delicious!delicious!

Мужчина действительно ожидал не самой лучшей реакции со стороны ученика, ибо такой факт действительно мог быть обидным — в конце концов, они ведь уже были на тонкой грани дружбы, хоть и такой странной. Вот только он не думал, что Камадо будет расстроен происходящим настолько сильно. Вряд ли тот слишком любит историю, чтобы плакать из-за отсутствия дополнительных занятий от обыкновенного школьного учителя. — Мальчик мой, я действительно сожалению, но вряд ли могу что-то поделать, — попытался вставить Ренгоку, но к тому времени ученик успевает подойти и прикоснуться к предплечьям учителя. Камадо казался действительно расстроенным, что Кеджуро уже даже собирался крепко обнять ученика ради утешения. Вот только тот действовал намного быстрее. Не успел Ренгоку толком опомниться, как уже оказался в ловушке своего ученика. Со своей силой мужчина легко мог освободиться, но он не пытался сделать этого. И это его любимый застенчивый ученик, который порой боится попросить помощи у Кеджуро? В прочем, сюрпризы на этом не закончились. Поцелуй стал конечной точкой, после которой учитель потрясенно застыл на месте. Все мысли из головы попросту вылетели — слишком нереально происходящее, хотя ощущение тёплых губ на своих трудно было игнорировать. Ситуация слишком странная — они учитель и ученик, живой и мертвый. Сюда ещё можно приплести множество других факторов, вытекающих из первых двух, но Ренгоку решил пока что ограничиться. Поцелуй скрывает за собой чувства, это как раз и напрягло. К тому же, если следовать логике, то Камадо сейчас просто приревновал. К Тенгену? Если бы рот мужчины не был занят, то он бы явно рассмеялся. Он и Узуй? Да ни в жизнь! Они простые друзья и коллеги, к которому не хотелось прикасаться, в то время как к Танджиро... Кеджуро был честен с тем, что иногда засматривался на своего ученика, полностью уверенный в том, что просто счастлив видеть своего нового друга. Однако сейчас он точно понял, что тут есть ещё одна причина. Шокированный внезапным осознанием, ладонь Кеджуро мягко легла на чужую грудь, заставив Камадо отстраниться на несколько сантиметров, что позволило заглянуть тому в глаза. Ещё через мгновение Ренгоку прикрыл глаза, стараясь все хорошенько обдумать, но не позволяя мальчишке убежать — даже схватился за край школьной формы. И что же делать? На самом деле, этот вопрос был скорее риторическим, ведь уже дальше руки мужчины обвились вокруг чужого тела, притягивая к себе. Не составило труда подняться и выпрямиться с юношей на руках, которого затем он усадил на рабочий стол, быстро стряхнув учебники и тетради. Ренгоку тут же мягко раздвинул ноги ученика, становясь между ними и укладывая руки на поясницу Камадо, чтобы крепче обнять того. Инициатором уже следующего поцелуя стал Ренгоку, который просто не захотел упускать момент. Сначала он делал это мягко и медленно, чтобы позволить вспомнить себе и дать Танджиро привыкнуть к этим ощущениям, но затем ожидаемо качал напирать — с каждым разом поцелуи становились все громче и глубже, тишина теперь разбавлялась шумным дыханием и причмокивающими звуками. Извини, Узуй. Уже затем что-то щёлкнуло позади — Ренгоку опять решил провернуть свой трюк, закрывая дверь, чтобы уж точно никто не смог заглянуть к ним и испортить грядущее. Мужчина мягко прервал поцелуй, чуть наклонился к юношеской шее, невесомо касаясь её губами и в некоторых местах проводя по коже языком. Этот мальчик когда-нибудь точно сведёт его с ума. — Камадо? — хрипло заговорил мужчина, теснее прижимаясь к ученику и не спеша отрываясь от мягкой кожи. — Это нормально? Скажи, что это нормально, потому что я не желаю останавливаться прямо сейчас. - Да, это нормально, - несмело выговорил юноша, часто закивав. Вспоминая про Узуя, Танджиро потянулся к рубашке Ренгоку, чтобы развязать галстук и расстегнуть пуговицы, как делал это когда-то Тенген. Кеджуро было достаточно лишь одного — твердого согласия мальчика, которое он незамедлительно получил, а после этого сразу же потянулся за следующим поцелуем, уже более грязным и развязным, соответствующим данной ситуации полностью. Он медленно поглаживал чужие бедра и колени широкими ладонями, позволяя тому расстегнуть рубашку и снять галстук, чтобы затем изящно стянуть одежду со своего тела и сбросить ее на один из стульев. С уже оголенным торсом он подался вперед, прижился к чужому телу, оставляя короткие поцелуи в местах, до которых смог дотянуться — уши, щеки, шея и, разумеется, губы, в то время как его руки забрались под школьную форму и начали ненавязчиво касаться мягкой кожи пальцами. Но терпение не было бесконечным, верно? В какой-то момент и у невозмутимого Кеджуро оно подошло к концу — мужчина просто схватился за край чужой формы и потянул вверх, наслаждаясь видом юного тела и не сдерживая себя в том, чтобы медленно и долго целовать плечи с грудью, специально обходя соски. А затем к нему пришла потрясающая идея — Ренгоку тут же потянулся за своим галстуком. Ещё один мокрый поцелуй лишним точно не будет — такая приятная настойчивость явно отвлечет неопытного Танджиро от того, что ему крепко связывают руки деловым предметом одежды, который вряд ли оставит после себя следы. — Ты прекрасен, мой мальчик, — интимно прошептал он, прижимаясь губами к шее, в то время как ладони уже аккуратно освобождали юношеское тело от ненужных в данный момент брюк. — Так прекрасен сейчас. Когда мальчик остался в прямом смысле нагим, Кеджуро даже ненадолго отошел от него, чтобы полюбоваться такой картиной сполна — зато потом быстро вернулся, ибо даже такая ситуация не может полностью согреть от холода этого библиотечного отдела. Но поцелуи вполне могут спасти. — Кажется, мой мальчик нуждается в небольшой помощи, — хрипло заговорил мужчина, целуя Камадо в ухо и слегка оттягивая зубами мочку, в то время как одна из его ладоней коснулась аккуратного члена в мягком поглаживании, которое сразу же перешло в уверенные движения по всей длине. — Даже тут такой красивый. Тебе нужно поговорить со мной, если хочешь чего-то особенного, Танджиро. Ну же. И хотя Ренгоку в буквальном смысле пытался вытянуть из того пару фраз, чужое дыхание и скромные стоны давали знать о происходящем даже больше, чем обычные слова. — Ты поэтому так вел себя, мальчик мой? — шептал мужчина прямо в ухо, равномерно водя по члену ладонью. — Я видел твой взгляд в тот момент. Ты ревновал меня к Тенгену, не так ли? Это точно была ревность, Ведь.. Что? Кеджуро хоть и прервал свою речь, но не отстранился и даже не пошевелился, игнорируя настойчивый стук в дверь и приглушенный сердитый голос. Наверняка Тенген? Вот только вместо того, чтобы немного сбавить обороты и снизить их шансы быть застигнутыми врасплох, Ренгоку наоборот чуть ускорился и начал быстрее водить рукой по всей длине, медленно и аккуратно целуя Камадо в шею. — Кажется, Тенген все-таки потерял меня, — легкомысленно произнес мужчина с весельем в голосе. — Какая же досада будет, если он услышит нас, верно, мальчик мой? Прошу тебя, постарайся не выдать нас. - Да как я могу не издавать звуков, когда Вы продолжаете делать это? – шёпотом спрашивает Танджиро, вцепившись в руку учителя, надеясь, что так он будет менее активно двигаться. Тенген продолжал стучаться в дверь, будто действительно знал, что они там. Камадо было сложно сконцентрироваться на прикосновениях учителя, так как он опасался, что Узуй всё-таки найдёт способ сюда войти, когда Ренгоку, кажется, совсем не напрягался по этому поводу. Хорошо это было или плохо, но позже Узуй все-таки ушёл — наверняка будет искать Ренгоку и дальше, либо припомнит этот случай в будущем и сильно обидится, но об этом мужчина подумает потом. Прямо сейчас у меня него более интересное занятие, которые никак не перенести на другое время. Эти минуты тянулись для Танджиро слишком долго, зато стоило Узую уйти, как Камадо с тихим стоном кончил в руку Ренгоку, после прикрывая рот рукой, боясь, что Тенген услышит и вернётся. Восстанавливая дыхание, ученик коснулся плеча учителя, пролепетав что-то про то, что тоже хочет сделать приятно Ренгоку. Не то чтобы у него был опыт, но желание точно есть. — Мой мальчик, ты в силах доставить удовольствие нам обоим, — Кеджуро опять глубоко поцеловал мальчишку, а затем отпрянул буквально на несколько секунд, чтобы взять недавнюю и уже слегка помятую рубашку. Выправив её, учитель подался ближе к ученику и аккуратно положил ткань прямо на поверхность стола позади Камадо. — Ты должен сказать, если тебе будет холодно. Мужчина все же схватился за сцепленные его галстуком руки Танджиро, чтобы приподнять их над головой и потянуть назад, вынуждая того полноценно лечь с чужой рукой на талии, которая продолжала успокаивающе гладить мягкую кожу. С рубашкой вряд ли будет холодно, но от жёсткости та точно не спасёт. — Расслабься, я с тобой, — снова прошептал Ренгоку, начиная покрывать уже более весомыми поцелуями губы, шею и плечи. Без внимания на этот раз не осталась и грудь, ведь учитель ещё долгое время ласкал чужие соски языком и губами, пока пальцы другой его ладони уже ощупывали мягкость задницы, а затем и очень аккуратно коснулись входа. — Такой потрясающий. Хороший мальчик. Мой. Наспех смазанные слюной пальцы слишком долго разминали нужное место, но Ренгоку никуда и не спешил — сначала ввёл один, дожидаясь первого полноценного стона от касания с простатой, и только потом наконец продолжил свое дело, не переставая отвлекать мальчика от непривычных ощущений теми же поцелуями, в которых он почти что забывался. Когда он наконец решил, что Камадо вполне готов, мужчина слегка подтянул ученика ближе к себе за бедра и широко раздвинул их, ещё долго любуясь таким потрясающим видом. Кеджуро легко закинул одну ногу мальчика себе на плечо и наконец уделил внимание своему возбуждению, расстегивая собственные брюки и небрежно проходясь пару раз по длине члена, который после этого приставил ко входу, но не спешил двигаться дальше. Учитель подался вперёд и улегся практически поверх юноши, оставаясь довольным от соприкосновения кожи. Лишь после этого наконец медленно и равномерно толкнулся внутрь с глубоким вздохом удовольствия, входя полностью. — Как же потрясающе, мальчик мой, — его голос выдавал то, что Ренгоку наслаждается происходящим. Несмотря на все это, он почти что сразу начал двигаться. Хоть это и были медленные толчки, но на деле были достаточно глубокими. Такие движения точно приносили удовольствие им двоим — даже Кеджуро уже не сдерживал довольных стонов, конечно, не таких громких, как это было в случае его ученика, что уже скорее всего забылся и отдался моменту. — Смотри на меня, мальчик мой. Вид ученика под ним точно завораживал — весь такой открытый и покрасневший, уже вполне себе расслабленный и бесконечно доверяющий, если судить по потрясающим стонам и мольбам. Сейчас Ренгоку лишь хочет продлить столь интимный не только в сексуальном плане момент, либо же просто желает получить обещание, что произошедшее не ведёт их необычные взаимоотношения в плохое русло. Мужчина в процессе ещё несколько раз менял темпы, с удивительно быстрого до мучительно медленного, и почему-то такие резкие перемены не сбавляли градус возбуждения, напротив, добавляли чего-то такого, из-за чего пробегалась новая волна страсти по всему горячему телу. В какой момент Кеджуро даже слегка изменил свою позицию, теперь сдвигая чужие ноги вместе и закидывая их себе на плечо, чтобы обвить бедра вместе крепкой рукой и завести её дальше по телу ученика только для прикосновения к члену, что остался без внимания. Судя по звукам со стороны Танджиро, мужчина делал все правильно и вполне хорошо, при этом не забывая про свой в какой-то мере слегка грубый темп, ведь уже был поразительно близок к оргазму и, судя по всему, его любимый ученик тоже. Ещё несколько долгих минут Кеджуро продолжал практически вколачиваться в тело, прежде чем почувствовать этот самый край. После этого он активнее заработал рукой на члене юноши, в то время как сам продолжал преследовать собственное и очень близкое удовольствие — вот только в самом конце пришлось покинуть разгоряченное тело, ведь отмываться потом будет явно сложно. Почти одновременно с ним Камадо тут же задрожал и внезапно кончил с бесстыдным стоном, который позволял понять, что Танджиро чувствовал себя очень и очень хорошо. Ренгоку сделал великолепную работу, не правда ли. После ещё некоторого времени относительной тишины со звуками сбитого дыхания и лёгких поглаживаний, Кеджуро нашёл время, чтобы осмотреться и остаться вполне довольным — живот Камадо, на который излились они оба, будет гораздо легче отмыть. — Мальчик мой? — негромко позвал Ренгоку с лёгкой и немного усталой улыбкой, довольный этой атмосферой. Мужчина, игнорируя сперму на коже, прижался торсом к коже ученика и мягко приподнял чужой подбородок, аккуратно целуя в губы. — Ты, кажется, в порядке. - Я в порядке, - прошептал Танджиро, возвращаясь в реальность. - Правда, я бы не отказался немного отдохнуть. Ренгоку лишь усмехнулся на последнюю фразу своего ученика, совершенно не скрывая веселья, которое не очень подходило данной ситуации. Лишь после этого он аккуратно усадил Камадо и развязал чужие руки, тщательно растирая и покрывая легкими поцелуями следы от галстука — тут он увлекся, даже спорить не будет, но хотя бы синяков не будет. — К сожалению, получится отдохнуть только дома, — Кеджуро коснулся губами чужого лба, а после этого отправился куда-то в другую часть библиотеки, возвращаясь уже с белой тканью. Это было явно не полотенце, но чистый, поэтому мужчина аккуратно обтер живот и грудь мальчика. — Ты будешь хорошо спать сегодня. Тем не менее, он не позволил Танджиро соскользнуть со стола — напротив, усадил удобнее и принялся распутывать школьную форму, чтобы помочь тому одеться. — Вот и все, мальчик мой, — через некоторое время, когда они оба были в относительном порядке и выглядели не так, будто занимались сексом, мужчина помог ученику собрать свои вещи, а после они наконец покинули библиотеку. Разумеется, уже у самой двери Ренгоку вновь инициировал поцелуй, прижав того к одному из стеллажей, но это продлилось не дольше трех минут. — Будь осторожен по дороге домой и следи за окружением. вкусно поужинай и.. Я вижу Тенгена. Не беспокойся ни о чем. И действительно, с другого конца коридора к ним направлялся Узуй, слишком быстро оказавшийся рядом с ними благодаря километровым ногам. Выглядел тот слегка нервным и раздраженным, поэтому Ренгоку предусмотрительно встал чуть впереди ученика, готовый встретить своего друга с привычной улыбкой на лице. — Друг мой... — Где тебя черти носили, Кеджуро? — тут несдержанно поинтересовался Тенген, подходя к мужчине почти вплотную и совершенно игнорируя присутствие мальчика. — Я несколько раз оббежал эту чертову школу! У нас был уговор, а ты просто не явился! — И я действительно сожалею, — терпеливо заговорил Кеджуро, кладя руку на чужое плечо и чуть сжимая его. — Но это вылетело у меня из головы. Я прошу прощения, Тенген. Я был занят дополнительными занятиями с Танджиро, о которых договорился намного раньше. Я обещаю загладить вину и один из дней полностью посвящу помощи своему дорогому другу, клянусь. Не обижайся, Тенген. — И зачем мне обижаться на тебя? — раздраженно, но уже более снисходительно заговорил мужчина, очевидно, привлеченный новым обещанием. — Кстати, а где вы занимались? Я был в учительской, библиотеке, проверил классы и, само собой, был в твоем кабинете, но везде пусто. — Ах, это. Сегодня хорошая погода, поэтому мы сначала посетили крышу, а потом позанимались в пустом классе на третьем этаже, тот, которым не пользуется школа, — ровно выдал Ренгоку, будто так и было. — Что же, друг мой, я провожу Танджиро до ворот и вернусь к тебе, чтобы обсудить мое будущее наказание. Подождешь у меня? — С тебя та бутылка вина, которую подарил директор, — настроение Узуя окончательно выровнялось, так что он лишь подмигнул и тут же зашагал в сторону учительской. — Поторопись, Кеджуро, иначе заставлю отрабатывать два дня! — Непременно, — тихо посмеялся Кеджуро, переводя взгляд на Камадо. — что же, теперь и тебя нужно отправить домой, мальчик мой. Вместе они дошли до ворот школы, Танджиро приблизился, чтобы обнять учителя, уткнувшись тому в грудь. Так тепло и приятно, юноша наконец чувствует себя куда спокойнее, чем в те дни, когда их занятия вечно срывались. - Я бы очень хотел провести с Вами время вне школы, Ренгоку-сенсей, - говорит Камадо, приподнимая голову, чтобы взглянуть на учителя. Несмотря на то, что в таком месте было обниматься небезопасно, Кеджуро все же позволил себе приобнять ученика и ласково потрепать по голове, создавая абсолютный беспорядок на чужой голове. Тем не менее, при следующей фразе его ладонь ненадолго застыла, продолжив поглаживания лишь через несколько долгих секунд, чтобы обдумать ответ. — Прогулку обещать я тебе точно не смогу. Я правда хотел бы, но тут есть свои причины. Давай я расскажу тебе об этом завтра, идет? Ренгоку слабо улыбнулся, после этого чуть наклоняясь, чтобы коснуться чужих губ своими. Сейчас и правда не стоило этого делать, ведь наверняка кто-нибудь мог их заметить, но он правда не мог ничего с собой поделать.