Переписанная история

Чуть меньше двух лет спустя... — Сенсей! Эй, сенсей, подожди! Наруто остановился, повернувшись, чтобы посмотреть через плечо с лёгкой улыбкой на лице. Он узнал бы этот громкий, неистовый голос где угодно. Маленькая девочка, которой было почти восемь лет, остановилась рядом с ним, пока он смотрел, удивлённый внезапности встречи. Его улыбка стала шире, когда он заметил сияющий протектор на её лбу с изображением листа на нём. Прежде чем он успел что-либо сказать, девушка указала на него и закричала: — Я сделала это, Сенсей! Теперь ты должен мне дзюцу! Научи меня одному после того, как я закончу! Усмехнувшись, Наруто кивнул. — Я так и сделаю. Я всегда выполняю свои обещания, - подойдя, он наклонился и коротко обнял девушку, на что она быстро ответила, прежде чем пробормотать что-то смущённо. — Извини, Анко. Я не хотел смущать тебя. Давай немного отпразднуем. Что ты хочешь на обед? — Данго! Этот крик не стал неожиданностью для Наруто, поэтому он просто кивнул и жестом пригласил девушку с фиолетовыми волосами следовать за ним. Он сейчас просто бесцельно бродил по деревне, во всяком случае так казалось, пока он ждал, пока её класс выйдет. Многие из случайных прохожих, которых они встречали на улице, кивали и приветствовали Наруто, когда он проходил мимо со своей молодой ученицей, многие даже предлагали ей свои собственные поздравления. Он никогда не видел, чтобы на её лице так долго оставалась такая широкая улыбка. Почти два года назад Сандайме показала ему список нынешних студентов Академии, а также тех, кто скоро запишется. В тот момент, когда его глаза скользнули по имени Митараши Анко, он тут же попросил взять её в ученики. Конечно Хирузен казался немного расстроенным этим, очевидно, надеясь, что он возьмёт полную команду. Однажды Наруто рассказал о том, кем была Анко в будущем и как её бросил Орочимару... и он полностью понял. Наруто без проблем набрал полную команду после того, как его начальное обучение с Анко закончилось, и она стала генином. Но он хотел подарить одному из своих старых друзей по временам войны, лучшую раннюю карьеру, где её не бросили бы как мусор, а вместо этого относились бы к ней с уважением до конца её пребывания в должности шиноби. Анко была сиротой, судя по всему, оба её родителя погибли во время второй войны. Она также думала, что у неё есть старший брат или сестра, но была слишком мала, чтобы ясно всё помнить, а лишь слушала слухи. Она провела краткие поиски, когда была ученицей Наруто, но пока ничего не нашла. С другой стороны, было так много всего, что девочка её возраста могла делать. Наруто был искренне доволен, как Анко, так и своими навыками преподавания, которые прошли долгий путь со времён Конохамару. Он смог научить её достаточно хорошо, так что она была в состоянии пропустить даже программы Академии и получить диплом за два года, когда полная программа рассчитана на шесть и до восьми, если вы включите коррекционные занятия. Хотя во время войны Академия пыталась выжать всех своих студентов на максимум за четыре года. Ему удалось сделать Анко достаточно хорошей за половину этого времени. Конечно, она не была Хатаке Какаши или альтернативным Итачи, но она была очень искусна сама по себе для такой молодой девушки. Он также обучал её вещам, которых не было в программе Академии, например, лазанию по деревьям и хождению по воде, а также выяснил, что она любит чакру стихии воды. Единственное, чего он не стал бы делать, так это учить ее какому-либо надлежащему дзюцу, кроме основ Академии, до того, как она закончит учебу. Поначалу она казалась несколько расстроенной этим фактом, но затем, когда он сказал ей, что чем сильнее она будет, когда закончит учебу, тем более сильным техникам он сможет её научить... она отдала всё, что у нее было. Он не хотел слишком сильно баловать девушку, во всяком случае, Микото сделала это в большей мере вместо него. На самом деле его жена уже удочерила бы девочку, если бы не тот факт, что семьям не разрешено обучать собственных детей. Если бы они хотели её официально удрчерить, Наруто больше не было бы позволено быть её сенсеем. Он предложил Анко такой вариант, конечно, но девушка была в праве отказаться, будучи единственной Митараши. Она хотела оставить Наруто своим сенсеем. Это не мешало ей иногда называть его папой, когда они были одни. В первый раз, когда она так сделала, случилось несколько месяцев назад, и она удивилась, как будто бы не веря, что так быстро смогла пройти в квартал. Она быстро зажала рот ладонями, уставившись на него, краснея, а затем быстро начала заикаться, как не старалась прекратить; извиняясь, пока не запаниковала. Когда он обнял её и сказал, что он польщён, она заплакала, сказав, что не хочет его расстраивать, потому что отклонила его предыдущее предложение. Он сказал ей, что она может называть его так, когда захочет, даже если это не официально на бумаге. Он также смог с любовью вспомнить, как она впервые позвала Микото «мама», просто чтобы увидеть её реакцию. Его жена буквально таяла прямо у них на глазах, и ему пришлось вырвать Анко из рук женщины, так как она собиралась задушить его ученицу в своих объятиях. Девушка явно восприняла их реакцию близко к сердцу, так как через пару месяцев обучения попросила съехать из своей одинокой деревенской субсидируемой квартиры в район Учиха рядом с ними. Они были более чем счастливы подчиниться её желанию. Что касается клана Учиха и округа в целом... Микото приняла мантию главы клана почти год назад, и у неё было много хороших идей, хотя это само собой разумеется, что она часто приходила к мужу за его советом и мыслями почти по каждому действию. Многие Учиха часто шутили, что у клана две головы, но они так хорошо сработались вместе, что никто не жаловался на это, насколько им известно. Что касается самого района Учиха, то он также претерпел немало изменений. Одной из первых вещей, которые Наруто предложил Микото, как только она стала главой клана, было то, что они уберут стену вокруг комплекса или, по крайней мере, его большую часть. Сначала она отнеслась к этому скептически, но, выслушав его объяснение, приняла решение, что оно имеет смысл, и согласилась с ним. Это было то, что он называл первым шагом в своем плане по привлечению Учих к жизни деревни в целом, и сделать это способами, которые поначалу казались незначительными, но постепенно меняли не только клан, но и деревню в целом. Старейшины и большинство старшего поколения, похоже, так или иначе не заботились о стене, что они восприняли как хороший знак. Остальная часть деревни была удивлена, но довольна, не говоря уже о том, что Хирузен считал это блестящей идеей. Ходили слухи, что Хьюга, единственный другой клан, окруженный стеной, тоже думал её снести. Членов клана Учиха теперь заманивали жить в любом месте деревни, где они хотели, что сделало многих членов клана счастливыми, поскольку некоторые чувствовали себя задохнувшимися, застряв на одном месте территории клана Учиха. Мало того, людям за пределом деревни разрешалось жить и вести дела на родовой земле, если они хотели, но с них взималась надбавка в арендной плате и комиссионных сборах. Никто из них не жаловался на надбавку, так как они могли жить и заниматься бизнесом в месте, которое быстро становилось самым популярным и лучшим, являясь охраняемой территорией деревни. Конечно, все планы Наруто не сбылись без некоторого ворчания Фугаку, который чаще всего был на переднем плане, хотя Наруто не был уверен, что этот человек ставил его на место оппозиции Наруто только потому, что у него была обида, или если у него были законные проблемы. Они никогда по-настоящему не разговаривали друг с другом, если только в этом не было крайней необходимости, так что Наруто, как правило, избегал штаб-квартиры военной полиции, если только Микото не отправляла его туда, потому что не хотела иметь с ним дела. Фугаку всегда слишком увлекался статус-кво, и, похоже, не очень хорошо переносил перемены, если судить по постоянной гримасе на его лице. Минато не раз шутил, что Наруто выпороли, и Наруто не стал спорить. Конечно, ему, возможно, пришлось делать некоторые вещи, которых он на самом деле не хотел, но с другой стороны, он был счастливее, чем когда-либо раньше, так что он не возражал делать почти всё, что просила его жена. Это не значит, что у него были какие-то серьёзные проблемы с Фугаку, потому что их не было. Они просто не ладили друг с другом, и ни один из них не прилагал никаких усилий, чтобы что-то исправить между собой. Фугаку, казалось, неохотно принял тот факт, что Наруто делал много хорошего для клана, даже для того, кто не был Учихой по крови, он не стал беспокоить Наруто по пустяках, а взамен Наруто был полностью непричастен к военной полиции. Он просил только квартальные отчёты, которые всегда получал вовремя. Так, пока не было никаких проблем, и так, вероятно, останется в обозримом будущем. Он услышал, как Анко начала возбужденно болтать, и посмотрел, из-за чего она поднимает шум. Судя по всему, прибыли не только они, но и Минато со своей командой, которую он получил чуть меньше года назад. В то же время, когда он получил свою команду, Хирузен удивил Минато, сказав ему, что он станет Хокаге, когда война закончится. В тот вечер четверо друзей устроили небольшую вечеринку в честь поздравления, но, к сожалению, должны были закончить её раньше, потому что Минато ныл, что Хокаге хочет, чтобы он рано вставал для начала его нового обучения. Полное официальное объявление должно было быть сделано в деревне позже в этом месяце, и, судя по всему, они уже приступили к добавлению его лица на гору Хокаге. Это, конечно, заставило деревенскую мельницу слухов сойти с ума, многие думали, что следующим Хокаге будет либо Хатаке Сакумо, либо Орочимару. Внимание Наруто переключилось с горы обратно на его ученицу, которая взволнованно бежала вперёд, болтая о том, как она окончила школу, и показывая что-то каждому члену команды Минато в отдельную очередь. Посмеиваясь про себя, он ухмыльнулся молодому блондину и сел на пустой стул рядом со своим другом. — Я не думаю, что когда-либо видел тебя здесь с твоей командой раньше. Минато пожал плечами, лениво размахивая палочкой данго, которую, казалось, грыз. — Сегодня Обито хотел попробовать что-то другое, и в кои-то веки Какаши не возражал. Итак… мы... — От Рин-чан тоже нет новостей? — Нет. Но она обычно соглашается со всем, что они говорят. Наруто кивнул. Он не так хорошо знал членов команды Минато, как ему бы хотелось, но, поскольку они постоянно были на миссиях, он так и не получил никакой возможности для получения информации. Несколько шансов, которые у него были, также заставили его разделить свое внимание между ними и Анко, хотя его ученица, очевидно, всегда получала приоритет. Он уже знал Какаши через Сакумо, не говоря уже об одной миссии, которую они выполняли некоторое время назад. Какаши казался намного более открытым и дружелюбным, когда его отец был ещё жив, хотя у него всё ещё было то слегка отчужденное отношение, которое легко выводило людей из себя. Он не знал, ладит ли этот Какаши с Обито лучше или нет, и не хотел с ними суетиться, ведь это была чужая команда, но он не мог не быть любопытным. В общем, Какаши оказался намного приятнее, чем он ожидал, зная больше о прошлом этого человека из его настоящего альтернативного будущего, чем кто-либо другой. Отчасти это могло быть связано с общим чувством поклонения героям, которым Какаши часто поражал его. Хотя это никоим образом не было экстремальным, для Какаши не было ничего необычного в том, что он приходит к Наруто за советом вместо Минато или даже его отца. Сакумо относился ко всему спокойно, но Минато выглядел довольно расстроенным всякий раз, когда это происходило. Когда Наруто спросил Какаши, почему он не спрашивал других, единственный реальный ответ, который он получил, заключался в том, что Наруто оказался самым сильным человеком, которого он знал. Когда его спросили об его отце или Хокаге, единственным ответом было: — Я никогда не видел, как они дерутся. Это имело смысл, хотя ворчание Минато имело привычку раздражать Кушину, и тогда и Наруто, и Какаши испытают на себе её гнев. Само по себе это было неплохо... и далеко не так плохо, как то, что она сделала бы с кем-то, на кого бы серьёзно рассердилась. Тем не менее, она иногда прикладывала дополнительные усилия, пытаясь навредить ему во время их частых тренировок. Что касается Обито, подросток относился к нему с полным благоговением, когда они встречались несколько раз. Он предположил, что это произошло только потому, что он был женат на главе клана, и, возможно, поспособствовали даже несколько небылиц от Какаши, но, видимо, это ещё не всё. Родители Обито утверждали, что присоединение Наруто к клану было даром небес, и они снова зауважали его и благодарили постоянно. Они ладили с остальной частью деревни лучше, чем со времен короткого правления Нидаймэ Хокаге и когда он ввёл военную полицию. Родители Обито почти боготворили его, и в результате это передалось и мальчику. Наруто спросил Микото, связан ли Обито с ней каким-либо образом, но она не знала, что он является ближайшим её родственником. Он был лишь слегка расстроен тем, что у него нет племянника. Конечно, это не помешало ему научить мальчика одному розыгрышу или трём. Однако Минато никогда не переставал жаловаться на это, говоря, что не хочет, чтобы у его команды была плохая репутация, поэтому Наруто в последнее время воздерживался от обучения мальчика чему-либо новому, а вместо этого заставлял его практиковать скрытность, чтобы он мог шутить, но не попасться. И наконец, Рин. Она была самой тихой в их команде, а также выполняла роль, похожую на роль Сакуры в его первой команде. Он видел, как она лечила Обито и Какаши после тренировок и спаррингов, хотя она никогда не использовала технику Мистической Ладони, поэтому он догадался, что она этого не знала. Насколько он знал, Минато тоже не владел подобной техникой. Однако он знал, что в своё время она сделала пересадку глаза Какаши, поэтому, если она знала об этом сейчас, она просто решила не использовать технику по какой-то причине. Рин, должно быть, заметила, что он смотрит на неё, потому что тут же отвела взгляд и покраснела, на её лице появилась лёгкая улыбка. Наруто не мог не улыбнуться в ответ... В тот момент, когда они встретились, она, казалось, немного влюбилась в него. Когда он пытался поговорить с девушкой, ей всегда было трудно смотреть ему в глаза, когда она отвечала, не говоря уже о румянце, всегда появлявшемся на её щеках. Конечно, это также могло быть своего рода поклонением героям, учитывая, кем были два других её товарища по команде. Конечно, имел место быть и тот факт, что из-за внешности, умений и общей манеры поведения, не было секретом, что женщины смотрели и на него, и на Минато всякий раз, когда они были вместе в деревне. Было мило слушать рычание Кушины и Микото об этом, удобно забывая, что на них часто смотрели другие мужчины. — Есть идеи, когда ты начнёшь выполнять с ней миссии? — услышал он голос Минато. Потребовалась всего секунда, чтобы разум Наруто сообразил. — Не в ближайшее время. Хокаге-сама говорил, что не хочет, чтобы я выходил без полной команды, дав мне ещё двоих детей, чтобы я поработал с ними, прежде чем он даст нам какую-нибудь миссию. Краем глаза он увидел, как Минато кивнул. — Имеет смысл. Ты хороший учитель, я не думаю, что он хотел бы, чтобы у тебя был только один ученик. — Мне всё равно, так или иначе. Я доволен тем, что у меня есть. Если я получу больше, я приспособлюсь. Когда Наруто закончил говорить, подошла одна из официанток и взяла его заказ. Анко это заметила и довольно громко предложила своё мнение, что взять, и, посмеиваясь, решила достать для них вкусности. Когда Анко вернулась, чтобы начать болтать с другой командой, Наруто воспользовался моментом, чтобы осмотреться. Это был довольно напряженный день, хотя он полагал, что отчасти это было связано с выпускным в академии. Повсюду суетились люди, хотя маленький магазинчик данго, в котором они находились, не находился ни на одной из главных дорог в деревне, был ещё довольно занят. Он всегда представлял себе деревни довольно тихими во время войны, но на самом деле Коноха казалась более оживленной, чем раньше. Многое из этого могло быть связано с предыдущей иммиграцией два года назад, но даже после того, как они поселились в деревне, прирост населения продолжал расти. Нынешний размер и относительная мощь Конохи по сравнению с другими скрытыми деревнями, вероятно, были причиной того, что ни одна из них официально не объявила им войну, хотя Коноха постоянно мешала своим союзникам, особенно в Траве, Водопаде и Дожде. Без предупреждения один из деревенских АНБУ упал в поле его зрения и стремительно двинулся вперёд. Все присутствующие шиноби замолчали и посмотрели, вероятно, будут ли они теми, кого зовут. Но то, как АНБУ целенаправленно приближался к нему, заставило Наруто поверить, что он был текущей целью. Все остальные начали возвращаться к своим делам, когда они тоже это поняли. И действительно, как только АНБУ оказался достаточно близко, он остановился в нескольких шагах и отвесил быстрый поклон. — Учиха-сама, Хокаге-сама просит вас прийти как можно скорее. Наруто медленно кивнул. — Есть сведения, о чём пойдёт речь? — Нет, он просто попросил меня передать сообщение. — Спасибо. Свободен. АНБУ тут же исчез в вихре листьев. — Есть идеи, для чего ты ему нужен? Вопрос Минато заставил Наруто посмотреть на другого блондина, когда тот встал. — С тех пор, как Анко выпустилась… Наруто пожал плечами: — Вероятно, что-то о команде, чтобы он мог отправлять меня на миссии, я держу пари. — Ну, дай мне знать, когда узнаешь, если сможешь. — Конечно, — усмехнулся Наруто. Засунув руку в один из карманов своего жилета, он вытащил немного денег и протянул их Минато. Другой блондин кивнул, зная, что это, вероятно, оплата за еду, которую он заказал, но не смог есть. Честно говоря, он не был так голоден, так что это было больше для Анко, чем для него. Его глаза искали самого молодого члена их группы, только чтобы увидеть её с вопросительным выражением лица. Коротко улыбнувшись, когда он подошёл к ней, пока она сидя смотрела, а потом он осторожно коснулся её руки. — Ты можешь остаться и поесть с командой Минато. Не доставляй им проблем, хорошо? Анко ответила ему широкой улыбкой и кратким «Да!». — Хорошо. Если у тебя что-то осталось, а твоим друзьям это не нужно, просто возьми то, что осталось, домой, и Микото покажет тебе, куда это положить. Получив еще один утвердительный кивок, он улыбнулся, прежде чем посмотреть на Обито. Другой Учиха сначала выглядел пораженным, когда на него уставился один из глав клана, но быстро попытался скрыть это с нейтральным выражением лица, которое Наруто привык видеть. Наруто положил руку на голову Обито и на секунду потер её, так как у парня почему-то на шее были очки. Как он и ожидал, Обито тут же нахмурился и попытался исправить это, хотя обычно его волосы и так были в беспорядке. — Я отдаю Анко под твою опеку, понял? — заявил Наруто с притворной серьезностью. Обито просто застыл на секунду, прежде чем медленно кивнуть. — А ты уверен? — Если бы я не был уверен, я бы не спрашивал. Держи её подальше от неприятностей, но если она не будет себя вести прилично, дай мне знать позже, и я отчитаю её.— Он подмигнул мальчику и был слегка удивлён, увидев выражение согласия и решимости на лице Обито. Он проигнорировал завывающее «Паааааап!», что исходило от Анко, но он кивнул вместе с Минато, прежде чем помахать всем остальным и исчезнуть в вихре листьев. — Ах, Наруто. Я слышал, что Анко сдала экзамен в числе лучших выпускников. Поздравляю с отлично выполненной работой. Наруто внутренне улыбнулся похвале, но снаружи он попытался сохранить подобие улыбки, то есть не более чем подергивание губ. — Спасибо, Хокаге-сама. Хирузен перебирал какие-то вещи на своем столе, схватил две папки и протянул их Наруто, чтобы тот взглянул на них. Продвигаясь вперёд, чтобы взять папки, он осмотрел форзацы, чтобы увидеть имя, написанное на верхней части. Это было имя, которое он смутно узнавал, но не очень хорошо знал его даже во время войны. — Эти двое могут тебя заинтересовать. Учитывая то, что ты сделал с маленькой Анко, я чувствую, что ты был бы лучшим учителем и для этих двоих. Ты сказал мне, что не будешь против того, чтобы брать команду после того, как Анко закончит учебу, так что... Хокаге откинулся на спинку стула, когда его голос затих, и Наруто бросил на него притворный взгляд. — Я не имел в виду тот день, когда она выпустилась, старик. Хирузен лишь пожал плечами, одарив блондина хитрой улыбкой. — Семантика. Фыркнув и покачав головой, Наруто открыл папку сверху и увидел лицо серьёзно выглядящей молодой девушки. Волосы у нее были тёмными на макушке и держались на уровне примерно до плеч, переходящие в более светлый фиолетовый ближе к концам. Узуки Югао не было именем, которое он часто слышал в свое время. Максимум, что он знал, это то, что когда-то она была в АНБУ под командованием Какаши и у неё был бойфренд, которого убили, когда деревни Песка и Звука вторглись в них во время Экзаменов на Чуунина. Он не знал, где она была во время войны, и мог только догадываться, что она погибла, так как он этого не знал, помня, что слышал о ней или о её команде в любое время, кроме того периода, когда Какаши рассказывал истории о старых миссиях, на которых он был. Очевидно, на этот раз она тоже только что закончила школу и заняла шестое место в своем классе. Её внимание было почти полностью сосредоточено на нападении, и, по словам учителей, похоже, ей понравилось пользоваться мечом. Однако казалось, что это её желание появилось только в последние несколько месяцев, так что она была ещё полным новичком. В остальном она была совершенно компетентна во всех других аспектах шиноби. Закрыв её файл, он бросил его на стул рядом с собой, затем открыл другой. Этот недавний выпускник был для него совершенно неизвестен, хотя фамилия и звучала несколько тревожно, словно набат колокола. Во-первых, из-за имени биджуу, которое было запечатано в нём годами, а во-вторых, из-за того, что это было клановое имя группы опытных пользователей гендзюцу, которые жили в деревне. Когда он был моложе, ему приходилось помогать нынешней наследнице Кураме Якумо преодолевать её собственные кошмары. Этим мальчиком был Курама Такуя, и он уже подавал надежды, используя гендзюцу. Он был немного не в восторге от других, более физических аспектов бытия шиноби, но это было понятно, учитывая, на чём он сосредоточился. Очевидно, у мальчика также был почти идеальный контроль над чакрой, что сделало бы его хорошим целителем, если бы он захотел выучить несколько техник. Кроме этого, всё остальное казалось довольно средним — его выпускной рейтинг был даже не в середине его класса, а на четырнадцатой позиции. — Так Вы хотите, чтобы я взял этих двоих, Хокаге-сама? — Да. Я проверял выпускной файл Анко и заметил, что она превосходит почти все категории, кроме управления чакрой. Она была бы идеальным балансом между другиими двумя, что выбраны там. Югао сосредоточился на более наступательных аспектах, в то время как Такуя больше на обороне. Наруто вздохнул, прежде чем кивнуть и схватить файл, который бросил на стул. Собрав документы вместе, он вернул их Хокаге. — Если ты думаешь, что это хорошая идея, тогда я сделаю это. Когда мне нужно их начать учить? Приняв файлы, Хирузен усмехнулся. — Предлагаю сегодня днём, около трёх. Выпускникам сказали снова собраться после того, как их распустили сегодня утром, чтобы получить поздравления от семьи и сверстников. Вскоре у меня будет короткая встреча с другим Джонином-сенсеем. — У меня достаточно времени, чтобы предупредить мою жену и ученика, что я набираю команду, а затем могу вздремнуть. Мне это нравится. Хирузен фыркнул, затем начал хихикать. — Как хочешь. У тебя есть чуть больше часа. Не заставляй своих учеников ждать слишком долго. Наруто усмехнулся, просматривая собственные воспоминания о том, как ему пришлось ждать почти два часа, пока Какаши не появится в их первый день в команде. Микото убила бы его, если бы он когда-либо позволил себе так опоздать без причины. Неудивительно, что Какаши всегда оставался холостым. Попрощавшись с Хокаге, он быстро отправился домой, чтобы сообщить новости своей жене. После этого он вздремнул, потому что, если его старая команда была каким-то признаком беспокойства, это мог быть очень длинный день. — Югао! Югао! Ты взволнована? Девушка с фиолетовыми волосами повернула голову и посмотрела на свою хорошую подругу Маки. — Конечно, я так нервничаю. Маки нахмурилась: — Ты действительно не выглядишь так, как обычно. Ты снова мечтаешь о своей любви? — Т-заткнись! Я не такая! — Ааааа! Я думаю, это просто выдало тебя! Ты такая милая, когда краснеешь! Югао застонала, пытаясь скрыть лицо, и отвернулась. Она знала, что не должна была ничего говорить о своём недавнем интересе к одному из своих друзей. Она даже не знала его имя, и только увидела, что он действительно хорошо владеет мечом. Было удивительно наблюдать, как он танцует со своим оружием, сражаясь с невидимыми врагами. Это выглядело так изящно, и она хотела бы уметь делать то же самое. В результате она приняла решение использовать меч в течение последних трёх месяцев своего обучения в Академии. На самом деле в школе не было никого, кто хотел бы учить её ещё, поэтому она пыталась учиться по книгам и наблюдая за тем, как другие используют оружие. Теперь она только надеялась, что у неё есть учитель, который мог бы научить её нескольким приёмам, или, по крайней мере, указать ей направление на кого-то, кто мог бы научить. Хотя Маки, по-видимому, решила отказаться от любых комментариев о последней любви Югао, это не помешало ей спросить что-нибудь ещё. — Итак, как ты думаешь, кого они собираются взять в команду вместе с тобой? Надеюсь, меня посадят с Рю. Я слышала, что он был вторым в классе. Мало того, он ещё и мечтательный. Югао искоса взглянула на свою подругу, но Маки была слишком занята, глядя и вздыхая на мальчика, сидевшего в нескольких рядах от них, который оживленно разговаривал с двумя своими друзьями. Хотя, да, он был умен и довольно красив, но она происходила из семьи шиноби с долгой историей службы. Если бы она гонялась за мальчиками вместо того, чтобы концентрироваться на исследованиях себя, её семья была бы довольно разочарована. Конечно, это не помешало ей восхищаться своим новым увлечением, но тот факт, что он так хорошо владел мечом, был бонусом. Любые другие мысли или комментарии Маки были прерваны, когда в комнату вошёл их инструктор по получению уровня чуунина, успокаивая их. Когда все вернулись на свои места, он начал говорить. — Во-первых, позвольте мне сердечно поздравить всех присутствующих в этом зале. Вы все сдали выпускной экзамен, а также ускоренные курсы, чем я очень горжусь и тем, что сделано здесь на данный момент, хотя имейте в виду, что у некоторых учителей могут быть свои собственные тесты, чтобы убедиться, что вы все можете сражаться на поле боя, а не только в классе. В мире в настоящее время идёт открытая война, хотя наша деревня ещё не полностью вовлечена в неё. Различные ваши сенсеи захотят, чтобы вы могли работать как единое целое. — С учётом сказанного, все руководители групп в настоящее время ждут за этой дверью. Будьте готовы усердно работать, потому что многое нужно сделать для подготовки к грядущим событиям. На этом я… Его слова оборвались, когда дверь в класс скользнула в сторону, и в комнату вошла молодая девушка с волосами почти такого же цвета, как у неё самой, и тут же снова закрыла дверь позади себя. Она широко улыбнулась всем, прежде чем посмотреть на инструктора. — Извините, что прерываю, но мой сенсей сказал, что я должна прийти и подождать здесь, пока не объявят остальных членов моей команды. Югао наблюдала, как её инструктор хихикнула и указала на одно из свободных мест впереди. — Конечно, Анко-сан. Присаживайся прямо впереди. Вскоре после этого начались разговоры шепотом, и Югао тоже почувствовала себя немного взволнованной. Сначала ходили слухи, что её тренирует крупная шишка Джонин, но всё это было очень засекречено. В течение двух лет до неё доходили слухи, не говоря уже о том, что Анко больше никто не видел. Тогда только на следующий день она сдала выпускной экзамен вместе с Югао и остальными учениками. Большинство были шокированы, и почти все ожидали, что она сразу же потерпит неудачу. К всеобщему удивлению, включая учителей, она вышла вперёд и закончила школу первой в классе. Югао подумала, что это удивительно, что Анко смогла совершить подобный подвиг, даже после того, как она ни дня не провела в школе и обучалась только у своего учителя. После того, как испытание было завершено, Митараши Анко была более чем счастлива сказать всем, что она была ученицей единственного и неповторимого Учихи Наруто. В результате практически все согласились, что не было бы такой неожиданностью, что она прошла тест, если бы они знали. Если по какой-то причине человек не знал, кто такая Анко, он точно знал, кто такой Наруто. Мужчину не зря называли правой рукой Хокаге. — Югао! Маки толкнула её локтем в бок, быстро привлекая её внимание. — Я всё ещё хочу быть в команде Рю… но… но… я хочу быть в команде Анко-сан, ведь ей преподавал Учиха-сама?! Всё, что Югао могла сделать, это кивнуть, конечно, она хотела бы, чтобы Учиха-сама был её учителем. Но он, вероятно, взял бы одну из самых разносторонних команд, а поскольку она заняла высокую строку в рейтинге, но не самую верхнюю, вряд ли её туда поставят. Тем не менее, она могла мечтать. Она уже собиралась ответить подруге, но инструктор начал объявлять команды, поэтому она промолчала. — Первая команда: Тамагаши Рю, Митокадо Джуичи и Ханатаба Маки. Визг Маки был резким, но тут же замолчал, когда девушка зажала рот рукой. Все в классе смотрели на неё, и она резко опустилась на стул, а её лицо стало ярко-красным. Откашлявшись, инструктор покачал головой и продолжил: — Ваш Джонин-сенсей — Угана Мио. Вторая команда всё ещё находится в ротации после последнего выпуска, поэтому третья команда будет… Югао одним ухом прислушивалась к тому, что говорила инструктор, на случай, если она услышит своё имя, но в остальном повернулась, чтобы посмотреть на Маки, которая медленно садилась и пыталась не обращать внимания, если кто-то всё ещё смотрит на неё. — Ну, по крайней мере, ты получила одну из вещей, которые хотела, верно? — прошептала Югао. Маки посмотрела на свою подругу и коротко улыбнулась, но затем её взгляд переместился на вниз, туда, где сидел Рю. Должно быть, он смотрел на неё снизу вверх, потому что глаза Маки расширились, и она сразу же снова посмотрела на свои колени. Югао изо всех сил сдерживала смех, но каким-то образом ей удавалось подавить его. Переключив всё своё внимание обратно на переднюю часть класса, она снова настроилась как раз в тот момент, когда инструктор заканчивая объявлять членов команды номер пять. Шестая, по-видимому, тоже всё ещё находилась в ротации, так что следующей была команда Семь. — Седьмой командой будут Курама Такуя, Узуки Югао и Митараши Анко. Вашим Джонином-сенсеем будет Учиха Наруто. Югао почувствовала, как остановилось её сердце. У неё будет Учиха Наруто в качестве Джонина-сенсея? Это было похоже на сбывшуюся мечту, но она не думала, что действительно заслуживает того, что её зарегистрировали в команду под его началом. Конечно, она была одной из лучших в классе, но особо ничем не выделялась. Мало того, она не знала, захочет ли он оставить её, если она настоит на использовании меча, что ей очень хотелось сделать... — Югао! Поздравляю! Яростный шепот ей на ухо вернул её мысли в фокус, когда она повернулась, чтобы посмотреть на Маки, которая широко улыбалась ей. — Кто бы мог подумать думал, что ты будешь в его команде? Когда Югао не ответила и вместо этого смотрела прямо перед собой, Маки усмехнулась и продолжила слушать объявление остальных команд. Тем временем глазами Югао быстро разыскала Анко и недоумевала, почему девушка оглядывается на неё с широкой улыбкой на лице. Единственная логичная причина, которую она могла придумать, заключалась в том, что Анко уже знала, кто был в её команде и как они выглядели. Однако, когда инструктор закончила объявлять команды и ещё раз поздравила их всех, она быстро поняла, что ей всё равно, когда в комнату вошёл первый Джонин-сенсей и Маки помахала ей на прощание. Она собиралась быть в команде Учихи Наруто-самы. Даже если он по какой-то причине не хотел её оставлять, она узнает всё, что сможет, так быстро, как только сможет, чтоб он был готов учить. Наруто усмехнулся, идя позади своей новой команды. Они направлялись на тренировочную площадку номер семь, до сих пор известную как его дом вдали от дома. Большую часть времени каждой команде была назначена собственная индивидуальная площадка, которая соответствовала номеру их команды, но иногда некоторым командам приходилось делиться. По какой-то причине команда номер Семь была определена как таковая, что считалась «особыми случаями», включая наличие одного из крупнейших тренировочных полигонов. Старой командой Хирузена была Команда Семь, как и у Джирайи. Как ни странно, Минато был в пятой команде, а Кушина в седьмой. После того, как команда с Кушиной «выпустилась», не было дальше седьмой команды до сих пор. Прошло несколько лет. По какой-то причине он мог бы поклясться, что Какаши в своё время был в Команде Семь, но вместо этого они были Командой Шесть и были ещё в ротации с последнего выпуска. Он наблюдал, как Анко болтала с Югао, которая, по крайней мере, казалось, уделяла немного младшей девочке всё своё внимание. Такуя был на шаг или два позади девушек, видимо тоже слушая, но не комментируя. Кроме того, что он сказал своей новой команде отправиться на тренировочную площадку, он не сказал ни слова. Он заметил, что Югао бросает на него много взглядов, и даже Такуя косился на него несколько раз, но ни один из них не сказал больше ни слова и не попытался приблизиться к нему каким-либо образом. У него было несколько догадок, почему так происходило, но на данный момент он просто списал это на их невероятную нервозность рядом с ним. К счастью, Анко была такой же разговорчивой, как и он, иначе молчание могло сделать ситуацию ещё более неловкой, чем она уже была. По прибытии на тренировочную площадку Анко перепрыгнула и села посреди небольшой поляны. Это было её обычное место, когда она тренировалась здесь с ним. Она поманила своих одногруппников, но оба других его подопечных оглянулись на Наруто, чтобы посмотреть, стоит ли им это делать. — Давайте, присаживайтесь, - Наруто улыбнулся им обоим, — Мы продолжим и начнём с представлений, а затем перейдём к тому, что нам нужно сделать как команде. Югао и Такуя немедленно сели рядом с Анко, по одному с каждой стороны. — Полагаю, поскольку я лидер вашей команды и тренер, я начну. Меня зовут Учиха Наруто. Мне нравится рамен, моя жена, мой клан, Анко, мои друзья и деревня. Моя ближайшая цель состоит в том, чтобы сделать вас троих лучшей командой, когда-либо выходившей из Конохи. Я мечтаю принести мир в мир шиноби, уйти на пенсию и иметь много внуков. Югао и Якуя просто смотрели на него широко раскрытыми глазами, а Анко просто смотрела на него с лёгкой улыбкой. Неудивительно, ведь Анко уже всё это знала, но она должна была вернуть Югао и Такюю обратно на землю, а не возводить его на какой-то пьедестал. Уважение — это хорошо, но поклонение ему не нужно. — Анко, почему бы тебе не быть следующей? — Хорошо! — чирикнула Анко. — Меня зовут Митараши Анко. Мне нравятся данго, мои мама и папа, Минато-сенсей и его команда, а также Кушина-онэ-сан. Моя цель — стать Чуунином до десяти лет. Моя мечта — стать известной во всём мире как одна из сильнейших куноичи! Она ухмыльнулась, переводя взгляд с двух своих новых товарищей по команде. Такуя выглядел слегка удивленным, в то время как Югао критически оценивала другую девушку. Теперь любой другой мог сказать слово, но Наруто указал на мальчика клана Курама. — Хорошо, теперь Такуя. Ты следующий. Мальчик посмотрел на всех один раз, прежде чем кивнуть. — Меня зовут Курама Такуя, из клана Курама. Мне нравится гендзюцу, мой брат и дядя, а также помощь и исцеление людей, которым это нужно. Моя непосредственная цель… — Голос Такуи на мгновение дрейфовал, и он на миг посмотрел на деревья, — …это овладение техниками гендзюцу моего клана. Моя мечта состоит в том, чтобы заставить клан сосредоточиться на чём-то большем, чем просто гендзюцу, чтобы другие кланы в деревне не смотрели на нас свысока. Наруто задумчиво хмыкнул. Честно говоря, кроме Якумо, он толком никого из клана не знал... чёрт, да он и сам никогда толком не знал Якумо. После того, как он помог ей взять Идо под контроль, клан Курама оценил то, что он сделал, но они не хотели, чтобы он слонялся без дела. Тогда он этого не понял, но теперь, когда он стал старше и подумал об этом, возможно, он не был тем постоянным влиянием, которое им хотелось бы иметь рядом с девушкой. Он хорошо знал, ещё будучи женатым на Микото, что клановая политика многое диктовала в отношении того, как кланы действовали, а он тогда не был чем-то заслуживающим внимания. Вероятно, они не хотели, чтобы Якумо проявлял к нему интерес. Кивнув Такуе, он переключил внимание на Югао, которая немного поежилась и не хотела смотреть ему в глаза. — Твоя очередь, Югао. — Д-да. Меня зовут Узуки Югао. Мы не клан, но моя семья имеет долгую славную историю служения шиноби ещё до существования Конохи, и я из шестого поколения. Мне нравится тренироваться, проводить время с семьёй и мечами. Моя цель - стать мастером кендзюцу. Моя мечта... стать уважаемым членом АНБУ, чтобы я могла защищать мой дом, и когда-нибудь завести семью. — Прекрасные цели и мечты у всех вас. Что касается нашего первого порядка дел, я скажу вам всем, что дальнейших испытаний не будет. Прямо сейчас мы официально являемся Командой Семь. Понятно? Анко просто улыбнулась, а Югао выглядела ошеломленной. Однако Такуя медленно поднял руку. — Не нужно относиться к этому месту как к классной комнате, Такуя-кун. Просто спроси. — О-ладно. Хм, Вы уверены, что нам не нужно проходить тестирование? Наш инструктор сказал, что все команды будут проходить тестирование снова. — Конечно, остальные участники могут, — пожал плечами Наруто. — Но это наша прерогатива как Джонина-сенсея. Я уже тренирую Анко последние пару лет, так что знаю, на что она способна. Вы понимаете это, но Хокаге специально выбрал вас обоих, чтобы вы попали в мою команду. Я верю, что никто из вас меня не подведёт. Вы же не подведёте? Все трое тут же отрицательно покачали головами. — Хорошо. Тогда это всё, что мне нужно. Я буду тренировать вас всех приземлённо, но вам от этого будет лучше. Я хочу вам всем сказать, что вы можете расслабиться рядом со мной. Да, я муж лидера клана Учиха, сражался с биджуу и джинчуурики и, среди прочего, выжил, чтобы рассказать эту историю. Но я всё ещё Наруто. Так что не будет этого "Учиха-сама", когда вы рядом со мной. Либо Наруто, либо Наруто-сенсей. Понятно? Все трое сразу же устно согласились, двое из них назвали его сенсеем, а третья назвала его отцом. Излишне говорить, что двое других не могли не смотреть на Анко, которая нахально ухмылялась. Наруто просто одарил её невозмутимым взглядом. — Дорогая Анко имеет в виду, что я пытался удочерить её в прошлом, но из-за законов клана я не могу отдать в ученики кого-то из моего собственного клана, хотя у нас всё ещё есть что-то вроде странных отношений отца и дочери. Однако это не означает, что она будет получать от меня какое-то особое отношение. — Аууу, ты не веселый! — Анко показала язык Наруто, только для того, чтобы он вздохнул и потер лоб. — В любом случае, вы все можете взять выходной на остаток дня. Отдохните как следует, потому что завтра в полную силу начнется тренировка. Я поговорю со всеми вами тремя, чтобы узнать, на чем вы хотели бы специализироваться, и мы пойдем по нужному пути. Есть какие-то вопросы? Когда их не было, он просто кивал и отмахивался от них. Троица не заставила себя долго ждать. Улыбаясь, глядя, как они уходят, как только последний скрылся из виду, он повернул голову к одному из ближайших деревьев. — Собираешься сидеть там весь день, не так ли? Послышался слабый смех, за которым последовал шелест ветвей, а затем Кушина появилась у подножия ствола дерева. Она уложила свои длинные волосы каким-то невероятным образом в косы... это заставило его задаться вопросом, у кого хватило терпения сделать это. — Нечестно, Аники. Как бы я ни старалась спрятать себя и Кьюби, ты всегда можешь найти меня. Наруто ухмыльнулся ей и издал смешок. — Скажем так, я жульничаю, когда нахожу тебя. Твое присутствие для меня как маяк. Кушина перестала идти к нему и начала с любопытством разглядывать его. Наруто знал, что этот комментарий застал ее врасплох, хотя бы потому, что прошло некоторое время с тех пор, как он ничего об этом не упоминал. — Это снова о моих особых свойствах чакры? Наруто довольно много тренировался со своей «сестрой», особенно в течение последнего года. Хотя она участвовала во множестве миссий, как джинчуурики, члены правления не хотят, чтобы она ушла слишком далеко от Конохи, и Кушина тоже это знала. Поэтому у неё было очень мало возможностей взять что-либо выше C-ранга. Пока Минато был занят обучением, чтобы стать Хокаге, а Микото работала с кланом Учиха, Наруто отвёл Кушину в сторону, чтобы научить её боевой подготовке. Она была бойцом-передовиком, как и он раньше, хотя она могла использовать свои цепи чакры в своих техниках. Немного поэкспериментировав, Наруто обнаружил, что может использовать цепи, хотя ему требовалось больше концентрации, чем он был готов потратить, чтобы заставить их работать. Это была одна из вещей, которые, вероятно, сделала особая чакра Кушины... даже если она не была лучшей в управлении ею, её чакра казалась невероятно разносторонней, и ей вообще не нужно было концентрироваться. Она просто подумала об их создании, и они сделали бы то, что она хотела. Излишне говорить, что она считала, что только тот, у кого есть чакра Узумаки, может даже сделать цепи и не быть полностью истощенным, поэтому, если у неё когда-либо были какие-либо сомнения насчет техники, она не сомневалась, будучи кровью Узумаки, и изъяны техники были немедленно устранены. Наруто не был полностью уверен, насколько это правда, но, поскольку у него не было никаких фактических доказательств того, что это не так, он позволил этому быть. Когда она увидела, как быстро ему удалось обучить Анко, она попросила его немного потренировать и её, когда у него будет время. Наруто был более чем счастлив подчиниться, так как уже приближалось время, когда он собирался рассказать ей о Кураме. Однако для того, чтобы она могла ладить и использовать чакру Курамы, не причиняя себе вреда, ей нужно было иметь определенный склад ума. Он делал всё возможное, тренируясь, чтобы подготовить её, особенно к открытости. Если бы она ушла от Курамы, когда они должны были быть официально соединены, биджуу может не работать с ней в принципе. Они были партнерами в течении многих лет, но он не мог говорить за крупного лиса, и, вероятно, это сделало его, по крайней мере, несколько сварливым из-за того, что его так долго запирали, хотя они оба согласились, что, скорее всего, так оно и будет. Проработав с Кушиной чуть больше года, он был уверен в её способностях куноичи, особенно когда дело касалось тай и ниндзюцу. Её фуиндзюцу было многократно выше его, хотя она пообещала помочь научить его в обмен на всё, в чём он ей помогал. В последние два месяца она выполнила это обещание, и начала обучать его эзотерическому искусству ниндзя. Она также немного смягчилась, забыв про буйного подростка, которым была раньше. Это не значит, что у неё больше не было диких моментов, потому что они, конечно, были, но она была гораздо спокойнее в целом, и смотрела на жизнь чуть серьёзнее. Микото и Минато согласились с ним, и после дальнейшего обсуждения с его женой и Хирузеном они согласились, что пришло время Кушине узнать об альтернативном будущем Наруто и пройти обучение как Джинчурики. Громко вздохнув, блондин провёл рукой по своим коротким торчащим волосам. — На самом деле хорошо, что ты пришла шпионить за моей новой командой, потому что мне нужно поговорить с тобой о некоторых вещах, которые будут звучать довольно безумно. Всё, что я могу сделать, это попросить тебя дать мне время, чтобы объяснить, и я отвечу на все твои вопросы. Я также могу обещать, что то, что я сказанное и сделанное не причинит вреда ни мне, ни тебе, ни кому-либо ещё в Конохе, кто нам небезразличен. Хорошо? Выражение лица Кушины сменилось с любопытного на настороженное, а её поза сменилась на оборонительную, но в остальном она стояла на своём. Посмотрев на него серьёзно некоторое время, она медленно кивнула головой. — Что это? Сделав глубокий вдох, Наруто убедился, что смотрит прямо в её темно-синие глаза. — Мне нужно поговорить с Кьюби.