Башня и Ментоловый дым

Один шаг. Второй. Поднимаясь по лестнице, что вела на Астрономическую Башню, Малфой мечтал об уединении. Огонёк Люмоса освещал ему путь, что не представлялось возможным несколькими минутами ранее, ведь Филч мог поймать его бродящим ночью по Хогвартсу. Поэтому всю дорогу до Башни приходилось довольствоваться лунным светом, что пробивался сквозь гардины, и надеяться, что облака не нарушат его планы. После расставания с Паркинсон Драко иногда выходил ночью, одалживая у Нотта портсигар, который сейчас утяжелял карман, и сидел на продуваемой ветром платформе около часа, пока не станет холодно. Это помогало собраться с мыслями, и вот уже несколько недель его частыми спутниками были ночь, звёзды и ветер, уносящий ментоловый табачный дым. Приближаясь к последним ступенькам, он услышал звук. Что-то подозрительно похожее на всхлип. Чёрт. Слёзы на высоте нескольких десятков метров никогда не приводили ни к чему хорошему. Малфой ускорил шаг и почти сразу услышал вопрос. — Кто здесь? — женский голос звучал сипло и до боли знакомо. Не ответив, парень направил палочку на фигуру на полу, но едва не выронил её от удивления. Гермиона Грейнджер смотрела на него красными от слёз глазами. — Грейнджер? Ты что тут забыла? — наверное, грубость — не самый лучший подход к плачущим девушкам, но Малфой был слишком вымотан учебой. Неудивительно, что они с Пэнси расстались в начале октября. — Могу задать тебе тот же вопрос, Малфой, — парировала она, вытирая мокрые щёки костяшками пальцев. — Всё-таки ночь на дворе. — Лично я просто вышел покурить, а вот насчет тебя не уверен. Неужто твои полудурки до истерики довели? — Драко предположил, что когда Грейнджер успокоится ей вполне может прийти в голову сдать его Макгонагалл из-за сигарет. И он — ещё ладно, сам виноват. А подставлять Тео хотелось меньше всего. Надо быть осторожней со словами. — Не твоё дело, Малфой! Я просто устала, и хочу посидеть одна. — Ну, придется потерпеть мою компанию, — Драко зашёл на каменную платформу, и Грейнджер судорожно отодвинулась ближе к открытому окну. — Предупреджаю, если вздумала прыгнуть, то подожди хотя бы до завтра. — Ты что, совсем спятил?! Не собираюсь я никуда прыгать! — возмущенно воскликнула гриффиндорка, вставая с холодного камня и складывая руки на груди. — Мерлин тебя знает, это на всякий случай. А то слёзы, отчаяние, высота… Ты думаешь, мне нужны лишние подозрения? — Годрик, ты невыносим! Как вообще можно было додуматься до такого? — Грейнджер в гневе — это, конечно, прекрасное зрелище, но если продолжать в том же духе, Миссис Норрис прибежит быстрее, чем он успеет вставить хоть слово в её гневную тираду. — Зато я хотя бы сейчас в состоянии мыслить логически и рационально, в отличие от некоторых, — Малфой достал из кармана портсигар, и, щёлкнув замком, вытащил сигарету. — Знаешь, истерика немного расшатывает эмоциональное состояние. — Я совершенно спокойна! — воскликнула она тоном, который ни капли не придавал правдивости её словам. — Да, я вижу, — его голос звучал устало, но в нем явно можно было отметить нотки скепсиса. — Ты останешься тут или пойдёшь прямиком к Филчу? — С чего это вдруг я должна к нему идти? Это не в моих интересах — так подставляться, — Грейнджер будто разъясняла ребёнку всем известную истину. — Я подумал, что ты не упустишь шанса настучать на меня, — они оба хмыкнули, и Малфой вдруг протянул ей сигарету. — Не хочешь попробовать? — только глухой не услышал бы сарказма в этих словах, но Грейнджер снова его удивила. После нескольких секунд раздумий девушка взяла сигарету из его пальцев и затянулась. Драко ожидал, что она закашляется, но гриффиндорка спокойно выдохнула дым и лишь немного поморщилась от концентрата ментола. — Да ты прям профессионал, так и не скажешь, — издевательски произнёс Малфой, за что получил колючий взгляд всё ещё опухших глаз. Но уже через секунду её лицо смягчилось, а губы тронула лёгкая улыбка. — Просто лето в этом году выдалось весёлое, — Гермиона села на пол, снова вдохнула холодный дым и протянула сигарету слизеринцу. — Ты будешь стоять как столб или всё же соизволишь сесть? Драко опустился на пол и, приняв из пальцев Грейнджер сигарету, сделал глубокую затяжку. Видимо, слишком глубокую. Потому что уже через секунду он едва не выплюнул свои лёгкие, в попытках избавиться от обжигающего холода ментола. — Ты уверен, что не впервые куришь? — сказала Грейнджер, посмеиваясь, пока помогала ему избавиться от кашля похлопыванием по спине ладонью. — Уверен, — эта фраза, произнесённая сиплым голосом, не вызывала чувства доверия. Грейнджер снова выдохнула порцию дыма и с издёвкой вручила ему сигарету. Малфой чуть ли не вырвал свёрток у нее из рук и благополучно затянулся. Выдыхая ментол, он вдруг понял, что они курили одну сигарету на двоих. Почти как поцелуй. Ещё пару лет назад его бы вывернуло от осознания такого контакта с Грейнджер, но сейчас, сидя на Башне и наслаждаясь размеренными прикосновениями ветра к коже, он был равнодушен. Спустя сорок минут молчания и четырёх порций ментолового табака, завернутого в бумагу, Гермиона вдруг произнесла: — Как часто ты сюда ходишь? — Практически каждую неделю, — его немного удивил вопрос, но Драко ответил правду. — И всегда на выходных? — Иначе я не высплюсь. К чему эти вопросы? — у неё явно был талант разогревать интерес. — Да так, ничего, — она запнулась и попятилась к выходу на лестницу. — Ну, пока, Малфой. — Грейнджер, — протянул Драко, и она замерла, — неужели хотела снова ко мне прийти? — Н-нет, конечно нет, — она запиналась, что говорило об обратном. — Просто интересно… — Ночь с субботы на воскресенье, половина второго. Устраивает? — он заметил в её глазах промелькнувшее облегчение. Грейнджер кивнула, и, попрощавшись, побежала по ступенькам вниз, оставив Малфоя в раздумьях над собственными словами.