверенностью тихо, но твердо произнес Том, будто после этих слов Ян должен был уверовать в это до конца своей жизни. - Чтением книжек? - Вполне. Бейн закатил глаза. Что-ж, он мог пожелать младшему лишь терпения и удачи. - Твое самомнение когда-нибудь плохо для тебя обернется, – задумчиво произнес Ян, с каким-то странным пониманием смотря на Реддла. – Чем тебе не нравятся не-маги? Ответ был ясен исключительно по лицу Тома в тот момент, однако это был Бейн, а ему для продолжения диалога требовалось обычно чуть ли не чистосердечное признание во всех грехах. Это глупое усложнение – требовать произнести вслух то, что и так было ясно. Мальчик скривился. - Они жалкие, глупые, слабые… – во взгляде Яна проскользнула ирония. – …никчемные, бесполезные… - По группке детей из приюта судить о всем человечестве… - почти с восторгом протянул Бейн, вызывая у Тома желание врезать ему по лицу и посильнее. - А ты, как я вижу, не согласен. - Правильно видишь, я нахожу это смешным. – он кивнул. – Не буду тебя разубеждать, скажу лишь, что примерно в таком же предвзятом свете на всех магглорожденных смотрит аристократия. - Но они же волшебники, – хмурясь, произнес Том. – Маг есть маг в независимости от его родословной. Он маг, у него есть сила, так почему к нему относятся как к обычному магглу? – Яну не составило труда прочитать эту мысль на лице Тома. - Магглы, напомню, одним нажатием на курок могут отправить любого на тот свет, но ты их тоже считаешь слабыми. – Реддл уже хотел было поспорить, но Ян поднял руку в молчаливой просьбе заткнуться, раз уж воплощение вселенской лени решило сказать что-то умное. – Вот и магия магглорожденных для чистокровного в каком-нибудь десятом колене – не повод ставить их наравне с собой. С чего волшебники должны делить с потомками их давних врагов, кстати, свои рабочие места? Гораздо проще было бы просто выгнать их, особенно если учесть, что они как мы. В отличии от тех, кто в этом мире вырос, мы почти ничего не знаем, но при этом будем учиться в одной школе с коренными магами. Не думаешь, что мы их слегка «тормозим»? Том замолк, переваривая услышанное, пока Бейн наслаждался приятной тишиной. У него под конец монолога дыхалка сдавать начала, а потому долгие, тяжелые размышления Тома соседу были лишь в радость. - Значит, для них мы просто магглы с палочками? - Будем, когда купим их. - Но, если есть пробел в знаниях, почему бы, допустим, не ввести один подготовительный год для тех, кто вырос среди магглов? - Ну введи, – тот пожал плечами. – Флаг тебе в руки. Реддл одарил того скептическим взглядом, вновь уйдя в раздумья. - И откуда у тебя вся эта информация? - А? - Магглорожденные, мнение волшебников о них… Только не говори, что это тебе старьевщик напел. - У него был прекрасный голос. Когда-нибудь Том убьет этого гения. Когда-нибудь, но сейчас они дошли до лавки Олливандера, а для Реддла волшебная палочка была важнее хладного трупа его соседа. Что-ж, зайдя внутрь, Том мог бы описать это место лишь одним словом - свинарник. Казалось, будто по помещению ураган промчался, иначе творившийся тут хаос объяснить не получалось. Бейн лишь присвистнул. Лучшая лавка палочек на Косом выглядит так? Реддл даже думать не хочет, как выглядит худшая. Послышался звук чего-то падающего, тихое шипение и торопливые шаги, и уже через пару минут к прилавку подошел достаточно молодой на вид мужчина. - Здравствуйте, первокурсники! Пришли за палочками? - Нет, за картошкой, – Том уставился на Яна убийственным взглядом. - Ээ… - За палочками, зачем же еще? Гаррик Олливандер трижды нервно усмехнулся, явно решив поменять способ приветствия посетителей после произошедшего. Видно было, что на своем месте мужчина держался еще не очень уверенно и слишком близко к сердцу воспринял сарказм Бейна. - Эм... Что-ж, подберем вам палочки! - Дамы вперед, – ухмыльнулся Ян, жестом предлагая Реддлу пройти. Чудом не убив соседа, Том первым толкнул того к прилавку с такой же ухмылкой, что секунду назад была и у Бейна. - Что-ж, молодой человек, как вас зовут, и какой рукой вы будете держать палочку? - …Ян Бейн. Левой. Том с легким интересом наблюдал, как продавец палочек измеряет руку Бейну, который, впрочем, наконец перестал выглядеть таким непробиваемым. Впервые Реддл увидел, что не только он волновался о своем будущем, но и Ян все еще был человеком, а потому переживал, какая палочка ему достанется и достанется ли. - Палочка ведь остается у волшебников на всю жизнь? – Том спросил. - Или до тех пор, пока они не нарушают закон, – поправил его Олливандер. – Палочка сама выбирает себе владельца, так что придется потратить какое-то время, прежде чем мы подберем нужную. И, судя по тому, что ни одна из палочек Бейна признаков жизни не подавала, компанию этого типа не желала терпеть даже деревяшка. Продолжалось это минут двадцать, но Олливандер признаков беспокойства не подавал, лишь распалялся все сильнее, а потому Реддл пришел к выводу, что это вполне нормально. - Эта, – почти с удивлением произнес Ян, взмахнув палочкой из какого-то светлого дерева, на конце которой появились ярко-зеленые искры. Поежившись, Олливандер все же торжественно кивнул - …да, граб с сердечной жилой дракона, моя работа. Двенадцать дюймов. Средней гибкости. – он задумчиво разглядывал палочку. – Вам повезло, мистер Бейн, палочки из граба выбирают талантливых волшебников с единственной, чистой страстью… Возможно даже одержимостью, но я предпочитаю называть это мечтой. Вы определились с целью в жизни? - Да, хочу купить ледяной замок. - Ээ… - Не спрашивайте, – со своего места с какой-то безысходностью в тоне сказал Реддл. Когда настала его очередь, он сразу представился и протянул правую руку. На поиски подходящей ему палочки времени ушло гораздо меньше, чем у Яна, и уже минут через десять Том стоял с палочкой цвета кости в руке. - Любопытно… очень любопытно… Ян не сдержал смешок. - Что-то не так, мистер Бейн? - Ничего. – Олливандер уже было обратно повернулся к Тому, но мальчик продолжил. – С подобных слов и начинаются самые мозговыносящие приключения… - Не обращайте на него внимания, – в очередной раз повторил Реддл, на что Бейн лишь закатил глаза, пребывая в приподнятом настроении после получения палочки. – В чем ее особенность? - Тис и перо феникса – само по себе крайне мощное сочетание. Тисовые палочки не повинуются робким или неуверенным волшебникам, их обладатели обычно сильны в дуэльных искусствах. Перо феникса является крайне мощной сердцевиной, и обычно эти птицы не дают больше одного… однако этот феникс отдал два, из которых я создал две чрезвычайно сильные палочки. - И…? Даже Ян насторожился, готовясь к худшему. - У вашей палочки есть сестра, мистер Реддл, которую я продал… где-то часа два назад. Остролист, одиннадцать дюймов. Том обернулся на шум, видя, что у Бейна после этих слов соскользнула рука, от чего тот чуть не уронил вазу. - …извиняюсь, продолжайте. - Это плохо… сэр? - Нет-нет, что вы. Это необычно, чрезвычайно редко, но никак не плохо. Просто за все время работы даже мой отец ни разу не сталкивался с тем, чтобы сестринские палочки покупали два ровесника и в один день, вот я и удивился. - …ясно. Из лавки Олливандера Том выходил довольным тем, что снова выделился, пока рядом с ним с каким-то пустым лицом плелся Бейн, приговаривая под нос что-то вроде: «Ты волшебник, Гарри, великий волшебник… Ни фига ты теперь не волшебник, Гарри!». Логично, что Том смысла не понял, но оно его и не интересовало – тараканы в голове Бейна своеобразные, лучше даже не пытаться их понять, иначе обзаведешься такими же… До начала учебы в Хогвартсе оставался еще месяц...