Переписанная история

— Судя по выражению твоего лица, всё пошло не так? Наруто нахмурился, когда Шикамару буквально рухнул на стул напротив его стола. Просто думать, что это его стол, было довольно странно, особенно если учесть, что они передвигали свои столы раз в пару недель... но они всегда следили за тем, чтобы у него был письменный стол. — Это так хлопотно. — Ты говоришь это после каждой миссии, - выдавил Наруто. — Верно. Хотя эта была более хлопотной, чем другие. Мы потеряли Цучикаге и... Шикамару глубоко вздохнул, его лицо скривилось от боли. — Прости, но мы также потерял Гаару. Почувствовав, что слова Шикамару были подобны удару под дых, первоначальным инстинктом Наруто было взорваться от ярости... но он тут же подавил это побуждение, вспомнив, что они были на войне. Гаара вызвался пойти и заверил его, что они выполнят задание, несмотря ни на что. Наруто уже потерял стольких ниндзя и продолжает терять их в небольших количествах еженедельно, а иногда даже ежедневно. И он, и Шикамару были близки с рыжеволосым Казекаге, и его потеря глубоко повлияла на них обоих. Блондин потер лоб и вздохнул. — Мне нужен отчёт. — Мы прибыли на место только на рассвете, не встретив никого, — без колебаний начал объяснять Шикамару, как будто он хотел как можно скорее выбросить эту историю из головы. — Нам удалось двигаться быстро с меньшей группой. Это была только разведывательная миссия, но Гаара подумал, что присутствие в статуе было знакомым, поэтому он попросил, чтобы ему позволили исследовать её. Мы проголосовали внутри группы и решили, что неплохо бы ему проверить. — Он подошёл к статуе и положил на неё руку. Он утверждал, что чувствует Ичиби внутри, и он отвечает ему. Он собирался попытаться высвободить его. Но затем Тоби нанёс удар. — Я не знаю, как он нас нашёл, но я почти уверен, что вокруг статуи установлена какая-то защита или печать, которую никто из нас не заметил. Инстинкт подсказывал мне, что мы будем идти в ловушку, но я чувствовал, что освобождение биджуу стоило того, чтобы рискнуть. Как и все остальные. Тоби появился из ниоткуда, как он обычно делает, и использовал один из тех артефактов, которые у него были, чтобы порезать Гаару, а затем исказил его, чтобы мы не могли его вылечить. Прежде чем кто-либо действительно мог сделать что угодно, Гаара уже ушёл на тот свет, и вскоре после этого я заметил, что мы окружены. Я сообщил Цучикаге-сама, и он сказал мне бежать со столькими людьми, сколько я мог увести, в то время как он сдерживал их. Мы всё ещё могли слышать звуки боя за много миль. Наруто откинулся на спинку стула, слушая весь отчёт. — Сколько из них вернулись? — Семнадцать из двадцати пяти. — Лучше, чем я ожидал, когда Тоби подвергся непосредственному нападению. — Мы потеряли двоих на обратном пути из-за Луны. Наруто на мгновение замолчал, но затем покачал головой. — Неприятно слышать, но всё же лучше, чем я ожидал. Должно быть, Тоби был слишком занят, чтобы отпустить столь многих из вас. Не то чтобы я не был благодарен — потому что я благодарен — это просто то, чего не происходит, когда он вовлекается напрямую. Оба шиноби сидели в дружеской тишине, прежде чем Наруто вытянулся в своём кресле, а затем посмотрел на Шикамару. Другой парень полностью откинулся на спинку стула, его глаза были закрыты. Для разнообразия он действительно выглядел совершенно измученным, а не просто ленивым. — Шикамару, иди отдохни. Скажи одному из парней, чтобы он отправил сообщение Какаши и Даруи, мне нужно поговорить с ними. Когда проснешься, расскажи мне как можно больше об этой статуе. Другой мальчик буквально скатился со стула, развернулся и направился к выходу. — Ты всё правильно понял, Наруто. Увидимся. Блондин смотрел, как его старый друг покидает командную палатку. Чего бы он только не отдал, чтобы бумажная волокита стала его врагом прямо сейчас, вместо нынешнего ада, в котором они оказались. *** Наруто подавил зевок, просматривая некоторые отчеты, которые ему было поручено просматривать в качестве надзирателя за вновь прибывшими, из-за чего он был невероятно занят. Он должен был приветствовать всех новых посетителей всякий раз, когда собиралась большая группа, и либо помогать им устроиться, либо встречаться с остальными членами их клана. Другие должны были быть направлены брокерам по недвижимости, строительным и иммиграционным офисам, академии и зданиям регистрации ниндзя, среди прочего. Не было ничего, что привлекло бы его внимание, поэтому он отложил бумаги и выглянул в окно своего кабинета. Ему предоставили комнату для использования в здании Администрации, всего несколькими уровнями ниже офиса Хокаге. В долгосрочной перспективе это имело смысл, так как ему не пришлось бы уходить из своей квартиры, когда что-то случится с кланами и он бы понадобился для решения проблем. Наклонившись вперёд и подперев голову рукой, он посмотрел в сторону, в окно. Легко было заметить краны и строительные леса у стен, где шло новое строительство. У них наконец закончилось свободное пространство в самой деревне, и они начали планировать строительство второй, меньшей стены за пределами первой. По сути, у деревни будет ещё одно «кольцо» за пределами первой стены. Интересно... изначально планировалось иметь несколько стен и защитных слоёв, но они отказались от них в пользу одной большой стены. Однако теперь они всё равно будут строить вторую стену. Когда его глаза скользнули по различным зданиям, которые он мог видеть из своего кабинета, он улыбнулся, когда его взгляд упал на Академию. На днях он зашёл по прихоти, просто посмотреть, как обстоят дела в школе. Он не то чтобы пытался скрыть своё присутствие, и в результате один из учителей, проводивших занятия на свежем воздухе, заметил его и позвал к себе для какой-то демонстрации. Конечно, он был рад услужить. Так что, если его скрытым мотивом было увидеть, кто сейчас в школе? Первым человеком, о котором он подумал, был Ирука, но он был либо в одном из классов первого года обучения, либо даже ещё не был в Академии, так как детям, где он был, было едва 11 или 12 лет, когда они заканчивали школу. Только немного подавленный этим осознанием, он быстро обнаружил, что единственный человек, которого он мог узнать в классе перед ним, был неистовый и неугомонный Сарутоби Асума. Он строил планы вернуться и исследовать Академию позже, как только он не увязнет в работе, просто чтобы проверить и посмотреть, кто где находится, в основном из любопытства. Несмотря на то, что почти все, кого он знал, старше его, росли нормально, была пара... особых случаев, которые его интересовали. Тихий стук в дверь вырвал его из раздумий. — Да? Дверь медленно открылась, и Наруто смог тщательно скрыть своё удивление, когда Учиха Кагами вошёл в комнату. Блондин вскочил со стула, чтобы помочь пожилому человеку, который немного ковылял из-за своего больного колена, но его помощь отвергли. — Я не такой старый, Наруто. — О... простите? Я не знал. Кагами улыбнулся и направился к одному из свободных стульев в комнате. — Всё в порядке. Просто неприятная встреча с ниндзя Ивы во время Второй войны шиноби, которая разрушила моё колено. Я получил довольно хорошую замену благодаря Цунаде-сама, но я никогда больше не пойду на службу, — шиноби в отставке указал на один из стульев в комнате. — Я просто посижу здесь, прогулка оказалась немного длиннее, чем я ожидал. Наруто медленно кивнул, закрывая дверь кабинета. — Вы могли бы отправить сообщение, и я бы пришел к Вам, Учи-э-э-э, я имею в виду, Кагами-сан. Кагами ухмыльнулся тому, как блондин поймал себя на этом, но покачал головой. — Нет, всё в порядке. Мне нужно было поговорить с Хирузеном о нескольких вещах, но я также хотел поговорить с тобой, но не на улице у границы клана. Там слишком много лишних ушей. Наруто тут же насторожился, и это, должно быть, отразилось в его позе, потому что Кагами лениво махнул рукой в воздухе. — Полегче, Наруто. Ничего серьёзного, ну — для меня, по крайней мере - но я бы не хотел, чтобы люди сплетничали. От одного только того факта, что меня, вероятно, видели в гостях у тебя, десны лопнут, но тут уж ничего не поделаешь с этим. — Хорошо. Наруто был несколько успокоен, но он по-прежнему ненавидел политику, и он быстро усвоил одну вещь: Коноха была полностью занята политикой прямо сейчас, когда они не были в состоянии войны. В некоторые дни, к сожалению, он мог бы и в самом деле предпочесть войну миру — хотя он никогда никому об этом не говорил. По крайней мере, цели были довольно очевидны... победить плохого парня и стать победителем. К сожалению, жизнь в целом никогда не была такой простой, особенно когда не было видимого «плохого парня». Кагами наблюдал, как блондин обошёл свой стол и медленно сел. Откинувшись на спинку стула, он почесал подбородок, прежде чем посмотреть в глаза Патриарху Учиха. — Итак, что я могу сделать для Вас, Кагами-сан? — Я перейду сразу к делу. Это не столько для меня, сколько для моей дочери, Микото. — Микото-тян? Что случилось? Одна бровь Кагами изогнулась вверх. — Микото-тян? Не могу сказать, что я это не предвидел. Наруто на мгновение запнулся, слегка покраснев, когда понял, с кем именно он разговаривал. Микото была его очень хорошей подругой, и через некоторое время просто вошло в привычку показывать, что он любит её. Он делал это почти с каждой женщиной примерно его возраста. Большинству из них было всё равно, и Микото, похоже, ничего не имела против, либо.... — П-мне жаль, Кагами-сан. Я на самом деле ничего не имею в виду, но обычно я имею в виду… — Всё в порядке, Наруто. На самом деле, даже отлично. Кагами поднял руку в останавливающем жесте, когда Наруто начал бормотать, эффективно останавливая блондина от возможного смущения сам. — Видишь ли, моя дочь не знает, что я сейчас здесь. Сейчас она бродит по району Учиха с другим мужчиной, Фугаку. Наруто медленно кивнул, не понимая, куда это клонится. — Её женихом, да? — Да, но, думаю, это ненадолго. Наруто склонил голову набок, поражённый, но и сбитый с толку. — Но из того, что рассказала мне Микото-чан, когда она была моложе, она просила Вас устроить… как она это называла? договор, я так понимаю? Вы теперь против? — О, я не против них. Они могут быть полезны для установления границ или когда есть определенный выигрыш в престиже или власти для обеих сторон. Моя дочь никогда не хотела контракта, но она чувствовала, что ей это нужно, потому что долгое время считала себя неприкасаемой. Единственный ребёнок и дочь главы клана Учиха, привлекательная молодая женщина, имеющая буйный характер, когда она даёт волю своим чувствам — благодаря друзьям, которых она сохранила на протяжении многих лет… она выглядит довольно устрашающей фигурой. Наруто почувствовал, как его губы слегка дёрнулись вверх при намёке на его мать. Кагами, должно быть, это заметил, потому что тоже начал улыбаться. — Итак, ты можешь понять, почему многие мальчики её возраста не слишком заинтересованы в том, чтобы сблизиться с ней, как из-за страха, благодаря мне и Хабанеро-тян. Так что я подобрал ей, как считал, лучшую партию, познакомив с мужчиной немного старше, который всё ещё был достаточно близок к её возрасту, но всё же вполне успешен. Наруто рассеянно почесал затылок, слушая Кагами, и теперь мог прийти только к одному выводу: — Значит, она не хочет выходить за него замуж. — Нет, она этого не хочет. Кагами почему-то выглядел чрезмерно довольным этим. — Как давно она это решила? Я думал, она сказала, что они уже давно помолвлены, и свадьба не за горами? Кагами откинулся на спинку стула, вытянув ногу. — Я удивлен, что она так много тебе рассказала. Обычно она довольно сдержанна со всеми, кроме меня, Минато, Тайчи и Кушины-тян. Наруто пожал плечами и повернул голову, чтобы посмотреть в окно. — Вскоре после миссии, которую мы прошли вместе, она время от времени случайным образом просила меня поспарринговаться в последнее время всё чаще. Когда мы делаем перерывы, и я спрашиваю её, как у нее дела, она просто начинает говорить и всё выдаёт. У меня сложилось впечатление, что ей просто нужно было с кем-то выговориться, и... скажем так, я намного лучше умею слушать, чем раньше, когда был моложе. — Я понимаю и ценю, что ты её слушаешь. Кагами откинулся на спинку стула, сложив кончики пальцев перед грудью. — Кажется, Тайчи всегда на заданиях, Минато всегда работает над своей новой техникой, а Кушина-чан... ну... как бы я ни любил эту девушку, если бы она была моей родной дочерью, она всё же немного болтлива. Я сомневаюсь, что Микото когда-нибудь сможет вставить хоть слово. Закрыв глаза и усмехнувшись, Наруто кивнул. Он определенно видел, что это так. — Так Вы пытаетесь сказать мне, что Вам нужно что-то сделать с Фугаку? Пока он на самом деле не собирался делать что-то вредное отцу Саске, возможно, он мог бы заставить этого человека немного смягчиться. Рассказы Микото о нём определённо не рисовали приятную картину. — Лично я ничего не имею против этого молодого человека, — пожал плечами Кагами, — но даже я вижу, что он не подходит моей дочери. Для главы клана он был бы хорош, но я не вижу, чтобы он был успешным мужем или даже отцом. Он слишком предан работе и… слишком упрям. Мысли Наруто тут же переключились на Итачи и Саске, и ему едва удалось подавить насмешливое фырканье. Мысли об Итачи также заставили его вспомнить попытку государственного переворота. Когда-нибудь Фугаку возглавит бой, и от одного этого у него в животе словно застыл комок льда. — Но теперь Микото нашла кого-то ещё, кто вызвал её интерес, и она достаточно серьёзно настроена, чтобы разорвать свою нынешнюю помолвку. Наруто на мгновение замолчал, позволяя словам Кагами крутиться у него в голове. Хотя он всё ещё был несколько туп в некоторых вопросах и, вероятно, так будет всегда, он определённо больше не был полным идиотом. Некоторое чувство страха начало нависать над ним, поскольку всё, про что он мог думать, было: «Мама Саске, мама Саске, мама Саске!». Лучший исход, скорее всего, сошёл бы с рук сейчас, оттягивая неизбежное... если только он не был готов потенциально стать врагом Учихи. Это было то, на что он определённо надеялся избегать. Проклятая политика. Вдобавок ко всему, он довольно осторожно относился к любым отношениям просто из практических соображений. Во-первых, он должен был сказать, кем бы он ни был, чтобы связываться с ним, что он был из далёкого будущего. Любые отношения, в которые он вступал, потенциально могли остановить ту цепь событий, которая привела к чему-то, что он знал, как предотвратить и исправить. Узы с кем-то вроде Микото изменили бы огромную серию событий. Итачи, которого он знал недолго, и Саске, соперником и товарищем которого он был, никогда бы не существовал. Никогда... Мыслительный процесс, который продолжился с этого момента, был ошеломляющим. Отсутствие Итачи означало, что Резни Учих никогда не будет, или это сделает кто-то другой. Но одна из его целей — спасти клан Учиха — таким образом будет легко достигнута. Кто может лучше противостоять безумцу с полностью развитым Шаринганом, чем клан, полный потенциала сделать то же самое, даже с учётом рисков? Было странно, что Кагами подошёл к нему сейчас, учитывая, что Наруто развлекался мыслями о попытке узнать Теруми Мэй немного лучше. Она была почти прикрепленной к нему, когда он координировал свои действия со всеми родословными кланами, которые переехали в Коноху из Кири, выступая в качестве своего рода секретаря, когда она не тренировалась. Как для следующего потенциального лидера клана Теруми (который был признан самым могущественным среди их новоприбывших) она получала хороший опыт работы с административными аспектами. Что Наруто находил странным, так это то, что она была довольно застенчивой, если кто-то не обращался к ней первой. Он думал, что, возможно, сможет пригласить её на свидание, чтобы она немного раскрылась, но слегка удивился, обнаружив, что у неё уже есть парень. Он не хотел любопытствовать, но поцелуй, который они разделили, определенно не был семейным. Он, конечно, почувствовал некоторое разочарование, так как немного узнал Мэй из своего будущего — очень хорошо за одну мучительно короткую встречу — и подумывал узнать её сейчас, в нынешней жизни. Роман сбили ещё до того, как он успел начаться. Теперь, когда он подумал об этом, несколько раз, когда Микото приходила искать его, а Мэй всё ещё была рядом, Учиха была грубее и агрессивнее, чем обычно на спарринг-сессии. Становилось все яснее и яснее. Откинувшись на спинку стула и безуспешно пытаясь найти удобное положение, он сделал глубокий вдох и потёр переносицу. — Дай угадаю. Я тот кто-то другой, которого она нашла? — Ты не кажешься довольным. В голосе Кагами был опасный оттенок, но Наруто просто покачал головой и вздохнул. — Дело не в этом. Честно говоря, я польщён. Она одна из сильнейших куноичи Конохи, наследница одного из сильнейших кланов в деревне, и да, я думаю, что она красивая. Но мне чертовски опасно вмешиваться. Наруто открыл глаза, чтобы посмотреть на нынешнего лидера клана, который сидел напротив него, лишь слегка удивившись, увидев что-то, что могло сойти за уважение на его лице. Особенности мимики зашкаливали. Его губы были слегка приподняты в лёгкой ухмылке, по крайней мере сейчас, и это заставляло Наруто расслабиться больше всего на свете. — Я бы не сказал, что это будет опасно. На какое-то время это может создать шумиху, но с вашим нынешним положением в деревне, я не думаю, что это продлится долго. Наруто моргнул. — Подождите... вы поддерживаете это? — Конечно. Это то, чего хочет моя дочь, и, как я уже сказал, я никогда не был большим поклонником Фугаку с самого начала. В то время просто не было лучших вариантов. - Кагами лениво играл с подолом на одном из его рукавов, когда он говорил. Тем временем мозг Наруто работал со скоростью мили в минуту. Всё уже было запутано из-за здешних кланов Кири, но если он помог аннулировать помолвку Микото с Фугаку, мысли о том, как много изменится, снова пронеслись в его голове. Та часть его, которая была мужчиной, никогда не отвергла бы эту идею полностью... То, что он знал о Микото, это то, что она определённо была очень близка к его идеалу женского совершенства. Фугаку был идиотом, что не обращался с ней лучше. Оглядываясь назад, он не мог не задаться вопросом, какой она была, когда он рос. У него действительно не было никаких воспоминаний о ней, которые приходили бы ему в голову, кроме случайных посещений, чтобы забрать Саске в Академию, и один краткий взгляд на штаб-квартиру военной полиции. Но больше этого он не помнил, и Саске никогда ему не говорил больше, чем её имя. У него всегда было довольно посредственное представление о том, кто такие его родители, потому что у него никогда не было своих собственных, но если это было так, как это было на самом деле до того, как Саске и Итачи родился... — Наруто? Блондин тут же выпрямился, быстро извиняясь: — Извините! Я просто отвлёкся… — Думал о Микото? В голосе Кагами мог звучать дразнящий тон, но Наруто недостаточно хорошо знал этого человека, чтобы быть в этом уверенным. — Вроде того. Просто подумал о том, что я узнал о ней из наших спаррингов и случайных бесед. Боюсь, этого недостаточно. — Ну, ты стал достоянием общественности всего около двух месяцев назад, поэтому я не ожидал, что ты узнаешь всю историю её жизни. Но скоро у тебя будет время познакомиться с ней поближе. Мне удалось убедить Хирузена отправить тебя с моей дочерью на задание, чтобы вытащить тебя из деревни на несколько дней. Наруто был потрясён. — Как Вам удалось это провернуть? Я не думал, что старик захочет выпускать меня из поля зрения в ближайшем будущем. Кагами расхохотался: — Старик? Хирузен? Я знаю, что он влезает туда, куда не надо, но, чёрт возьми, он позволяет тебе держать всё в руках? — Иногда, - Наруто покраснел и отвернулся, - Я знаю его так долго, что он больше всего похож на отца, поэтому я просто называю его стариком. Это была не полная правда, но этот факт был достаточно близко к истине. Когда смешки Учихи стихли, он полез в свою мантию и вытащил запечатанный свиток, а затем бросил его Наруто, который поймал его одной рукой. — Эта миссия не рассчитана просто для одного человека и не будет выглядеть как прогулка по парку для вас двоих. Это ранг А, но мы, вероятно, могли бы отдать его отряду чунинов-ветеранов. Группа ополченцев из Страны Долин покинула свои посты, и до наших отрядов охотников дошли слухи, что они прячутся вдоль нашей южной границы со Страной Рек. Обыщите местность, и если вы их найдете, вам необходимо стереть их с лица земли. Они не знают ничего важного, но их нужно ставить в пример для назидания, чтобы воспрепятствовать дальнейшему дезертирству. Вероятно, это была случайность, но они не хотят идти на риск. Наруто кивнул, открывая свиток и читая подробности. Это была минимальная плата для А-ранга, но он не особо нуждался в деньгах, так что его это не слишком заботило. Миссия сама по себе, скорее всего, была бы так же проста, как утверждал Кагами, он, вероятно, он мог бы закончить её сам за два или три дня, а шестидневное окно, которое они отпустили, казалось слишком большим. Но тогда они, вероятно, ожидали отряд чунинов-ветеранов, а не способного джонина и... ну... его девушку. Свернув свиток обратно, он положил его на стол и какое-то время мурлыкал. — Просто из любопытства, почему Вы не можете просто разорвать помолвку? — В основном потому, что уже слишком поздно делать это таким образом. Кагами пожал плечами и подвинулся на стуле, вероятно, пытаясь найти другую удобную позу. — Если бы прошло всего пару месяцев после первоначальной помолвки, Фугаку, вероятно, это бы устроило. Но теперь, когда они так долго встречаются, он видит в этом оскорбление. Поверь мне, я уже попробовал провернуть это через соответствующие каналы, и даже пошёл апеллировать к нему напрямую с Микото рядом со мной. Однако до свадьбы остался всего месяц, и он в своём праве на отказ. — Почему оба должны соглашаться? Разве нет способов разорвать контракты, даже если есть штрафы? Кагами кивнул: — Да, но в данном случае все нарушения контракта должны были быть согласованы. Ни один Учиха не может признать разрыв контракта, если только одна сторона хочет расторгнуть его. Фугаку одновременно упрям и амбициозен, у него нет причин нарушать его из-за того, что он считает прихотью Микото, и большинство других поддержало бы его выбор. Как и в любом контракте, есть, конечно, экстренные положения, которые могут вступить в силу при соблюдении определённых условий, таких как смерть, болезнь... Он махнул рукой в воздухе вращательным движением, как бы показывая, что список плохих вещей продолжается, но остановился и сосредоточил взгляд на Наруто, произнося последнее слово. — Измена. Челюсть Наруто на мгновение отвисла, прежде чем его голова резко упала вперёд, и его лоб ударился о стол с громким «ударом». — Теперь, это, вероятно, не так, как ты думаешь, и я использую очень вольную интерпретацию этого слова. Простой поцелуй прервёт эту помолвку. — А? Как это возможно? Блондин поднял голову, когда задал свой вопрос, уставившись на Кагами, как на сумасшедшего. — Это часть работы печати контракта. Пока их состояние чакры не изменилось с момента запечатывания контракта, он останется в силе. Итак, Микото и Фугаку уже почти год ничего не делают с представителями противоположного пола. Насколько я знаю, Микото никогда ничего не делала. Однако я не спросил её, ибо это не моё дело. Её мать убила бы меня. Наруто нервно усмехнулся, уставившись на ухмыляющегося Кагами, думая о словах этого человека. Он должен был проверить, что за печать стояла на этом контракте. Это было самообновление? Как это было возможно? — Эээ... Я до сих пор не понимаю, как можно обновить эту самую печать, основываясь на внешнем стимуле, если только... Одна из бровей Кагами дёрнулась вверх: — Значит, ты знаешь кое-что о запечатывании? Ну, Микото и Фугаку должны отправиться в покои клана, чтобы поместить свою чакру в печать раз в неделю или после возвращения с задания. Печать может обнаружить остаточную чакру другого человека в течении недели, поэтому ни у одного из них не было миссии, которая длилась более нескольких дней за последний год. Наруто знал об остаточной чакре... это часто случалось, когда шиноби ввязывались в бои тайдзюцу с противником, который смешивал свои атаки с чакрой. Хьюга специализировались на таком бое. Когда они закрывали тенкетсу своими ударами дзюкен, их чакра оставляла свой собственный остаток в системе чакры противника, который сохранялся до недели в зависимости от тяжести ран. Это не было вредно, просто так работала чакра. Именно так медики могли узнать, как погибли шиноби, а иногда даже идентифицировать, кто это сделал. У каждой чакры была своя уникальная «подпись». — Кажется, это довольно сложно для чего-то такого простого. — Верно, но Учиха использовали такой способ ещё до существования Конохи, так кто я такой, чтобы спорить об этом сейчас? Они были уже совершеннолетними, выбора не было. Также Микото попросила проверочный период в один год. Фугаку, казалось, не очень-то хотел ждать так долго, но в конце концов он согласился. Наруто лишь вздохнул и покачал головой. Он никогда не понимал некоторых клановых законов. Он поклялся изменить практику Хьюги держать печать "птица в клетке", когда стал Хокаге, но этого так и не произошло по понятным причинам. Но с Учихой... с Учихой... подождите... — Вау! Подождите! Микото ведь наследница, верно? Если она будет со мной, что это значит? Кагами ухмыльнулся. — Формально, поскольку Учиха — патриархальный клан, ты будешь лидером. Конечно, будут старшие советники и… — Н-но я не родился Учихой! У меня нет Шарингана! Я Узумаки, и, как дальний родственник Сенджу, я не думаю, что это пройдёт хорошо! Наруто стоял в панике, в то время как Кагами всё ещё сидел в своем кресле, спокойно глядя на него. Оба продолжали смотреть друг на друга в какой-то странной тишине, пока Наруто, наконец, не сел обратно. Кагами кивнул блондину и продолжил говорить. — Как я собирался сказать, в клане есть старшие советники, которым ты можешь сначала не понравиться, но даже они поймут твоё влияние в Конохе, и, соответственно, на Хокаге Конохи. Ты слушаешься Хирузена так же, как и я, и с учётом того, что он выполняет сложные задания и возглавляет команды, я бы поставил на то, что Минато станет следующим Хокаге... так что у тебя будет преимущество с ним тоже. Я всегда думал, что Учиха должны быть больше связаны с деревней, а не удаляться от неё, как многие из нас делают и кажутся довольными собой. Но если ты действительно хочешь встряхнуться, назначив мою дочь Матриархом и позволив ей взять на себя ответственность… ну… — голос Кагами затих, он пожал плечами и посмотрел в сторону одного из двух окон в маленьком кабинете Наруто. Тем временем блондин впервые понял, что никогда не знал, что случилось с Учихой Кагами, когда он рос. Он никогда не читал историю клана, особенно после того, как грянула четвертая война, но он никогда не помнил, чтобы имя этого человека вылетало из чьих-то уст. Был ли он насильно... «отправлен в отставку»? Все эти мысли промелькнули за короткое время, ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что сейчас говорил Кагами. Тот факт, что Кагами также говорил о них двоих таким образом, что это звучало так, как будто они собираются быть вместе, был несомненным. Он был не очень заинтересован в этом, но пока плюсов наблюдалось намного больше, чем минусов. Какое-то время он чувствовал себя задницей за то, что напал на Фугаку, но, учитывая то, как Микото поделилась с ним тем, как разочарована, что она была с этим мужчиной во время их последних спаррингов... он не будет чувствовать себя так плохо. Тем не менее, потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть, если они действительно будут работать вместе. -- ... также будет рядом, чтобы помочь тебе, и Микото будет обязана тебе как твоя жена, если ты доведёшь дело до конца, если действительно захочешь вести. Независимо от того, как я уже сказал и объяснил, я вижу только хорошее от того, что ты будешь в нашем клане. — Я... ну... Рот Наруто открылся и закрылся несколько раз, пока он обдумывал, что сказать, прежде чем, наконец, вздохнуть и кивнуть, как будто смирившись с новой судьбой. — Спасибо. Кагами кивнул. "Хн." Это ворчание должно быть генетической чертой. К счастью, остаток дня прошел без происшествий, если не считать краткого визита Минато. Он хотел, чтобы Наруто помог ему довести до ума свой «новый » Хирайшин и нужен был подопытный кролик. Конечно, Наруто был счастлив услужить, так как он использовал его ненадолго в будущем, но он всегда мечтал увидеть, как его использует его отец. Или, по крайней мере, он стал таковым, как только он узнал, кто его отец. На самом деле он даже не видел Микото до той ночи, когда они должны были отправиться на задание, и даже тогда ни один из них толком ничего не сказал. Микото слегка покраснела и не могла смотреть ему в глаза — вероятно, Кагами сказал ей, что она должна сделать, если она действительно хочет порвать с Фугаку. Хотя Наруто не был уверен, как именно ситуация объяснила ей кое-что, он знал, что у него не будет проблем с поцелуем Микото. Она была красивой молодой женщиной, в этом не было никаких сомнений. Его единственная неловкость возникла из-за того, что он не знал, говорил ли ей Кагами о том, что он знал, что было необходимо, кроме того факта, что ей нужна была его остаточная чакра на ней каким-то образом. Едва Микото успела спланировать встречу на следующее утро у ворот, как сбежала почти так же быстро, как и появилась. Посмеиваясь про себя, Наруто оставил сообщение Хирузену, что он уезжает на следующее утро, затем пошёл домой и провёл там ночь. Утро прошло без происшествий, и они доехали до южной границы в полной тишине. На самом деле, они оба молчали всю поездку, как и во время остановки на ночлег. Микото зашла зарезервировать столик в гостинице в маленьком приграничном городке, попросив одноместный номер с одной кроватью. Она отказалась говорить что-либо ещё ему об этом, и Наруто решил, что будет лучше прикусить свой язык, пока им действительно не понадобится использовать комнату. У него не было проблем со сном на полу, если уж на то пошло. Их первый день поисков не принёс ничего полезного, кроме нескольких бессвязных наблюдений от разных людей, живущих в этом районе, хотя ни один из них не мог точно определить местонахождение дуэта в определенном направлении. Наруто планировал использовать режим Мудреца, чтобы выследить их, как только они хотя бы узнают об общем местонахождении нукенинов, но решил, что он оставит его для использования через пару дней. Если Микото на самом деле хотела пройти с... ну, быть с ним, то ему всё равно пришлось бы рассказать ей свои секреты. Использование его режима Мудреца, вероятно, было бы последним средством, потому что он получил разрешение от Хокаге и Данзо убить её, если он считает, что ей нельзя доверять, чтобы она не говорила о том, что ему в конечном итоге придется рассказать ей. Он очень, очень не хотел этого делать. Только когда Микото попросила о том, чтобы сдаться в попытках найти нукенинов и вернуться в свою комнату, они начали говорить. Их первый настоящий разговор за день даже не начался, пока не вспыхнуло удивление и не отразилось на его лице, когда он увидел Микото с активным Шаринганом, когда они возвращались. Вероятно, она сканировала местность на наличие следов остаточной активной чакры, ведь такие ловушки, как гендзюцу и активные печатные метки, которые нукенин часто любил использовать, чётко просматривались. — Что? Микото с любопытством смотрела на него, когда её Шаринган снова стал темно-коричневым, почти чёрным, каким обычно были её радужки. Обычно он, вероятно, вообще не вздрогнул бы, ведь он так привык видеть Шаринган, но солнце садилось за горизонт как раз в идеальной точке позади неё, где он очерчивал её силуэт идеально, а красные глаза, бледная кожа и чёрные волосы сделали её невероятно яркой на мгновение. Однако вместо того, чтобы сказать ей об этом, Наруто просто слабо улыбнулся и покачал головой. «Я не привык видеть твой Шаринган активным. Ты никогда не использовала его ни в одной из наших миссий. Это всё.» — У тебя… проблемы? Я имею в виду с Шаринганом? Наруто пришлось прикусить язык, чтобы не сказать, какими были бы его первоначальные ответы. Вместо этого он решил: — У меня вообще нет проблем с Шаринганом. Только с некоторыми людьми, которые использовали его так, как им не следовало. — О. Я-я вижу... Наруто мог сказать по вопросительной интонации в её голосе и озадаченному выражению на её лице, что она действительно не знала ничего. Будет очень трудно сказать ей некоторые вещи, которые он знал. В любом случае, необходимо начать разговор, если она решила зайти с ним так далеко. Остаток пути обратно в гостиницу прошёл в тишине, не то чтобы Наруто ожидал интенсивного разговора. На самом деле, они снова не произнесли ни слова, пока ему не пришло время иди принимать душ. Сначала она вошла в их единственную уборную и вышла в своей обычной униформе, без какой-либо обуви, снаряжения и жилета. Он предположил, что она убрала их, потому что они выглядели свежими, хотя он и не внимательно осматривал их. Их всех обучали методам, позволяющим несколько почистить одежду, находясь в дикой природе, на уроках в академии. Это может помочь удалить пот, но не кровь. После душа он вышел из туалета почти таким же образом, только в верхней и нижней части униформы и с сеткой под ней. Их следующие сказанные слова не были произнесены, пока он собирался устроиться поудобнее на полу. Она была с одной стороны кровати, но он не собирался догадываться о её желаниях. — Наруто? — Хм? — Я тебе настолько не нравлюсь? — Что… конечно нет! Откуда эти мысли? Микото поерзала на кровати и приподнялась, опираясь на локоть, и посмотрела на него. Он ещё не лег полностью, поэтому застрял в своего рода промежуточном положении между лежанием и вставанием. — Мой отец намекнул, что вы двое кратко говорили обо мне... но он не сказал мне, сколько вы говорили. Я начинаю задаваться вопросом, пытаешься ли ты избежать меня. Наруто попытался сохранить нейтральное выражение лица и снова медленно поднялся на ноги. — Я вовсе не избегаю тебя. Я просто стараюсь оставаться профессионалом и не переступать через границы. По крайней мере, пока ты не захочешь их переступить. Микото на мгновение выглядела удивлённой, прежде чем снова упасть на кровать и зарыться лицом в подушку. Наруто просто постоял какое-то время и стал смотреть, будет ли она двигаться снова, или если она скажет что-нибудь ещё. Однако она этого не сделала, и, постояв там примерно минуту, он решил продвинуться вперёд и забраться на край кровати. Сама кровать была на самом деле полноразмерной, поэтому на ней могли комфортно разместиться два человека без особого дополнительного места. Однако Микото могла легко почувствовать, как его вес сдвинул кровать. Она повернулась и обзора хватило настолько, чтобы иметь возможность наблюдать за ним, как он уселся с краю. Было странно, что он совсем не нервничал. Всего два-три года назад он бы весь облился потом, но теперь он был спокоен, и если бы ему действительно пришлось описать это... он бы сказал, что его это позабавило. В основном всё было из-за того, как вела себя Микото, хотя, если у неё не было нормального опыта общения с мужчинами, он мог понять её полностью. Он мысленно вздохнул — хотя Микото была тем человеком, кто хотел уйти, но, возможно, он должен был проявить инициативу в первую очередь. Подумав об этом, он одарил её небрежной улыбкой. — Неужели так лучше? Он видел, как её голова качнулась на подушке, и край её губ, который он мог видеть, слегка изогнулся вверх, но это было всё, что он понял. Это означало, что он будет тем, кому пришлось сделать первоначальный решительный шаг, чтобы заставить её открыться. Устроившись поудобнее, он перекатился по кровати, пока не посмотрел на потолок, и заложил руки за голову. — Значит, ты действительно не хочешь жениться? Мы говорили об этом немного раньше, но ты никогда особо не высказывался против этого. Наруто мог услышать её дыхание на секунду, прежде чем она переместилась. Он слегка повернул голову, чтобы увидеть, что она возвращается в прежнее положение на боку, лицом к нему. — Я действительно хочу выйти замуж. Просто… не за человека, с которым у меня есть контракт. — Фугаку. Минута молчания, а затем: — Да, Фугаку. Наруто закрыл глаза, с трудом примирившись с этим фактом. Он понятия не имел, что родители Саске жили вместе по стечению обстоятельств, а не из-за взаимности или влечения. — Теперь появилось что-то — или, скорее, кто-то — что ты считаешь лучшим выбором. Пока лучшим, во всяком случае. Последовала ещё одна минута молчания, более длинная, чем первая, за которой последовало ещё более тихое «Да». Открыв глаза, он перекатился на бок, чтобы посмотреть на женщину, лежащую рядом с ним. На этот раз она не вздрогнула и не отвернулась, а посмотрела ему прямо в глаза. Он не мог понять, краснеет она или нет, в комнате было слишком темно. — Ты многого обо мне не знаешь. Больше, чем кажется на первый взгляд. Насколько тебе известно, я начал существовать только три месяца назад. Микото сначала ничего не говорила, вместо этого просто кивала головой, не прерывая зрительного контакта. Она открыла рот, словно собираясь что-то сказать, потом закрыла его, и глаза её закрылись, прежде чем глубоко вдохнуть и попытаться говорить запинающимися предложениями. — Я... обнаружила, что начала восхищаться тобой после того, как узнала, кто ты такой, всего пару недель назад. Может быть, отчасти это было из-за Кушины... она не... не могла перестать говорить о тебе, и мне стало любопытно. Так что я, ну... я пригласила тебя на тренировку по спаррингу. Я подумала, что ты должен быть хорошим партнёром, если можешь сражаться с Минато на равных. Тогда, ну... тогда я слышала, что ты сказал Джирайе-сенсею. Наруто моргнул и понял, что краснеет, как только вспомнил, что именно он сказал в тот момент. Он пошевелил рукой, которая лежала на его боку, чтобы слегка ударить себя по лбу раздраженным жестом, только для того, чтобы Микото схватила указанную руку, прежде чем он успел оставить её там. Он с любопытством наблюдал, как она держала его руку между своими и переплела свои пальцы с его. — Ты помнишь, что ты ему сказал? — Что он извращенец и не должен этого делать. Микото слегка рассмеялась напротив него, лёгкая улыбка отразилась на её лице, когда она покачала головой. — Он был сенсеем моей команды генинов. Мы так и не смогли сломить его привычку, так что я сомневаюсь, что кто-то ещё сможет. Нет, ты сказал ему что-то другое. Наруто сразу понял, на что она намекала. — Я сказал, что ты красивая. Она ещё мгновение смотрела на него, прежде чем на её лице появилась такая широкая улыбка, какой он никогда раньше не видел. — Да. Никто, кроме моего отца, никогда раньше не говорил мне этого. Наруто не мог не быть ошеломлённым, когда услышал это. Все здесь были полностью слепы? Он никогда специально не смотрел на неё из-за её внешности, но кроме его будущей матери Кушины (он был предвзят в этом отношении) и, возможно, Мэй, Микото определенно была одной из самых красивых женщин в округе. — Мужчины — идиоты. Микото рассмеялся, прежде чем поднести руку к губам и коротко поцеловать тыльную сторону губами. Он был удивлён этим жестом, но впервые вспомнил, как она казалась искренне счастливой, поэтому он решил не комментировать. Только когда она обеими руками потянула его руку и прижала её к своему подбородку, он снова заговорил. — Микото-чан? — Хм? Наруто должен был признать, что сейчас она выглядела очаровательно. Казалось, она буквально светится от счастья. По крайней мере, это в значительной степени закрепило сделку в его разуме. — В течении следующих нескольких дней, пока мы будем выполнять эту миссию, мы лучше узнаем друг друга. Что нравится, что не нравится, хобби, мечты о будущем… и тому подобное. Кто знал, что маленькие вводные вопросы Какаши пригодятся? — Если ты решишь, что всё ещё хочешь пройти через это, когда мы закончим, я помогу тебе разорвать контракт. Глаза Микото расширились, когда она крепче сжала его руку в своей. — Обещаешь? - прошептала она. — Обещаю.