Другая сторона медали

Люсиль грелась у камина, присев к самому пламени в одной ночной рубашке. Услыхавши шум, она обернулась и поднялась, чтобы обнять вошедшего князя. — Милый. — Улыбнулась она, кладя голову на его плечо. — Да, моя хорошая. — Вильхельм подхватил блондинку, повернулся с ней на руках несколько раз и опустил на постель. — Ты никуда не ходила сегодня. С тобой все хорошо? — Нет, не совсем. — Люсиль поняла, что он так и так все узнает, если захочет. — Я была с другим, Вилли. Он меня порвал, поэтому сегодня ничего не получится. Извини, что так вышло. — Она наблюдала за выражением его лица, но не могла понять, что чувствует князь. — Покажи. — Не то попросил, не то потребовал он, и бывшая актриса послушно спустила нижнее белье, подкладывая под себя подушку, и раскрыла вход пальцами, показывая повреждения. — Только не трогай, пожалуйста. Пусть заживет. — Как так могло выйти? Ты не хотела в тот момент? — Ну просто он очень прыткий, я не была готова к такому. С тобой мне намного лучше. — Люсиль пыталась дать сигнал, что ему нечего ждать от нее предательства. — Ну, рот он тебе не порвал, я надеюсь? — Вильхельм потушил свет и уложил её поперек кровати. — Нет… Люсиль поправила заплетенные косы и согнула ноги в коленях. Она поежилась, лаская свою грудь, и спустя минуту комната наполнилась хрипами удушья и хлюпаньем. *** На следующее утро она чувствовала себя ужасно. Болело горло, голова, ниже пояса, все тело слегка распухло. Казалось, что Вильхельм специально ее наказывает, заполняя горло полностью и глядя, как она вырывается и отталкивает его из последних сил, чтобы немного вздохнуть. Прижатый язык рефлекторно дергался, и это дополнительно возбуждало, только не саму Люсиль. — Скажи, кто он, будем развлекаться с тобой вместе! — В полусне князь пихнул Люси в бок. — Или друг с другом, когда ты не в кондиции! — Нет, ты расскажешь лишнее и отпугнешь его. — Прохрипела княгиня. — Оставь мне немного личного, ты ведь и так владеешь мной… — Это ты владеешь мной, любимая! — Князь поцеловал её в лоб и прижал к себе, засыпая. На счастье, он был слишком преисполнен собой, чтобы всерьез интересоваться кем-то кроме себя, и это было его самое слабое место. В ужасе Люси поняла, что может быть беременна, и что ей придется производить на свет еще одного представителя этой кошмарной семьи, а рожать первый раз в жизни в тридцать шесть лет ей совершенно не хотелось, это могло быть смертельно опасно, да еще и предстояло добиться того, чтобы князь думал, что ребенок от него и никак иначе. Её же влекло к молодому принцу еще сильнее, чем раньше. Больная душа Люсиль растревожилась тем, что он все же сумел причинить ей боль, хоть и не по злому умыслу, и хотелось извлечь из этой связи максимальное количество эмоций, и она выскользнула из теплых объятий князя, накинула халат и направилась к комнатам Гертхарда, используя хорошо знакомый тайный путь. Она знала такие вещи лишь благодаря тому, что Вилли рассказал ей очень много секретов еще в их раннем детстве, и спустя годы, осознав, насколько близко подпустил к себе Людвига, запугивал его и внушал, что его будет некому защитить после смерти князя. Теперь же женщине не давали покоя слова Герта о том, что тот собирается жить с ней без Вильхельма. Что он задумал? - Что ты здесь делаешь? Это опасно! - Молодой человек впустил мачеху в свою комнату, проводя её удивленным взглядом. - Ты напугал меня вчера. - Прохрипела Люсиль, садясь на постель. - Почему ты сказал, что хочешь жить со мной без Вилли? Что с ним должно случиться? - Ничего не должно, я просто сказал, что хотел бы этого. - Герт присел рядом с ней и взял за руку. - Я не переживу, если с ним что-то случится! Со мной расправятся его враги, да и я не вынесет моя душа расставание с любимым человеком. - Княгиня смотрела на него агрессивно, как никогда раньше. - Мне всегда было плохо, когда мы расставались. Очень плохо. - Я понимаю тебя. Понимаю. - Принц обнял её, чувствуя, как трясет Люсиль. - Я не то имел в виду. - Он - смысл моей жизни, ты не понимаешь. Не понимаешь. Я безумно его люблю. - Вся она прижалась к нему на постели, нервно ласкаясь. - Я понимаю. Правда. - В его мыслях возникло согласие с тем, что Люсиль могла разрушить брак его родителей своей напористостью, но вместе с тем было и жаль постаревшую актрису, которая искала в его нижнем белье свою утраченную юность. - Успокойся, Лю! Все хорошо, ничего тебе не угрожает! - Не целуй меня, не надо. - Люсиль взяла в рот его половой орган, чтобы сравнить с тем, что было вчера. Это доставило ей новую порцию болезненных ощущений, но все же это было куда терпимее "посещения заднего храма" князем в далеком прошлом. Если Людвиг и засматривался на других молодых людей, то никогда бы по своей воле не изменил Вильхельму ни с кем из них, максимум-обьятия или неглубокий поцелуй, большего ему никогда не хотелось. Теперь же перед Люсиль открылись новые возможности. Были бы силы на все желаемое - уставшие челюсти плохо поддавались, и она довела задумку до окончания на голом энтузиазме, торопливо вытерла губы рукавом и выбежала за дверь, чтобы замереть и мгновенно попятиться назад, потому что прямо перед ней стоял Вильхельм. "Все кончено" - Подумала княгиня и соскользнула к его ногам, потеряв сознание. *** — Бедная моя девочка, только посмотри, как она дрожит! — Князь уложил женщину в постель сына и осторожно укрыл одеялом со всех сторон, проверяя пульс на тонкой бледной руке. — Где ты ее нашел? — Прямо тут, возле колонны, но она тут же сбежала, я не успел ничего сказать. — Развел руками Герт. — Видимо, она меня боится. — Ты всегда был против моих женщин, её можно понять. Ты должен обещать мне, что не навредишь Люсиль, слышишь меня? — Вильхельм обернулся и строго посмотрел на сына. — Она очень важна для меня. — Разумеется! Я знаю, что она особенная, что помогает тебе во всех делах. Я тоже хочу в этом участвовать! — Герт присел рядом и посмотрел на женщину. — Хорошая идея. Пускай Люсиль научит тебя всему, что умеет. Вы будете вместе общаться с народом, посещать предприятия, следить за работой больниц. Делай все, что она говорит, потому что я создал её. — Отлично, я буду рад тебе помочь! — Хитрый принц заполучил любовницу, которая не могла поверить в происходящее, не только на ближайшие сутки, но и на весь месяц. Отныне они больше не разлучались, потому что князь ни на секунду не мог предположить, что юнца заинтересует зрелая женщина, как и в то, что сын покусится на то, что он считал настолько же своим, как любую часть своего тела. Также он был уверен, что Лю не интересуется мужчинами, упуская из виду то, что к члену его собственной семьи допустимо относиться не как к человеку, а как к сексуальной игрушке. Князь отпускал их вместе и в поездки по городу, и отдыхать в охотничьем домике, не интересуясь ничем, кроме результата. А в результате его власть укреплялась все больше. Когда критические дни не настали, Люсиль поняла, что беременна от наследника, так как весь последний месяц у них с супругом ничего не было, зато с его сыном они перепробовали все возможное и невозможное, иногда у них могло быть три или четыре соития за сутки. Когда ей становилось нестерпимо, Лю делала это руками, потому что ей было важно быть самой любимой и значимой в этой семье. Вот только теперь было надо добиться, чтобы Вильхельм кончил ей внутрь несмотря на то, что она так поправилась, что князь вряд ли бы захотел даже смотреть на её обнаженное тело.