Skrios

- Хороший фильм, отвлекает от своих проблем, - сказала Нери, похрустывая попкорном. На экране появляются титры и все по очереди сладко зевают. Не думаю, что в этом на этот раз виновата девушка. Не скажу, что помню, о чем был фильм, который мы только что смотрели. Я всё ещё пребывал в мыслях, которые всплывали у меня в голове после разговора с Ремой и после сегодняшнего школьного события. Я пытался разобраться в том, почему меня это так задело. Ладно. Хотя бы то, что Эллиот вроде бы был влюблён в меня не так давно, а теперь уже крутит с другим. Правда, слова Брайта про то, что он очень влюбчивый всё объясняют. Возможно, мне обидно, что я оказался так быстро забыт, и это ранит моё самолюбие. А ещё мне кажется, что у Эллиота нет чувств к Остину. Если, конечно, это тоже не продиктовано моим самолюбием. Из мыслей меня выдернул Рема: - Нам надо тренировать свои способности, - неожиданно резко сказал он. Двое, сидевшие по моё левое плечо, повернули головы в сторону Брайта, и я увидел две пары округлившихся глаз, которые знали, что мы когда-то заговорим об этом все вместе, но явно не сегодня. - Ты хочешь сейчас об этом поговорить? - спросила Нери, включая светильник. - Мы уже сегодня начинали говорить об этом с Адамом, без вас... Я просто пытаюсь сказать, что это важно. У нас есть преимущества, которыми мы не вполне владеем... - Да, это так, но с чего прикажешь начать? Например, я не знаю, как мне развивать способность. Я не знаю, что ещё можно интересного делать с цветами, как не растить их? - поинтересовался Эллиот, сидевший ко мне ближе всех. - Ты когда-нибудь имел дело с ядовитыми цветами или сорняками? – встрял в разговор я. Эллиот повернулся ко мне всем корпусом, удобно для себя согнув ноги. Он был весь во внимании. - Нет, - взволнованно произнёс он. Ребята наклонились в нашу сторону ещё ближе, будто нам придётся перейти на шёпот, несмотря на то, что у меня дома никого больше не было. - Что тебе мешает начать с сорняков? Это не редкие растения, содержащие яд, их можно найти где угодно, - я улыбнулся, поражаясь собственной идее. В очках Флауэрса блеснули фары грузовика, с шумом проезжавшего по тёмной улице в окне, находившемся за моей спиной. Или это просто его глаза блеснули, и грузовик был не при чём. - Почему я раньше не догадался? - спросил сам себя Эллиот, удивлённо смотря на меня, - я ведь могу заставить колючки расти такими большими, что они будут протыкать ботинки врага насквозь! Или можно в глаза брызгать молоко одуванчика, которое я могу попробовать научиться добывать литрами за короткое время. Правда я не помню, безопасно ли это. Но я поищу в интернете! Адам, ты супер! - Эллиот машинально заключил меня в настолько благодарные объятия, что я даже на секунду другую прикрыл глаза, незаметно погладив его по спине. Рема слегка кашлянул, смотря на меня и приподняв брови. Я вспомнил наш с ним разговор и нелепо отстранился от Эллиота. Он продолжал скромно улыбаться, а я пытался не сделать так, чтобы мир остановился. -Мне нужно кое-что проверить, - сказал я и направился в сторону двери под каким-то укоряющим взглядом Ремароса. Закрывшись в ванной комнате, я достал пачку сигарет и обнаружил её пустой. Это меня выбесило, но я решил не заострять на этом внимание, чтобы не занервничать ещё больше. Что происходит? Мой пульс начал немного пошаливать, я пытался размеренно дышать, чтобы его остановить, но, думаю, пока я был в ванной, там, в комнате, ребята на полминуты таки застыли в одной позе. Мне нужно было время, чтобы подумать. Я решил, что это время не сейчас и, усмирившись, вернулся обратно в комнату. Ребята по-прежнему обсуждали свои способности. - Эй, Адам, знаешь, что мы придумали? Как вариант, я бы могла попробовать научиться усыплять определенного человека. Что ты об этом думаешь? - Неплохая идея! Надо пробовать. Пробовать, пока мы не найдём зацепок в собственных способностях! Когда мы их найдём, то поймём, в какой области стоит развиваться, - спокойно сказал я, пытаясь смотреть только на Нери. - А у меня всё легко, я буду насильно заставлять рыб делать то, что я захочу, - с хохотом поделился Рема и хлопнул Эллиота по плечу (лишь потому, что тот сидел рядом, а Реме хлопок представлялся необходимостью для своих правдивых, но смешных по смыслу слов). - А у тебя какие планы насчёт своего дара? - как ни в чём не бывало спросил Флауэрс. Я пожал плечами. Мне не хотелось думать об этом сейчас. Нери подскочила с дивана, смотря на свой мобильник, и пошатнулась от подступающей сонливости: - Я, наверное, пойду домой, уже поздно. Рема встал вслед за подругой: - Мне тоже пора идти. Ехать долго, а я ещё планировал заскочить к Ханне, пожелать спокойной ночи, - Рема уже начал надевать свой рюкзак и большущие гады. Эллиот молчал. Он никуда не торопился. Я посмотрел на Рему обречённым взглядом, которым я ни на кого раньше не смотрел, ведь у меня раньше не было друзей, готовых помочь. "Прости, приятель, мне правда пора", - шёпотом сказал Ремарос и застегнул куртку. Нери уже стояла у двери, жуя кофейное зерно. Она стала их носить с собой с недавних пор. - Ладно, нам пора, не скучайте, до завтра! - махнув зеленью на голове, девушка развернулась и захлопнула дверь моей комнаты за собой и своим другом. Через пару секунд дом наполнился тишиной. Я смотрел на спину Эллиота, читавшего один из моих журналов, и думал, что же мне делать. Не выгонять же его. Было слышно, как он дышит и перелистывает страницы. На затылке его топорщилась одна небольшая прядка, которую мне так хотелось поправить, но я так и не сделал этого, продолжая стоять у двери своей же комнаты. Я вдохнул и сел рядом с Флауэрсом. - Я не так часто говорю: "Нам надо поговорить", но... Нам надо поговорить, - нарочито уверенно сказал я, чем заставил Эллиота спокойно закрыть журнал и посмотреть мне в лицо. Он не торопился отвечать и просто изучал мои глаза, то щурясь, то любопытно разглядывая глубину черноты моих зрачков. - Ну, говори, - сказал он, и снова наступило молчание, прерываемое лишь нашим дыханием. - Я... - я был сбит с толку, забыв, с чего хотел начать. Мне многое хотелось спросить, многое поведать, порассуждать, понять, что правильно, а что нет, но вместо всего этого я не глядя погасил свет. Флауэрс незаметно подвинулся ближе, с его коленей повалился недочитанный журнал, но ни один из нас не дрогнул, чтобы посмотреть на него вниз. Мне казалось, что время останавливается, потому что я слышал, как в висках что-то пульсировало. Я вдохнул его запах, он пах каким-то цветком, но, так и не поискав в голове название этого цветка, я утонул в нём. Эллиот несмело коснулся моих губ, на что я не выдержал и повалил его на весь периметр дивана, я целовал его с таким желанием, с которым не целовал никого, он трогал мою спину холодными руками, и у него не получалось снять с меня футболку. Я сидел на нём и чувствовал ритм его дыхания. Но отчего же я не остаюсь один во времени? Почему мир ещё не остановился, ведь так моё сердце не билось даже во время бега? Его губы были такими хрупкими, я целовал его с осторожностью, мне казалось, что он вот-вот растает, и я останусь один. Но не тут-то было, он проявил напористость, и теперь я уже находился на спине. Этот человек удивляет меня каждый день. За окном послышались звуки дождя, капли с шумом падали одна за другой на крышу дома, создавая симфонию повторяющихся смешанных звуков. И вдруг всё замолкло. Я заметил, что целую тёплый манекен. "Как вовремя", - с горькой насмешкой подумал я. Эллиот не так уж сильно на меня давил своим телом, поэтому я решил остаться в этой приятной позе прежде, чем я успокоюсь и время придёт в норму. Кажется, вот то драгоценное время для того, чтобы подумать, о котором я так просил. Уже через минуту я понял, что думать, пока над тобой нависает полураздетый парень, невозможно. Мне так хотелось быть с ним, но что-то мешало. Что? Хотя бы тот факт, что еще утром он, весело улыбаясь, целовался с Остином. На этих словах меня опять чуть скривило. Почему я всегда отказывал ему, а сейчас произошло то, что произошло? Я не мог найти ответ. Мне хотелось снова поцеловать его. Казалось, что у меня есть сотни шансов проверить, что я к нему чувствую, он был весь в моём распоряжении. Но я лишь поцеловал его бездыханные губы снова. Он был очарователен по своему существу, как ангел. Я снял с себя футболку и продолжил ждать, пока нормализуется сердечный ритм. Не знаю, долго ли ещё я лежал, разглядывая нависающего надо мной блондина, его приспущенные ресницы, выпирающую ключицу, напрягшиеся вены слабых рук... Мне было жаль его, ведь я не думал, что достоин быть сейчас под ним. Мы никогда не сможем встречаться. Даже если он оставит Остина. Он тут вообще не причём, мне кажется. Здесь дело в нас. Кажется, в этот момент меня осенило: этот театр с утра, это всё для меня, чтобы заставить меня ревновать! Я вылезаю из-под застывшей статуи блондина, натягиваю на него его полуспущенные джинсы и, поцеловав его в щёку, выхожу из квартиры на улицу. Я не могу так же прождать ещё полчаса.