Пансион "Верная Кровь"

Часть 3.       Вернувшись в спальню, наткнулся на своём столе на брошюру «Система штрафов и поощрений пансиона «Верная Кровь». О, да, с этим, точно, надо ознакомиться.       Итак, система штрафов и поощрений введена с целью поддержания дисциплины и порядка в учебном заведении.       Штрафы налагаются на класс (университетскую группу) в целом. Количество штрафных баллов, наложенных на класс (группу) определяется автоматически, о чём ставится в известность староста класса (группы) в конце каждого учебного (не учебного) дня. Общее количество баллов определяется в целом по классу (группе) по итогам за месяц. Уточнить или обжаловать данное решение можно у секретаря пансиона госпожи Кодо. Штрафные баллы налагаются:       1. За опоздания на уроки без уважительной причины.       2. За вынос еды из столовой пансиона.       3. За порчу имущества пансиона или имущества других учащихся.       4. За несоблюдение дресс-кода (условий) пансиона по вопросам одежды учащихся.       5. За низкую успеваемость класса в целом (раз в месяц).       6. За неуважительное отношение к персоналу пансиона или учащимся: обзывание, упоминание связей, достатка, общественного положения семьи и т.д. и т.п. (перечень открыт).       7. За неподобающее поведение на территории пансиона, а во внеучебное время – на территории поселения Тэгу: драки, пререкания с преподавателями, курение и т.д. и т.п. (перечень открыт).       Три класса (группы) с самыми высокими штрафными балами за месяц:       1. Лишаются возможности выхода с территории пансиона в течение всего следующего календарного месяца.       2. Лишаются возможности посещения любых увеселительных и спортивных мероприятий, проводимых на территории пансиона. Поощрительные баллы начисляются:       1. За высокую успеваемость класса в целом (раз в месяц).       2. За активное участие в жизни пансиона (спортивные, культурные, прочие мероприятия).       3. За особые заслуги и достижения перед пансионом (по решению администрации пансиона).       Класс (группа), занявшая первое место по количеству поощрительных баллов награждается «Вкусным Вечером», то есть внеплановым посещением любого кафе на территории поселения Тэгу за счёт средств пансиона.       Вот, блин, ну, совсем, как в тюрьме! Во, попал! Одна радость – это всего лишь на год! Чонгук даже решил не расстраиваться по этому поводу.       …- Парни, а куда можно выйти с территории? Или здесь, как в тюрьме? Есть свой Хогсмид хотя бы? – и опять стало смешно. - Там, в кино сходить, в Макдак? – снова после «Английского» пошли трепаться в спальню.       - Можно, но только в праздничные дни, в выходные или в каникулы, для тех, кто не уезжает домой. Только особо не радуйся, - грустно Чимин. - Это совсем маленький городок – Тэгу называется, не путай с городом-метрополией Тэгу. Одно-трёхэтажные старые домики, на первых этажах у них там магазинчики разные незатейливые. Один на весь город старый кинотеатр, называется, как и наш пансион «Верная Кровь», только крутят там какую-то старую бурду. Торговых центров нет, Макдака – тоже.       - Пипец! - Чонгуку сразу поскучнело. - Как же вы тут живёте? Ну и город - тмутаракань!       - Не дай Бог тебе это только вслух где-нибудь сказать. Здесь очень много учащихся из Тэгу – хотя бы вот вся четвёрка наша.       - Они все из вот этого Тэгу? – Чонгук был просто поражён. - Они, что, все живут в этих старых покосившихся домишках? Они все – нищеброды?! – Чонгук поражался всё больше и больше.       - Нет, - Хосок даже стал говорить тише. - На окраине Тэгу есть современный коттеджный посёлок, тоже, кстати, называется «Верная Кровь», так вот, они все оттуда. И ещё, Гук, давай, сразу договоримся – никаких нищебродов здесь нет. Хорошо? Здесь все равны, никто не хвастается деньгами или связями, это не принято, да и - штрафы. Тем более ты сейчас тоже стал, извини, нищебродом после смерти отца.       Тот сразу поник, - да, забылся.       - Понял, парни, извините, дурная привычка. Спасибо, что предупредили. Ладно, не будем о грустном, - и Чонгук быстро перенёсся на более приятную тему: - А скажите-ка, я надеюсь, здесь есть шикарные девчонки? – и он подмигнул парням.       - А какие тебя интересуют? Девчонок много симпатичных. Есть те, кто всегда на виду. Например, девочки из к-поп группы « Звёзды Вселенной», - перечислял Чимин.       - Очень скромно, - хмыкнул Чонгук. - Ещё?       - Ну, например, наши спортсменки: пловчихи, гимнастки, теннисистки. Они очень популярны. У нас, кстати, спорт очень развит в пансионе, много разных секций. Поэтому, куда ни плюнь, попадёшь либо в «звезду», либо в спортсменку, либо в красавицу. Кстати, как и у мальчишек. Вот, например Ким Намджун – тот, который «гастарбайтер», - он лучший пловец пансиона, даром, что ещё школьник. Или «одуванчик» Мин Юнги - видел бы ты, как классно он играет в баскетбол. Не смотри, что ростом не вышел, трёхочковые у него просто супер. «Красавчик» Ким Сокджин - тот участник к-поп мальчиковой группы «Космические Львы», у него классный голос. А «ботан» Ким Тэхён - тхэквондо, тоже лучший в пансионе.       Чонгук не мог поверить своим ушам.       - Что?! «Ботан» - лучший в пансионе по тхэквондо?! Да что вы мне тут гоните?! Этот хлюпик очкастый и спорт – вообще несовместимы. Вы чего мне тут уши греете? Я, между прочим, тоже занимаюсь тхэквондо. Поглядим, какой из него боец? Классно, что у вас здесь есть секция, надо будет записаться. Качалка-то, надеюсь, есть?       - Есть, и приличная, не разочаруешься, - Хосок улыбнулся. - Кстати, можешь сейчас сходить к тренеру Чхве по поводу тхэквондо.       - А чего тянуть, и пойду. Парни, объясните, куда идти?       - Конечно. Это на нижнем уровне. Там и бассейн, и качалка, и все спортивные залы. Пошли, мы с тобой, - и, переглянувшись, парни спрыгнули с кроватей.       Чимину и Хосоку стало так интересно, что может показать новичок, что решили пойти за компанию. *****       Они спустились на нижний уровень, здесь было чувствительно холоднее. Подошли к одной из таких же дверей, что и в спальне – старой, деревянной с чугунным кольцом. Внутри же оказался вполне современный зал: зеркала во всю стену, спортивные маты, даянги, татами. Уголок для разминки: шведская стенка, обязательный набор тренажёров, мешки для отработки ударов. На стене - электронная доска, и даже кулер с водой.       Справа были расположены в несколько ярусов скамейки для болельщиков, а слева – длинная скамья для спортсменов.       В зале вовсю шла разминка: кто-то работал на тренажёрах, кто-то отрабатывал удары на мешках, у кого-то был спарринг.       - Мальчики, вы что-то хотели? – окликнул вошедших тренер Чхвэ.       Парни скромно сели на лавочку, а Чонгук подошёл к мужчине и поклонился.       - Здравствуйте, я новый учащийся пансиона, меня зовут Чон Чонгук, и я хотел бы заниматься у Вас.       - Отлично, Чонгук. Ты из университета? – тренер сосредоточенно оглядывал его фигуру.       - Нет, я из старшей школы, последний год.       - Хорошо. У тебя есть навыки в тхэквондо, или ты просто так, для себя потренироваться?       - Я девять лет в тхэквондо, у меня чёрный пояс, - брови и глаза тренера Чхве полезли на лоб, но в следующую минуту его рот просто расползся от удовольствия.       - Хорошо, просто, отлично! А я и смотрю, что у тебя фигура спортсмена. Так, Чонгук, пойдём, подберём тебе экипировку, и на тоджан. Сейчас поглядим, что ты умеешь, - а сам уже и ручки потирает, словно довольная муха.       Внутри оказалась большая раздевалка со шкафчиками, комната с различной экипировской и столом для массажа, а чуть дальше – душевая.       Просто – красота! Всё круто и цивильно! Быстро подобрали Чонгуку всё необходимое. Вышли в зал.       - Парни, девчата, – да, были тут и девочки, - все сюда, у нас новенький, зовут Чон Чонгук. Тэмин, давай, начнём с тебя. Чонгук, у нас принят «кукки – стиль», то есть олимпийский, - тот кивнул.       Все стали подтягиваться и становиться в кружок. И Чимин с Хосоком подгребли поближе. Чонгук только сейчас понял, что ему предлагают сразу спарринг, ничего так, что без разминки? Он несколько раз растянулся, попрыгал, покрутился, ручками-ножками помахал.       Парень, который Тэмин, был довольно высоким, и сразу стал атаковать. Чонгук не торопился, отступал, изредка выполняя разминочные удары по корпусу. Но вдруг неожиданно сместился за спину сопернику и тут же выдал резкий удар ногой в голову – о, дотянулся. Соперник даже вылетел с площадки и затряс головой. Чонгук подбежал:       - Прости, я не слишком сильно? – тот лишь мотнул головой, поклонился уже за пределами тоджана и ушёл.       Хосок и Чимин с удивлением переглянулись. А у тренера Чхве сразу нездорово загорелись глаза:       - Минчу, давай.       И Минчу дал. Прыгал вокруг Чонгука, у того аж голова закружилась. Выждал момент, когда нога соперника всё-таки опустится, и сразу выпад своей ногой в челюсть, - старался резко, но несильно - тот не успел закрыться вовремя.       Вот и всё. Взаимные поклоны. Чимин с Хосоком даже захлопали в ладоши. А тренер аж подпрыгивать стал от возбуждения. Смотрит на ребят, кого бы ещё выставить.       - Тэхён, ну, давай, ты, что ли? Не подведи.       Ба-а! Выплывает Ким Тэхён собственной персоной. «А без этих страшных окуляров – даже очень ничего, симпатичный», - помимо воли пронеслось в голове Чонгука.       И с первых же ударов Чонгук почувствовал и опыт соперника, и его уверенность в себе, и ярое желание победить, даже какую-то спортивную злость. «О, как заело».              Чонгук лениво отбивался, но концентрацию не терял, понимал, что в любой момент может пропустить удар. Самому серьёзно ударить тоже не получалось, блоки соперник ставил правильно и вовремя. Но скоро Чонгуку это надоело, решил закончить уже.       Выждал момент, и вот его коронный: тройной удар со смещением под углом – голова, живот, голова.       Чимину с Хосоком не хватало только пипидастров – этих разноцветных, мохнатых помпонов черлидерш. Те с улыбками прыгали и махали руками во все стороны. Всё, фангруппа у Чонгука уже есть.       Секундная заминка, злое лицо Тэхёна и торжествующая улыбка тренера Чхве.       - Ну, хорош, хорош, ничего не скажешь! Давай, рассказывай – какой дан?       - Второй, - Чонгук подошёл к тренеру.       - Да, вижу, вижу. Давай, приходи, занимайся, тренируйся. Учить мне тебя, похоже, особо нечему, может, только какие-нибудь удары. А так, будешь помогать мне «гавриков» моих натаскивать.       Чонгук же краем глаза уловил нечитаемый взгляд Ким Тэхёна, брошенный в его сторону.       - Ух, ты, это было так круто! – Чимин прыгал вокруг Чонгука, тоже задирая ноги и пытаясь ему подражать. - А, Тэхён-то, Тэхён! Здорово ты его! А разозлил-то как! Аж побелел весь.       - Да, ладно, чего уж там. Просто у меня дан повыше. А он на это не рассчитывал, потому и проиграл. В следующий раз будет сложнее, он уже знает, на что я способен, будет осторожничать. Да и потом, он же мне не противник, а даже одноклассник.       - Ну и что! У нас проводятся помимо соревнований по параллелям, ещё и индивидуальные. Каждый сам за себя – закон джунглей! – и парни радостно заржали. *****       Дни потекли своим чередом. Чонгук понемногу стал входить в ритм здешней учёбы. Только страшно скучал по друзьям и маме. Да ещё и отец вдруг стал сниться. Правда, снился спокойным, и всегда улыбался. Ох, не давала покоя Чонгуку его внезапная смерть. Понимал, конечно, что не стоит здесь искать «теорию заговора», а всё равно что-то угнетало, грызло где-то глубоко, не давало расслабиться. Только вот, находясь здесь, что он мог узнать о том происшествии? Вообще, ничего. Приходилось мириться со своей беспомощностью и никчёмностью.       Самой неприятной неожиданностью для Чонгука стало то, что в стенах пансиона, оказывается, нет мобильной связи. То есть, не то, что плохая, а нет в принципе. Хочешь поговорить по телефону – дуй на улицу. Там берёт. И интернета – тоже нет. Это вообще – пипец! Чонгук прямо выпал в осадок. То есть его новый, последней модификации, с супер-пупер процессором, запредельной оперативкой ноутбук здесь будет просто печатной машинкой середины 50-х годов прошлого столетия. Ну, и ещё годится в качестве монитора для просмотра и прослушивания сохранённых файлов: фото, музыка, тексты. Всё! Аллес гемахт! Пипец! А если нужен интернет, тогда тебе необходимо направить свои стопы в библиотеку. Вот там интернет есть. Но с одним условием: пользоваться можно только компами пансиона – «Представляю себе, что там за техника. Наверно, времён эпохи Чосон», - грустил уже заранее Чонгук, - при этом тебе выдают жетон на конкретный комп, а на выходе ты ещё и получишь - ну, просто, пипец, - перед твоим носом потрясут, словно белым флагом – распечатку всех посещаемых тобой сайтов. То есть тебе явно дают понять, что все эти сведения сразу же становятся «Достоянием Республики», то есть, ясно-понятно, – не дурак, что никаких порносайтов. И как дальше жить нормальному девятнадцатилетнему парню в условиях отсутствия женского общества? По этому поводу Чонгук так возмущался, что развеселил Чимина и Хосока вусмерть, те ржали до того, что Чимин уже просто влёжку валялся на кровати и икал, а Хосок просто убежал в туалет, испугался, что прорвёт прокладку.       Только вот, хочешь не хочешь, а пришлось идти записываться в библиотеку. Библиотека сразу поразила своими размерами. Она, как и столовая, находилась на первом этаже пансиона. Сразу при входе располагался огромный компьютерный зал с уже привычным высоким потолком, и так же, как и столовая, и коридоры, отделанный тёмным деревом. Каждое рабочее место было отделено друг от друга перегородками, уже - хлеб, это хотя бы создавало ощущение отдельного кабинета.       В конце зала за отдельным столом сидел помощник старшего библиотекаря, который зарегистрировал Чонгука и выдал ему жетон на компьютерное место № 17. Каждое место было укомплектовано крутым стационарным системным блоком, современным плоским прямоугольным монитором, мышью и клавиатурой. В стене прямо над рабочим местом находилось бра, на столе - настольная лампа.        За компьютерным залом располагался такой же огромный читальный зал. И снова тяжёлые деревянные столы и стулья из прошлых веков, тяжелые настольные лампы с тканевыми абажурами. Главным здесь был старший библиотекарь – господин Кан.       Это был очень интересный человечек. Невысокого роста и неопределяемого возраста, весь седой – с абсолютно белыми волосами почти до плеч - мужчина, чуть сутуловатый, всегда носящий чёрный бархатный берет. На живом, смуглом лице выделялись странные, слишком внимательные светло-карие, почти жёлтые, глаза. Он всегда был приветлив, в его глазах и в морщинах под ними словно пряталась вечная скрытая добрая улыбка. На нём всегда был один и тот же синий рабочий халат с огромным количеством карманов, из которых вечно что-то торчало: то выглядывали просто огромные ключи непонятно от чего, то какие-то записки, то – совсем уж странно – засушенные цветы. «Вот, голову даю на отсечение, что здесь есть «Запретная Секция», - постоянно думал Чонгук, попадая в библиотеку, и при этом всегда встречал лукавый взгляд господина Кана. Так и казалось, что он читает твои мысли.       Тот всегда внимательно выслушивал от учащегося тему, по которой были необходимы книги, и сам все их подбирал. Вход в святая святых библиотеки – хранилище книг - был запрещён абсолютно всем. Книги следовало предварительно заказывать, но обычно разрешалось пользоваться лишь их электронной версией. Но даже для пользования ею необходимо было получить временный электронный ключ. Вот так всё было серьёзно и абсолютно не похоже на то, к чему привык Чонгук за долгие годы учебы на воле.       Самую первую книгу, которую получил Чонгук, хотя её и не просил, была «История поместья и пансиона «Верная Кровь». Читал её по диагонали, интересного, естественно ничего там не было. Если вкратце, то так.       Поместью более 2000 лет. Обосновался на этом безымянном холме более 2000 лет назад некий богатый, оборотистый кореец по имени Усул со своей свитой. Началось строительство, а затем, и расширение поместья на холме, которому тот и дал такое название - «Верная Кровь», оно закрепилось и сохранилось за ним по сей день. После его смерти и смерти его потомков поместье пришло в упадок. Но в XIII веке какие-то люди, назвавшиеся дальними родственниками Усула, решили возродить поместье. На месте старого дома воздвигли шикарный собор, и уже в конце XIV века он стал пансионом и школой для талантливых детей, чем пансион тот занимается по сей день. Из его стен вышли всемирно известные учёные, дипломаты, писатели, бизнесмены. Как-то так!       …В первое время Чонгук звонил маме чуть ли не каждый день, очень скучал. Не жаловался ни на что, – мужик он или где? – просто никак не мог привыкнуть. Не скулил, не плакался, не просился домой на ручки, просто хотел услышать её голос. Говорил, что у него всё хорошо, что обзавёлся новыми друзьями, но, да, по своим двум балбесам очень скучает. Мама всё понимала, но что она могла сделать? Успокаивала только тем, что летом они увидятся, так как в каникулы она и тётя Лин – мамина сестра - ждут его погостить.       Два же его другана по телефону жаловались, что в школе без него, Чонгука, стало тихо и скучно. Никто не придумывает никакие долбоёбские выходки, никто никого не докапывает, не подкалывает, и даже, кое-кто расстраивается, – парни ржут, - что некому стало трахать девок. «Да, да, вот, беда-то, у них – некому, а здесь – некого, вообще ужас нечеловеческий!». Чонгук не мог не пожаловаться на отсутствие объектов сексуальных утех. Нет, объекты, конечно, есть, но вне зоны досягаемости. И как «досягнуться» до них, пока ума приложить не мог. Но сам себе пообещал проработать этот вопрос. *****       Чонгук брёл по пустынному коридору, устал, как собака, после всей этой учёбы да книг библиотечных - не привык он столь активно учиться. Да только надо подтягивать учёбу – сам понимал. Если поступать в университет, значит, баллы должны быть достаточно высокие. В пансионе не собирался оставаться. Не то, чтобы ему здесь вот совсем не нравилось, просто, режимный объект… Ну, совсем не для его свободолюбивой натуры.       Почти все жили здесь с первого класса начальной школы, понятно, что уже привыкли к тюремному режиму. Кроме этого у кого-то здесь же учатся и братья-сёстры – всё же родные люди. Да ещё и дом у многих в шаговой доступности: вот, он - Тэгу. А тут - один, совсем один, как перст. И ещё, конечно, очень уставал. После тренировок так не уставал. Хотя, как ни странно, учёба ему давалась достаточно легко, просто объём был большой.       В коридорах тихо, все уже разошлись по своим комнатам. Шёл, поёживаясь от прохлады: всё же вечер, да ещё и ранняя весна, и пока даже не май.       И вдруг сзади в самое ухо, тихое:       - Ходишь один? Не боишься? Не оглядываешься? – от неожиданности у Чонгука на затылке зашевелились волосы.       Резко оглянулся – никого. И снова сзади со смешком:       - Боишься? Правильно делаешь, - и лёгкое дуновение от чужого дыхания прямо в шею.       Снова резко развернулся. Перед ним стоял Ким – блядь - Тэхён собственной персоной и так гаденько ухмылялся. И даже без своих окуляров.       - Тебе чего надо? – Чонгук ещё не отошёл от стресса. - Чего под ухом скребёшься? Ласки захотелось? – Чонгук в картуз за ватой не полезет, брякнет первое, что на ум придёт.       Тэхён сразу перестал улыбаться.       - А ты, оказывается, пошляк, - и смотрит на него так, загадочно.       - А ты, оказывается, пидорок, – не задолжилось за Чонгуком.       Тэхён зло сузил глаза.       - По себе судишь?       - По тебе. Чего к уху примазываешься? Или, что, очень разозлился из-за недавнего проигрыша? Не знаешь, как реванш получить? – теперь уже явно насмехаясь.       - А чего мне злиться? Не в последний раз встречаемся на тоджане.       - Вот там и пошепчемся. А чего в безлюдном коридоре-то пристраиваться?       Тэхён ухмыльнулся.       - Не сдержался. Ты такой загруженный шёл, ничего вокруг себя не видел. Грех было не подколоть, - и он вдруг просто пошёл рядом.       - Подколки у тебя какие-то пидорские, - Чонгук до сих пор не отошёл от тэхёновой шутки.       Тот лишь хохотнул и вдруг свернул в один из коридоров.       - Так что, 1:1. Ну, бывай. Провожать не буду, не заслужил, много пиздишь, - и ушёл, не оглянувшись.       Чонгук постоял, обтёк: «Вот же - бесячий!», - и пошёл дальше. *****       Попыхтел ещё некоторое время, да и забыл про этого дурного «Шутейку». Переключился на текущие занятия, долги прошлых лет да домашку – а её было, ух, сколько. Как-то вечером бежал из библиотеки, холодно, однако, и вдруг впереди не спеша … - бывает же такое счастье: Ким – придурок – Тэхён собственной персоной. И народу никого, как по заказу. У Чонгука аж руки зачесались, чего бы такого придумать? И решил, не изголяясь особенно, ответить ударом на удар. Тихонечко подобрался к нему сзади, благо тот также, как и тогда Чонгук, шёл весь в себе. Наклонился к самой шее и тихонько дунул. Да, вот только тот вообще не среагировал, будто ничего и не было, видно, слишком сильно ушёл в себя, да забыл вернуться.       Чонгук и сам остановился в раздумьях. Ну не орать же ему: «Что, задумался?! Не боишься?!» - и всякую такую херь, что Ким ему тогда плёл. И решил получше: снова догнал и поцеловал в шею, да так, с причмокиванием, чтобы уж наверняка, и почувствовал, и услышал. Тэхён резко развернулся, а там… тааадаам, - Чон Чонгук – доебашка! Стоит и мило так улыбается. «Блин, как же приятно тебя докапывать!».       - Ты чего, совсем сдурел? – глядит на Чонгука диким взглядом и шею трёт.       - 2:1. Правда, ведь, понравилось? – и продолжает лыбиться, словно акула.       Тэхён быстро успокоился, хмыкнул:       - Я смотрю, ты неделю выжидал, искал меня, поджидал, чтобы поцеловать. Приятно! – и тоже разулыбался. - Да ты бы просто попросил, может, я и не отказал бы? – и уже ржёт вовсю.       Улыбка сползла с лица Чонгука. «Бесит!» - развернулся и ушёл.