micron

По телу медленно распространяются холодные волны от одного вида вооружённых военных у высоких ворот. Их телосложение напоминает титановую глыбу: сосредоточенно и твёрдо вросли в землю, готовые в любой момент расстрелять опасный объект. Выражение их лиц отображают нескрываемое презрение. Всем своим видом кричат, чтобы не приближались. И сейчас, держа автоматы с полной готовностью и с напряжением во взгляде, наблюдают за приезжими. Улавливают каждый момент, сканируют машину вдоль и поперёк, подмечая некоторые детали. Но стоило заметить альфу в камуфляжной бежевой форме, выходящего с водительской стороны из чёрного Range Rovera, расслабились, отпуская и свешивая пояс оружия через плечо. Следом выходят омеги. Альфа захлопывает дверцу, осматриваясь по сторонам, шагами приближается к одному из сторожевых, навстречу идущему. — Это семья Генерала, — головой кивает на двух позади стоящих омег, засовывая руки в карманы армейских карго, — Вчера доложили, что группа сучёнышей атаковала со всех сторон базу на юге, но наши подбили их до единого, и сегодня, где-то час назад, к нам поступил звонок, что дом Генерала заминирован, — достаёт пачку сигарет и протягивает руку, предлагая молодому альфе напротив закурить, но тот отказывается. — Вы думаете, они правда что-то сделали? — ладонями похлопывает по своей бежевой куртке, ища зажигалку, когда находит, то чиркает ею, прикуривая старшему, затем переводит взгляд на омег, в сторонке стоящих и о чём-то переговаривающихся. — Пустые слова и не больше, наши обчистили всё вокруг и нихуя не нашли, — делает глубокую затяжку и оборачивается, наблюдая за тем, как старший омега заботливо прижимает к себе младшего, — Если бы они хотели насадить, то делали бы молча. Думаю, это был отвлекающий манёвр, а не брать всерьёз их слова тоже слишком рискованно. Сегодня мы проигнорируем их слова, а завтра они начнут действовать, удостоверившись в нашем недоверии, поэтому Генерал распорядился перевести свою семью сюда. Тут безопасней всего, да и вряд ли удастся выследить местоположение омег. — Это же закрытая территория. Что, если они поймут? — У нас нет другого выбора. Мы сначала хотели их пристроить в жилой дом, — выдыхает клубок дыма, — Хотя бы на время, но выследить новое местоположение не составит выблюдкам труда, а нам сейчас не до этого, есть другие проблемы, которые нужно решать. Солдат понимающе кивнул, поворачиваясь к своему напарнику, и рукой ему махнул, давая знак открыть ворота, те автоматически с громким скрипом отворяются, предоставляя огромное пространство. — Идёмте, — окликает омег, вбрасывая догоревший окурок себе под ноги, растаптывая носком тяжёлых ботинок. Тэхён с опущенной головой вместе с папой ступает за мужчиной, ощущая на себе взгляды молодых альф. От неловкости прижимается ближе к боку папы, поднимая глаза лишь тогда, когда переступает порог огромной территории. С глазами, полных восторга, вытаращился на двухэтажный коричневый дом, выполненный непривычным дизайном с огромным количеством панорамных окон и подсветкой. В глаза бросается массивная железная дверь, портящая весь внешний вид, у левого бока особняка стоит солдат, очевидно, сторожит что-то, о чём знать другим не нужно. А после виднеется высокий забор, похожий на непробиваемую стену. Созданная «отдельная территория» за домом одновременно взбудораживает и напрягает. — Дальше вы сами, — оборачивается у ступень дома альфа, — Мне нужно возвращаться обратно на базу. Здесь вы в безопасности. В доме есть всё то, что необходимо на первое время. А позже я распоряжусь, чтобы ваши вещи привезли как можно быстрее. — Хорошо, — дарит искреннюю улыбку Морель, — Спасибо, Энди. — А… — неуверенно решается Тэхён, — А вы не могли бы мне в сумку сложить мой большой снежный шар? — Конечно, — альфа нагибается, ровняясь с лицом омеги. Всматривается в очертания маленького Тэ и узнает в них одного человека из далекого прошлого, — Если ты скажешь, где он находится. — В моей комнате, на тумбочке у кровати. — Понял, будет выполнено, — улыбается уголками губ, ладонью тянется к волосам младшего и взъерошивает их, поднимаясь на ноги, — Если вам что-то понадобится, то я всегда на связи, а теперь идите внутрь, — терпеливо ждёт, когда омеги поднимутся до верхней ступени, а после разворачивается и спешно покидает участок. Морель разворачивается в самый последний момент, провожая отдаляющегося с каждым новым шагом альфу. Когда он скрылся за воротами, дергает ручку двери и вместе с Тэхёном входит в тёплый дом. Внутри особняк не соответствует своему внешнему виду, но выполнен тонко и со вкусом. В прежних домах было не так уютно, как в этом. Обои отделаны темно-коричневыми оттенками с золотистыми узорами. Повсюду расставлены скульптурные вазы различных форм и размеров, старинные часы, прикреплённые в стену, и куча того, что любой посчитает древним мусором. — Добрый день, Господин Ким, — навстречу к ним бежит запыхавшийся мужчина в строгом классическом костюме, — Прошу простить меня за невнимательность, мы не ждали… — Не стоит, всё в порядке, это случилось так спонтанно, да и мы не ожидали, вы не виноваты, — Морель снимает с себя чёрное пальто. — Благодарю за понимание. Позвольте представиться, меня зовут Ким Бонхва, дворецкий этого дома, — протягивает руку для рукопожатия. — Ким Морель, приятно познакомиться, — в ответ пожимает руку беты, широко улыбаясь, — А это мой сын Тэхён, — приобнимает подростка за плечи, что с любопытством рассматривает дизайн особняка, стоило услышать своё имя, сразу переводит взгляд на мужчину с улыбкой на лице, — А вы не подскажете, где здесь ванная комната? — Да, конечно, пройдите за мной. — Папа, — тихо прошептал Тэхён, привлекая внимание взрослых, Морель повернул голову к четырнадцатилетнему сыну и наклонился лицом к лицу, оставляя мягкий поцелуй на лбу, ладонью поглаживая затылок мягких светло-каштановых волос, — Мы тут надолго, или как всегда? — Малыш, будем надеяться, что да, — оставляет нежный поцелуй на лбу, — А пока ты можешь выбрать себе свою будущую комнату, как тебе такая идея? — Комнаты на втором этаже, — встрял в разговор бета, тихо умиляясь открывшейся перед ним сценой. — Беги, — прошептал Морель и развернул Тэхёна к себе спиной, мягко ударяя по его попе, подталкивая к лестнице, ведущей на второй этаж.

***

На втором этаже шесть пустых, но ухоженных и убранных комнат, в каждую из которых он вошёл и рассмотрел. Абсолютно все схожи между собой, никакой индивидуальности или изюминки. Тэхён дергает ручку самой дальней, и по списку, последней комнаты. Светлые обои бьют по глазам, а яркий уличный свет, прорывающийся сквозь окна, дарит то, что нет в других. Предыдущие две комнаты были лишены какого либо яркого света из-за отсутствия окон и наличия светлых тонов обои, а остальные не понравились своим интерьером. Не было намёка на светлое или тёплое, это и отдаляло Тэхёна, требующего чего-то солнечного. Итак, реальность проглатывает с каждым вдохом. Тэхён проходит вглубь, останавливаясь у двухспальной кровати, и осторожно, на пробу, садится на мягкий матрац, легонько подпрыгивая. Детально осматривает интерьер, натыкаясь на полочку с различными книгами и рядом маленький бежевый диван, а в углу небольшой шкаф из дерева и тумбочка у кровати. Над интерьером особо не работали, поставили самую необходимую мебель и назвали комнатой, но это не проблема. Тэхён с предвкушением представляет, как уже будет преображать это место под себя и свой вкус. Довольной тушкой ложится на кровать в позе «звезда», задумываясь о произошедшем. Отвлечься не получается, а забыть пережитый страх уж точно. Помнит, как вернулся домой после школы, пообедал и села за уроки. Только было открыл учебник по математике, как снаружи услышал чёткий рёв мотора, мгновение, как в дом бурей вломился Энди и скороспешно вывел его с папой. Дальше почти всё забылось, как к дому подъезжали машина одна за другой и даже то, как после них в дом вошли солдаты в синей камуфляжной форме с собаками на поводу. Всю дорогу до особняка не обращал внимание ни на кого, полулежал на сиденье машины и смотрел в окно. Мысли были затуманенными, страх овладел телом и созданием омеги. Сложно расставаться с прежним домом и обстановкой, с друзьями и одноклассниками, к которым привык. Сейчас Тэхён понимает, что больше никогда не увидит всё то, что когда-то, после очередной смены местожительства, приобрёл. Снова приходится отпускать всё то, что было, и опять приходится искать всё то, что потерял. Война идёт своим ходом более двух лет, процветает с каждым днём, пробуждая страх в мирных жителях. Люди напуганы, каждый день живут с мыслью о скорой возможной смерти. Тэхён с началом войны никогда не нуждался в убежище и никогда не подвергался смерти, круглосуточно находился в безопасности и под строгими ограничениями. Поблизости в коридоре послышались шаги и звук крутящихся колёсиков. В дверь стучатся, а потом открывают, после разрешения войти. В проёме показывается молодой омега с ручкой чемодана в руке. — Я Вас искал по всему дому, а вы тут оказались, — миловидно улыбнулся парень и закатил чемодан внутрь, — Вы решили здесь обустроиться? — Да, — принимает сидячее положение. — Хорошо. Это ваши вещи, только что привезли, — указывает на приволоченный нежно-голубой чемодан, — Вам помочь разобрать? — Нет, спасибо, я сам, — встал с кровати и поплёлся к чемодану, — И да, — омега уже собирался выйти из комнаты, как тэхёнов оклик его остановил, — Давай на «ты». Омега лишь улыбнулся, ничего не ответив, и вышел из комнаты, оставляя Кима в одиночестве со своим багажом. Тэхён раскрыл большой чемодан, внутри которого небрежно запихана наспех одежда. Мысленно улыбается, когда видит на поверхности аккуратно сложенный небольшой снежный шар, подаренный отцом на Рождество. Это самый дорогой подарок, который ему когда либо дарили. Внутри шара заложена частичка их семьи, единственный свидетель их семейной идиллии, именно поэтому всегда оберегается и каждый раз «путешествует» вместе со своим владельцем. Воспоминания хлынут о любимом отце, которого видит очень редко из-за войны, отсюда и зародилась глубокая тоска, которую невозможно перекрыть несколькими, от силы встречами в две — три недели, и то час или меньше по времени. Такой расклад событий не устраивает Тэхёна, но понимает, что это необходимо для страны, которая страдает от ударов напавших, понимает, что тому сейчас трудно и без него, поэтому ничего не говорит, молчит. Снежный шар отправляется на тумбу у кровати, искусственный снег внутри шара плавно оседает на дно, преодолевая декоративную ель, прикрепленную посередине. Тэхён повернулся обратно к чемодану, продолжая разбирать свои вещи, постепенно оживляя комнату. Когда одежда уже была аккуратно сложена по полочкам, Тэхён повернулся к окну. За окном густая темнота, и лишь оранжевое освещение, исходящее от фонарных столб, рассеивает мрак. Перед выходом Тэхён оглядел комнату, удовлетворённый своей работой. Спускаясь по ступенькам на первый этаж, он поплёлся в сторону кухни, учуяв вкусный запах специй. Глотая навязчивую слюню, Тэхён приближается, но резко притормаживает в пяти шагах от раскрытых дверей кухни. Внизу под ногами послышался оглушенный крик и что-то ещё, не понять, что именно. Тэхён нахмурился и спустился на колени, нагибаясь ухом к полу почти в плотную, и… — Ты что делаешь? — Тэхён вздрогнул всем телом и поднял голову. Его папа стоит на пороге кухни и с непониманием и долей беспокойства смотрит на сына. — Я что-то услышал внизу, решил проверить… — Милый, тебе скорее всего показалось, — мягко улыбнулся Морель, подзывая к себе сына, — Я тебя пониманию. Эта вся ситуация тебя переутомила, это стресс для тебя, возможно, ты перенервничал. После ужина я тебе дам успокаивающее, а ты ляжешь спать, идёт? — Морель щелкнул указательным пальцем по носику Тэхёна, прижимая к своей груди. Тэхён лишь промычал в ответ, соглашаясь, спорить с Морелем бессмысленно. Руками обвивает талию папы, вдыхая природный запах ванили. — Идём за стол, ужин почти готов, минуток 5 подождёшь? — Так вкусно пахнет, — Тэхён закатил глаза от удовольствия. Последовал вслед за папой внутрь кухни, где вовсю хозяйничали двое омег средних лет. Тэхён сажается за стол, на котором уже были разложены столовые приборы и в недоумении посмотрел на папу, отвернувшегося к нему спиной, — Почему тарелки на троих, мы кого-то ждём? Тэхён прекрасно понимает, для кого третье место за столом на семейном ужине. Не нуждается в ответе папы, не глуп. Помимо его отца никто не посмеет отужинать с омегами Ким, учитывая ещё местонахождение их дома. Радоваться себе раньше времени не позволяет. Были и ложные обещания от отца, когда уже настроившись на встречу с родителем, в самый последний момент узнаешь, что у него не получается приехать, тогда обиднее всего. Тэхён не винит отца, лишь тех, кто вторгся на чужую землю с враждой и автоматами в руках, истребляя всех, кто попадётся на пути. Винит тех, кто разрушил семейный покой не только в семье Ким, но и в других семьях, разлучая омег альф, пошедших служить от своих родных. — Возможно, — ответил Морель, не поворачиваясь, нарезает овощи для салата и мельком заглядывал в окно. Он уже должен был быть здесь, в кругу семьи, а если всё нет. — Пап, меня вот интересно стало. — Я тебя слушаю, — перекладывает овощи в общую низку. — Чем мы будем заниматься всё это время, находясь посреди леса? — Ну, во-первых, мы не посреди леса находимся, а во-вторых, — открывает дверцу холодильника и достаёт графин с апельсиновым соком, — Мы для тебе обязательно найдём занятье, скучать не будешь, — разливает по стаканам и протягивает младшему. — И что же это? — принимает из рук Мореля стакан, немного отпивая. Громкое уведомление на телефоне старшего отвлекает обоих, Тэхён с любопытством смотрит на сенсор, лежащий на столе. — Завтра я тебе всё расскажу, — смотрит на экран. «Прости, сегодня не получится.» — Мы отца ждём? — с надеждой прошептал Тэхён. — Нет, приступай к еде, — перекладывает на тарелку сына салата.

***

Одиноко покачивающаяся над головами альф лампа без плафона, дарит свет, рассеивающий мрак. Напряженную тишину отгоняют глубокие вдохи и выдохи альфы, прочно прикованного веревками к стулу по середине помещения, его рот закреплён клейкой чёрной лётной, не позволяющей свободно говорить, лишь мычать. Один из угрюмых альф пододвигает небольшой железный стол с различным выбором инструментов к пленнику, от одного вида которого, у невольника расширяются глаза, тело содрогается, а дыхание учащается, его глаза судорожно бегают по голым прогнившим стенам, стараясь не смотреть на содержимое стола. — Ну что, солдат, новый день — новые испытания, — грубый басистый голос отдаётся эхом по пустому помещению, вселяя страх в каждую частичку тела, — У меня хорошие новости для тебя, — альфа с татуированной рукой подходит вплотную и нагибается, заглядывая в светлые глаза, наполненные мольбой и трусостью. Так жалок, — Сегодня твой последний день и в честь этого, я тебе позволяю выбрать твою последнюю участь для самого себя, — выпрямляется и отходит на пару шагов, — У тебя десять секунд. Выбирай с умом солдат, время пошло. Пленник, сглотнув вязкую слюну, растерянно повернул голову к небольшому столику, на поверхности которого не самое приятное для глаз, учитывая их вид. Всматриваясь в предметы, замечает маникюрные ножницы, это единственная безобидная вещица из всего того, что было. Глазами пытается указать на выбранную «участь» альфе напротив, но в ответ получает взгляд полный серьёзности, а где-то сбоку усмешку. По всей видимости никто не собирался давать ему право выбора, всего лишь унизительная сцена. — Время вышло, — рассеивает тишину всё тот же альфа напротив, теперь расплывается в довольной улыбке, — Что ж, раз тебе жизнь не дорога, — наигранно, — То сегодня твою участь выбирать буду я. Сердце в разы заколотилось, готовое вырваться наружу, глаза расширились от немого ужаса, дыхание участилось, а железы активно выделяют пот. Высунув руки из карманов темно-зелёных брюк карго, альфа с тату на весь рукав уверенно ступил навстречу к злосчастному столику. В руки попадается топор, лезвие которого перепачкано чужой просохшей кровью, как и почти все другие инструменты, покоящиеся рядом. Паника, впитавшаяся в него, отображается отчаянным мычанием, наполненный страхом и мольбой, тело рефлективно начинает дергаться, из-за чего его грубо хватают за светлые волосы, сжимая у основания, приказывая заткнуться и не дергаться. — Что, солдат, сейчас ты не так смел, как на поле боя? — усмехнулся альфа и положил обратно топор на стол, не поднимая головы, — Ты отважен, когда убиваешь ни в чём неповинных людей, которые отдают свою жизни ради будущего благополучия своей страны и покоя семьи. Ты любишь чувствовать власть над другими, возвышаешься за счёт количество смертей за день, — берет в руки, большую цепную электрическую пилу, поднимает голову и заглядывает в глаза связанному альфе средних лет, — Но сейчас ты сидишь с мольбой в глазах о пощаде. Здесь и сейчас ты не только свою страну и соратников позоришь, но и людей, что когда-то отдали тебе в руки свою жизнь, борясь с честью и достоинством, — заводит пилу, — Ну ты не волнуйся, я помогу тебе побороть этот позор. Лезвие цепной пилы впивается в плоть альфы в области желудка, душераздирающий крик ужаса сквозь плотную ленту разносится по всем апартаментам, его глотка разрывается от боли, а глаза готовы выпасть из орбиты. Кровь брызнула фонтаном, впиваясь в лица стоящих позади альф, своими ногтями намертво впившийся в его плечи, чтоб не вырвался, содрогаясь лишь от вибрации самой пилы. Альфа поднажимает на пилу, подгоняя сильнее к плоти, создавая уродливые дыры на теле и разлетающиеся по всем сторонам клочки оторванного мяса. Не переставал дробили тело альфы до тех самых пор, пока это самое «тело» не стало походить на раздробленную кашу.

***

— Там всё чисто, — сзади раздаётся басистый голос. Все альфы в помещении оборачиваются на него, — Тебя не запалят, — альфа, сложив свои руки в карманы бежевых камуфляжных карго, проходит внутрь и с безэмоциональным выражением лица оценивает обстановку вокруг себя. Кровь массово разбрызгана по стенам, под ногами образовались кровавые лужи вперемешку с ошмётками человеческой кожи. Глазами натыкается на изодранный труп, разложенный на своих же вывалившихся наружу дробленых органах. — Не сейчас, Энди, я только начал, — вытирает белоснежным полотенцем окровавленные руки и лицо, — Заносите следующего, — приказывает. — А с ним что делать? — один из альф кивнул на труп. — Выкиньте его к моим псам, у них сегодня будет вкусный ужин, — достаёт из кармана карго свой смартфон и в книге контактов ищет нужный номер. Быстро набирает сообщение и отправляет получателю. Закидывает смартфон обратно в карман и смотрит, как к входу тащат нового пленного. «Прости, сегодня не получится».