Ты должен жить!

Вещи уже были собраны в большой, видавший виды рюкзак. Осталось только запереть дверь. Андрей последний раз посмотрел на резко опустевшую квартиру. Сколько дней его не будет? Пять? Десять? Князев уже забыл. Стояла неприятная тишина. Какое-то странное, скользкое чувство было в душе Андрея, поэтому он быстро захлопнул дверь и запер её на два замка. Улица встретила Князева потоком дождя. Он был мокрый, противный, проникал за шиворот и стекал по спине. Андрей чувствовал, как замерзают его раны, и как начинают кровоточить. Князев поставил лицо под дождь. Вода должна вымыть неприятные воспоминания, оставляя только хорошие. Должна, но она не делает этого. — Эй, ты чего раскис? — Михаил вертелся вокруг Андрея и путался под ногами. — Слушай, давай не на улице, а то не хочу провести свой законный отпуск в психушке. — Князев отодвинул от себя назойливого Горшенёва и пошёл ловить такси. — Ладно, я буду молчать. Серая машина остановилась рядом с друзьями. Мужчина кавказской внешности посмотрел на Князева и сказал: — Куда едем? — На вокзал. — Садись. Андрей сел на переднее сиденье. Сзади примостился Миша. За окном мелькали дома, люди, машины. Питер никогда не останавливался, всегда был в движении. Все куда-то спешили, всем что-то было нужно. По радио играла какая-то кавказская музыка, а на зеркале заднего вида болтались ароматизаторы. Михаилу стало скучно. Он начал корчить рожи, все равно никто не видит. Ну, он так думал. На самом деле, на переднем сидении Князев старался не рассмеятся в голос. Но наконец-то такси приехало. Андрей вышел и увидел перед собой огромное здание вокзала. — Ну что, готов? — спросил Горшок. — К отдыху? Всегда готов. — Андрей поднялся по ступенькам и зашёл в просторное помещение. Его тут же накрыло большим потоком людей, которые, как насекомые, ходили туда сюда, что-то таскали, разговаривали о всякой ерунде или просто околачивались около киосков. Князев достал билет, а потом резко обернулся на Горшенёв А, крича: — У нас поезд через час! Какого хрена ты меня торопил?! — Если бы не поторопил, то мы бы обязательно опоздали. — ответил Миха. — О, там автомат с кофе. Пошли, выпьем. — И как ты представляешь летающий стакан? Ведь вижу тебя только я. — А, точно, забыл. Что делать будем? — Это у тебя надо спросить, не я же так торопился. Ты пока думай, а я кофе выпью. Автомат загрохотал, наливая Андрею горячий и сладкий кофе. Напиток приятно обжигал горло, и согревал тело. Князев улыбнулся и направился к киоску, где купил пару кроссвордов, чтобы время не терять. — Миш, слово из четырёх букв. Кайма по краю подошвы. — Рант. — Ага, спасибо, подходит. Так незаметно пролетело время. Андрей ещё раз убедился, что Михаил очень умный. — "Поезд "Санкт-Петербург-Краснодарский край" пребывает на первую платформу" — оповестил по громкоговорителю женский голос. — Пошли. — Князев схватил рюкзак и вместе с Горшком пошёл к поезду. Огромная многовагонная "гусеница" подъехала в точное время без опоздания. Когда открылись двери, люди хлынули внутрь, давя друг друга. Андрей зашёл последним. В плацкарте уже было три человека. Нижняя полка у окна была не занята. Князев проверил билет и сел на нужное место. — Андрюх, а где я буду спать? — спросил Михаил, осматривая плацкарт и соседей. "Я спать, проваливай." — Ну лааадно. Миша встал. Князев сходил в туалет, где и переоделся, вернулся в плацкарт, лёг и уснул. Миха долго сидел на краешке полки, смотря на улыбающегося Андрея. Было видно, что ему снятся хорошие сны. — И зачем же ты нужен демонам? — спросил Горшенёв, но ответа не последовало.