Завтра-вчера

      — Джонни? Джонни, прием! Да что с тобой такое? Ты сегодня весь день выпадаешь из реальности! — Нуши для верности пару раз махнула ладонью перед глазами друга и выпрямилась, подбоченившись. — И как прикажешь с тобой репетировать? Это хорошо, что мы пока не дошли до поддержек, иначе меня бы уже оттирали от пола. Да-да, к тебе обращаюсь, наглая ты морда, — усмехнулась девушка, скрестив на груди руки. Она уже поняла, что парень пропустил мимо ушей всю ее гневную тираду и очнулся только на последних словах, но обижаться Нуши не планировала. В конце концов, с кем не бывает?       Раздраженно застонав, Джонни плюхнулся на маты и закрыл лицо руками. Подруга тут же устроилась рядом, скрестив ноги и деловито подперев подбородок кулаком.       — Вчера на репетиции все было нормально. Что случилось вечером? Поругался с отцом? — Нуши скептически приподняла бровь, всем своим видом показывая, что ей нужна только правда.       — Сам не знаю. — Джонни немного слукавил, произнося эти слова. Догадки у него были, но он еще размышлял, стоит ли делиться ими с подругой. Но девушку, казалось, такой расплывчатый ответ не устроил. — Не смотри на меня так.       — Ах, «не смотри»? — хмыкнула подруга, вставая и подтаскивая поближе к Джонни пару матов. Поудобнее устроившись на них, она серьезно посмотрела на друга и почти рыкнула: — Тогда рассказывай. — Парень оглянулся было на стеклянное панорамное окно, за которым репетировали Гюнтер и Розита, но Нуши лишь недовольно качнула головой. — Брось, нас не слышат. Видят — да, но не слышат. Поэтому рассказывай, пока они не заинтересовались, о чем мы тут секретничаем.       Джонни снова застонал, понимая, что спорить бесполезно.       — Ой, ну хорошо, — наконец сдался он. — Вчера, после репетиции, снова встретил ту девушку, которая чуть меня не сбила. — Парень кинул быстрый взгляд на подругу, в надежде, что эта история ее не заинтересует, и она предложит продолжить репетицию, но девушка только поерзала на матах, словно собираясь слушать каждой клеточкой своего тела. — Сидела у фонтана.       — И что? И что?       — Да ничего, — хмыкнул Джонни, понимая, что рассказывать и правда нечего. — Немного поговорили. Она ходила на наш мюзикл и просто в восторге от Эш. Всё.       Нуши нахмурилась.       — Как «все»?       — Так «все».       — Подожди, подожди, Нео, — махнула руками девушка. — Ты хочешь сказать, что перекинулся с ней парочкой нейтральных фраз и теперь ходишь так, словно съел красную таблетку?       Откинувшись на маты, Джонни положил руки под голову и уставился в потолок. Он и без чужого совета понимал, насколько это глупо и необъяснимо, но абсолютно ничего не мог с собой поделать.       — Я всю ночь проворочался — не мог уснуть. — Парень сообразил, что произнес это вслух и отступать было поздно. Ему правда надо было выговориться — озвученные мысли, как правило, успокаиваются и, либо быстро выветриваются из головы, либо выстраиваются в логичную цепочку. — Уже даже и музыку включал, и отжимался до боли в руках, но не могу выкинуть эти розовые волосы из головы и все тут.       Нуши задумчиво постучала пальцем по подбородку.       — М-м-м, мне кажется, тебя гложет то, что ты не взял у нее телефончик и даже не осмелился спросить имя.       — Айси, — тут же отозвался парень. — Но телефон я и правда не взял.       — Ну еще бы, — хихикнула подруга. — Тогда я тебя поздравляю, олух. У тебя не шиза, не белая горячка и даже не простуда. Ты просто влюбился.       — Чего-о? — Джонни так резко сел на матах, что Нуши даже отпрянула от неожиданности. — О, нет-нет-нет. Ты ошибаешься.       Девушка снова хихикнула и, развернув пятерню прямо под носом у друга, принялась загибать пальцы.       — Ты встретил красивую девчонку, раз. Она засела у тебя в голове так, что ты даже любимыми треками не можешь ее оттуда выгнать, сам признался, два. Весь день ходишь как кот, которого облили ледяной водой, три. Тебе ни жарко, ни холодно и не болит ничего, но все равно что-то не то и как-то все не так, четыре. Ты жалеешь, что упустил ее просто так и постоянно прокручиваешь у себя в голове ваш диалог, думая, что мог бы поступить иначе, пять, — подруга самодовольно хмыкнула. — Так что? Ты все еще считаешь, что я ошибаюсь?       Расстроено вздохнув, парень тоже поджал под себя ноги и задумался.       — Нельзя полюбить совершенно незнакомого человека, — начал он. — Это же все равно, что уверять всех, будто мне нравится шоколад, хотя я его ни разу не пробовал, а только глядел на пестрые обертки.       — А Мина? — напомнила Нуши.       — Ну я же не Мина, — скептически хмыкнул Джонни. — Да и вообще, любовь с первого взгляда — это все девчачьи сопли.       — Ох, сколько бы девчонок тебе накостыляли за такие слова, — фыркнула Нуши, вставая и подавая руку другу. — Но в чем-то ты прав. Скажу тебе прямо, как есть. Ты просто романтизировал эту девушку в своей голове и влюбился в этот образ. Наверняка она сейчас скачет по полям твоих извилин в нежно-голубом платье и плетет венок из ромашек. — Подруга сделала вид, будто излишне грациозно качает из стороны в сторону невидимой юбкой, вызвав у парня невольную улыбку. — А на самом деле она сидит где-нибудь за гаражами и щелкает семечки. — Когда они оба отсмеялись, представив себе эту картину, Нуши легонько стукнула друга по плечу. — Ну как, полегчало? Продолжаем репетицию?       От ее слов Джонни и правда стало легче, и репетиция пошла как по маслу. Образ девушки — пусть и не в платье с ромашками — махнув рукой на прощание, исчез из головы, а пустое пространство, оставшееся после него, тут же заполнилось новыми связками и движениями. Нуши больше не затрагивала тему их недавнего разговора, но Джонни иногда ловил на себе ее озабоченный взгляд, прячущийся под насмешливо-доброй гримасой, с которой девушка обычно поправляла друга, когда тот делал ошибки.       Освободившиеся чуть раньше Розита и Гюнтер подошли поближе к стеклу и, с улыбкой махнув ребятам, чтобы те продолжили репетицию, немного посмотрели на получающийся танец. Аккуратно поставив Нуши на маты, Джонни обернулся как раз тогда, когда их соседи зааплодировали. Аплодисментов было не слышно, но парень все равно подпихнул подругу, и они оба, смеясь, картинно раскланялись.       Из здания они выходили вчетвером, болтая о всяких мелочах. Невольно бросив взгляд на высокий фонтан, в котором купались тепло-желтые лучи заходящего солнца, Джонни отвернулся, отыскивая глазами припаркованную недалеко машину Гюнтера, который пообещал развести дам по домам. Сам Джонни к дамам не относился, но они еще долго стояли у красного «Volkswagen» и смеялись. Наконец, окончательно со всеми попрощавшись, Джонни отошел в строну и, проводив глазами отъезжающую машину, бросил на асфальт свой скейт.       Где-то за спиной медленно, но верно, крался август, готовый осыпать улицы первыми желтыми листьями. До него оставалась еще неделя, но вечерами уже становилось прохладно, и парень невольно поежился, когда свежий ветер мазнул его по щекам и скользнул за ворот футболки. Но вечерняя прохлада была сейчас как нельзя кстати, выхолаживая из головы любую забредшую туда невеселую мысль. Немного притормозив, чтобы поправить выпадающие наушники, Джонни переключил песню и основа оттолкнулся ногой от асфальта, с головой погружаясь в музыку.