Переписанная история

— Пришло время тебе появиться, Наруто. Ты знаешь, как неудобно всё держать вот так? Я знаю, что тебе не нужно было торопиться по очевидным причинам, но это просто смешно... Наруто вздрогнул, глядя на состояние Курамы. Лис был прижат к огромной земляной сфере. Крупные дуги были вбиты в каждую из его четырёх конечности, все его хвосты и большой дугой крепилось прямо посредине его живота. Если этого было недостаточно, чтобы добавить оскорбление к травме, его также удерживали цепи чакры Кушины. Блондин повернулся к своей будущей матери и увидел, что она смотрит на него с открытым ртом. Наруто просто смотрел растерянно в ответ. — Что? Её рот открылся и закрылся несколько раз, прежде чем она указала на него и воскликнула: —Лис знает тебя! Как? Вы тренировались? — Ты хочешь сказать, что ещё ничего ей не сказал? Идиот! Наруто метнул в Кураму краткий взгляд. — Ты же знаешь, что я не мог сказать. Мы говорили об этом раньше. Кроме того, ты тоже ничего не говорил. Ты вообще что-нибудь отсюда видишь? — Нет. Всё слишком приглушенно, если только Кушина не решит навестить меня по какой-то причине. Но поскольку у неё нет другой причины, кроме как проверить печать, я не вижу её часто. Это не похоже на то, что мы когда-либо действительно обсуждали, либо ты знаешь итог моей истории. Сдерживая вздох, Наруто вместо этого слегка нахмурился, прежде чем кивнуть в сторону лисьего биджуу. Повернувшись к рыжеволосой, хмурый взгляд быстро сменился с улыбки на совершенно изумленное выражение её лица. Она сосредоточилась на нём, когда увидела, что он указывает на лиса. — Как вы думаете, вы можете подвести бедного парня? Это выглядит неудобно... — Чертовски верно. Нет ничего лучше, чем чесаться и не иметь возможности почесать хвост. Не говоря уже о постоянной боли в животе. Кушина выглядела слишком ошеломленной, чтобы сказать что-то связное, хотя выражение её лица в конце концов выровнялось, когда она вздохнула. Потирая лоб, она просто оглянулась и между лисом и человеком, на которого она смотрела как на старшего брата. — Это сон, верно? Это всё сон, и я проснусь в любую минуту. Наруто не мог сдержать смешок, сорвавшийся с его губ. — Боюсь, что нет. Мне нужно тебе многое рассказать, но сначала... не заставляй меня падать на колени и умолять тебя, чтоб подвести Кураму. — Почему ты хочешь... подожди, подожди... Курама? — Ага, — Наруто ткнул большим пальцем через плечо в сторону лиса. — В конце концов, это имя пушистого комочка. — Эй! Я не пушистый комочек, сопляк! Клянусь, когда я спущусь отсюда... — лис издал приличное рычание, но это позабавило Наруто гораздо больше, чем испугало. Даже если бы Кушина была готова, чтобы подвести биджуу, казалось, что она быстро решила держать его на цепи. Понимая, что он должен что-то с этим сделать, блондин подумал о чём-то, что, по его мнению, заставит Кураму казаться немного менее... внушительным. Заговорщически наклоняясь вперёд, Наруто сложил одну из своих рук и поднес её ко рту, громко прошептав: — Так он говорит, но ты не слышала этого от меня. Его шепот, если его можно было так назвать, был ничуть не тихим, и усиленный слух Курамы мог легко его уловить. Биджуу продолжал низко рычать, но ничего не сказал. Кушина, с другой стороны, теперь смотрела на лиса с чем-то вроде благоговения. — Домашний лис... чесать за ушами, говоришь? Наруто медленно кивнул, откидываясь назад и в сторону, напоминая кота, которому досталась канарейка. — Угу. Если ты попадёшь в нужное место, иногда его задняя нога будет немного пинаться... Курама перестал рычать и быстро отвернулся, нахмурившись, но явно смутившись. Почти в то же время Кушина взвизгнула и тут же убрала цепи чакры без задней мысли. Подняв рубашку так, чтобы обнажить живот, она сделала крутящееся движение перед животом. Наруто наблюдал за печатью, которая тут же потемнела, а вихрь в центре расширился, вытянувшись за граничную линию оригинальной печати. Однако, прежде чем дело зашло слишком далеко, появился причудливый символ за пределами старой линии удержания, останавливая водоворот до того, как он расширится слишком далеко. Наруто повернулся, чтобы посмотреть на биджуу, и увидел, как арки-скобы исчезают одна за другой. Земляной ком позади Курамы начал рассыпаться, а потом упали и он, и биджуу, на невидимую поверхность, на которой они стояли. Когда Наруто подошёл, чтобы поприветствовать своего старого друга, который начал потягиваться, он поманил Кушину за собой. Она быстро пошла в ногу с ним, хотя и продолжала держать расстояние. Как только он подобрался достаточно близко, он поднял кулак на Кураму, который закончил потягиваться и присел, чтобы посмотреть на блондина. —Эй! Извини, что я так долго шёл сюда. Я пытался сделать всё, что мог, прежде чем пришёл за тобой, так как я знал, что как только я это сделаю, всё начнет меняться кардинально. Курама оскалился, затем ударил своим большим кулаком кулак Наруто, символизируя их дружбу после многих лет совместной работы: — Следую плану, так что не могу особо жаловаться. Посмеиваясь и отмахиваясь от колкости, Наруто посмотрел на Кушину, которая в изумлении просто смотрела между ними двумя. Взмахнув рукой в сторону лиса, он сказал: — Кушина-чан, позволь мне представить тебя должным образом моему лучшему другу и партнеру Кураме, Его Светлости, он - «Девятихвостый демон-лис», «Пушистый комок» и — уф! Курама легонько щёлкнул его ногтем по спине, заставив его растянуться на несколько футов. — Что я говорил о том, чтобы ты не называл меня Пушистиком, Птичий Мозг? Наруто поднялся на ноги, стряхивая воображаемую грязь со своих штанов, и сердито посмотрел на биджуу. — Эй! Я не Птичий Мозг! — О, да? Ну, а как насчёт того времени, когда… Голос Курамы умолк, когда Кушина наклонилась вперёд, держась за живот, и издала взрыв смеха. И Курама, и Наруто посмотрели друг на друга и улыбнулись, ведь казалось, первая часть их плана заставить её открыться, провалилась. Тем не менее, Наруто не мог не нервничать из-за того, что должно было произойти. С Микото было на удивление легче, хотя бы потому, что раньше они не общались друг с другом, так что всё, что могло случиться, просто бы случилось. Однако его отношения с Кушиной были совсем другими, и он не хотел ничего напрягать между ними. К сожалению, так как он так долго не мог рассказать ей что-нибудь о том, откуда он родом, вполне возможно, она ничего не поняла. Глубоко вздохнув, Наруто решил начать свой рассказ. Если ему удастся уйти целым и невредимым, если она придёт за ним, он будет считать себя счастливчиком. Может быть, Курама смог бы помочь, чтобы спасти его. Может быть... —Итак, позволь мне сказать прямо. Ты из какого-то альтернативного будущего, где я была твоей матерью, Минато был твоим отцом, Рин и Обито были мертвы, Какаши был опаздывающим извращенцем, и ты только однажды встречался с Микото, но вы были соперниками и в конце концов ты убил её сына Саске. Через шестнадцать лет вы с Курамой помирились, когда началась Четвертая война шиноби, и я сражалась на ней ещё несколько лет, прежде чем использовать старую печать из Узушиогакуре, которая отправила тебя в прошлое. Они вдвоём медленно шли по одной из пустынных тренировочных площадок (у Наруто были клоны, чтобы убедиться в этом), тихо разговаривая. Наруто медленно кивнул, так как это было довольно приличное резюме того, что он объяснил в её разуме. Вероятно, они провели около четырёх или пяти часов, разговаривая в печати, и, к счастью, поскольку их мозг работал так гораздо быстрее, чем если бы они разговаривали в реальном мире, любому, кто с ними столкнется, показалось бы, что они медитируют минут пятнадцать. Теперь, когда их не было дома, она хотела быстро подвести итоги, просто чтобы убедиться, что ей всё это не приснилось. — Это всё говорит о том, что в итоге..., да... Кушина фыркнула: — Звучит смешно. Если бы Курама не соглашался со всем, я не думаю, что поверила бы тебе. Даже если бы Курама захотел поговорить со мной после всего этого времени, было бы действительно странно, но я признаюсь, что знала о некоторых довольно сумасшедших вещах. Тем не менее, сейчас эта встреча определённо на вершине. Наруто не удивился. Вероятно, он и сам бы не поверил. Чёрт, в конце концов ему понадобилось затащить Микото к Хокаге, чтобы заставить её, наконец, поверить, что всё, что он сказал ей, это правда. Сначала она поверила ему, по крайней мере, так он думал, но в течении нескольких недель он начал понимать, что ей, вероятно, было трудно поверить каждому слову, которое он сказал о том, откуда он был родом. К счастью для него, визит к Хирузену был всем, что ему было нужно. Он надеялся, ему не понадобится ещё один визит для Кушины. Минато был следующим, но у него былo чувство, что Минато уже знал больше, или, по крайней мере, считал, что знает больше, чем показывал. — Итак, эм... Наруто... Кушина остановилась и подняла кончики пальцев, сжав их вместе в робком жесте. — Странно, что ты смотришь на меня и не называешь меня своей мамой? Голова блондина немного сместилась в сторону, когда он заметил, что её больше нет рядом с ним. Её поза в данный момент была очень замкнутой, и это сильно напомнило ему о Хинате своего времени. Она по-прежнему смотрела прямо перед собой, но он мог сказать, что её лицо слегка покраснело. — Сначала было странно, — усмехнулся он. — Но это длилось недолго. Я встретил тебя очень, очень ненадолго внутри моей собственной печати, в которой был Курама. Я никогда не знал тебя по-настоящему, откуда я приехал. Но когда я попал сюда, я как бы освоился в роли твоего старшего брата. Это было удобно, и я всё ещё мог быть рядом с тобой, не беспокоясь о том, чтоб испортить временную шкалу. Короткий смешок Кушины прервал его. Когда он повернулся, чтобы посмотреть на неё, она покачала головой и отвела взгляд, пытаясь скрыть своё лицо. — Что это? — Не важно. Она повернулась к нему с застенчивой улыбкой, прежде чем снова отвести взгляд. — Смешно думать об этом сейчас, но после того, как мы с Микото-нээ услышали, как ты говорил о нас с Эро-Сеннином на горячих источниках, я начала немного влюбляться в тебя. Конечно, это было немного странно, потому что в то же время я все ещё любила Минато, но я также очень интересовался им, как и тобой. Не совсем уверенный, что на это сказать, Наруто просто почесал затылок и ухмыльнулся. — Эээ… я польщён, но ничего бы не вышло. Он слушал её смех и смотрел, как она кивает в ответ. После этого между ними на несколько мгновений воцарилась тишина, прежде чем она снова заговорила несколько запинающимся тоном. — Э-э-э... Наруто... ничего, если я буду звать тебя Аники? Блондин быстро кивнул. — Конечно. Кроме того, когда у вас с Минато будут дети, я хочу быть дядей, который их балует. Когда Кушина не ответила сразу, он собирался спросить, не случилось ли что, но она повернулась всем телом в его сторону и быстро двинулась вперёд, схватив его в крепкие объятия. Наруто сначала был удивлён, но в конце концов пришёл в себя, когда почувствовал, как её руки вцепились в заднюю часть его жилета шиноби, обнимая его крепче. В конце концов он вернул объятие. — Кушина-чан? — Спасибо, Наруто-аники. Спасибо... — О-конечно. Они оставались так несколько мгновений, просто держась друг за друга. Наруто огляделся, где они были. Это была довольно живописная сцена — несколько пушистых облаков в ярко-синем небе, много зелёной травы под ними с разбросанными тут и там деревьями. Небольшой ручей, который служил притоком реки Нака, тоже был недалеко, он мог слышать слабый шум движущейся воды с того места, где они находились. — Так что мне теперь делать? — Хм? - Наруто было любопытно, что она имеет в виду. Кушина разжала объятия и отступила на шаг, вытирая глаза. — Я имею в виду, я единственный, кто знает это, кроме Хокаге-сама? Конечно, Хокаге-сама знает всё, правда? — Да. Он был одним из первых, кто узнал об этом. Есть ещё семеро, которые знают… может быть, восемь, хотя я рассказал только пятерым. — Можешь ли ты сказать мне, кто знает? Кушина перестала тереть глаза и посмотрела на него, явно стремясь узнать, был ли это кто-то, кого она знала. — Конечно. Помимо Хокаге-сама, есть Шимура Данзо, Хатаке Сакумо, Яманаки Иноичи, Митокадо Хомура, Утатане Кохару и Микото. — Иноичи-кун? Правда? Наруто постучал пальцем по виску. — Когда я прибыл сюда, он был тем, кому я доверял больше всего с тех пор, как начал пользоваться своим разумом в прошлом. Я хотел распространить это доверие на настоящее, потому что я знаю такой тип человека, которым он станет. Кушина кивнула, постукивая по подбородку и отводя взгляд. — Микото, урожденная Учиха, тоже знает? Я знаю, что не должна удивляться, но я удивлена. Она мне об этом ни слова не сказала. — Ну, она моя жена, и я не хотел, чтобы она вышла за меня замуж и не знала, кто я на самом деле. Я думаю, что её отец тоже кое-что знает, но я не знаю, сколько Микото и Хокаге-сама сказали ему. Но я ничего ему не сказал, и он тоже не спросил. Он просто, кажется, что-то знает. Что касается того, чтобы ничего тебе не говорить... ты та, кто всё разболтает. Показав ему язык в ответ на его последний комментарий, Кушина ещё раз кивнула, но больше ничего не сказала. Между ними снова повисла тишина, пока в голову Наруто не пришла идея. — Эй, я подумал, что можно немного изменить наши печати джинчуурики, чтобы позволить сознанию Курамы путешествовать между нами. — Что, как? — У меня всё ещё есть по крайней мере часть чакры Курамы внутри меня, - Наруто бессознательно потёр живот, - Хотя я, очевидно, не использовал ни единой капли от неё. Мне не нужны были люди, чтобы они начали задавать вопросы, даже если казалось, что ты хотела что-то спросить время от времени... Я почти уверен, что мой контроль ускользнул, и ты это почувствовала, — Наруто слегка усмехнулся, когда Кушина посмотрела на него понимающим взглядом и слегка кивнула. — Я действительно не слишком много думала об этом раньше, но теперь, когда ты упомянул об этом… да. Наруто улыбнулся. — В любом случае, я не знаю, сможет ли биджуу-чакра, которая у меня есть, восстановиться, если он на самом деле не будет в моей печати. Я думал использовать что-то похожее на технику Минато Хирайшин, которая позволила бы Кураме путешествовать между нами туда и обратно. Если я смогу это сделать, если Тоби когда-нибудь придёт за тобой, тогда Курама может просто подойти ко мне, и больше не произойдёт то, что могло бы убить вас. Он просто будет в замешательстве, чёрт возьми. Услышав ужасную историю о своей смерти, Кушина сразу просияла. — Думаешь, это сработает? — Ну, я не знаю наверняка, так как никогда не слышал, чтобы что-то подобное делалось раньше, но это лучше, чем ничего, верно? Кушина задумалась ещё на мгновение, прежде чем, наконец, согласилась. — Ты прав. Давненько я не занималась исследованиями фуиндзюцу, и это лучше, чем просто тренировка, чтобы победить кого-то, с кем мне, возможно, никогда не придётся драться, если мы сможем заставить его работать. Я обещаю, что ни один мой ребенок не останется без родителей. Когда она сказала это, она смотрела на него так серьёзно, что он не мог не вздохнуть и тут же расслабиться. — Спасибо. Нахмурившись на мгновение, Кушина спросила: — То, как ты вздыхал, было ли это твоей целью всё время? — Часть цели. Я не хочу, чтобы ты, или Минато, или Микото умирали, это очевидно. Пока не случится что-то, прежде чем это станет проблемой, понимаете? Я имею в виду, если мы получим разрешение на перенос биджуу. Подумав об этом на мгновение, рыжая скрестила руки на груди, глядя на блондина пронзительным взглядом. Зная, какие обязанности у него были как Джинчуурики, он знал, что у Кушины такие же. Мысль о передаче биджуу другому, даже если бы это было временно... Наруто сразу бы его пристрелил в своё время. Единственная причина, по которой Кушина, вероятно, не сделала то же самое сразу, заключалась в том, кем он был и кем он себя называл. — Я согласна с этим, но при одном условии. Одна из бровей Наруто слегка приподнялась: — Каком? — Научи меня использовать чакру Курамы. Несмотря на то, что это застало его врасплох, ему удалось сохранить спокойное выражение лица. — Если ты вспомнишь, я уже пытался обучить тебя тому, как подготовиться к его использованию. Но проблема сейчас тренировать тебя больше, и я уверен, что Курама будет более чем счастлив снова размять ноги. Тем не менее, есть условие для вашего состояния единения. Тебе нужно подружиться с Курамой самостоятельно и доказать ему, что ты перед ним в долгу, прежде чем он согласится работать с тобой. — Так как же мне это сделать? Наруто пожал плечами. — Начни с того, что поговори с ним и познакомься с ним поближе. Я так и сделал, и теперь он практически один из моих лучших друзей. Как только он закончил говорить, Кушина опустилась на землю и села, скрестив ноги, приняв медитативную позу. — Хорошо, тогда я начну. — Не торопись, иначе он просто разозлится. Познакомься с ним нормально, потому что он просто проигнорирует тебя, если ты будешь слишком стараться. Кушина хотела ответить, но не успела ничего сказать, как замерла, и ее глаза расширились. Затем она начала смеяться. Излишне говорить, что Наруто был немного сбит с толку. — Что происходит? — Курама услышал тебя. Он говорит: ”Скажи этому сопляку Наруто, чтобы он заткнулся, я устал слушать, как он говорит обо мне”. — Тц, в следующий раз, когда я увижу этот пушистый комочек, я преподам ему урок, — проворчал Наруто. Рыжеволосая подарила ему улыбку, но ничего не сказала, закрыв глаза и погрузившись в медитацию. Восприняв это как сигнал уйти, Наруто взглянул туда, где светило солнце в небе. Оно было высоко над головой, а это означало, что, вероятно, пришло время добраться до встречи, которой он особо не ждал. Ещё раз взглянув на Кушину, он наклонился и нежно поцеловал её в лоб, прежде чем отправиться в кабинет Хокаге. —Входитe. Быстро войдя в помещение и закрыв за собой дверь, Наруто огляделся. Он не удивился, увидев, что он был одним из трёх человек в комнате, двое из которых были Хокаге и Орочимару. Какая-то часть его всегда беспокоилась, когда рядом был бледный мужчина, но с годами он к этому привык. Он ожидал какой-то конфронтации с человеком относительно статуса Анко, но на удивление ничего не произошло. Это заставило его задуматься, почему Орочимару вообще выбрал девушку. Анко своего времени ничего не помнила об этом, но всё равно потеряла большую часть своих воспоминаний о том времени и старалась не зацикливаться на этом. — Ах, Наруто-кун. Спасибо, что пришёл. Поскольку вы оба здесь, мы можем просто начать немного раньше. Наруто кивнул головой и подошёл к Орочимару, а сам мужчина тихо ответил: — Да, сенсей. Увидев, что они оба стоят там, Хирузен слегка откинулся на спинку сиденья и скрестил руки на груди. — Орочимару, не мог бы ты объяснить цель своих лабораторий? Голова заклинателя змей слегка наклонилась в сторону, но в остальном он выглядел невозмутимым. — Я уже объяснил вам их функции, сэнсэй. — Да, о большинстве из них. - Хирузен смотрел прямо на своего ученика. — Я говорю о тех двух, которые мы обнаружили в секторе B4, а также о той, что в C7. Я не помню, чтобы ты говорил мне что-нибудь о них. Наруто пытался наблюдать за Орочимару, не выдавая себя слишком явно; в настоящее время мужчина вёл себя так, как будто не было ничего плохого. —Приношу свои извинения, сэнсэй... эти лаборатории на самом деле использовались не более чем для хранения, поэтому я не думал, что о них нужно упоминать. Хокаге лишь вздохнул и потёр переносицу. — Возможно, мне следует начать этот разговор с другой стороны. Орочимару-кун, позволь мне официально представить тебя Учихе Наруто, Рокудаймэ Хокаге. Орочимару повернулся, чтобы посмотреть на блондина, сначала с удивлением, но затем на его лице отразилось чистое замешательство. Наруто бы рассмеялся, если бы ситуация не была такой серьёзной. — Року… но разве ты не выбрал Йондайме? Не говоря уже о Годайме. Хирузен выдавил улыбку: — Ну, я знаю, кем мог быть Годайме, но нужно только дождаться окончания войны, прежде чем Минато займет своё место на постоянной основе. Но давайте не будем блуждать слишком далеко и вместо этого перейти к конкретным фактам. Наруто-кун из будущего и попал в прошлое с помощью очень сложной печати, которую он обнаружил в руинах Узушиогакуре. Глаза Орочимару тут же засветились: — Говоришь, печать? Можем ли мы организовать группу, чтобы отправиться туда и восстановить… Хокаге поднял руку, прерывая комментарий. — Я уже давно отправил команду, чтобы уничтожить именно эти руины. Наруто-кун здесь единственный, у кого есть знание, и оно умрёт вместе с ним, если только не возникнет ситуация, когда оно понадобится. Как и ситуация, в которой он оказался перед тем, как прийти сюда. Бледный человек просто повернулся к Наруто, словно ожидая, что он продолжит объяснение. Решив, что он тоже мог бы, он начал объяснять: — Мы были в середине Четвертой Мировой война Шиноби. Мы проигрывали. Плохо было дело... — Коноха проигрывала? — Нет. Весь мир проигрывал. Мы все были против одного сумасшедшего. Брови Орочимару взлетели вверх, прежде чем его глаза быстро сузились. — Ты пытаешься намекнуть, что это был я? — Нет, насколько нам известно, вы были мертвы — или, скорее, были мертвы — примерно за год до начала войны. Этот комментарий совершенно ошеломил мужчину, который невольно отступил на шаг. — Ч-что? Мертв? Как? — Человеком по имени Учиха Саске. Орочимару посмотрел то на Хокаге, то на блондина, на мгновение прикинув замысел обоих, прежде чем снова заговорить. — Должен ли я предполагать, что эта маленькая встреча должна попросить меня о продолжении сотрудничать со всем, что я делаю, в обмен на то, что об этом... Саске... позаботятся? — В этом нет необходимости, — начал Наруто, — поскольку Саске больше не будет тем человеком, которым я его знал. Он был моим одноклассником. Но я из будущего, помнишь? — Да и...? — Он Учиха Саске. Я теперь Учиха Наруто. Не говоря уже о том, что я полностью – хотя и непреднамеренно – устранил шанс его возвращения к тому, каким он был, женившись на его матери. — Ты имеешь в виду… Учиха Микото? — Да. Теперь моя жена была его матерью в моём прошлом. Она вышла замуж за Учиху Фугаку. — Я понимаю. — Теперь Орочимару с опаской смотрел на него. — Так какова цель моего пребывания здесь? Наруто вздохнул, прежде чем сесть на один из стульев, пытаясь казаться полностью расслабленным, чтобы не доводить мужчину до нервного срыва. Если он заставит его сбежать раньше, это не спасет ситуацию. — Я убедил здесь старика, что хоть ты и стал монстром в моё время, ты всё же гений. Ты придумал много невероятных приёмов, которые могли обладать немалым количеством полезных и практичных приложений. Единственная проблема заключалась в том, чтобы дать вам что-то, что вас заинтересует, так как вы не станете настоящим монстром, пока не начнёте эксперименты над детьми и новорожденными – забирая их из детских домов во время войны, а иногда и напрямую от родителей. Даже я мог бы не заметить неприятностей, если бы вы брали их из мест за пределами Конохи... но вы также брали их и из деревни. К чести Орочимару, даже он выглядел довольно потрясенным и подавленным тем, что сделал его двойник. Судя по всему, он ещё не упал так далеко, что Наруто считал очень хорошим знаком. — Не секрет, что Вы стремились стать Хокаге, но сейчас я Вам скажу, что придется отказаться от этого, ведь талант пропадет, сидя за письменным столом целый день и занимаясь бумажной работой. После небольшого мозгового штурма мы со стариком пришли к нескольким идеям, которые хотели бы передать Вам. Они вдвоём начали объяснять ситуацию заклинателю змей, начиная с самого начала того, что они знали о нём. Наруто пришлось заполнить большую часть информации, основанной на деятельности Орочимару, которого он когда-то знал. Хотя они были непреклонны в том, что он больше не будет экспериментировать над маленькими детьми, но они ещё согласились с экспериментами, лишь бы не было похищений. Приглашать добровольцев и платить им за их услуги было чем-то, на что был готов даже Хирузен, ведь это был дополнительный фонд деревни, в определенной степени. Хокаге также был готов разрешить потенциально смертельные эксперименты над заведомо плохими преступниками, бандитами, нукенинами и ими подобными. Но даже это будет под строгим наблюдением. — По сути, мы хотим, чтобы вы возглавили новое подразделение в Конохе, чтобы сосредоточиться на медицинских достижениях и создании продвинутых медицинских шиноби, а иногда также действовать незаметно и выполнять особые миссии с уловками. В кабинете сидел Орочимару, явно поглощая всё это с ликованием. Чем больше они ставили на стол, тем легче ему было маргинализировать потерю более строгого ограничения на эксперименты. Способность заниматься своим делом ему была по душе. — Мы понимаем, что некоторые эксперименты могут быть слишком рискованными, чтобы проводить их здесь, в самой Конохе, — начал Хирузен, — так что у Наруто-куна была довольно хорошая идея. В какой-то момент, когда ты покинул Коноху, ты создал собственную деревню под названием Звук в стране рисовых полей. Он говорит, что это была не настоящая деревня, а скорее ряд укрепленных бункеров и пещер, которые вы использовали для своих операций. Бледный мужчина повернулся и вопросительно посмотрел на блондина, который кивнул. — Это правда. Я бы посоветовал вам воссоздать хотя бы часть того, что было вскоре после окончания войны, и сделать улучшения, использовав клан Фума активнее, чем в прошлый раз. Не только это понадобится, ведь у меня есть список людей, за которыми вам следует следить, которые работали под вашим началом раньше, и возможно, захотят снова. Имейте в виду, что многие из них ещё даже не родились, так что вам придется подождать несколько лет, прежде чем ваш дивизион станет самым большим. В отличие от того, когда вы создавали Звук прежде, после этого раза у вас будет поддержка Конохи. Многие другие деревни будут недовольны тем, что мы создаем базы повсюду, но таким же образом мы воздерживались от этой войны, потому что другие деревни знают, насколько мы теперь сильны. Как только мы вступим в войну, финал будет быстрым и решительным, так что никто и глазом не моргнет, когда мы скажем им, что это лучший способ обеспечить сохранение мира. Было натянуто просить этого человека подождать так долго, не говоря уже о том, насколько очевидно было то, что они говорили Орочимару, что он может заниматься своими делами за пределами Конохи, поэтому пока он не прошёл против них. Наруто знал это, Хирузен знал это, и для них обоих было очевидно, что Орочимару знал это. — Понятно. Есть что-нибудь ещё? Наруто и Хирузен переглянулись, и Хокаге коротко покачал головой блондину. Наруто снова повернулся, чтобы посмотреть на Орочимару: — Не сейчас, нет нужды придумывать планы и передавать их нам, а если у вас есть какие-либо вопросы о будущем, вы можете задать их мне. Я скажу вам, что я могу, но имейте в виду, что я всё ещё хотел бы сохранить события как можно ближе к исходной временной шкале, чтобы у нас было какое-то предупреждение о том, что произойдёт. Уже есть куча вещей, которые изменились, так как время тянется, я буду больше гадать, чем что-либо еще. — Я понимаю. — Орочимару посмотрел на дверь, а потом снова на Хокаге. - Простите меня, сэнсэй, у меня много планов, чтобы записать, так что я посещу вас и Наруто-сан позже. Могу ли я попросить Цунаде и Джирайю о помощи? — Можешь сделать это завтра. Моя следующая встреча — с этими двумя, чтобы ввести их в курс дела. — Да, сенсей. Спасибо. Орочимару быстро поклонился Хирузену, прежде чем повернуться к Наруто и сделать то же самое. Сделав это, он быстро вышел из комнаты, вероятно, взволнованный по поводу будущих перспектив. — Я думаю, что всё прошло хорошо. Наруто кивнул Хирузену: — Так оно и было. Я пытался не воображать всевозможные ужасные сценарии. Но так как он будет постоянно консультироваться с нами обоими, мы надеемся, что он сможет заставить его хорошо себя вести и поможет нам на этот раз. — Я согласен. Если нет, то я уверен, что ты или я сможем его усыпить. В любом случае... не хочешь ли ты пойти поесть что-нибудь перед нашей следующей встречей? — Конечно, что-нибудь на уме? Наруто начал потягиваться, вставая со стула, стараясь не думать о том, что ему сказали в прошлый раз, когда Сарутоби пытался «уложить Орочимару». — Ну, ходят слухи, что есть очень вкусная закусочная с раменом, которую вы с Минато часто посещаете... Встреча с двумя другими членами Сэннинов прошла именно так, как Наруто и ожидал. Джирайя кружился вокруг него, спрашивая об успехе его романов, в то время как Цунаде просто восприняла это спокойно, заявив, что в нём было несколько подозрительных качеств, которые никогда воедино не складывались. Тем не менее, она предпочла доверять ему, учитывая его положение в деревне и тот факт, что её сенсей явно доверял ему. Это также объясняло, почему он продолжал использовать для них нелепые прозвища. Их встреча была короче, чем с Орочимару, но не менее важной. Цунаде согласилась начать режим практики и работать с Орочимару, чтобы привлечь больше ниндзя-медиков в их активный список, в то время как Джирайя договорился с Наруто о том, чтобы снова найти Нагато до того, как Третья война разразится полным ходом. Тем временем Хирузену предстоял долгий разговор с Данзо и нужно было постараться заставить выбросить из его головы любые мысли о сговоре с Ханзо. Наруто не разбирался в деталях, но он достаточно почерпнул из беседы с Нагато, зная, что это был один из главных поворотных моментов этого человека, если не самый важный. По крайней мере, эти встречи были интересны, хотя бы не потому, что он менял судьбу, а потому, что они были во многом важны, и он знал, что, делая эти вещи сейчас, следующие этапы могут сделать будущее лучше. Совещание, на котором он сейчас был, к сожалению, было далеко не таким интересным. — ...всё, что мы смогли получить от них, Микото-сама. Мои извинения. Блондин наблюдал, как его жена покачала головой и вздохнула. — Это понятно, Такеру-сан. Я могу понять, почему они не хотят переезжать. Я поговорю с ними завтра и посмотрим, сможем ли мы прийти к пониманию. Есть ли ещё что-нибудь? — Нет, Микото-сама. — Очень хорошо. Свободен. Молодой человек по имени Такеру поднялся со своего коленопреклоненного положения и, отвесив Микото и Наруто быстрый поклон, вышел из комнаты и закрыл за собой раздвижную дверь. Услышав, как его шаги отдалились и полностью исчезли, Микото глубоко вздохнула и откинулась назад, растянувшись на полу. — Устала? — Наруто не смог сдержать смешок. Микото просто бросила на него нерешительный взгляд. — Конечно, я устала. Слушать, как люди скулят и жалуются, выбило бы из колеи любого. — Верно. По крайней мере, их было не так много, когда ты впервые взяла на себя управление год назад. В ответ он услышал лишь рычание, заставившее его улыбнуться. Правда, ей оставалось делать всё меньше и меньше, что он истолковал это как добрый знак. Они делали огромные успешные шаги, чтобы клан стал довольно самодостаточным и не зависел от ответственных лиц, которые позаботятся обо всём. Были ещё сложные дела, которые нужно было довести до него и Микото, конечно... однако их число медленно, но верно сокращалось. — Мммм... Нарутоооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо... — Да? — Наруто снова наградил её весёлой улыбкой. Микото перевернулась лицом к нему. — В последнее время я кое-что задумала. Наруто ждал, что она продолжит, но она этого не сделала. У неё были закрыты глаза и ожидающее выражение лица, как будто она ждала, что он спросит... — О чём? Её глаза тут же открылись, и она улыбнулась ему. — Я хочу создать семью. Наличие Анко заставляет меня думать об этом всё больше и больше. Блондин почувствовал, как его сердце сжалось от этого комментария. Он всегда мечтал об этом, и не было никаких сомнений в том, что они могут позволить себе создать семью, но он привык уважать желания Микото и редко навязывал ей свои собственные идеи, если только она не просила их. Он был готов к ребёнку через шесть месяцев после их брака, но Микото хотела дождаться, пока клан будет твёрдо под их контролем. Она не хотела, чтобы кому-либо из них приходилось иметь дело с ребёнком вдобавок к их текущим обязанностям. Это был правильный выбор, так как стресс от того, что она взяла на себя руководство кланом Учиха, мог создать проблемы для её здоровья и здоровья её ребенка... чем он не хотел рисковать. Жизнь ниндзя и без того была достаточно напряженной. — Если ты чувствуешь, что готова, тогда я могу начать, когда ты согласишься. — Действительно? — улыбка Микото превратилась в лукавую ухмылку, когда она переместилась с того места, где лежала. Полностью перевернувшись, она встала на четвереньки и начала ползти к нему. — Что, если я скажу, что хочу начать прямо сейчас? Брови Наруто почти подпрыгнули до самой линии роста волос. — Ч-что? Здесь? Ты серьезно? — Мммм. — Микото не спеша подошла к нему, двигаясь медленно и чувственно, глядя ему в глаза. Куда делась невинная Микото, когда они впервые начинали знакомиться? О верно. Вся наивность Микото исчезла после того, как она и Кушина каким-то образом завладели одной из рукописей Ича Ича Джирайи — возможно, тем изданием, которое он лично забрал на доработку. Как только она точно поняла, сколько власти она может иметь над ним, она никогда не отпускала её. Не то чтобы он жаловался. Конечно, нет. — Не должны ли мы хотя бы, я не знаю... заблокировать дверь? — У меня больше нет запланированных встреч. В здании больше никого не должно быть. Наконец она добралась до него и медленно подтянулась, положив руки ему на плечи. — Это правда, но разве не всегда есть один последний человек, который появляется с чрезвычайной ситуации, когда ты меньше всего этого ожидаешь? — Хммм… Мне всё ещё кажется, что мне всё равно. Микото удалось забраться к нему на колени и оседлать его, обхватив своими длинными ногами его талию. Её руки начали играть с молнией спереди его жилета, медленно стягивая его вниз. — Мы, как правило, создаём много шума, ты знаешь? Я не ставил здесь заглушающие печати, так что ты же не думаешь, что… Его речь оборвалась, когда Микото с силой поцеловала его, прижавшись к нему всем телом. Сам поцелуй продлился всего несколько секунд, прежде чем она отстранилась и уставилась прямо в его лицо. — Я хочу спать, дорогой. Всё, что потребовалось, это быстрая печать одной рукой, и они почти сразу же появились в своей спальне. — Я думаю, это хорошо, что я знаю, как использовать Хирайшин. Только пока не говори Минато, ладно? Последовавшее за этим подмигивание вызвало улыбку, сменившую выражение удивления на лице Микото, но даже эта улыбка превратилась в извращенную ухмылку, когда она с силой толкнула его обратно на их кровать. — Ты хочешь моего молчания? Это будет стоить тебе очень дорого. — Сколько? В этот момент Наруто понял, что она просто играет с ним. Он не мог не увлечься и не подыграть. — Боюсь, довольно много, — прошептала Микото, прежде чем облизнуть губы. Перебравшись через него, она начала дергать молнию своего джонинского жилета. — Надеюсь, ты готов, потому что потребуется вся ночь, чтобы оплатить весь свой долг.