Побег души

       Маркус гнал по трассе. Эти двое не могли слишком далеко уехать. Вообще, вся эта ситуация с побегом Хлои выбила его из себя, и он был готов разорвать её на части, как только найдёт.        Маркус любил своего сына и делить его с этой дурой он его не собирался. Всем известно, что мальчишке будет лучше у него, а теперь ещё и закон будет на его стороне, потому что эта идиотка сама себе подписала смертный договор.        Однако, он не ожидал, что хирург окажется таким проворливым. Ему удалось его усыпить, а эти остолопы, ползующие по лесу, даже не заметили, как они уезжали. Говорили только про какие-то странные звуки, похожие на вой волков.        Никогда никому нельзя доверять. Пирс усвоил этот урок навеки, пока гнался по магистрали с мигалками. Это давало ему много преимуществ.        Ориентировки, распространённые по всей стране, также помогали, потому что ему поступило сообщение, что этих двоих видели в кафе в одной из деревень, только, как только он туда приехал, там уже никого не было.        Он поехал по направлению, которое указал ему повар и указал на всех постах номер машины, но дальше пятидесяти метров проехать не успел, когда его окружили чёрные внедорожники, из которых повылезали люди в чёрном. Он даже усмехнулся про себя, думая, что всё разрулит, но, когда узнал, что это люди президента, и что его посадят, понял, что попал по самое не хочу.        Маркус злился. Он был в ярости на свою, теперь уже бывшую, жену. Его посадили вместе с другими зеками, которых он когда-то даже видел. Некоторые насмехались над ним, кто помнил его, некоторые смотрели с презрением. — Это правда, что ты насиловал свою жену на протяжение десяти лет? — спросил один из них, разминая костяшки пальцев. Пыл поутих, когда он понял, что здесь он может быть даже слабее тех, с кем находится. — Она сама виновата, — возразил мужчина, — Она изменяла мне! — У нас есть другая информация, — продолжил второй. Всего мужчин было пятеро и все они явно были накаченными и натренированными физическим трудом, — В любом случае, чтобы не сделала эта женщина, у нас есть свои правила, и мы не принимаем насильников.        Он слишком быстро ударил Пирса в живот, отчего он сложился пополам. Пиво явно не шло ему на пользу и лишь усугубляло ситуацию. Раньше, когда он жил с Хлоей, он мог самореализоваться за счёт её тела, сейчас он понимал, что не выиграет в этом бою.        Он не чувствовал своего тела, когда его нашли избитым на полу. Никто не сожалел ему, его просто утащили в лазарет, положили на железную кровать и ушли, оставив дожидаться врача. Впервые в жизни, он, вдруг задумался, как, должно быть, паршиво чувствовала себя его жена, когда оставалась лежать на полу или на кровати, размазанная, словно бы некчёмная кукла, и захлёбывающаяся своими же слезами.        Он совершил огромную ошибку. Совершал её на протяжение десяти лет. И ему нужно было лишь пару часов заключения, чтобы понять, каким уродом он был. Увы, теперь ему это так просто с рук не сойдёт.

***

       Хлою выписали через два дня после всех проведённых процедур. Никаких последствий не оставалось, рана от шва на её животе ещё сильнее подзатянулась и они собирались возвращаться обратно в Лос-Анджелес.        Люцифер не верил в то, что всё могло просто так закончится. Информацию о том, куда делся Маркус, ему так ещё и не поведали, а люди, которые приходили зачем-то их навестить, были не очень-то приветливыми.        Вещей осталось совсем немного. Некоторые сгорели в том доме, некоторые были грязными, и не хотелось их возвращаться в прежний вид, чтобы они не напоминали об этом путешествие. Сама поездка была достаточно продуктивной и даже немножечко забавной, но всё же были моменты, которые не хотелось бы вспоминать и эти вещи напоминали именно их.        Фредди ни на шаг не отходил от матери, постоянно сидя с ней на кровати и несильно обнимая, чтобы не зацепить провода капельницы. Люцифер успел позабыть, какого это, наблюдать за тем, как она общается со своим ребёнком. Эти горящие глаза, счастливая улыбка, а самое главное, что за всё время, проведённое здесь, она хоть немного стала порозовее. Не было больше той смертельной бледности, и хватка её стала немного крепче, что не могло не радовать. — Ты готова? — спрашивает её Морнингстар.        Пенелопа, Ричард и Фредди сняли номера в отели, чтобы можно было там хотя бы переночевать, тогда как Мейз отправилась к себе домой, попрощавшись со всеми. Она не могла скрывать тот факт, что также рада, как и все остальные, что весь этот кошмар закончился, но планку сильной, независимой и строгой всё равно продолжала держать.        Хлоя переоделась в чистую футболку и свободные брюки, чтобы не сдавливать живот. Всё почти затянулось и, по сути, она могла бы уже надеть и джинсы, но с Люцифером она чувствовала себя свободной, ни к чему непринуждённой, поэтому и не было необходимости одеваться во что-то, чтобы привлечь его внимание. — Почти, — ответила она, запихивая в сумку последнюю футболку. Она с лёгкостью застегнула молнию, села на кровать и стянула тугую резинку с волос, распуская их каскадом по спине.        Люцифер подошёл к ней, взяв в ладони её лицо и приподнимая так, чтобы была возможность коснуться губами её лба. Температура её тела также стала нормальной, и даже постоянно холодные руки, вдруг немного потеплели, и больше не обжигали своим холодом. — Ты точно уверена, что хочешь обратно ехать на машине? Мы ведь можем теперь спокойно вернуться на поезде или на самолёте. — Точно, — заверяет его Хлоя, — Мы столько красивых мест проезжали, на которые я так и не обратила внимание. Я хочу снова посмотреть на это и испытать яркими красками, не думая о том, что нас могут поймать, — Люцифер притянул её к своему боку, усаживаясь рядом. — Как скажешь, любимая, — соглашается он, — Ты ведь знаешь, что я сделаю всё, о чём ты меня попросишь. — Знаю, поэтому и прошу, — усмехается она, прикрывая глаза.        Ещё полторы недели назад, она и не представляла, что когда-нибудь будет так спокойно сидеть, не бояться своего мужа, не думать, насколько вкусный получился обед и как спрятать заметные синяки. Сейчас всё было по-другому. От синяков не осталось и следа, она чувствует себя куда свободнее, а самое главное, что она действительно счастлива.        Они выходят из здания больницы, когда там уже собрались все провожающие. Пенелопа с Ричардом полетят обратно на самолёте, а вот Фредди захотел остаться с мамой, потому что боится, что что-то снова может пойти не так.        Они собирались уже разъезжаться, когда у ворот больницы остановился один из знакомых чёрных внедорожников. Люцифер инстинктивно задвинул к себе за спину Фредди и Хлою, встав впереди них с явной готовностью вступиться за них, если понадобится. Но, как только с заднего сидения вылез президент страны, стало понятно, что его всё же услышали. — Люцифер Морнингстар — потрясающий хирург Лос-Анджелеса, который спас мою жену от смерти. Приношу свои искренние извинения, что сразу вас не узнал, — говорит он, подходя ближе, — Ваш поступок действительно отважный: спасти женщину с ребёнком… — Спасти любимую женщину с ребёнком, — поправляет он, улыбаясь.        Байден расплывается в доброй улыбке. Ему это напоминает, как он познакомился со своей женой. У них, конечно, не было погони, попыток добраться до президента, но он также долго добивался её. — Я рад, что теперь у вас всё в порядке, — говорит он, — Мой долг перед вами выполнен, но, честно говоря, я всю жизнь буду вам благодарен, так что я всегда к вашим услугам, — продолжает мужчина. — О, срань Господня! — восклицает Фредди. — Это ж настоящий президент, чёрт возьми! — Фредди, язык! — возмущается Хлоя, слегка ударив мальчика по руке. Тот ойкает, прикрывая рот рукой, но это лишь вызывает усмешку со стороны президента. — Что насчёт Маркуса Пирса? — спрашивает Люцифер. — Он там, где ему и место, — просто отвечает мужчина, отходя назад, чтобы сесть в машину, — Прошу прощения, работа президента не разрешает мне проводить много времени с друзьями и знакомыми. — Спасибо вам, — говорит Морнингстар, притягивая Хлою к своему боку, а с другого Фредди. Байден лишь смущённо опускает голову вниз, потому что понимает, что это он должен быть им благодарен. — Берегите себя, — молвит он, прежде чем дверь за ним закрывается. Внедорожник сдвигается с места и перед ними никого больше нет. — Я тут подумал, — вдруг начинает Фредди, — Быть может я всё же полечу с бабушкой? — Что случилось? — удивляется Хлоя. — Ты передумал? — Я подумал, что вам нужно время, чтобы провести его вместе, — продолжает мальчик, — А я не хочу вам мешать. — О, сорванец, ты нам никогда не мешал, — вмешивается Люцифер. — Знаю, но я хочу, чтобы вы провели это время вместе, — он отходит от них ближе к Пенелопе и Ричарду, улыбаясь, — К тому же я доверяю тебе, Люцифер, — он подмигивает ему и Хлоя для себя подмечает, что её сын с каждым днём становится всё взрослее. От этого даже как-то грустно становится. Раньше она этого не замечала, всегда считала его своим маленьким мальчиком, но стоило всего одной страшной ситуации придти в их жизнь и затянуть его с собой, как он стал совершенно другим ребёнком. — Хорошо, но веди себя прилично, — отвечает Деккер, слегка наклоняя голову, чтобы поцеловать сына в лоб, — Я люблю тебя. — А я тебя, — Фредди обнимает мать за талию, вдыхая такой родной запах. Он так сильно скучал по ней всё это время, но он знает, что у них ещё есть целая жизнь для того, чтобы наверстать упущенное.        Когда они разъезжаются, больше нет ощущения, что они прощаются навсегда, как тогда возле дома Мейз. Хлоя знала, что ей ещё долго будет сниться в кошмарах, как она оставляет своего ребёнка с незнакомыми тогда людьми и уезжает, так и не вернувшись. Она пообещала ему тогда, что вернётся за ним, но ситуация была такова, что, если бы президент не вмешался, ещё неизвестно, сколько бы она так протянула, и смогли бы они вернуться за ним.        Люцифер снова садится за руль и ждёт, когда она пристегнётся. Они в той же машине, в которой провели весь свой путь и теперь она выглядит совершенно по-другому. Кожаные сидения мягкие и гладкие, салон выглядит куда приятнее, но последние дни всё равно вспоминаются, когда она ёрзает на месте и смотрит в окно.        Хлоя знает, что скоро они будут уже дома, скоро всё встанет на свои места, ведь уже сейчас стало легче дышать. Солнце светит в глаза и она щурится, улыбаясь и смотря в окно, на пролетающий мимо лес. Больше нет ощущения, что за ними кто-то гонится, больше нет страха где-нибудь остановиться, а самое главное, они заезжают на нормальную заправку через десять километров, чтобы заправиться.        Она сидит в машине, когда Морнингстар уходит платить за бензин, и в такие минуты, когда она находится одна в своих мыслях, становится страшно, что всё может закончится. Грустно от того, что всё закончилось и она не знает, как будет проходить их жизнь дальше. Их связывала дорога, они полюбили друг друга в дороге. Что, если кому-то из них не понравится жить вместе в повседневной жизни?        Из мыслей её вырывает Люцифер, вернувшийся с двумя хот-догами в руках. Она усмехается и опускает взгляд на свои руки, покоящиеся на коленях. Он никогда не перестанет делать всё, чтобы накормить её. Ей иногда кажется, что даже тогда, когда её вес превысит норму, он всё равно будет считать её слишком худой. — Спасибо, — улыбается она, принимая еду. Чтобы там она не думала, но есть хотелось действительно. На удивление даже сильнее, чем обычно. — Следующая наша остановка останется для тебя секретом, — подмигивает он, поворачивая ключи и заводя машину. Деккер с подозрением смотрит на него, но ничего не говорит, соглашаясь на то, чтобы это действительно было сюрпризом.        Они останавливаются в кукурузном поле, в котором она хотела провести время в нормальном состоянии. Однако, первый взгляд на него напоминает ей только то, как её выворачивало здесь где-то наизнанку.        Люцифер держит её за руку, пока они проходят вглубь. У него подмышкой свёрнутый плед, который он расстилает где-то в середине поля и они ложатся на него, смотря в небо. — Сегодня даже погода радуется за нас, — усмехается она, наблюдая за кристально чистым небом. Солнце согревает кожу и придаёт ещё большего спокойствия. Все проблемы решены, все страхи, хоть и не ушли до конца, но уже в процессе исчезновения.        Хлоя переворачивается на бок и кладёт голову ему на грудь, плотно зажмуривая глаза. Она ещё не до конца осознаёт, что всё закончилось, но эмоции уже есть. — Спасибо, — вдруг говорит она, — За всё, что ты сделал, за то, что терпел все мои истерики и за то, что тебе приходилось держать меня и смотреть на весь этот ужас… — Прекрати, — просит он, разворачиваясь к ней. Он нежно целует её в лоб и улыбается, — Ты не должна благодарить меня за то, что входило в мои обязанности. Я люблю тебя, и я сделаю всё для того, чтобы ты была счастлива.        Его рука пробирается ей под футболку и гладит по нежной коже спины. Когда-то там были ужасные синяки, приносящие ей боль, от которой она вздрагивала, сейчас она лишь сильнее прижимается к нему, крепко обнимая.        Воспоминания о том, какой он нашёл её в тот день, приводят его в ярость, и ему кажется, что простого человеческого наказания этому ублюдку недостаточно. Его девочка, его любимая Хлоя, столько всего вытерпела, столько всего перенесла, а он всего-лишь теперь сидит за решёткой и наслаждается тюремной жизнью.        Однако, для того, чтобы успокоиться, у него всегда была Хлоя. Живая, здоровая и теперь действительно его. Такая любимая и родная, что он вряд ли теперь сможет и день провести без неё.        Он осторожно задирает её футболку, оголяя живот и припадает к нему губами, оставляя поцелуи на каждом участке тела. Он аккуратно касается раны, сцеловывает непрошеные слёзы с её лица, переходя к губам, таким сладким и нежным. И как Маркус только мог поднимать руку на неё? — Ты больше никогда не испытаешь тех чувств, которые приносил тебе Пирс, — молвит он, целуя её лицо, — Я сделаю всё, чтобы ты не забывала, насколько сильно я тебя люблю, буду любить и никогда не оставлю одну, — он зачёсывает её волосы назад, в то время, когда она начинает целовать его. — Я так безумно тебя люблю, — говорит она ему, — Чтобы там не произошло в будущем, я всегда буду любить только тебя. — Любимая, — он проводит носом по её, дрожа всем телом от желания оказаться в ней, подарить ей незабываемые ощущения, но также понимает, что сейчас совсем не время для этого, и не место. Она должна почувствовать себя любимой и желанной в мягкой постели, усыпанная заботой и нежностью, а не в поле, где растёт кукуруза. — Люцифер, — шепчет она. — Я здесь, — он целует её шею, когда она запрокидывает голову назад, а потом ложится на спину, перетягивая её на себя. Её голова лежит на его плече, и он тихонько массирует её голову, расчёсывая пальцами непослушные прядки волос. Кажется, что он никогда не устанет просто держать её в своих руках, просто быть рядом и любить её, как будто она единственная, кто есть на планете, как будто она — его воздух. Она — его всё.

***

       Уже за полночь, когда они едут по трассе. Теперь уже по освещённой и не под сто километров в час, спокойные и не думающие ни о чём. Хлоя склонила голову набок к окну, прикрыв глаза лишь на мгновение, и Люцифер усмехнулся, когда заметил, как выравнилось её дыхание. Ещё за полчаса до этого она уверяла его, что не уснёт до ближайшего отеля, и вот она — крепко спит, слегка приоткрыв рот.        Морнингстар убавляет громкость музыки и продолжает вести машину, следя за дорогой. Рядом с ними почти никого нет, иногда лишь пролетают какие-то гонщики, и то, раз в полчаса, а то и меньше. Навигатор показывает, что до ближайшего отеля осталось совсем немного, а его глаза уже у самого начинают слипаться.        Он сворачивает на нужную им дорожку и проезжает ещё немного по неровному асфальту, останавливаясь напротив двухэтажного здания. Отзывы об этом отеле не такие уж плохие, и для одной ночи, ему кажется, этого будет вполне достаточно.        Ему приходится разбудить Хлою, хоть он и не хотел этого делать, но нести её и их вещи он точно не смог бы, поэтому он минут пять слушает то, как она пытается проснуться. — Давай, родная, нужно пройти всего ничего и ты ляжешь в мягкую постель, — подбадривает он её, пока они шагают ко входу. На ресепшене их встречает пожилая, но с виду добрая, женщина, мило улыбающая, когда они говорят, что им нужен один номер на двоих.        Хлоя держится на сгиб его локтя, когда они поднимаются по лестнице и первая уходит в душ, расположенный прямо в номере. Это дорожный отель, но выглядит он достаточно престижно.        Они договариваются, чтобы она не ждала его, пока он помоется, поэтому, когда он выходит из душа, Хлоя уже крепко спит, обнимая скомканное между ног одеяло. Она выглядит такой спокойной и умиротворённой, отчего его сердце обливается теплом по отношению к ней. Ещё вчера они не знали, смогут ли вернуться обратно и не загреметь в тюрьму, а сейчас он смотрит на неё и понимает, что всё закончилось, что она больше не будет страдать, что уже совсем скоро они будут дома жить спокойной жизнью.        Он забирается рядом с ней, осторожно притягивая её к себе. Она придвигается к нему ближе, обнимая в ответ и утыкаясь носом в его обнажённую и распаренную после душа грудь. Её губы слегка касаются кожи, и он не может быть ещё более счастливым.

***

       Сквозь сон он слышит какие-то странные шорохи и то, как его грудь постепенно становится мокрой. Он слышит звуки, больше похожие на всхлипы и распахивает глаза, когда его руку крепко сжимают в тисках.        Хлоя ворочает головой в разные стороны, сжимая пальчиками его руку с закрытыми глазами. Это достаточно больно, когда её ногти впиваются в кожу, но всё уходит на второй план от понимания, что ей снится кошмар. — Хлоя, — он фиксирует её в одном положении, нависая над ней сверху и осторожно встряхивает за плечи, — Малыш, проснись. Это всего-лишь сон. Плохой сон, маленькая.        Он ловит её в свои объятия, когда она просыпается, крича его имя, словно пытаясь найти его. Он прижимает её к своей груди, раскачиваясь в разные стороны и шепча что-то на ухо, слышное и понятное только ему самому. — Люцифер, — шепчет она, жмуря глаза и он чувствует её мокрые ресницы на своей груди. — Это я, я здесь, — подтверждает он, — Это было плохим сном, любимая. Всё хорошо.        Он примерно понимает, что могло ей присниться, и сейчас самым главным было успокоить её, убедить в том, что всё закончилось, что он рядом и никогда больше никуда не отпустит, никому не отдаст и будет оберегать до конца своей жизни.        Люцифер целует её в макушку, опрокидываясь обратно на подушку и утягивая её за собой к себе на грудь. Она кладёт на него щёку, тихонько всхлипывая, пока он водит успокаивающими кругами по её спине. — Я рядом, — бормочет он ей, — Я всегда буду рядом. Тебе больше нечего бояться.        Они снова засыпают через полчаса, и просыпаются уже только утром, когда их будит будильник. Он специально был заведён, чтобы продолжить свой путь с самого утра, но сегодня ночью случилась непредвиденная ситуация и они решили остаться здесь ещё на одну ночь. Всё же им нужно немного отдохнуть, и два дня, проведённые в больнице, не смогли им этого дать.        Почти весь день они провели в постели, и почти весь день она спала. Люцифер проводил своё время в телефоне, проверяя сообщения в соц.сетях, листая новостные ленты, смотря какие-то странные видео на ютуб, лишь изредка отвлекаясь на Хлою и наблюдая за её сном. Дорога вымотала их, они почти полторы недели были в дороге, убегали от погони, пытались справиться с неожиданным отравлением, не удивительно, что сил больше не оставалось.        Ближе к вечеру, Морнингстар всё же разбудил её, пытаясь сделать это с предельной осторожностью, покрывая поцелуями её лицо и бормоча о том, что им стоит пойти покушать. Хлоя бурчала что-то о том, что не хочет, но он всё же настоял на своём.        Переодевшись в повседневную одежду, собрав волосы в хвост, они всё же спустились в столовую. — Мне кажется, что я готова проспать целую вечность, — пошутила Деккер, когда перед ней поставили поднос с едой. Последний раз, когда они так обедали в кафе, она не имела возможности даже сама себя накормить, сейчас вилка была в её руках, а горячая паста настолько приятно пахла, что она, наверное, вспомнила о всех своих голодных днях, чтобы запихнуть в себя всё и сразу.        Люцифер улыбался, наблюдая за ней. Она возвращалась в саму себя, в ту, которой была до встречи с Маркусом. Хотелось бы, чтобы и Фредди сейчас был здесь, чтобы он также мог увидеть свою мать счастливой и беззаботной.        Он пытается не думать о том, как она жила раньше, о десяти лет, когда эта хрупкая девушка терпела все издевательства. Похоже, это ему уже нужно к психотерапевту, потому что он не может даже думать о том, что ей было больно, что кто-то мог причинить ей столько вреда. Вчерашних поцелуев было недостаточно, и он должен восполнить все те моменты, которые она потеряла.        Люцифер знал, что Хлоя часто выбиралась с сыном на пляж и ходила по берегу, смотря за ребёнком. Она призналась ему, что в последний раз заходила в воду глубже щиколоток, когда ещё была беременна Фредди, после этого было некогда, а потом постоянные синяки на теле заставляли её пренебрегать этой потребностью. Первым пунктом назначения, когда они вернуться в Лос-Анджелес, будет пляж. Она должна это почувствовать вновь. — Я рад, что у тебя, наконец-то, появился аппетит, — он улыбается, не имея возможности оторвать от неё взгляд. Это, вообще, нормально, что он готов смотреть на неё вечность, и не хотеть больше никого, кроме неё? Он не выглядит, как маньяк? Не хотелось бы, чтобы Хлоя испугалась его в такие моменты. — Это правда очень вкусно, — отвечает она, заправляя распущенные волосы за ушко. В свете уходящего солнца, с лёгким румянцем на щеках, она выглядела прекрасно, и это было самым лучшим, что могло произойти за этот период, который они провели в бегах. — Хочешь что-нибудь ещё? — спрашивает он. — Нет, этого будет достаточно, — смеётся Деккер, — Я знаю, о чём ты думаешь, но, если ты будешь скупать все кафе и рестораны, я скоро превращусь в огромный ком и не смогу пройти в дверь. — Моя дорогая, ты никогда такой не станешь, уж, поверь мне, — усмехается он, взяв её за руку через стол и поглаживая нежную кожу большим пальцем, — То, какой я тебя забрал от него, очень долго теперь будет в моей памяти, и ты должна знать, что я хочу только лучшего для тебя, и для Фредди. Я так люблю тебя, что готов звезду с неба для тебя достать, лишь бы ты не переставала улыбаться, любовь моя.        Хлоя смущённо опускает взгляд вниз. Люцифер умел говорить приятные слова, она знала его, как никто другой, и он всегда проявлял свои чувства какими-то действиями. В последнее время, это стали и слова. Она понимала, что всё, что он говорит — сущая правда, но страх, такой липкий и ужасный, что всё это может оказаться сном, или всё это рано или поздно закончится, всё равно оставался при ней. Маркус оставил огромный отпечаток на её душе своими издевательствами и ей нужно больше времени, чтобы начать так сильно снова кому-то доверять.        Они пришли к единому мнению, что теперь пара, но на большее она, пока что, не готова. Морнингстар предложил жить вместе, и это было единственное, на что она действительно согласилась. Чтобы понять, смогут ли они действительно продержаться в этих отношениях дольше полугода, они должны пожить вместе. И с Фредди, который очень хорошо отреагировал на их сближение.        Люцифер держал её за руку, когда они поднимались обратно наверх. Лестница не была крутой, но достаточно неудобной, поэтому он всегда старался её придерживать, наслышанный историями, как многие посетители падали с неё.        Хлоя внимательно смотрела под ноги, но резкий грохот упавшего подноса с ресепшена, заставил её подпрыгнуть на месте и её нога соскользнула со ступеньки. Морнингстар отреагировал мгновенно, перехватывая её за талию и нависая над ней. — Всё в порядке? — шёпотом спрашивает он, когда их лица находятся друг от друга в миллиметре. — Да, — сердце бешено колотится в груди от страха, потому что она уже была готова упасть. Про то, что рядом с ней Люцифер, который не позволит этому произойти, она вовсе забыла. Для неё было большим удивлением, когда его крепкие руки задержали её от падения, — Спасибо.        Он улыбнулся ей, касаясь своими губами её. Он также испугался, как и она, только не грохота, а того, что не успеет поймать её. Ему срочно нужно что-то сделать, что позволит ему не реагировать так резко, когда с ней что-то происходит. Если так продолжится, то их отношения будут совершенно не такими, как должны быть.        Они поднимаются в номер и Хлоя выглядит уже достаточно спокойной, это у него сердце до сих пор бешено стучит в груди, как будто это не она сейчас едва ли не сломала себе всё, что только можно. И кажется, что Деккер замечает это. — У тебя всё в порядке? — спрашивает она, усаживаясь на кровати и складывая руки на коленях. Он поднимает на неё взгляд и снова улыбается. С ней всё в порядке, она не такая хрупкая, как ему казалось. — Да, в полном, — отвечает он, резко уходя в ванную. Хлоя смотрит на него с недоумением и, кажется, понимает, в чём дело. Он привык к тому, что она постоянно плохо себя чувствовала в поездке, и теперь ему страшно, что он отвернётся на мгновение, и именно в этот момент с ней что-то случится.        Девушка поднимается на ноги и подходит к двери, которую он забыл закрыть. Люцифер склонился над раковиной, поставив руки на неё и глубоко дышал. Это всё просто нужно пережить, эта поездка заставила изменить многое, но она готова помочь ему справиться с этим, как когда-то он заботился о ней. — Милый, — она подходит ближе и кладёт ладошку ему на плечо, отчего он резко дёргается и оборачивается на неё. Она опускает взгляд вниз и улыбается, перед тем, как продолжить, — Я знаю, о чём ты думаешь и чего ты боишься, но хочу сказать, что со мной всё будет в порядке. В этой поездке я… скажем так, предстала перед тобой в отвратительном виде и ты теперь думаешь, что должен сделать всё возможное, чтобы такого больше не повторилось. Но такого не повторится. Нет. Я, конечно, всё ещё могу отравиться чем-нибудь, — она смеётся, вспоминая его лицо, когда он впервые остановился на обочине, — Но и ты тоже. Мы всего-лишь люди, мы ни от чего не застрахованы. Но тебе не стоит переживать, что я развалюсь от дуновения ветра, — она обнимает его, прижимаясь щекой к его спине, — Я буду стараться больше не пугать тебя так сильно.        Он опускает взгляд на её руки, обвившие его тело и улыбается, положив свои большие поверх её маленьких и слегка сжав. Её ладони наконец-то не были такими холодными, как раньше и он смог немного, но придти в себя от этого ощущения. Она в порядке, она не развалится, она не умрёт. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он у неё, чтобы убедиться, что все показатели в норме. — Хорошо, — отвечает она, ещё сильнее прижимаясь к нему, — У меня нет температуры, я не собираюсь обниматься с унитазом и мой шов уже практически прошёл. Если ты мне не веришь, ты можешь проверить сам.        Она отходит от него на несколько шагов и задирает край футболки, оголяя живот. Маленькая красная полосочка всё ещё осталась, словно небольшой шрам, но и она скоро пройдёт. Скоро на её теле не останется ни следа прежней жизни.        Люцифер осторожно проводит указательным пальцем около полоски и она чувствует, как дрожат его руки, но его действительно устраивает, как идёт процесс заживления. — Я просто очень надеюсь, что мне больше не придётся видеть твою брюшную полость изнутри, — усмехается он и тянет её к себе. Морнингстар вдыхает аромат её волос, которые она вымыла отелевским шампунем, но всё равно продолжала быть такой родной и любимой. — Я тоже, — соглашается Деккер. Ей бы хотелось пошутить над ним, но сейчас и в ближайшие несколько месяцев эти шутки будут совершенно неуместны. Они должны будут привыкнуть в их новой и спокойной жизни. И пускай это займёт больше времени, чем хотелось бы, но они сделают это вместе, как делали раньше. Теперь они — одно целое.